Происходящее никак не укладывалось в голове Эстиана.
Происходящее никак не укладывалось в голове Эстиана.
Он, конечно, ожидал, что знать Пограничья Мёртвого моря воспользуется моментом и попытается нанести удар, но чтобы они ухитрились привлечь на свою сторону другого драконида — да ещё и чужака! Это выходило за рамки любого разумного сценария.
Он, конечно, ожидал, что знать Пограничья Мёртвого моря воспользуется моментом и попытается нанести удар, но чтобы они ухитрились привлечь на свою сторону другого драконида — да ещё и чужака! Это выходило за рамки любого разумного сценария.
Эстиан перевёл взгляд на одного из стариков. Его лицо, удивительно похожее на свиную харю покойного баронета, казалось нелепым на тощем, сгорбленном теле.
Эстиан перевёл взгляд на одного из стариков. Его лицо, удивительно похожее на свиную харю покойного баронета, казалось нелепым на тощем, сгорбленном теле.
— Ты что, выживший из семейки Пигг? — спросил Эстиан.
— Ты что, выживший из семейки Пигг? — спросил Эстиан.
— Я его отец! — истошно взвизгнул старик, брызжа слюной. — Ты, паршивец, сжил со свету моего сына!
— Я его отец! — истошно взвизгнул старик, брызжа слюной. — Ты, паршивец, сжил со свету моего сына!
Слово «выживший» из уст Эстиана обожгло старика Пигга почище драконьего пламени, разом напомнив о страшной гибели всей его семьи.
Слово «выживший» из уст Эстиана обожгло старика Пигга почище драконьего пламени, разом напомнив о страшной гибели всей его семьи.
Эстиан даже не подумал оправдываться. Его внимание уже переключилось на троих противников, представлявших наибольшую угрозу.
Эстиан даже не подумал оправдываться. Его внимание уже переключилось на троих противников, представлявших наибольшую угрозу.
Первым был Запретный — мужчина, чья правая рука, сжимавшая эфес, источала столь густую и омерзительную жажду убийства, что к горлу подкатывала тошнота. Должно быть, это и есть тот самый «карманный каратель знати», о котором предупреждала Жанетт.
Первым был Запретный — мужчина, чья правая рука, сжимавшая эфес, источала столь густую и омерзительную жажду убийства, что к горлу подкатывала тошнота. Должно быть, это и есть тот самый «карманный каратель знати», о котором предупреждала Жанетт.
Вторым стоял чернолёдный драконид. Безупречный дорогой камзол выдавал в нём отпрыска великого дома. Спесь и презрение к миру пропитали саму его суть: даже напускная аристократическая вежливость не могла скрыть сквозящее в каждом движении превосходство.
Вторым стоял чернолёдный драконид. Безупречный дорогой камзол выдавал в нём отпрыска великого дома. Спесь и презрение к миру пропитали саму его суть: даже напускная аристократическая вежливость не могла скрыть сквозящее в каждом движении превосходство.
За спиной молодого лорда возвышался его телохранитель — пожилой, но мощный управляющий. Несмотря на белизну волос и бороды, его широкоплечая фигура, едва умещавшаяся в строгом сюртуке, так и дышала сокрушительной физической силой.
За спиной молодого лорда возвышался его телохранитель — пожилой, но мощный управляющий. Несмотря на белизну волос и бороды, его широкоплечая фигура, едва умещавшаяся в строгом сюртуке, так и дышала сокрушительной физической силой.
— Надо же, — усмехнулся Эстиан. — Я-то думал, наши благородные соседи по Пограничью в крайнем случае призовут на мою голову кого-то из старейшин Драгонфлейм. А они притащили чернолёдного драконида. Господа, расклад меняется. Из обычной семейной склоки это превращается в государственную измену и сговор с внешним врагом!
— Надо же, — усмехнулся Эстиан. — Я-то думал, наши благородные соседи по Пограничью в крайнем случае призовут на мою голову кого-то из старейшин Драгонфлейм. А они притащили чернолёдного драконида. Господа, расклад меняется. Из обычной семейной склоки это превращается в государственную измену и сговор с внешним врагом!
Кониц небрежно снял очки и принялся протирать стёкла платком. В его поведении не было ни капли напряжения перед грядущей схваткой.
Кониц небрежно снял очки и принялся протирать стёкла платком. В его поведении не было ни капли напряжения перед грядущей схваткой.
— Ты слишком высокого о себе мнения, — лениво отозвался он с тихой усмешкой. — Само то, что тебя отправили проходить семейное испытание в эту Богом забытую дыру, доказывает: в роду Драгонфлейм ты пустое место. Если я прикончу тебя прямо здесь, твои сородичи, возможно, вздохнут с облегчением. К тому же, если ты сдохнешь тихо, твоя смерть останется лишь трагической случайностью.
— Ты слишком высокого о себе мнения, — лениво отозвался он с тихой усмешкой. — Само то, что тебя отправили проходить семейное испытание в эту Богом забытую дыру, доказывает: в роду Драгонфлейм ты пустое место. Если я прикончу тебя прямо здесь, твои сородичи, возможно, вздохнут с облегчением. К тому же, если ты сдохнешь тихо, твоя смерть останется лишь трагической случайностью.
Эстиан понимающе кивнул, словно прислушиваясь к ценному совету, и с притворной грустью вздохнул:
Эстиан понимающе кивнул, словно прислушиваясь к ценному совету, и с притворной грустью вздохнул:
— Ну конечно. Примерно так же, как и всё семейство Пигг? Свели счёты с жизнью в порыве раскаяния, верно?
— Ну конечно. Примерно так же, как и всё семейство Пигг? Свели счёты с жизнью в порыве раскаяния, верно?
— Ублюдок! — взвыл старик Пигг, багровея от ярости.
— Ублюдок! — взвыл старик Пигг, багровея от ярости.
Дряхлое тело старика так и затряслось. Он уже готов был с кулаками броситься на Эстиана, но Сорд — безумный мечник из Запретных — бесцеремонно преградил ему дорогу. Слишком очевидная провокация. Сделай этот старый дурак ещё пару шагов вперёд, и они просто не успеют вытащить его из-под испепеляющего удара драконьей магии.
Дряхлое тело старика так и затряслось. Он уже готов был с кулаками броситься на Эстиана, но Сорд — безумный мечник из Запретных — бесцеремонно преградил ему дорогу. Слишком очевидная провокация. Сделай этот старый дурак ещё пару шагов вперёд, и они просто не успеют вытащить его из-под испепеляющего удара драконьей магии.
Седовласый управляющий, не меняясь в лице, негромко обратился к патрону:
Седовласый управляющий, не меняясь в лице, негромко обратился к патрону:
— Молодой господин Кониц, мерзавец просто тянет время. Он даёт той девчонке-Запретной прийти в себя.
— Молодой господин Кониц, мерзавец просто тянет время. Он даёт той девчонке-Запретной прийти в себя.
Эстиан мысленно цыкнул. Раскусили, и чертовски быстро.
Эстиан мысленно цыкнул. Раскусили, и чертовски быстро.
Он действительно пытался выиграть для Шаноа драгоценные минуты. Схватка с Сиреной далась ей нелегко, а теперь, когда Кровавая луна полностью воцарилась на небосводе, следовало максимально оградить её от пагубного влияния запретной магии.
Он действительно пытался выиграть для Шаноа драгоценные минуты. Схватка с Сиреной далась ей нелегко, а теперь, когда Кровавая луна полностью воцарилась на небосводе, следовало максимально оградить её от пагубного влияния запретной магии.
Эстиан осторожно сжал холодные пальцы Шаноа, призывая её сохранять спокойствие, а сам вновь повернулся к Коницу, плеснув в голос яда:
Эстиан осторожно сжал холодные пальцы Шаноа, призывая её сохранять спокойствие, а сам вновь повернулся к Коницу, плеснув в голос яда:
— Мне вот безумно интересно, какая муха укусила чернолёдного драконида, раз он согласился шестерить на побегушках у шелудивых псов дома Пигг? Неужели ты настолько преклоняешься перед старой дряхлой шавкой, которую когда-то пригрела моя семья?
— Мне вот безумно интересно, какая муха укусила чернолёдного драконида, раз он согласился шестерить на побегушках у шелудивых псов дома Пигг? Неужели ты настолько преклоняешься перед старой дряхлой шавкой, которую когда-то пригрела моя семья?
— Дешёвый трюк, — высокомерно фыркнул Кониц. — Думаешь, меня так легко взбесить? Раз уж ты так любишь чесать языком, я, так и быть, поделюсь с тобой этим секретом. Перед самой твоей смертью!
— Дешёвый трюк, — высокомерно фыркнул Кониц. — Думаешь, меня так легко взбесить? Раз уж ты так любишь чесать языком, я, так и быть, поделюсь с тобой этим секретом. Перед самой твоей смертью!
Кониц резко взмахнул рукой, отдавая приказ. Старый управляющий и Сорд одновременно сорвались с места, бросаясь в атаку.
Кониц резко взмахнул рукой, отдавая приказ. Старый управляющий и Сорд одновременно сорвались с места, бросаясь в атаку.
— Ну же, девка-рыцарь! — проревел Сорд, занося клинок. — Покажи мне настоящее фехтование! Надеюсь, я восхищусь, а не лопну со смеху!
— Ну же, девка-рыцарь! — проревел Сорд, занося клинок. — Покажи мне настоящее фехтование! Надеюсь, я восхищусь, а не лопну со смеху!
Из его правой руки, державшей оружие, донеслись потусторонние стоны и завывания — голоса поверженных им мастеров меча, чьи души теперь питали его проклятую силу. Воздух прочертила лавина стальных росчерков; казалось, за каждым взмахом клинка следовала незримая призрачная тень, направляющая удар.
Из его правой руки, державшей оружие, донеслись потусторонние стоны и завывания — голоса поверженных им мастеров меча, чьи души теперь питали его проклятую силу. Воздух прочертила лавина стальных росчерков; казалось, за каждым взмахом клинка следовала незримая призрачная тень, направляющая удар.
Эстиан круто развернул коня и, прижав к себе Шаноа, направил скакуна прямо в бурлящую гущу монстров.
Эстиан круто развернул коня и, прижав к себе Шаноа, направил скакуна прямо в бурлящую гущу монстров.
Тварям бездны было плевать, кем лакомиться. Если ублюдки Коница хотят достать его, им придётся пробиваться сквозь клыки и когти прислужников Сирены вместе с ним.
Тварям бездны было плевать, кем лакомиться. Если ублюдки Коница хотят достать его, им придётся пробиваться сквозь клыки и когти прислужников Сирены вместе с ним.
— Шаноа, я возьму их на себя и создам тебе брешь, — не оборачиваясь, крикнул Эстиан. — Побереги силы. Не разменивайся на мелочи — бей редко, но наповал.
— Шаноа, я возьму их на себя и создам тебе брешь, — не оборачиваясь, крикнул Эстиан. — Побереги силы. Не разменивайся на мелочи — бей редко, но наповал.
— Хорошо... — отозвалась она тихим, словно заторможенным эхом.
— Хорошо... — отозвалась она тихим, словно заторможенным эхом.
Шаноа казалась рассеянной. Её взгляд блуждал по сторонам, словно она пыталась отыскать в бушующем вокруг хаосе что-то невидимое для остальных.
Шаноа казалась рассеянной. Её взгляд блуждал по сторонам, словно она пыталась отыскать в бушующем вокруг хаосе что-то невидимое для остальных.
Исполинский водяной смерч взвился до самых облаков, застилая Кровавую луну. У его подножия, оскалив уродливые пасти, в экстазе бесновались полчища тварей.
Исполинский водяной смерч взвился до самых облаков, застилая Кровавую луну. У его подножия, оскалив уродливые пасти, в экстазе бесновались полчища тварей.
Сквозь этот оживший кошмар неслись всадники. Лошадь, ошалев от страха, мчалась вслепую, ведомая лишь чистым инстинктом самосохранения. Когти монстров то и дело полосовали одежду и кожу беглецов, но, к счастью, раны были неопасными.
Сквозь этот оживший кошмар неслись всадники. Лошадь, ошалев от страха, мчалась вслепую, ведомая лишь чистым инстинктом самосохранения. Когти монстров то и дело полосовали одежду и кожу беглецов, но, к счастью, раны были неопасными.
Следом, наступая на пятки, мчались старый управляющий и Сорд. Мечник крушил вставших на пути монстров направо и налево, совершенно не заботясь о расходе сил. В его глазах уже разгоралось безумие — первый признак того, что Запретный перешёл черту и теряет контроль над чужеродной силой.
Следом, наступая на пятки, мчались старый управляющий и Сорд. Мечник крушил вставших на пути монстров направо и налево, совершенно не заботясь о расходе сил. В его глазах уже разгоралось безумие — первый признак того, что Запретный перешёл черту и теряет контроль над чужеродной силой.
— Шаноа, давай! Пропиши ему сталь под ребро! — выкрикнул Эстиан.
— Шаноа, давай! Пропиши ему сталь под ребро! — выкрикнул Эстиан.
Но ещё до того, как слова сорвались с его губ, он швырнул под ноги преследователю трупную бомбу. Ошмётки монстров, которых только что настрогал Сорд, мгновенно сдетонировали. Цепная реакция взрывов подняла мечника в воздух и отбросила в сторону, однако этот живучий ублюдок отделался лишь парой царапин.
Но ещё до того, как слова сорвались с его губ, он швырнул под ноги преследователю трупную бомбу. Ошмётки монстров, которых только что настрогал Сорд, мгновенно сдетонировали. Цепная реакция взрывов подняла мечника в воздух и отбросила в сторону, однако этот живучий ублюдок отделался лишь парой царапин.
Встряхнув головой, Шаноа наконец пришла в себя. Она резко вонзила свой призрачный клинок в крошечный магический круг, зависший рядом. В то же мгновение за спиной взлетевшего Сорда соткался точно такой же контур, и лезвие чернейшей магии насквозь прошило его грудь.
Встряхнув головой, Шаноа наконец пришла в себя. Она резко вонзила свой призрачный клинок в крошечный магический круг, зависший рядом. В то же мгновение за спиной взлетевшего Сорда соткался точно такой же контур, и лезвие чернейшей магии насквозь прошило его грудь.
— Да какое это, к чёрту... фехтование! — яростно взревел раненый мечник.
— Да какое это, к чёрту... фехтование! — яростно взревел раненый мечник.
Но атака сбила его темп. Этой секунды промедления хватило, чтобы порождённый Сиреной водяной вихрь налетел на него, словно живая мясорубка. Раздался жуткий хруст — и Сорд лишился головы.
Но атака сбила его темп. Этой секунды промедления хватило, чтобы порождённый Сиреной водяной вихрь налетел на него, словно живая мясорубка. Раздался жуткий хруст — и Сорд лишился головы.
Однако его обезглавленное тело даже не подумало падать. Словно марионетка на невидимых нитях, оно продолжало слепо размахивать клинком, кромсая всё вокруг в отчаянной жажде свежей крови.
Однако его обезглавленное тело даже не подумало падать. Словно марионетка на невидимых нитях, оно продолжало слепо размахивать клинком, кромсая всё вокруг в отчаянной жажде свежей крови.
«Полная потеря контроля, — мелькнула мысль в голове Эстиана. — Запретная сила сожрала его разум без остатка».
«Полная потеря контроля, — мелькнула мысль в голове Эстиана. — Запретная сила сожрала его разум без остатка».
Несмотря на то что на Эстиана со всех сторон наседали монстры Пограничья, а воздух вокруг то и дело прорезали смертоносные вихри, устранение одного из опаснейших противников заметно приободрило его.
Несмотря на то что на Эстиана со всех сторон наседали монстры Пограничья, а воздух вокруг то и дело прорезали смертоносные вихри, устранение одного из опаснейших противников заметно приободрило его.
— Шаноа, слушай внимательно, — сосредоточенно проговорил он. — Нужен ещё один удар. Последний. Нацель свой круг прямо в колено этому напыщенному индюку из Чернолёдных.
— Шаноа, слушай внимательно, — сосредоточенно проговорил он. — Нужен ещё один удар. Последний. Нацель свой круг прямо в колено этому напыщенному индюку из Чернолёдных.
Убивать Коница сейчас было нельзя ни в коем случае. Стоит его холёной голове покатиться по земле, и старый управляющий окончательно слетит с катушек. Старик мало того что обладал силой, вплотную приближающейся к рангу А, так ещё и нёс в себе примесь драконьей крови. Если этот цепной пёс пойдёт напролом, не щадя собственной жизни, он станет куда опаснее обезумевшей Сирены. Жизнь молодого господина была идеальным рычагом давления.
Убивать Коница сейчас было нельзя ни в коем случае. Стоит его холёной голове покатиться по земле, и старый управляющий окончательно слетит с катушек. Старик мало того что обладал силой, вплотную приближающейся к рангу А, так ещё и нёс в себе примесь драконьей крови. Если этот цепной пёс пойдёт напролом, не щадя собственной жизни, он станет куда опаснее обезумевшей Сирены. Жизнь молодого господина была идеальным рычагом давления.
Выждав долю секунды, пока управляющий отбивался от нахлынувшей волны монстров, Эстиан атаковал со спины.
Выждав долю секунды, пока управляющий отбивался от нахлынувшей волны монстров, Эстиан атаковал со спины.
[Драконье пламя: Вязкий плевок]
[Драконье пламя: Вязкий плевок]
Из соткавшейся в воздухе огненной пасти дракона в сторону старика полетел сгусток яростного пламени. Ударившись о землю, огонь не угас, а растёкся вязким лавовым озерцом, намертво сковывая движения неповоротливого противника.
Из соткавшейся в воздухе огненной пасти дракона в сторону старика полетел сгусток яростного пламени. Ударившись о землю, огонь не угас, а растёкся вязким лавовым озерцом, намертво сковывая движения неповоротливого противника.
— Шаноа, сейчас! — скомандовал Эстиан.
— Шаноа, сейчас! — скомандовал Эстиан.
Но на этот раз напарница подвела. Она словно застыла на месте, уставившись в пустоту, и лишь спустя долгие секунды спохватилась, судорожно вычерчивая контуры заклинания.
Но на этот раз напарница подвела. Она словно застыла на месте, уставившись в пустоту, и лишь спустя долгие секунды спохватилась, судорожно вычерчивая контуры заклинания.
Этого промедления хватило, чтобы старый управляющий почуял неладное. Вырываясь из огненной ловушки, он истошно проревел:
Этого промедления хватило, чтобы старый управляющий почуял неладное. Вырываясь из огненной ловушки, он истошно проревел:
— Берегитесь, молодой господин!
— Берегитесь, молодой господин!
Кониц среагировал мгновенно: пробудив драконью кровь, он покрылся прочной ледяной чешуёй и бросился наутёк. Но именно из-за этого манёвра выпад Шаноа ушёл в сторону. Призрачный клинок скользнул мимо колена и с размаху вонзился беглецу аккурат между ног, расколов его ледяные драконьи яйца!
Кониц среагировал мгновенно: пробудив драконью кровь, он покрылся прочной ледяной чешуёй и бросился наутёк. Но именно из-за этого манёвра выпад Шаноа ушёл в сторону. Призрачный клинок скользнул мимо колена и с размаху вонзился беглецу аккурат между ног, расколов его ледяные драконьи яйца!
— А-а-а-а-а-а! — захлебнулся диким, истошным воем Кониц, мгновенно рухнув на колени.
— А-а-а-а-а-а! — захлебнулся диким, истошным воем Кониц, мгновенно рухнув на колени.
Он судорожно активировал исцеляющую магию, но даже мгновенная регенерация не могла заглушить эту первобытную, выворачивающую душу наизнанку боль.
Он судорожно активировал исцеляющую магию, но даже мгновенная регенерация не могла заглушить эту первобытную, выворачивающую душу наизнанку боль.
Эстиан ошарашенно посмотрел на неё.
Эстиан ошарашенно посмотрел на неё.
— Шаноа, признайся, ты ведь сделала это нарочно? — ошеломлённо выдавил он.
— Шаноа, признайся, ты ведь сделала это нарочно? — ошеломлённо выдавил он.
Девушка, чей взор оставался туманным и рассеянным, с трудом сфокусировала взгляд на спутнике:
Девушка, чей взор оставался туманным и рассеянным, с трудом сфокусировала взгляд на спутнике:
— Моя сила... кажется, она говорит со мной.
— Моя сила... кажется, она говорит со мной.
— Издеваешься?.. — Эстиан едва не схватился за голову. — Спроси у неё, нельзя ли перенести эту беседу на другое время?!
— Издеваешься?.. — Эстиан едва не схватился за голову. — Спроси у неё, нельзя ли перенести эту беседу на другое время?!
Внезапная дезориентация Шаноа заставила Эстиана похолодеть от дурного предчувствия. Нашли время для душевных бесед с бездной! Но, к счастью, долгожданная подмога наконец прибыла.
Внезапная дезориентация Шаноа заставила Эстиана похолодеть от дурного предчувствия. Нашли время для душевных бесед с бездной! Но, к счастью, долгожданная подмога наконец прибыла.
С небес коршуном спикировала Омега. Одним мощным движением она вцепилась мёртвой хваткой в лицо Сирены, сорвала её с вершины водяного смерча и с оглушительным грохотом вбила в землю. В то же мгновение в раскрытую пасть чудовища хлынул ослепительный, испепеляющий поток яростного пламени.
С небес коршуном спикировала Омега. Одним мощным движением она вцепилась мёртвой хваткой в лицо Сирены, сорвала её с вершины водяного смерча и с оглушительным грохотом вбила в землю. В то же мгновение в раскрытую пасть чудовища хлынул ослепительный, испепеляющий поток яростного пламени.
В ушах Эстиана раздался тихий, доносящийся будто из ниоткуда голос Жанетт:
В ушах Эстиана раздался тихий, доносящийся будто из ниоткуда голос Жанетт:
«С Сиреной разберутся без нас. Что делать с этим выскочкой из Чернолёдных? Птица слишком высокого полёта, если прикокнуть его — проблем не оберёшься»
«С Сиреной разберутся без нас. Что делать с этим выскочкой из Чернолёдных? Птица слишком высокого полёта, если прикокнуть его — проблем не оберёшься»
Эстиан ответил без секундного колебания:
Эстиан ответил без секундного колебания:
— Кончайте старика-управляющего. А этого холёного щенка держите живым. Он ещё не ответил на мои вопросы!
— Кончайте старика-управляющего. А этого холёного щенка держите живым. Он ещё не ответил на мои вопросы!

Комментарии

Загрузка...