Звуки пиршества стихли, и тело тетушки Мэй, точно тряпичная кукла, повалилось на пол.
Чжун Фа безучастно наблюдал за происходящим.
— Дядюшка Дун очнулся. Я выполнил все, что обещал тебе, тетушка Мэй.
Он перевел взгляд со мертвой женщины на гроб.
Бум!
Из повалившегося гроба вертикально взметнулась фигура и тяжело приземлилась на пол.
При виде этого существа, сплошь покрытого черной шерстью, лицо Чжун Фа возбужденно порозовело.
Он поднял колокольчик и встряхнул кистью.
Язычок ударился о внутренние стенки по особой траектории.
Дзинь... дзинь-дзинь...
Глухой металлический звон разнесся по комнате. Едва услышав его, дядюшка Дун замер и перестал дергаться.
Взмахом руки Чжун Фа указал колокольчиком в сторону.
— В сторону!
Бум!
Дядюшка Дун послушно прыгнул в указанном направлении.
— Ха-ха... ха-ха-ха! Кха-кха!
Чжун Фа рассмеялся до кашля, но так и не отвел взгляда от мертвеца.
— Получилось, Учитель! У меня получилось! Но... этого мало, мало!
Поставив лотосовую лампу, он свободной левой рукой выудил из кармана пробирку с кровью девственника и направился к дядюшке Дуну.
Разглядывая вблизи черную шерсть на теле покойника, Чжун Фа дрожал всем телом.
Его переполнял восторг!
Белый мертвец, черный мертвец, прыгающий мертвец, летающий мертвец... И он с ходу создал черного мертвеца!
Но этого все равно мало!
Белый мертвец медлителен, черный способен разорвать на части скотину, а прыгающий мертвец наделен нечеловеческой силой, клыками и когтями-лезвиями!
Только создав прыгающего мертвеца и вернувшись с ним в горы, он заставит всех признать: «Чжун-Погонщик трупов» вернулся!
С безумным блеском в глазах Чжун Фа откупорил пробирку и влил ее содержимое в рот дядюшке Дуну.
Мертвец жадно втянул кровь.
Вдруг из черной шерсти, покрывающей тело дядюшки Дуна, начали сочиться тонкие струйки темного газа.
Заметив это, Чжун Фа торопливо отступил назад.
Это был трупный газ – именно ради него Чжун Фа и напоил мертвеца кровью девственника.
Вырвавшись наружу, трупный газ не рассеялся, а закружился плотным облаком вокруг дядюшки Дуна.
Постепенно черная шерсть на его теле начала растворяться и разъедаться этой темной энергией.
Жидкость, в которую превратились волоски, покрыла кожу мертвеца, застывая прочным черным панцирем.
В этот момент темный газ стал струиться обратно, втягиваясь в ноздри дядюшки Дуна.
По мере поглощения газа его черные когти удлинялись, становились толще и острее.
Когда последняя струйка скрылась в носу мертвеца, в его белесых бельмах вспыхнул алый огонек.
Пораженный переменами, Чжун Фа подошел ближе и приподнял губу дядюшки Дуна.
Под ней скрывались отросшие вдвое клыки!
— Получилось! Получилось! Ха-ха-ха, вышло!
— Учитель, ты видишь?! Это прыгающий мертвец! Прыгающий мертвец! Ха-ха-ха!
— После сорока девяти дней выдерживания трупный газ в этом теле, рожденном в иньский год, иньский месяц и иньский час, полностью пропитал плоть. Учитель, ты ведь говорил, что при завершении закалки большая часть этого газа просто рассеивается впустую? Ха-ха, какая глупость!
— Вы, старики, способны лишь слепо следовать древним догмам, оставленным Предками, и не желаете развиваться!
— Хотя чего еще ожидать... Зачем думать головой, когда есть готовые рецепты? Только такой недостойный ученик, как я, обделенный полным наследием, будет искать новые пути.
— Учитель, знаешь ли ты, сколько лет я шел к этому шагу?
— Целых двадцать лет! Лишь тогда мне пришла мысль использовать кровь девственника – это чистейшее воплощение энергии ян, – чтобы встряхнуть тело и высвободить трупный газ до того, как он улетучится!
— Черный мертвец, только что вкусивший человеческой крови, испытывает безумный голод. И эта жажда заставляет его без разбору поглощать всё подряд, впитывая собственный трупный газ и мгновенно превращаясь в прыгающего мертвеца!
— Ха-ха, прыгающий мертвец! Кто в наше время способен создать такое чудовище?
— Никто! Даже в Сянъине не сыскать гения, равного мне!
Выпленув безумный восторг, Чжун Фа понемногу успокоился.
— Учитель, не беспокойся.
— Я передам этот метод потомкам. Можешь спать спокойно: «Чжун-Погонщик трупов» достигнет таких высот, о которых ты даже помыслить не мог!
Чжун Фа тихо рассмеялся, и в его глазах блеснул холодный огонь.
Вспомнив о недавних неудачах, он злобно хмыкнул:
— Триумфальное возвращение «Чжун-Погонщика трупов» начнется именно с вас...
Он обернулся к своему творению, восхищенно разглядывая его.
Но вдруг зрачки дядюшки Дуна дернулись. Мертвец отвел взгляд от стены и уставился прямо на него.
Не успел Чжун Фа опомниться, как длинная когтистая лапа со свистом метнулась к его горлу.
Он едва успел отпрянуть на полшага.
Обычно этого расстояния хватило бы, чтобы разорвать дистанцию, но когти дядюшки Дуна отросли на лишний вершок.
И этот вершок решил все: на груди Чжун Фа проступили глубокие рваные борозды длиной в добрых десять сантиметров.
Бах!
Чжун Фа покачнулся и спиной врезался в дверь спальни, отчаянно тряся колокольчиком.
При звуках звона тело дядюшки Дуна забилось в судорогах.
Вдруг до ушей Чжун Фа донесся тихий треск.
Так рвется бумага.
Чжун Фа в ужасе уставился на замершего мертвеца. Лицо его побелело как полотно.
Талисман контроля трупов... порван?
Но почему?!
Как он мог избавиться от талисмана контроля?!
Ведь его начертал сам Учитель!
Чжун Фа захлестнула ярость.
Видя, как дядюшка Дун медленно поворачивает голову в его сторону, Чжун Фа кубарем выкатился из спальни, на ходу захлопнул за собой дверь и прижался к стене.
Он выхватил горсть клейкого риса и прижал к ране на груди. Раздалось громкое шипение.
Скривившись от жгучей боли, он сжал в правой руке еще один талисман.
Это был тот самый талисман Подавления Духа, который он ранее снял с дядюшки Дуна.
Даже если тот освободился от контроля, Чжун Фа не собирался бросать свое величайшее творение.
Если удастся усмирить мертвеца, способ подчинить его найдется.
Но лишиться прыгающего мертвеца он не мог – найти подходящее тело во второй раз будет почти невозможно.
Хрусь!
Две когтистые руки пробили дверь насквозь. Толстая трехсантиметровая дверь разлетелась в щепки, словно мокрая бумага.
Сквозь обломки наружу выпрыгнул жуткий силуэт.
Превозмогая боль в груди, Чжун Фа рванулся вперед и, смазав талисман Подавления Духа собственной кровью, припечатал его к спине дядюшки Дуна.
Мертвец замер на полуслове своего разворота. Чжун Фа с облегчением перевел дух.
Не обращая внимания на рану, он бросился в спальню и схватил лотосовую лампу.
Но стоило ему обернуться, как он похолодел: края талисмана Подавления Духа на спине дядюшки Дуна начали стремительно блекнуть, превращаясь из желтых в грязно-серые.
И по мере того, как серый цвет пожирал бумагу, тело прыгающего мертвеца снова задергалось.
Лицо Чжун Фа исказилось.
События развивались по наихудшему сценарию.
Неужели этот прыгающий мертвец, превосходящий его собственные силы, так и не подчинится ему?
Чжун Фа яростно оскалился:
— Ха, раз я смог создать одного, смогу и второго!
Главное – секрет у него в руках. Пусть эта попытка провалилась, сейчас ему нужно было просто выжить.
Спрятав колокольчик, он бережно прижал к себе лотосовую лампу обеими руками и бросился к выходу.
В тот момент, когда он распахнул входную дверь, талисман на спине дядюшки Дуна окончательно истлел, став пепельно-серым.
Шорох!
Налитые алым светом глаза дядюшки Дуна обратились к дверному проему.
Даже не сгибая коленей, он взмыл в воздух и приземлился в двух метрах впереди.
Второй прыжок вынес его прямо к порогу.
Щелк!
Дверь квартиры напротив распахнулась.
— Да сколько можно шуметь, мать вашу! Заткнитесь там! — Взревел вышедший на площадку полуголый мужик со скалкой в руке.
И тут же онемел, провожая взглядом прыгающего мимо дядюшку Дуна с вытянутыми вперед руками и горящими красным светом глазами.
— Д-д-д-дун... — пролепетал он.
Мужчина замер с остекленевшим взглядом, а по его штанине побежала струйка мочи.
Выбравшись из подъезда, дядюшка Дун устремился в погоню за мелькающим впереди силуэтом с лотосовой лампой и дымящейся папиросой.
В половине третьего ночи по двору жилого комплекса прыжками передвигалась жуткая тень с тускло светящимися красными глазами.
С каждым толчком она преодолевала по два-три метра.
Тяжелые глухие удары будили спавших жильцов одного за другим.
...

Комментарии

Загрузка...