Дома дни потянулись неспешно и буднично. Хотя Ван Епин вслух ничего не говорила, её отношение к Сюй Ши стало заметно теплее, чем прежде.
Материнское сердце устроено так: пока ребёнок далеко, всё в нём кажется прекрасным, но стоит ему задержаться дома подольше — и тут же начинают раздражать любые мелочи.
Разумеется, случай с Сюй Чжэном, который уехал на два года, стал исключением. Если бы после возвращения его не прибили на месте, это уже можно было считать чудом материнской любви.
Простуда Сюй Ши всё никак не проходила. С того самого дня, как он заселился в гостиницу, и до возвращения домой его мучил заложенный нос. Стоило открыть рот, как голос звучал в нос, и Сюй Ши недовольно пожаловался Сюй Чжэну:
— Почему я так странно звучу, как какая-то девчонка?
Голос у Сюй Ши не был тонким, после ломки он стал чистым, мальчишеским, и в обычное время слово женственный к нему никак не клеилось. Но из-за сильного насморка окончания фраз тянулись бесконечно, придавая речи некую вязкость.
— Нормально звучит, — Сюй Чжэн привык и не видел в этом ничего необычного.
Сюй Ши отпил воды и помассировал переносицу: в последнее время приходилось дышать только ртом, и горло сильно пересыхало. Воды в стакане осталось совсем чуть-чуть, и, поленившись идти за добавкой, Сюй Ши кивнул на почти полный стакан перед братом:
— Отдашь мне свой?
Сюй Чжэн сам взял стакан и перелил воду в посуду брата, а когда ставил обратно, слегка постучал пальцами по краю.
Сюй Чжэн думал, что младший брат раньше времени впал в спячку, поэтому старался не мешать ему и каждый день уходил из дома, чтобы попрощаться с одноклассниками. После летних каникул у него оставалось не так много времени, чтобы побыть с Сюй Ши, и именно поэтому каждая минута казалась теперь особенно ценной.
А вот Сюй Цзиньянь, будучи главным виновником всех бед, каждый вечер после работы сталкивался с гневом и недовольством жены. Мужское достоинство было подавлено, дома ему буквально не хватало воздуха.
— В сентябре пойдешь в старшую школу, не забудь завести побольше друзей, — Сюй Чжэн погладил брата по волосам и тихо добавил: — Почему ты в таком юном возрасте уже столько всего держишь в себе?
Сюй Чжэн был уверен: у любых перемен и событий есть свои причины.
Часто уходя из дома, Сюй Чжэн постепенно привык к тому, что Сюй Ши проводит время в одиночестве. Он никогда не видел, чтобы брат выходил куда-то днём, и однажды удивлённо спросил:
— Почему ты за все каникулы ни разу не сходил к своим одноклассникам?
Когда в семье Сюй остались только они двое, Сюй Чжэн решил податься на шахты. Тогда он жил бездумно, не замечал странностей в поведении брата, и каждый раз, когда Сюй Ши подсознательно тянулся к нему, Сюй Чжэн отталкивал его со словами:
— Не мешай мне.
Сюй Ши лишь отвечал ему слабой улыбкой:
— У меня нет никого, к кому я мог бы пойти.
— Плохо быть таким замкнутым, — Сюй Чжэн искренне радовался тому, что брат начал постепенно открываться ему.
В прошлой жизни в этот период атмосфера в семье Сюй была гнетущей, долги давили на плечи, не давая вздохнуть. Сюй Ши тогда тоже был странным, просто Сюй Чжэн этого не замечал. Теперь же, когда у Ван Епин дела пошли в гору, ей было некогда жаловаться на Сюй Цзиньяня, она целыми днями подсчитывала прибыль, и лето прошло в гораздо более спокойной обстановке.
Когда Сюй Цзиньянь возвращался с работы, его встречали не упрёки, а двое голодных детей. В браке всегда так: если один проявляет силу, другой вынужден стать слабее. Тем более что деньги решают статус. Чтобы отучить Сюй Цзиньяня от лени, Ван Епин приказала ему после работы никуда не ходить, а готовить еду для Сюй Чжэна и Сюй Ши.
Сюй Цзиньянь был самым обычным мужчиной, мягкотелым, не любил домашние дела. Раньше всем в доме заправляла Ван Епин, а он жил припеваючи. Кто бы мог подумать, что всё изменится. Сюй Чжэн пытался отговорить мать, но безуспешно.
В итоге Сюй Цзиньянь-то урок усвоил, а вот братьям пришлось несладко. На столе — помидоры с яйцом, жареные стебли салата со свининой да суп из морской капусты. Простая еда, по качеству уступающая всему, что готовила Ван Епин.
Сюй Чжэн жевал жёсткое мясо и слышал, как Сюй Ши шепчет:
— Как же невкусно.
— Ага, — вполголоса отозвался Сюй Чжэн.
— Брат, а ты умеешь готовить? — украдкой спросил Сюй Ши.
— Нет.
Сюй Ши помрачнел от разочарования.
На шахтах Сюй Чжэн питался тем, что давали на стройке: две порции овощей и одна мясная. Если у начальника было хорошее настроение, давали куриную ножку. Позже, когда пошли деньги и расширился круг общения, он постоянно пропадал на деловых обедах. Само слово готовка казалось ему чем-то бесконечно далёким.
Братья шептались, как шпионы на задании. Сюй Цзиньянь нахмурился и прикрикнул на них:
— Ешьте молча, чего болтаете?
Затем он сам поморщился, пробуя приготовленное им блюдо.
— Ладно, — тихо решил Сюй Ши. — Я буду сопротивляться.
Сюй Чжэн удивлённо взглянул на него:
— И как же?
— Безвыходных ситуаций не бывает. Я несколько дней наблюдал и теперь досконально знаю, как готовить. Жди, завтра сам попробуешь вкусный обед, — уверенно заявил Сюй Ши.
— Хорошо, я подожду. — Сюй Чжэн решил дать ему шанс.
Уголь у Ю Чжи был готов. Сегодняшним вечерним поездом его доставят в Цяньфэн к четырём часам завтрашнего дня.
Слышался приближающийся гудок паровоза, груженного чёрным золотом. Как только состав прибыл, Сюй Чжэн начал организацию выгрузки: машины одна за другой возили уголь на электростанцию Сунсу.
Электростанция Сунсу по праву считалась крупнейшей в Цяньфэне, занимая почти сто гектаров. Огромные трубы выбрасывали в небо клубы белого дыма — после очистки выбросы соответствовали государственным стандартам безопасности. Огромные просторные цеха, бесконечные ряды работающих механизмов, уголь отправляли в специальные хранилища.
Сюй Чжэн снова встретился с Чэнь Чжаньши. Тот протянул ему сигарету:
— Брат, ты мне оказал огромную услугу.
Сюй Чжэн заложил сигарету за ухо, не закуривая:
— Раз уж управляющий Чэнь не побоялся трудностей и нашёл нас, мы сделаем всё возможное. Если качеством довольны, можем сотрудничать на долгосрочной основе, как считаете?
— Договоримся, обязательно договоримся, — расплылся в улыбке Чэнь Чжаньши, раздавая пустые обещания.
Сюй Чжэн давно понял, что эта старая лиса не так проста. Особых надежд на долгосрочное сотрудничество он не питал, лишь бы закрыть эту сделку.
— А что насчёт остатка оплаты? Когда вам будет удобно перевести?
— О, не беспокойся, завтра же отправлю бухгалтерию всё оформить.
Сюй Чжэну оставалось лишь сделать вид, что он верит. После взаимных любезностей — Чэнь Чжаньши хвалил его за молодость и хватку, а Сюй Чжэн восхищался его статью — они распрощались.
Чэнь Чжаньши был занят делами завода и отправил с ним секретаря. На полпути Сюй Чжэн отпустил его, сказав, что дойдёт сам.
На огромной электростанции было много рабочих. Выйдя за ворота, Сюй Чжэн не ушёл сразу, а разговорился с дядькой-охранником, который работал здесь уже три года и знал всех. Видимо, устав от одиночества, тот охотно поболтал:
— Чэнь Чжаньши — человек скользкий, к нему и не подкопаешься. Видишь тех двоих? — он указал на двух худощавых парней в тёмных очках, идущих рядом, словно пара палочек для еды. — Это его верные псы.
Сюй Чжэн, опасаясь привлечь внимание, не стал долго смотреть и перевёл разговор на другие темы.
Когда солнце село, Сюй Чжэн вернулся домой. Едва открыв дверь, он почувствовал запах гари. Увидев Сюй Ши, выходящего из кухни с перепачканным в саже лицом, он остолбенел.
— Ты что, кухню взорвал? — с трудом спросил Сюй Чжэн.
Сюй Ши отвернулся, закашлялся и с тоской в голосе произнёс:
— Брат, я прожёг дно кастрюли. Что теперь делать?

Комментарии

Загрузка...