Мотоцикл был странным. Осознав проблему, Лу Чуань быстро достал Телефон Злого Духа, включил камеру и обвёл всё вокруг, но ничего не заметил.
— Это та сигарета, что была у водителя мотоцикла, создала иллюзорный эффект.
Разобравшись в причине, он не стал сразу слезать с забора, а так и сидел на нём верхом, осматривая маленький дворик. Обстановка показалась ему знакомой, и, заметив впереди обрушенный кусок глинобитной стены, Лу Чуань нахмурился.
— Это же первый двор, куда мы пришли, когда только прибыли в Вэньцзялин, и здесь, кажется, даже попадалась Сюаньмао.
Спрыгнув с забора и стряхнув пыль с одежды, Лу Чуань достал смартфон и взглянул на время.
— Полночь, двенадцать часов.
Убрав смартфон, он снял рюкзак, расстегнул его и выпустил Гуагуа наружу, заодно достав из рюкзака канцелярский нож и зажав его в руке, отчего на душе сразу стало спокойнее.
Стоя на месте, Лу Чуань погрузился в раздумья.
— Люди, которых я видел днём: старуха, дурачок, а также пара Вэнь Лаосаня и даже староста деревни — все они выглядят какими-то странными.
— Во-первых, старуха и дурачок. Когда набирали воду, дурачок стоял за моей спиной с тем острым крюком. Сейчас ещё нельзя точно сказать, собирался ли он навредить мне, но исключать этого тоже нельзя; в конце концов, именно появление старосты предотвратило опасность.
— Во-вторых, староста. У старосты ногти чёрные, а это значит, что он пользовался молотком — такой эффект бывает, если ударить молотком по пальцам. При этом если он угодил себе по пальцам, значит, обращаться с молотком он не умеет, и весьма вероятно, что именно молотком он и забивал людей до смерти.
— Затем идут Вэнь Лаосань с женой. В мастерской, где они изготавливают восковые фигуры, из угла стены постоянно сочится кровь, а значит, в том углу непременно спрятан труп.
— Наконец, те братья, о которых упоминала старуха: они уже в возрасте, не женаты, и по мотиву преступления подходят больше всего.
— Кроме того, сегодня я просто не успел побывать ещё в двух дворах, так что подозрения с них тоже сбрасывать нельзя.
Лу Чуань покачал головой, пытаясь прояснить мысли. Хоть дело и было запутанным, он всё же кое-что для себя уяснил.
В первый раз внезапное появление старосты вывело его из опасного положения; во второй раз, в доме Вэнь Лаосаня, присутствие старосты снова обеспечило ему безопасность в замкнутом пространстве мастерской, а дурачок неотступно следовал за старостой и им самим, лишив старосту возможности причинить ему вред.
Это указывало на то, что хотя подозрения падали на каждого, они не объединялись ради убийства. Иначе раньше, когда противник обладал абсолютным численным превосходством, он ни за что не смог бы спокойно стоять здесь и наверняка уже превратился бы в труп.
Помимо этого, больше всего Лу Чуаня смущал дурачок.
— Почему он всё время шёл за мной и подражал женскому крику о помощи? Что это значит?
Загадок было слишком много, и Лу Чуань временно отбросил эти мысли, сосредоточившись на текущем положении дел.
— Раз уж нечто приняло облик водителя мотоцикла и заманило меня сюда, на то наверняка была причина. Быть может, здесь кроется важная подсказка об исчезновении женщины.
Едва он об этом подумал, как кто-то потянул его за полу одежды.
Лу Чуань посмотрел на стоявшую рядом Гуагуа.
— В чём дело?
Гуагуа указала пальцем в сторону, и Лу Чуань проследил за её взглядом: неподалёку двигался какой-то силуэт. По своим очертаниям это была та самая чёрная Сюаньмао, которую он видел днём.
Немного подумав, Лу Чуань закинул рюкзак за спину, зажал в руке канцелярский нож, а в другую взял Телефон Злого Духа и направился туда, где только что находилась Сюаньмао.
Ночной мрак был непроглядным, видимость — крайне ограниченной, однако он не смел зажигать фонарик, опасаясь привлечь кого-нибудь светом. Если бы появился убийца, то в этих незнакомых местах, не зная никого и ничего, он вполне мог бы и отбросить коньки.
Прищурившись и вглядевшись внимательнее, он заметил на том месте, где только что сидела Сюаньмао, небольшую лужицу чего-то чёрного, а рядом с ней — какой-то маленький предмет.
Лу Чуань наклонился, опустившись как можно ближе к земле, и когда рассмотрел находку, его тело оцепенело.
— Кровь...
Протянув руку, он подобрал оставшийся в лужице крови кусочек и поднес к самому лицу, разглядывая при тусклом свете.
— Человеческое ухо...
Ухо было объедено меньше чем на треть, но его всё же можно было легко узнать, и оно уже слегка разлагалось.
У Лу Чуаня мурашки побежали по коже. Оглядев ночную темноту вокруг, он быстро выпрямился.
— Гуагуа, давай быстрее за ней.
Ускорив шаг, но стараясь ступать мягко и бесшумно, чтобы не спугнуть Сюаньмао, Лу Чуань двинулся следом за кошкой, поднимавшейся по горному склону.
Спустя некоторое время Сюаньмао подбежала к одному из домов, единым прыжком перемахнула через глинобитную стену и скрылась во дворе.
Лу Чуань отступил на шаг назад и огляделся: в этот двор они сегодня ещё не заходили. Калитка была сломана, а ограда, хоть и уцелела, выглядела ветхой и готовой рухнуть в любой момент; судя по бурьяну у её основания, дом давно забросили.
Увидев это, Лу Чуань немного отошёл назад, разбежался и взобрался на стену. Но стоило ему собраться спрыгнуть вниз, как этот кусок ограды прямо под ним обрушился.
Упав во двор, Лу Чуань выглядел крайне жалко. Поднявшись на ноги и оглядев угол двора, он заметил, что Сюаньмао бросила на него взгляд, а затем принялась усердно разгребать землю лапами.
— Хозяин уха прямо здесь, у стены.
Поняв это, Лу Чуань бросился туда. Испуганная Сюаньмао мгновенно взлетела на стену и исчезла в один прыжок.
Стоя перед углом, который только что разрывала кошка, он увидел небольшую ямку длиной и шириной около тридцати сантиметров и примерно такой же глубины.
На дне ямки алело месиво из плоти и крови, сплошь покрытое следами когтей. Присмотревшись, можно было различить половину человеческого лица в состоянии сильного разложения; ухо было отгрызено, а спутавшиеся волосы — длинными, судя по всему, принадлежавшими женщине.
— Нашёл, труп здесь!
Глядя в ямку, Лу Чуань огляделся по сторонам. Разумеется, раскапывать труп руками было нельзя — требовалось найти какой-нибудь инструмент вроде лопаты.
Обойдя двор несколько раз и не обнаружив никаких инструментов, Лу Чуань направился к трём черепичным комнатам и, прихватив Гуагуа, толкнул дверь. Внутри царила кромешная тьма.
Тут уже без фонарика было не обойтись. Достав его и включив, Лу Чуань осветил внутреннее убранство дома.
Стоявшие в комнате шкафы прогнили и превратились в труху, зияли дырами и были покрыты толстым слоем пыли.
Оценив обстановку, он понял, что это, судя по всему, гостиная, и перевёл взгляд на двери по обе стороны от неё, ведущие в левую и правую комнаты.
— Гуагуа, ты иди налево, а я направо. Если найдёшь инструмент, зови меня.
Бросив это, Лу Чуань подошёл к двери правой комнаты и толкнул её. Раздался скрип, дверь приоткрылась, и не успел он поднять фонарик, как перед его глазами возникла чёрная фигура.
Воздух словно замер!
Лу Чуань крепко сжал в руке канцелярский нож, его кадык судорожно дёргался. Прошло добрых несколько десятков секунд, но чёрная тень перед ним не проявляла ни малейших признаков жизни, напоминая стоящий вертикально труп.
Успокоив дыхание, Лу Чуань набрался храбрости и медленно направил луч фонарика вверх.
Лицо стоявшего перед ним человека было покрыто пылью, а в руке он прижимал к груди поминальную табличку с надписью: [Прежние заслуги простираются в вечности, божественное место упокоения предков и прародителей всех поколений].
Глубоко вздохнув, Лу Чуань потрогал фигуру рукой и понял, что её поверхность гладкая, но невероятно твёртая, словно из воска.
— Ох, да это же восковая фигура!
Немного успокоившись, он обвёл комнату лучем фонарика: всё та же глинобитная лежанка-кан, а в углу сварены самые разные сельскохозяйственные орудия труда, среди которых как раз нашлась лопата.
Подойдя ближе, Лу Чуань выбрал лопату покрепче и, обернувшись, заметил вошедшую следом Гуагуа.
Средоточившись, Гуагуа указала на окно и приложила палец к губам, призывая соблюдать тишину.
Лу Чуань сразу всё понял: он мгновенно выключил фонарик и тихонько подкрался к окну этой комнаты. Стекло было сплошь занесено пылью, полностью скрывая обзор, но в самом углу имелась небольшая пробоина.
Припав к этому отверстию, он выглянул во двор. Там было пусто, но когда его взгляд скользнул к обрушенному участку стены, сердце Лу Чуаня подпрыльнуло прямо к горлу.
У пролома в глинобитной стене стояла чёрная фигура в штормовке с натянутым на голову капюшоном, лица было не разглядеть. В правой руке человек держал топор и внимательно осматривал двор.
— Убийца...
Вот только преступник был укутан с ног до головы, и понять, кто именно скрывается под этим облачением, было решительно невозможно.
Пока он смотрел, стоявший за стеной убийца перемахнул внутрь и направился прямо к тому углу.
— Он проверяет закопанный им труп!
По спине Лу Чуаня заструился холодный пот. Если бы он только что вышел с лопатой наружу, чтобы копать, то неизбежно столкнулся бы с убийцей нос к носу, и тогда всё закончилось бы трагически!
Не успел он порадоваться тому, что не вышел наружу с лопатой, как из коридора донеслись тяжёлые шаги. Звук приближался — убийца явно шёл внутрь.
Лихорадочно озираясь в поисках укрытия, Лу Чуань вспомнил про Сюаньмао, тут же опустился на четвереньки и полез внутрь кана. В тот же самый момент за спиной раздался скрип — дверь распахнулась.
Фигура с топором застыла на пороге. Из-под глухого капюшона пара глаз впилась в гостиную. В руке незнакомца вспыхнул фонарик, и когда луч скользнул по приоткрытой двери правой комнаты, тот быстрым шагом направился туда.
Подойдя вплотную, он толкнул лезвием топора полуоткрытую створку.
Распахнув дверь до конца, убийца вошёл внутрь, сначала заглянул за неё, а затем направился к углу со спрятанными там орудиями.
Постояв перед ними какое-то время, он медленно сделал шаг вперёд. Проходя мимо стоявшей у стены восковой фигуры, он на мгновение замешкался, но всё же продолжил путь к сельхозинструментам.
Выбрав среди них лопату, он резко развернулся, быстрым шагом вышел из комнаты и захлопнул дверь.
Воздух в комнате словно оцепенел, как вдруг раздался громкий стук — закрытую дверь яростно пнули снаружи, и она с грохотом врезалась в стену.
Створка заходила туда-сюда, издавая непрерывный скрип.
Наконец дверь замерла. Человек с топором в одной руке и фонариком в другой подошёл к кану, медленно наклонился и направил свет внутрь отверстия печи.
Луч фонарика медленно скользнул по внутренности полости кана: там толстым слоем лежала одна лишь сгоревшая древесная зола.
Когда свет уперся в небольшую горку золы, выступающую посреди полости, луч остановился. Человек постоял, вглядываясь в неё какое-то время, затем просунул топор внутрь печи, прицелился в самую макушку зольного бугорка, вскинул оружие и со всего маху обрушил лезвие вниз.

Комментарии

Загрузка...