Моя девушка – певица с крутым нравом — Глава 103 читать онлайн

Цинь Дэвэню явно претила столь широкая натура Е Чжицю, не желавшая ограничиваться чем-то одним. Тщательно подбирая слова, он произнес:

— Юный друг Е, возможно, я лезу не в свое дело. Я понимаю, что молодежи свойственно пробовать всё подряд, и это нормально. Но у тебя редкий дар к литературе и поэзии, и тебе стоит направлять свой талант в то русло, где ты по-настоящему силен.

Присутствующие не скрывали изумления. Слова Цинь Дэвэня звучали не просто как наставление, а как искреннее, глубокое признание. «Да какой там, к черту, талант в поэзии!», – тоскливо подумал Е Чжицю, но вслух лишь покорно закивал, не решаясь возразить.

После такой тирады старейшины Циня гости уже не могли смотреть на молодого человека свысока. Взоры, полные любопытства, то и дело возвращались к нему. Особенно усердствовал Юй Чжэндао: Е Чжицю кожей чувствовал, как взгляд будущего тестя, подобно поисковому прожектору, вновь впивается в него.

— Господин Е еще совсем молод, а уже создал два столь поразительных стихотворения, — с восхищением подхватил министр У. — Истинный герой, вышедший из юных лет. «Ода рыцарю» и «Меченосец» уже получили одобрение министерства для включения в рекомендательный каталог по изучению поэзии в вузах. Процесс оформления запущен, так что, возможно, нам еще придется побеспокоить вас, господин Е.

Чжицю оставалось только кивать и соглашаться. Цинь Дэвэнь со снисходительной улыбкой добавил:

— Твои стихи, юный друг, пропитаны духом рыцарства, пожалуй, даже слишком сильно. Они не совсем подходят для неокрепших умов школьников, но с точки зрения художественной ценности они безупречны. Кстати, я считаю, что их обязательно нужно включить в нашу программу «Вкус поэзии».

Министр У поспешно согласился, и беседа наконец вернулась в деловое русло. Е Чжицю втайне перевел дух, но в этот момент к нему, с трудом скрывая ехидную ухмылку, подошел молодой господин Ван.

— Так ты и есть автор «Чжусяня»? — Он бесцеремонно обхватил Е Чжицю за плечи и, понизив голос, угрожающе прошипел:

— Ну ты и потрепал мне нервы, брат. Кроме тех, кто здесь сидит, ведь никто не знает, кто ты на самом деле, да? А если я тебя сдам?

— Только попробуй! — Е Чжицю мгновенно напрягся, слова вырвались сами собой.

— Тогда воскреси Бияо! — Свирепо потребовал Ван. — И пусть Сяо Фань останется с ней!

Е Чжицю на мгновение лишился дара речи. Он совсем забыл, что молодой господин Ван – ярый сторонник Бияо.

— Лу Сюэци должна быть с Чжан Сяофанем, — раздался рядом спокойный, почти невесомый голос. Это подала знак Юй Цайвэй, явно принадлежавшая к стану фанатов Сюэци.

Е Чжицю похолодел. «Милая, ну ты-то куда лезешь в такой момент?» – подумал он. Чтобы читатели диктовали автору сюжет? Ну уж нет, восстание в зачатке!

— Я отказываюсь! — Отчеканил он, внезапно проявив твердость духа.

— Настолько смелый? — Ван опешил, но тут же в ужасе осознал:

— Ты хочешь сказать, что Бияо в итоге так и не воскреснет?!

Юй Цайвэй тоже устремила на Е Чжицю вопросительный взгляд своих прекрасных глаз. Тот лишь закатил глаза и отрезал:

— Никаких спойлеров. Читайте – и всё узнаете.

Тон молодого господина Вана мгновенно сменился на скорбный вопль:

— Да какое там «читайте»! Ты сегодня хоть одну главу выложил? Видел, который час?!

— Завтра наверстаю, — беспечно отозвался Е Чжицю.

— Завтра у тебя съемки программы, — вновь раздался тихий голосок Юй Цайвэй.

— Э-э... — Чжицю обернулся к ней. Девушка смотрела на него с лукавой искоркой в глазах, едва заметно подмигнув.

Ван окончательно вышел из себя:

— Твою же... Ты что, опять на два дня забросишь выкладку?

— Буду должен! Всё наверстаю! — Е Чжицю махнул рукой с видом человека, которому широкие долги уже не в тягость.

Поняв, что вытянуть из автора ничего не удастся, молодой господин Ван еще немного поболтал ни о чем, силой заставил Е Чжицю обменяться контактами в WeChat и только после этого вернулся на свое место. Тянь Сюн, после недавнего конфуза, больше не решался заискивать перед Юй Цайвэй.

Когда разговор за столом зашел о формате будущего шоу, министр У обратился к Ма Сюэминю:

— Мастер Ма, вы – заместитель председателя Ассоциации поэзии. Что вы думаете о концепции программы?

Ма Сюэминь погладил редкую козлиную бородку и веско произнес:

— Моя идея такова: сделать всё в формате «Трибуны мастеров». В каждом выпуске мы отбираем лучшие образцы классики, приглашаем именитых наставников, которые будут разъяснять глубинные смыслы, биографии поэтов и исторический контекст создания произведений.

Чиновники слушали внимательно, согласно кивая. Но когда старик закончил, один из присутствующих выразил сомнение:

— Но не будет ли такой формат слишком сухим? Зритель окажется лишь пассивным слушателем, вовлеченность будет минимальной.

Ма Сюэминь опешил и возразил как нечто само собой разумеющееся:

— Отнюдь. Поэзия всегда была уделом немногих, делом изящным и возвышенным. Только тот, кто способен в тишине и терпении внимать истине, сможет прочувствовать красоту ритма. А те зрители, что не в силах даже дослушать до конца, нам и не нужны.

В комнате воцарилось молчание. Чиновники переглянулись; было очевидно, что они не в восторге от подхода Ма Сюэминя, но из вежливости никто не проронил ни слова. Юй Чжэндао и молодой господин Ван, выступавшие спонсорами, тоже помалкивали. Первый считал, что профессиональные вопросы должны решать профессионалы, а второму было попросту неинтересно.

Наконец тишину нарушил Цинь Дэвэнь:

— Старина Ма, тут ты неправ. Именно потому, что порог вхождения в мир поэзии высок, мы, обладающие знаниями, должны вести за собой широкую аудиторию. Если мы создадим передачу для узкого круга посвященных, это пойдет вразрез с самой целью проекта. Нам нужно серьезно подумать над формой подачи.

Представители Центрального телевидения и Министерства культуры закивали. Ма Сюэминь помрачнел, но спорить не решился. Атмосфера была не слишком официальной, поэтому Тянь Сюн решил вставить слово:

— У меня есть идея. Мне кажется, формат лекций, предложенный моим учителем, очень хорош, но его можно доработать. Мы могли бы провести отбор в ведущих вузах страны и пригласить сотню студентов прямо в студию. И добавить блок вопросов и ответов. Разве это не поднимет уровень вовлеченности?

Чиновники снова переглянулись и одобрительно закивали. Это был выход: возможность попасть на съемки Центрального телевидения станет мощным стимулом для молодежи. Пусть аудитория всё еще ограничивалась студенческой средой, это уже было живым предложением.

Даже Цинь Дэвэнь похвалил:

— Хорошая мысль, Сяо Тянь. Всё-таки у вас, молодых, мозги работают быстрее.

Тянь Сюн поспешно замахал руками в притворном смирении, но уголки его губ невольно поползли вверх, а в глазах вспыхнуло торжество, которое он не сумел скрыть.

Цинь Дэвэнь снова глянул на Е Чжицю и спросил:

— Юный друг Е, а ты что думаешь?

— А?

Е Чжицю, увлеченно шептавшийся с Юй Цайвэй, вздрогнул и в замешательстве поднял голову. О чем они вообще? Какие мысли? Что они только что обсуждали? Под прицелом множества глаз он окончательно растерялся.

В этот момент Юй Чжэндао, который до этого больше слушал, внезапно пришел на помощь:

— Старейшина Цинь спрашивает твоего совета: как сделать программу максимально интересной для зрителей и повысить их участие?

Е Чжицю бросил на него благодарный взгляд. «Спасибо, будущий тесть!» – пронеслось в голове, хотя лицо Юй Чжэндао оставалось беспристрастным.

— Нет предложений, — честно признался Е Чжицю. — Вы в этих делах мастера, куда мне соваться со своими советами.

Цинь Дэвэнь, задавший вопрос скорее для проформы, просто кивнул. Но тут заговорил Ма Сюэминь:

— Ну что ты, старина Цинь, ставишь малого Е в неловкое положение? Его основное занятие – романы писать, откуда ему смыслить в таких вещах? В каждом деле свои законы, и молодежи не грех побольше слушать, побольше учиться и быть скромнее.

Е Чжицю опешил и с изумлением уставился на Ма Сюэминя. «Вот ведь язва старая!», – мелькнуло у него в голове.

Комментарии