В последующие недели Элизиум буквально расцвел. Некогда унылый, выморочный город преобразился до неузнаваемости благодаря притоку переселенцев, вдохнувших в него новую жизнь.
В последующие недели Элизиум буквально расцвел. Некогда унылый, выморочный город преобразился до неузнаваемости благодаря притоку переселенцев, вдохнувших в него новую жизнь.
Скорость, с которой отстраивали разрушенные кварталы, поражала воображение, а оборонительный рубеж на бесплодной отмели укреплялся не по дням, а по часам. Маги из Академии Ноя вовсю внедряли здесь свои экспериментальные техно-магические разработки, которые еще даже не прошли полноценных полевых испытаний.
Скорость, с которой отстраивали разрушенные кварталы, поражала воображение, а оборонительный рубеж на бесплодной отмели укреплялся не по дням, а по часам. Маги из Академии Ноя вовсю внедряли здесь свои экспериментальные техно-магические разработки, которые еще даже не прошли полноценных полевых испытаний.
Для Эстиана это была чистейшая халява: доведи ученые свои защитные барьеры до ума в спокойной обстановке, за их установку пришлось бы выложить целое состояние. А в нынешнем плачевном состоянии заставы любая, даже самая сырая технология шла только на пользу.
Для Эстиана это была чистейшая халява: доведи ученые свои защитные барьеры до ума в спокойной обстановке, за их установку пришлось бы выложить целое состояние. А в нынешнем плачевном состоянии заставы любая, даже самая сырая технология шла только на пользу.
Просыпаясь по утрам, молодой лорд то и дело ловил себя на мысли, что не узнает собственные владения. Стоило ему заглянуть в бывшие трущобы, как перед глазами представала совершенно иная картина — город менялся буквально на глазах. На днях сюда даже заглянул редчайший гость — бродячий торговец-NPC, чей визит стал для Элизиума настоящим событием, добавив захолустью былого лоска.
Просыпаясь по утрам, молодой лорд то и дело ловил себя на мысли, что не узнает собственные владения. Стоило ему заглянуть в бывшие трущобы, как перед глазами представала совершенно иная картина — город менялся буквально на глазах. На днях сюда даже заглянул редчайший гость — бродячий торговец-NPC, чей визит стал для Элизиума настоящим событием, добавив захолустью былого лоска.
И все же...
И все же...
Несмотря на всеобщий подъем и кажущееся благополучие, главная угроза по-прежнему нависала над городом дамокловым мечом.
Несмотря на всеобщий подъем и кажущееся благополучие, главная угроза по-прежнему нависала над городом дамокловым мечом.
Вопрос восстановления подавляющего барьера так и оставался нерешенным.
Вопрос восстановления подавляющего барьера так и оставался нерешенным.
Под предводительством Эстиана группа исследователей облазила замок вдоль и поперек. Они провели три тщательные инспекции, но, увы, безрезультатно.
Под предводительством Эстиана группа исследователей облазила замок вдоль и поперек. Они провели три тщательные инспекции, но, увы, безрезультатно.
Эльфийка Аня, возглавлявшая ученых, лишь разводила руками:
Эльфийка Аня, возглавлявшая ученых, лишь разводила руками:
— В замке действительно чувствуется некая подавляющая сила. Запретная магия здесь чахнет, точно выброшенная на берег рыба. Но мы не смогли обнаружить ни единого контура, ни одной руны или хотя бы следа самого плетения.
— В замке действительно чувствуется некая подавляющая сила. Запретная магия здесь чахнет, точно выброшенная на берег рыба. Но мы не смогли обнаружить ни единого контура, ни одной руны или хотя бы следа самого плетения.
Эстиану жутко хотелось поспорить. Уж он-то знал, какими бывают «выброшенные на берег рыбы» — та пленная сирена на суше буянила так, что дай боже: и песни распевала, и смерчи вовсю крутила.
Эстиану жутко хотелось поспорить. Уж он-то знал, какими бывают «выброшенные на берег рыбы» — та пленная сирена на суше буянила так, что дай боже: и песни распевала, и смерчи вовсю крутила.
Сегодня молодой лорд уговорил нескольких Запретных девиц, с которыми успел сойтись поближе, впустить исследователей к себе в комнаты. Следовало проверить, не скрыты ли элементы плетения прямо в жилых покоях. В конце концов, не каждому барьеру нужны вычерченные на полу круги — порой достаточно расставить особые артефакты-якоря в ключевых точках. Чистой воды домашний фэншуй по-магически: поставишь у порога кошкодевочку — привалит богатство, положишь у изголовья пикантную игрушку — жди в гости суккуба.
Сегодня молодой лорд уговорил нескольких Запретных девиц, с которыми успел сойтись поближе, впустить исследователей к себе в комнаты. Следовало проверить, не скрыты ли элементы плетения прямо в жилых покоях. В конце концов, не каждому барьеру нужны вычерченные на полу круги — порой достаточно расставить особые артефакты-якоря в ключевых точках. Чистой воды домашний фэншуй по-магически: поставишь у порога кошкодевочку — привалит богатство, положишь у изголовья пикантную игрушку — жди в гости суккуба.
— Ну что? — поинтересовался Эстиан, когда они вышли в коридор. — Есть зацепки? В другие спальни зайти не получится, девочки у меня диковатые, чужаков не жалуют.
— Ну что? — поинтересовался Эстиан, когда они вышли в коридор. — Есть зацепки? В другие спальни зайти не получится, девочки у меня диковатые, чужаков не жалуют.
Он старался говорить непринужденно, чтобы не давить на ученых своими ожиданиями.
Он старался говорить непринужденно, чтобы не давить на ученых своими ожиданиями.
Облаченная в кокетливые белые чулки на подвязках эльфийка виновато покачала головой:
Облаченная в кокетливые белые чулки на подвязках эльфийка виновато покачала головой:
— Увы, ничего. Никаких посторонних предметов или скрытых механизмов. Даже плитка на полу самая заурядная, на ней невозможно удержать структуру скрытого контура.
— Увы, ничего. Никаких посторонних предметов или скрытых механизмов. Даже плитка на полу самая заурядная, на ней невозможно удержать структуру скрытого контура.
Выведя гостей во внутренний двор замка, Эстиан задумчиво протянул:
Выведя гостей во внутренний двор замка, Эстиан задумчиво протянул:
— И откуда тогда берется эта сила? Есть хоть какие-то предположения?
— И откуда тогда берется эта сила? Есть хоть какие-то предположения?
Ученые переглянулись, надеясь, что кто-то из коллег заметил ускользнувшую деталь. Наконец один из них нерешительно подал голос:
Ученые переглянулись, надеясь, что кто-то из коллег заметил ускользнувшую деталь. Наконец один из них нерешительно подал голос:
— Ваша милость, это лишь смутная догадка, но... Существуют артефакты столь колоссальной мощи, что они способны искажать саму реальность вокруг себя без всяких вспомогательных рун. Возможно, дело вовсе не в защитном барьере.
— Ваша милость, это лишь смутная догадка, но... Существуют артефакты столь колоссальной мощи, что они способны искажать саму реальность вокруг себя без всяких вспомогательных рун. Возможно, дело вовсе не в защитном барьере.
— Хотите сказать, здесь запрятана какая-то реликвия или священный артефакт?
— Хотите сказать, здесь запрятана какая-то реликвия или священный артефакт?
— Именно так.
— Именно так.
Действительно, иное легендарное оружие способно одним своим присутствием освящать земли, даруя благословение небес на мили вокруг. Вот только замок Эстиана был пуст и гол как сокол. Все мало-мальски ценное наследство прежних владельцев давно пошло с молотка.
Действительно, иное легендарное оружие способно одним своим присутствием освящать земли, даруя благословение небес на мили вокруг. Вот только замок Эстиана был пуст и гол как сокол. Все мало-мальски ценное наследство прежних владельцев давно пошло с молотка.
— Магия полна тайн, — вздохнула Аня. — Быть может, все обстоит так, как гласят древние предания? При виде царящего здесь упадка боги смилостивились и явили чудо, сотворив эту обитель.
— Магия полна тайн, — вздохнула Аня. — Быть может, все обстоит так, как гласят древние предания? При виде царящего здесь упадка боги смилостивились и явили чудо, сотворив эту обитель.
— Если так, то нам остается только уповать на провидение, — криво усмехнулся юноша. — Что ж, спасибо за труды. Можете пока отдохнуть и осмотреться в Элизиуме. Мой замок для вас закрыт, но в остальном вы вольны делать что хотите. А если решите вернуться в академию — я не стану вас задерживать.
— Если так, то нам остается только уповать на провидение, — криво усмехнулся юноша. — Что ж, спасибо за труды. Можете пока отдохнуть и осмотреться в Элизиуме. Мой замок для вас закрыт, но в остальном вы вольны делать что хотите. А если решите вернуться в академию — я не стану вас задерживать.
***
***
«И надо же было так встрять... Самый важный вопрос — и ни на шаг не продвинулись!»
«И надо же было так встрять... Самый важный вопрос — и ни на шаг не продвинулись!»
Распрощавшись с гостями, Эстиан уныло поплелся обратно в замок. Поднявшись на второй этаж, он отпер дверь в комнату пленных монахинь — пришло время устроить им легкую разминку.
Распрощавшись с гостями, Эстиан уныло поплелся обратно в замок. Поднявшись на второй этаж, он отпер дверь в комнату пленных монахинь — пришло время устроить им легкую разминку.
Если держать пленниц без движения слишком долго, их податливые, нежные тела совсем затекли бы. Поэтому Эстиан регулярно перевязывал их, меняя узлы. Сегодня он затягивал на них замысловатые веревки-шибари, завтра подвешивал к потолку, а послезавтра привязывал к резному деревянному пони.
Если держать пленниц без движения слишком долго, их податливые, нежные тела совсем затекли бы. Поэтому Эстиан регулярно перевязывал их, меняя узлы. Сегодня он затягивал на них замысловатые веревки-шибари, завтра подвешивал к потолку, а послезавтра привязывал к резному деревянному пони.
Из-за кляпов во рту несчастные девушки могли лишь жалобно мычать, косясь на своего мучителя полными слез глазами. Увы, спасать их никто не торопился. Очередной церковный экипаж со сменщицами прибудет в эти края в лучшем случае через месяц.
Из-за кляпов во рту несчастные девушки могли лишь жалобно мычать, косясь на своего мучителя полными слез глазами. Увы, спасать их никто не торопился. Очередной церковный экипаж со сменщицами прибудет в эти края в лучшем случае через месяц.
«Интересно, как именно эти святоши выкачивали отсюда силу барьера?»
«Интересно, как именно эти святоши выкачивали отсюда силу барьера?»
Эстиан нахмурился, затягивая очередной ремень.
Эстиан нахмурился, затягивая очередной ремень.
Очевидно, что даже святая церковь была не в силах скопировать или перенести здешний источник силы в другое место. Иначе зачем им возиться с караванами и регулярно отправлять сюда послушниц для тайного сбора этой благодати?
Очевидно, что даже святая церковь была не в силах скопировать или перенести здешний источник силы в другое место. Иначе зачем им возиться с караванами и регулярно отправлять сюда послушниц для тайного сбора этой благодати?
Едва Эстиан закончил возиться с веревками и собрался уходить, за его спиной вспыхнул магический свет. Прямо посреди спальни из воздуха соткалась его тетушка, командир Нэнси.
Едва Эстиан закончил возиться с веревками и собрался уходить, за его спиной вспыхнул магический свет. Прямо посреди спальни из воздуха соткалась его тетушка, командир Нэнси.
— Так вот почему ты так упорно отводил глаза всякий раз, когда речь заходила о втором этаже, — усмехнулась она, окинув комнату взглядом. — Решил устроить здесь собственный филиал преисподней для служительниц культа?
— Так вот почему ты так упорно отводил глаза всякий раз, когда речь заходила о втором этаже, — усмехнулась она, окинув комнату взглядом. — Решил устроить здесь собственный филиал преисподней для служительниц культа?
Нэнси перевела взгляд на распластанную на кровати монахиню. Та, взмокшая от слез и пота, жалобно смотрела на вошедшую, безмолвно умоляя о пощаде. На ее лице читалась смесь глубокого унижения и робкой надежды.
Нэнси перевела взгляд на распластанную на кровати монахиню. Та, взмокшая от слез и пота, жалобно смотрела на вошедшую, безмолвно умоляя о пощаде. На ее лице читалась смесь глубокого унижения и робкой надежды.
Впрочем, спасать пленницу Нэнси не собиралась. Она лишь повернулась к своему племяннику — статному юноше с тонкими, почти девичьими чертами лица.
Впрочем, спасать пленницу Нэнси не собиралась. Она лишь повернулась к своему племяннику — статному юноше с тонкими, почти девичьими чертами лица.
— Вообще-то, в душе я очень добрый... — Эстиан примирительно поднял руки, хотя в его глазах не было ни капли раскаяния.
— Вообще-то, в душе я очень добрый... — Эстиан примирительно поднял руки, хотя в его глазах не было ни капли раскаяния.
На самом деле, услышав вердикт ученых о невозможности починить барьер, он и сам собирался во всем ей признаться.
На самом деле, услышав вердикт ученых о невозможности починить барьер, он и сам собирался во всем ей признаться.
Выложив тетушке всю правду от начала и до конца, Эстиан серьезно добавил:
Выложив тетушке всю правду от начала и до конца, Эстиан серьезно добавил:
— Тетушка, поверь, если бы время повернулось вспять, я бы поступил точно так же. Эти святоши воровали силу замка, из-за чего наше положение на границе едва не стало катастрофическим. И все же... что нам теперь делать?
— Тетушка, поверь, если бы время повернулось вспять, я бы поступил точно так же. Эти святоши воровали силу замка, из-за чего наше положение на границе едва не стало катастрофическим. И все же... что нам теперь делать?
— Что именно тебя волнует? — спросила Нэнси. — Восстановление барьера или то, как мы будем оправдываться перед церковниками через месяц?
— Что именно тебя волнует? — спросила Нэнси. — Восстановление барьера или то, как мы будем оправдываться перед церковниками через месяц?
— И то, и другое. Но я вижу, тебя нисколько не удивил сам факт воровства со стороны святого престола. Неужели тебе что-то известно?
— И то, и другое. Но я вижу, тебя нисколько не удивил сам факт воровства со стороны святого престола. Неужели тебе что-то известно?
Тетушка лишь тяжело вздохнула. Этот вздох подтвердил худшие догадки Эстиана: Нэнси действительно знала скрытую подоплеку.
Тетушка лишь тяжело вздохнула. Этот вздох подтвердил худшие догадки Эстиана: Нэнси действительно знала скрытую подоплеку.
Притворив дверь и оставив плачущую монахиню наедине со своим безмолвным горем, женщина с роскошными темно-красными волосами жестом позвала племянника за собой.
Притворив дверь и оставив плачущую монахиню наедине со своим безмолвным горем, женщина с роскошными темно-красными волосами жестом позвала племянника за собой.
Они поднялись в его покои. Устроившись на открытой террасе, Нэнси неторопливо налила чаю и только после этого заговорила, приоткрывая завесу тайны:
Они поднялись в его покои. Устроившись на открытой террасе, Нэнси неторопливо налила чаю и только после этого заговорила, приоткрывая завесу тайны:
— Церковь крадет здешнюю силу по двум причинам. Во-первых, среди высших чинов духовенства участились случаи магического безумия. Ирония в том, что эти люди никогда не касались Запретного искусства — напротив, они всю жизнь провели на передовой, истребляя черных магов.
— Церковь крадет здешнюю силу по двум причинам. Во-первых, среди высших чинов духовенства участились случаи магического безумия. Ирония в том, что эти люди никогда не касались Запретного искусства — напротив, они всю жизнь провели на передовой, истребляя черных магов.
«Какая злая ирония...»
«Какая злая ирония...»
Эстиан подумал об этом, но язвить не тянуло. Да, многие Запретные в его замке были славными девчонками, но большинство черных магов в мире действительно творили ужасные бесчинства. Они грабили мирные поселения, убивали невинных и сеяли хаос ради личной выгоды. В этом плане церковь действительно выполняла свой долг. Пусть их методы разили спесью и высокомерием, в борьбе с истинным злом они не знали пощады.
Эстиан подумал об этом, но язвить не тянуло. Да, многие Запретные в его замке были славными девчонками, но большинство черных магов в мире действительно творили ужасные бесчинства. Они грабили мирные поселения, убивали невинных и сеяли хаос ради личной выгоды. В этом плане церковь действительно выполняла свой долг. Пусть их методы разили спесью и высокомерием, в борьбе с истинным злом они не знали пощады.
— Именно так, — кивнула Нэнси. — Причины этой скверны до сих пор неясны, но первые случаи зафиксировали уже очень давно, а в последние годы безумие и вовсе приняло характер эпидемии. Церковь ворует силу здешнего барьера исключительно для того, чтобы удерживать разум своих паладинов и епископов от окончательного падения в бездну.
— Именно так, — кивнула Нэнси. — Причины этой скверны до сих пор неясны, но первые случаи зафиксировали уже очень давно, а в последние годы безумие и вовсе приняло характер эпидемии. Церковь ворует силу здешнего барьера исключительно для того, чтобы удерживать разум своих паладинов и епископов от окончательного падения в бездну.
— А как же Пограничье Мёртвого моря?! — Эстиан едва сдерживал гнев. — О своих шкурах они позаботились, а на Запретных, которые держат рубеж против тварей, им плевать?! Каждые несколько месяцев их повозки привозят сюда несчастных, словно ненужный хлам на свалку. Нам усложняют оборону, но при этом ни подкреплений, ни элементарной провизии от святого престола не допросишься! Отправь они сюда хотя бы крошечный отряд в помощь — и я бы поверил, что у этих святош осталась хоть капля совести.
— А как же Пограничье Мёртвого моря?! — Эстиан едва сдерживал гнев. — О своих шкурах они позаботились, а на Запретных, которые держат рубеж против тварей, им плевать?! Каждые несколько месяцев их повозки привозят сюда несчастных, словно ненужный хлам на свалку. Нам усложняют оборону, но при этом ни подкреплений, ни элементарной провизии от святого престола не допросишься! Отправь они сюда хотя бы крошечный отряд в помощь — и я бы поверил, что у этих святош осталась хоть капля совести.
Тетушка мягко коснулась его плеча и налила племяннику еще чаю, остужая его пыл:
Тетушка мягко коснулась его плеча и налила племяннику еще чаю, остужая его пыл:
— Им сейчас не до совести, Эстиан. Наш мир угасает. Эта ступень мироздания доживает свои последние дни. В ближайшие пять, максимум десять лет всем расам придется переселиться на верхний ярус. С точки зрения патриархов, оставлять здесь священную силу глупо — все равно этот мир обречен. Куда разумнее пустить ее на спасение тех, кто возглавит великий исход. Даже то, что госпожа Вилин ушла в дальнее плавание, напрямую связано с подготовкой к этому великому переселению.
— Им сейчас не до совести, Эстиан. Наш мир угасает. Эта ступень мироздания доживает свои последние дни. В ближайшие пять, максимум десять лет всем расам придется переселиться на верхний ярус. С точки зрения патриархов, оставлять здесь священную силу глупо — все равно этот мир обречен. Куда разумнее пустить ее на спасение тех, кто возглавит великий исход. Даже то, что госпожа Вилин ушла в дальнее плавание, напрямую связано с подготовкой к этому великому переселению.

Комментарии

Загрузка...