Вормека увели ребята, чтобы перевязать и обработать раны.
Вормека увели ребята, чтобы перевязать и обработать раны.
Перед его уходом Эстиан вовсе не хотел сыпать соль на рану, но понимал: кто-то должен сыграть роль строгого судьи. Без этого было не обойтись.
Перед его уходом Эстиан вовсе не хотел сыпать соль на рану, но понимал: кто-то должен сыграть роль строгого судьи. Без этого было не обойтись.
— Вормек, — негромко произнес Эстиан. — Твою казнь я отменил, но это не значит, что наказания не последует. И не надейся, что заступничество Жанетт или Доры избавит тебя от расплаты.
— Вормек, — негромко произнес Эстиан. — Твою казнь я отменил, но это не значит, что наказания не последует. И не надейся, что заступничество Жанетт или Доры избавит тебя от расплаты.
— Понимаю... — пробормотал Вормек и, понурив голову, побрел прочь.
— Понимаю... — пробормотал Вормек и, понурив голову, побрел прочь.
«Если спустить Вормеку это с рук, в будущем отбоя не будет от проблем, — размышлял Эстиан, провожая его взглядом. — Чрезмерная мягкость губит дисциплину. Сиюминутное милосердие порождает лишь наглых пройдох, готовых сесть тебе на шею при первом удобном случае. Стоит дать таким умникам хоть каплю тепла — они тут же обнаглеют окончательно. А проявишь твердость — сразу начнут за глаза обвинять в лицемерии».
«Если спустить Вормеку это с рук, в будущем отбоя не будет от проблем, — размышлял Эстиан, провожая его взглядом. — Чрезмерная мягкость губит дисциплину. Сиюминутное милосердие порождает лишь наглых пройдох, готовых сесть тебе на шею при первом удобном случае. Стоит дать таким умникам хоть каплю тепла — они тут же обнаглеют окончательно. А проявишь твердость — сразу начнут за глаза обвинять в лицемерии».
Вернувшись в замок, Эстиан и Жанетт уединились в кабинете, чтобы обсудить одну неотложную и крайне важную задачу.
Вернувшись в замок, Эстиан и Жанетт уединились в кабинете, чтобы обсудить одну неотложную и крайне важную задачу.
Эстиан взял со стола извергающий пламя череп, внимательно осмотрел его со всех сторон и спросил:
Эстиан взял со стола извергающий пламя череп, внимательно осмотрел его со всех сторон и спросил:
— Жанетт, это оружие сделано из останков монстра?
— Жанетт, это оружие сделано из останков монстра?
Словно предвидя его интерес, Жанетт достала из шкафа еще несколько образцов скверного оружия: столовый нож, погнутый молоток, обрезок железной трубы... На первый взгляд — самый обычный хлам, однако зловещая аура Скверны наделяла эти предметы разрушительными чарами.
Словно предвидя его интерес, Жанетт достала из шкафа еще несколько образцов скверного оружия: столовый нож, погнутый молоток, обрезок железной трубы... На первый взгляд — самый обычный хлам, однако зловещая аура Скверны наделяла эти предметы разрушительными чарами.
— В каком-то смысле да, — ответила она. — Но некоторые вещи становятся скверным оружием сами по себе, если ими долго и часто убивать тварей Мёртвого моря.
— В каком-то смысле да, — ответила она. — Но некоторые вещи становятся скверным оружием сами по себе, если ими долго и часто убивать тварей Мёртвого моря.
— И какова их реальная сила?
— И какова их реальная сила?
Жанетт удивленно вскинула брови:
Жанетт удивленно вскинула брови:
— Неужели Вормек во время покушения не успел сделать ни единого взмаха? Вы скрутили его прежде, чем он показал, на что способен этот клинок?
— Неужели Вормек во время покушения не успел сделать ни единого взмаха? Вы скрутили его прежде, чем он показал, на что способен этот клинок?
— Можно сказать и так, его обезвредили в мгновение ока. Но один удар он все же нанес. Лезвие пришлось по барьеру моей служанки, и, признаться, она выглядела весьма удивленной.
— Можно сказать и так, его обезвредили в мгновение ока. Но один удар он все же нанес. Лезвие пришлось по барьеру моей служанки, и, признаться, она выглядела весьма удивленной.
Услышав это, Жанетт решила отказаться от наглядной демонстрации. Она поудобнее устроилась в кресле, решив перевести дух. Видимо, сидеть с прямой спиной ей надоело — она нащупала кнопку на подлокотнике, и спинка плавно откинулась назад. Девушка полулегла, отчего вырез ее платья натянулся, выгодно подчеркивая пышные очертания груди.
Услышав это, Жанетт решила отказаться от наглядной демонстрации. Она поудобнее устроилась в кресле, решив перевести дух. Видимо, сидеть с прямой спиной ей надоело — она нащупала кнопку на подлокотнике, и спинка плавно откинулась назад. Девушка полулегла, отчего вырез ее платья натянулся, выгодно подчеркивая пышные очертания груди.
— Вот именно, — протянула она. — В этом и кроется вся прелесть скверного оружия. Сила самого Вормека едва ли превосходит уровень заурядного ученика мага, но разрушительная мощь его удара оказалась колоссальной. С таким арсеналом даже нищие из трущоб смогут стать передовым отрядом в борьбе с монстрами. Нам больше не придется выпрашивать помощь у дворян и их личной стражи.
— Вот именно, — протянула она. — В этом и кроется вся прелесть скверного оружия. Сила самого Вормека едва ли превосходит уровень заурядного ученика мага, но разрушительная мощь его удара оказалась колоссальной. С таким арсеналом даже нищие из трущоб смогут стать передовым отрядом в борьбе с монстрами. Нам больше не придется выпрашивать помощь у дворян и их личной стражи.
«Отличная задумка», — подумал Эстиан.
«Отличная задумка», — подумал Эстиан.
Если наладить массовые поставки такого оружия в трущобы, то проблема с мелкими монстрами действительно решится без участия заносчивых аристократов. Живая сила? Да в трущобных кварталах полно отчаявшихся людей, готовых на любую грязную и опасную работу ради куска хлеба. Но тут был один скользкий момент.
Если наладить массовые поставки такого оружия в трущобы, то проблема с мелкими монстрами действительно решится без участия заносчивых аристократов. Живая сила? Да в трущобных кварталах полно отчаявшихся людей, готовых на любую грязную и опасную работу ради куска хлеба. Но тут был один скользкий момент.
Эстиан нахмурился:
Эстиан нахмурился:
— Но у этой медали есть обратная сторона. Раздай мы такое оружие беднякам, и трущобы захлестнет волна насилия. Стоит этим вещам попасть в руки местных головорезов, как обычные драки превратятся в кровавую бойню. Да и благородные господа наверняка попытаются подкупить кого-нибудь, чтобы спровоцировать массовые беспорядки.
— Но у этой медали есть обратная сторона. Раздай мы такое оружие беднякам, и трущобы захлестнет волна насилия. Стоит этим вещам попасть в руки местных головорезов, как обычные драки превратятся в кровавую бойню. Да и благородные господа наверняка попытаются подкупить кого-нибудь, чтобы спровоцировать массовые беспорядки.
Жанетт лишь горько усмехнулась. Прожив в трущобах не один год, она прекрасно знала изнанку человеческой натуры и понимала, что далеко не каждый бедняк достоин жалости.
Жанетт лишь горько усмехнулась. Прожив в трущобах не один год, она прекрасно знала изнанку человеческой натуры и понимала, что далеко не каждый бедняк достоин жалости.
— Само собой, — кивнула она. — Именно поэтому я вела дела с предельной осторожностью. За все время я доверила это оружие только сиротам, которых знаю лично.
— Само собой, — кивнула она. — Именно поэтому я вела дела с предельной осторожностью. За все время я доверила это оружие только сиротам, которых знаю лично.
— И из двух выданных клинков один тут же пошел в ход, когда его владелец позарился на награду за мою голову, — беззлобно поддел ее Эстиан. — Так что осторожность точно не помешает.
— И из двух выданных клинков один тут же пошел в ход, когда его владелец позарился на награду за мою голову, — беззлобно поддел ее Эстиан. — Так что осторожность точно не помешает.
Будь у Жанетт лисьи ушки, они бы сейчас уныло прижались к голове. Она лишь обреченно вздохнула, не в силах оспорить этот факт:
Будь у Жанетт лисьи ушки, они бы сейчас уныло прижались к голове. Она лишь обреченно вздохнула, не в силах оспорить этот факт:
— Терпеть не могу твои подколки. Но что я могла поделать?
— Терпеть не могу твои подколки. Но что я могла поделать?
Эстиан поддразнивал её без злобы. На самом деле он понимал, что ему самому не нужно изобретать велосипед. Жанетт уже просчитала все риски, а мелкие осечки неизбежны в любом деле.
Эстиан поддразнивал её без злобы. На самом деле он понимал, что ему самому не нужно изобретать велосипед. Жанетт уже просчитала все риски, а мелкие осечки неизбежны в любом деле.
Сейчас ей требовался лишь тот, кто сможет легализовать её начинание. Могущественный покровитель с благородным титулом, способный прикрыть её перед законом и позволить скверному оружию выйти из тени.
Сейчас ей требовался лишь тот, кто сможет легализовать её начинание. Могущественный покровитель с благородным титулом, способный прикрыть её перед законом и позволить скверному оружию выйти из тени.
И Эстиан идеально подходил на эту роль. Более того, он сам отчаянно нуждался в силе, которую могла предложить Жанетт.
И Эстиан идеально подходил на эту роль. Более того, он сам отчаянно нуждался в силе, которую могла предложить Жанетт.
Местные аристократы плевать хотели на его приказы. Случись беда, они просто закроются в своих поместьях, наплевав на защиту границ от мелких тварей. И что тогда делать? Не отправлять же на каждую зачистку Запретных, живущих в его замке? Это все равно что палить из пушек по воробьям. К тому же частое использование их способностей не проходит бесследно и подтачивает их силы. Растрачивать их потенциал на пустяки — непозволительная роскошь.
Местные аристократы плевать хотели на его приказы. Случись беда, они просто закроются в своих поместьях, наплевав на защиту границ от мелких тварей. И что тогда делать? Не отправлять же на каждую зачистку Запретных, живущих в его замке? Это все равно что палить из пушек по воробьям. К тому же частое использование их способностей не проходит бесследно и подтачивает их силы. Растрачивать их потенциал на пустяки — непозволительная роскошь.
Если скверное оружие удастся узаконить, вопрос с нехваткой бойцов решится сам собой. А заодно закроется и важный пункт в его испытании.
Если скверное оружие удастся узаконить, вопрос с нехваткой бойцов решится сам собой. А заодно закроется и важный пункт в его испытании.
[Уровень порядка в регионе: Повышен]
[Уровень порядка в регионе: Повышен]
— Сколько времени уйдет на то, чтобы подготовить людей из трущоб к полноценной зачистке окрестностей? — спросил Эстиан.
— Сколько времени уйдет на то, чтобы подготовить людей из трущоб к полноценной зачистке окрестностей? — спросил Эстиан.
— Совсем немного, — оживилась Жанетт. — У меня припрятана солидная партия трупных бомб. С ними истреблять мелких тварей — одно удовольствие. Этого запаса хватит, чтобы продержаться, пока ополченцы не освоят скверное оружие.
— Совсем немного, — оживилась Жанетт. — У меня припрятана солидная партия трупных бомб. С ними истреблять мелких тварей — одно удовольствие. Этого запаса хватит, чтобы продержаться, пока ополченцы не освоят скверное оружие.
— Прекрасно. Подготовь подробный план. Я переговорю с госпожой инквизитором, а как только она покинет наши края, мы сразу запустим проект под мою личную ответственность.
— Прекрасно. Подготовь подробный план. Я переговорю с госпожой инквизитором, а как только она покинет наши края, мы сразу запустим проект под мою личную ответственность.
— А ты рисковый малый, — кокетливо улыбнулась Жанетт. — Мне это нравится.
— А ты рисковый малый, — кокетливо улыбнулась Жанетт. — Мне это нравится.
Поручиться за использование скверного оружия — на такой шаг не отважился бы ни один здравомыслящий дворянин, ведь за пределами Пограничья Мёртвого моря оно находилось под строжайшим запретом.
Поручиться за использование скверного оружия — на такой шаг не отважился бы ни один здравомыслящий дворянин, ведь за пределами Пограничья Мёртвого моря оно находилось под строжайшим запретом.
Эстиан последовал примеру Жанетт, откинул спинку своего кресла и с наслаждением вытянулся на нем.
Эстиан последовал примеру Жанетт, откинул спинку своего кресла и с наслаждением вытянулся на нем.
Новость о безвременной кончине барона Пигга грела душу. Этот напыщенный индюк умудрился выказать ему неуважение при первой же встрече, так что его гибель казалась высшей справедливостью. Однако радость Эстиана омрачал один неоспоримый факт: мертв был только барон Пигг. Остальные аристократы были живы и здоровы. А значит, добиться от них беспрекословного подчинения по-прежнему казалось задачей из разряда невыполнимых.
Новость о безвременной кончине барона Пигга грела душу. Этот напыщенный индюк умудрился выказать ему неуважение при первой же встрече, так что его гибель казалась высшей справедливостью. Однако радость Эстиана омрачал один неоспоримый факт: мертв был только барон Пигг. Остальные аристократы были живы и здоровы. А значит, добиться от них беспрекословного подчинения по-прежнему казалось задачей из разряда невыполнимых.
Эстиан вздохнул и с мечтательной улыбкой произнес:
Эстиан вздохнул и с мечтательной улыбкой произнес:
— Знаешь, Жанетт, мне тут в голову пришла одна мысль... Настолько дерзкая, что приличные люди о таком даже думать боятся.
— Знаешь, Жанетт, мне тут в голову пришла одна мысль... Настолько дерзкая, что приличные люди о таком даже думать боятся.
— И насколько же? — лениво поинтересовалась она.
— И насколько же? — лениво поинтересовалась она.
— Что, если бы все дворяне Пограничья, кроме меня, внезапно взяли и вымерли? Тогда и спорить со мной было бы просто некому.
— Что, если бы все дворяне Пограничья, кроме меня, внезапно взяли и вымерли? Тогда и спорить со мной было бы просто некому.
Жанетт разочарованно фыркнула:
Жанетт разочарованно фыркнула:
— Тоже мне, удивил. Я об этом мечтаю едва ли не каждый день.
— Тоже мне, удивил. Я об этом мечтаю едва ли не каждый день.
— Ого, да у тебя, оказывается, богатая и весьма кровожадная фантазия!
— Ого, да у тебя, оказывается, богатая и весьма кровожадная фантазия!
Пока они весело перешучивались, в комнату вошла Шаноа, вернувшаяся с прогулки. На ее лице застыло странное, непривычно серьезное выражение. Однако стоило ей увидеть развалившуюся в креслах парочку, как вся суровость мигом испарилась.
Пока они весело перешучивались, в комнату вошла Шаноа, вернувшаяся с прогулки. На ее лице застыло странное, непривычно серьезное выражение. Однако стоило ей увидеть развалившуюся в креслах парочку, как вся суровость мигом испарилась.
— О, так эти спинки откидываются? — удивленно приподняла бровь Шаноа. — Что ж, Эстиан, теперь тебе не придется спать на жестком полу. Можешь устраиваться прямо здесь.
— О, так эти спинки откидываются? — удивленно приподняла бровь Шаноа. — Что ж, Эстиан, теперь тебе не придется спать на жестком полу. Можешь устраиваться прямо здесь.
Эстиан, только что млевший от удобства, мгновенно подскочил на ноги и принялся картинно растирать поясницу:
Эстиан, только что млевший от удобства, мгновенно подскочил на ноги и принялся картинно растирать поясницу:
— Прекрати надо мной издеваться! И вообще, ты ведь зашла с таким мрачным видом. Что стряслось?
— Прекрати надо мной издеваться! И вообще, ты ведь зашла с таким мрачным видом. Что стряслось?
Шаноа с любопытством опустилась на освободившееся кресло, примериваясь к его удобству, и обыденным тоном произнесла:
Шаноа с любопытством опустилась на освободившееся кресло, примериваясь к его удобству, и обыденным тоном произнесла:
— В поместье барона Пигга не осталось в живых ни одного человека благородных кровей. Все вырезаны под корень. Уцелели только слуги.
— В поместье барона Пигга не осталось в живых ни одного человека благородных кровей. Все вырезаны под корень. Уцелели только слуги.
— Что?! — хором воскликнули Эстиан и Жанетт.
— Что?! — хором воскликнули Эстиан и Жанетт.
***
***
Вскоре вся троица уже стояла у ворот особняка барона Пигга.
Вскоре вся троица уже стояла у ворот особняка барона Пигга.
В последний раз Эстиан наведывался сюда, чтобы выпустить на волю ядовитого слизня ради очистки кармы. Сад до сих пор не оправился от той выходки — земля зияла проплешинами, а обугленные кусты уныло клонились к земле.
В последний раз Эстиан наведывался сюда, чтобы выпустить на волю ядовитого слизня ради очистки кармы. Сад до сих пор не оправился от той выходки — земля зияла проплешинами, а обугленные кусты уныло клонились к земле.
Перед домом толпились испуганные дворяне. Сжимая в руках защитные амулеты, они жались к спинам телохранителей и наперебой расспрашивали слуг о случившемся.
Перед домом толпились испуганные дворяне. Сжимая в руках защитные амулеты, они жались к спинам телохранителей и наперебой расспрашивали слуг о случившемся.
Опасаясь засады, Эстиан и его спутники осторожно перешагнули порог особняка. Но стоило им увидеть то, что творилось внутри, как у них перехватило дыхание.
Опасаясь засады, Эстиан и его спутники осторожно перешагнули порог особняка. Но стоило им увидеть то, что творилось внутри, как у них перехватило дыхание.
Вся семья барона Пигга, от мала до велика, лежала без дыхания в гостиной и столовой. Тела были разбросаны без всякого порядка, но на месте трагедии не нашлось ни единого следа борьбы. Все выглядело так, словно люди мирно занимались своими делами, а затем без видимой причины опустились на колени в молитвенных позах и приняли яд.
Вся семья барона Пигга, от мала до велика, лежала без дыхания в гостиной и столовой. Тела были разбросаны без всякого порядка, но на месте трагедии не нашлось ни единого следа борьбы. Все выглядело так, словно люди мирно занимались своими делами, а затем без видимой причины опустились на колени в молитвенных позах и приняли яд.
В кабинете барона обнаружили трупы глав других влиятельных семейств. По всей видимости, узнав о смерти Пигга, они спешно собрались здесь для совета, но прямо посреди обсуждения рухнули на колени, начали неистово каяться в грехах и испустили дух.
В кабинете барона обнаружили трупы глав других влиятельных семейств. По всей видимости, узнав о смерти Пигга, они спешно собрались здесь для совета, но прямо посреди обсуждения рухнули на колени, начали неистово каяться в грехах и испустили дух.
Жанетт вспомнила недавний разговор в замке, незаметно толкнула Эстиана локтем в бок и, показав большой палец, зашептала на ухо:
Жанетт вспомнила недавний разговор в замке, незаметно толкнула Эстиана локтем в бок и, показав большой палец, зашептала на ухо:
— А ты, оказывается, куда безумнее, чем кажешься. Другие только мечтают, а ты взял и сделал!
— А ты, оказывается, куда безумнее, чем кажешься. Другие только мечтают, а ты взял и сделал!
— Да я тут вообще ни при чем! — зашипел в ответ Эстиан. — Я же все время был у тебя на виду! Шаноа, признавайся, это твоих рук дело? Решила избавить меня от головной боли?
— Да я тут вообще ни при чем! — зашипел в ответ Эстиан. — Я же все время был у тебя на виду! Шаноа, признавайся, это твоих рук дело? Решила избавить меня от головной боли?
Шаноа на секунду задумалась и бесстрастно ответила:
Шаноа на секунду задумалась и бесстрастно ответила:
— Если бы это сделала я, мы бы сначала обсудили условия. Например, твое согласие спать сегодня на полу. Без этого я и пальцем бы не пошевелила.
— Если бы это сделала я, мы бы сначала обсудили условия. Например, твое согласие спать сегодня на полу. Без этого я и пальцем бы не пошевелила.
Логично, не поспоришь. Эстиан согласно кивнул:
Логично, не поспоришь. Эстиан согласно кивнул:
— Справедливо.
— Справедливо.
Да и если подумать, методы Шаноа были далеки от подобного тихого изящества. Слишком уж странной и пугающей казалась смерть этих людей.
Да и если подумать, методы Шаноа были далеки от подобного тихого изящества. Слишком уж странной и пугающей казалась смерть этих людей.
В этот момент в особняк вошла госпожа инквизитор. За ней, как и всегда, следовала ее служанка Тория, чье лицо на сей раз выражало глубокую растерянность.
В этот момент в особняк вошла госпожа инквизитор. За ней, как и всегда, следовала ее служанка Тория, чье лицо на сей раз выражало глубокую растерянность.
Как законный правитель этих земель, Эстиан поспешил выказать почтение гостье:
Как законный правитель этих земель, Эстиан поспешил выказать почтение гостье:
— Госпожа инквизитор, мне невыразимо жаль, что ваш визит в Пограничье омрачен столь жуткими событиями. Простите, что вам приходится созерцать это непотребство... Скажите, у вас есть соображения по поводу причин их кончины? Клянусь, я приложу все силы, чтобы отыскать убийцу!
— Госпожа инквизитор, мне невыразимо жаль, что ваш визит в Пограничье омрачен столь жуткими событиями. Простите, что вам приходится созерцать это непотребство... Скажите, у вас есть соображения по поводу причин их кончины? Клянусь, я приложу все силы, чтобы отыскать убийцу!
Инквизитор слегка повернула голову к Эстиану. Сквозь прорези маски на него уставился пронзительный взгляд темных глаз.
Инквизитор слегка повернула голову к Эстиану. Сквозь прорези маски на него уставился пронзительный взгляд темных глаз.
— Отыскать убийцу? Неужели ты столь уверен в своих силах?
— Отыскать убийцу? Неужели ты столь уверен в своих силах?
Эстиан мысленно прикусил язык. Зачем вешать на себя ярмо невыполнимого обещания?
Эстиан мысленно прикусил язык. Зачем вешать на себя ярмо невыполнимого обещания?
«Пусть земля вам будет пухом, барон, но раскапывать это болото я не нанимался».
«Пусть земля вам будет пухом, барон, но раскапывать это болото я не нанимался».
Он тут же пошел на попятную:
Он тут же пошел на попятную:
— Разумеется, я проведу расследование в меру своих скромных возможностей...
— Разумеется, я проведу расследование в меру своих скромных возможностей...
Инквизитор перевела взгляд на свою служанку:
Инквизитор перевела взгляд на свою служанку:
— Тория, что скажешь? Какие зацепки видишь на месте преступления? Что здесь произошло?
— Тория, что скажешь? Какие зацепки видишь на месте преступления? Что здесь произошло?
Служанка сделала глубокий вдох, явно подбирая максимально обтекаемые формулировки, и наконец произнесла:
Служанка сделала глубокий вдох, явно подбирая максимально обтекаемые формулировки, и наконец произнесла:
— Полагаю, это групповое самоубийство. Барон Пигг нанял убийцу для покушения на лорда, но когда в Пограничье прибыла ваша милость, совесть несчастных не выдержала. Осознав всю тяжесть своего греха, вся семья решила очиститься через добровольную смерть.
— Полагаю, это групповое самоубийство. Барон Пигг нанял убийцу для покушения на лорда, но когда в Пограничье прибыла ваша милость, совесть несчастных не выдержала. Осознав всю тяжесть своего греха, вся семья решила очиститься через добровольную смерть.
Инквизитор важно кивнула:
Инквизитор важно кивнула:
— Логично. Весьма здравое умозаключение.
— Логично. Весьма здравое умозаключение.
Эстиан, Шаноа и Жанетт дружно промолчали.
Эстиан, Шаноа и Жанетт дружно промолчали.

Комментарии

Загрузка...