Следуя в том направлении, куда указывал Омен, я благополучно вернулся к хижине.
Зрение мгновенно прояснилось.
Вокруг было так уютно, что с трудом верилось, будто совсем недавно где-то неподалёку шёл бой. Я устало побрёл внутрь дома.
— Хозяин, вы верну...
Едва я открыл дверь, как столкнулся с Эльфинире. Стоило ей увидеть меня и Джинни, как всякое выражение мгновенно исчезло с её лица.
— Хозяин. Был бой?
— А? Да. Как ты узнала?
— Было бы странно не понять этого, глядя на твой вид.
Только тогда я осознал, в каком состоянии нахожусь. Одежда расплавлена, всё тело в пятнах крови. Даже при самом сильном желании нельзя было сказать, что я выгляжу хорошо.
«Совсем забыл об этом».
Слегка причмокнув губами, я открыл дверь в комнату Джинни и уложил её на кровать. Джинни всё так же крепко спала, даже несмотря на то, что её перенесли в хижину. Я укрыл её одеялом и вышел, мельком взглянув на Эльфинире, которая ждала у порога.
— Хозяин. Что же там всё-таки произошло?
— Долгая история...
Почёсывая щёку, я по порядку пересказал Эльфинире всё случившееся. Выслушав рассказ, она заскрежетала зубами и пробормотала:
— Джинни на самом деле была рабыней, а её бывший хозяин владел демонической маной...
Она снова процедила что-то про эту ману, а я тем временем тяжело опустился на стул. Нужно бы переодеться в чистое, раз уж прежняя одежда превратилась в лохмотья, но это может подождать. Сейчас меня интересовало только одно.
— Эльфинире, как там твой эксперимент?
Перед тем как мы с Джинни покинули хижину, Эльфинире сказала, что хочет провести некий эксперимент. И раз уж она дожидалась нас здесь, значит, её исследование принесло плоды.
— Здесь ведь всё всегда окутано тьмой, верно?
Я молча кивнул.
— Мне было любопытно, как здесь вообще умудряются расти растения.
Я широко раскрыл глаза от удивления. А ведь и правда. Здесь же нет света. Не только солнечного, но и от костра. Тем не менее, Чернолесье, это именно лес. Стоит выйти из хижины, как повсюду видишь деревья и цветы.
— Для жизни растений необходим фотосинтез...
— Именно, хозяин. Вот это меня и интересовало.
Растениям жизненно необходим свет. Но здешняя флора выживает и без него. И не только это.
— Когда мы шли через лес, мы видели всё достаточно отчётливо, пусть и на коротком расстоянии.
Если бы это было пространство, абсолютно лишённое света, то в лесу нельзя было бы разглядеть даже собственного носа. Но здесь всё иначе. В радиусе двух метров местность вполне можно было различить. Именно это заставило Эльфинире задуматься. И она поняла.
— Тьма в этом месте вовсе не тьма.
— Если не тьма, то что же?
— Всё это пространство заполнено духами.
Я недоумённо склонил голову. В общем-то, я и сам об этом догадывался. Стоит применить технику чёрного дракона и нанести удар кулаком, как тьма на миг расступается. Было очевидно, что это не обычные сумерки. Так что я вполне допускал, что этот мрак состоит из духов. Однако Эльфинире решительно покачала головой, давая понять, что я ошибаюсь.
— Нет, хозяин. Всё не так.
— Тогда как же?
— Вся эта тьма состоит из одного-единственного духа.
— ?!
Я изумлённо уставился на Эльфинире. Чернолесье, огромное место. Сегодня мы с Джинни шли больше часа, но лес так и не закончился. Напротив, он тянулся бесконечно. И такую огромную площадь контролирует один дух?
Эльфинире мельком взглянула на меня, заметив моё смятение, и перевела взгляд в окно.
— Хозяин. Как ты думаешь, есть ли у духов самосознание?
— Есть.
Я кивнул, вспомнив Омена. Его называли высшим духом тьмы, и он прекрасно понимал мои слова, принимал решения и помогал мне. Сказать, что у него нет самосознания, было бы просто оскорбительно.
— В таком случае, могут ли несколько духов тьмы, обладающих своей волей, всегда принимать абсолютно одинаковые решения?
— Вряд ли...
Как бы они ни были близки по крови или природе, пока у существа есть собственное «я», невозможно добиться от всех полной идентичности в действиях. Именно так. Ответ всегда должен быть один. А значит, этот лес... и эта тьма, опустившаяся на него... всё это без исключения...
— Создано одним духом тьмы.
— ...
— И этот дух... вероятно, Король духов тьмы.
В это трудно поверить. Существо настолько огромное, что способно накрыть целый лес вечной мглой.
«Надо вести себя как можно тише, пока я здесь».
Если я попадусь на глаза Королю духов, он наверняка сотрёт меня в порошок. Вздрогнув от этой мысли, я посмотрел на системное сообщение.
«Получить признание от кого-то, значит...»
Мне вспомнилась Башня Изумрудного леса. Тогда мне нужно было получить признание от Эльспира и Эльфинире. В случае с Эльспиром условия тоже не были ясны заранее, они открылись только в момент встречи. На четвёртом этаже всё было так же: условия стали понятны, стоило столкнуться с незваными гостями. Значит, и здесь всё прояснится лишь при встрече с целью задания.
А пока...
— Пойду умоюсь. Присмотри, пожалуйста, за Джинни, если она проснётся.
— Положись на меня, хозяин.
Первым делом нужно привести себя в порядок. Я взял полотенце и чистую одежду и направился к колодцу. Липкая кровь уже давно успела запечься на коже.
Прошёл день.
Как обычно, встав утром и приготовив еду, я наполнил тарелку и встал перед дверью Джинни. В обычное время я бы просто постучал, а потом позвал её завтракать. Но сегодня я этого не сделал. Повернув ручку, я тихо вошёл в её комнату.
— ...
Я посмотрел на Джинни, которая крепко спала, обливаясь холодным потом. С того момента, как мы вернулись вчера в хижину, она не открывала глаз.
— Джинни. Просыпайся.
— ...
Как бы я ни пытался её разбудить, она не просыпалась. Это был пугающе глубокий сон. Я слегка потряс её за плечо, но Джинни даже не шелохнулась. Она лишь крепче сжимала одеяло, а по её лицу продолжал катиться пот.
— ...Хозяин.
— Эльфинире.
Внезапно появившаяся за моей спиной Эльфинире подошла к кровати с полотенцем в руках. Она нежно стёрла холодный пот с тела Джинни. Даже во время этого Джинни продолжала пребывать в забытьи.
— ...Как ни посмотри, это ненормально.
Эльфинире молча кивнула. Состояние Джинни было крайне далёким от обычного. Эльфинире уже пыталась её лечить и утверждала, что физически девушка совершенно здорова. Тем не менее Джинни не приходила в себя. Я знал слово, которое описывало такое состояние.
— Кома...
По неизвестной причине Джинни лишилась сознания. Сквозь сомкнутые зубы у неё вырвался слабый стон. Эльфинире, заметив, что одежда Джинни насквозь промокла от пота, недовольно цокнула языком.
— Хозяин, выйди на минутку. Мне нужно её переодеть.
Кивнув, я вышел из комнаты и закрыл за собой дверь. Ожидая в коридоре, я внезапно услышал звук чего-то упавшего. Я мгновенно распахнул дверь.
— Эльфинире! Что слу...
— ...
Опрокинутый стул. Эльфинире, прижавшая ладони к губам. Мне не нужно было объяснять ситуацию, потому что я тоже увидел то, что заставило её замолчать.
Эльфинире приподняла рубашку на спине Джинни. И эта спина, настолько худая, что проглядывали кости...
— ...
Была сплошь покрыта ужасающими шрамами. Эти отметины выглядели очень старыми. Да. Им было не меньше десяти лет. К горлу подступила тошнота. Ревиль сказал, что Джинни девятнадцать, значит, десять лет назад ей было всего девять.
Что мог совершить девятилетний ребёнок, чтобы его так избивали? Какое преступление могла совершить маленькая девочка, чтобы её били до тех пор, пока на всю жизнь не остались такие рубцы? Это невозможно понять. И я не хочу этого понимать. Внутри закипала ярость. Сдерживая тошноту и крепко сжав кулаки, я вышел из комнаты.
— ...Эльфинире. Прошу тебя, позаботься о ней.
— Хорошо.
Стоило мне закрыть дверь, как послышалось, что Эльфинире снова принялась обтирать тело Джинни. Я отошёл подальше, сел за стол и посмотрел на свои кулаки, побелевшие от того, как сильно я их сжимал.
— Кюнг...
Чори, выбравшись из моего кармана, забралась на стол и лизнула мою руку. Почувствовав это щекотное прикосновение, я невольно усмехнулся и расслабил пальцы, почёсывая зверька за ушком.
— Утешаешь меня?
— Кюнг.
— Спасибо.
Чори ещё долго тёрлась головой о мою ладонь. Благодаря этому тяжесть на душе немного отступила, и я, подперев подбородок рукой, продолжал его гладить. Зверёк довольно жмурился и ритмично облизывался всякий раз, когда я его ласкал. Наконец дверь открылась. Из комнаты вышла Эльфинире, её лицо выражало гнев, а зубы были плотно сжаты.
— Как Джинни?
— ...Всё ещё спит.
Остальное я спрашивать не стал. В этом не было нужды — выражение лица Эльфинире говорило само за себя.
— ...Хозяин. Ты сказал, что Джинни была рабыней?
— Так он сказал.
— Вот почему она так подозрительно и с таким удивлением смотрела на нас с тобой.
Я молча кивнул. При нашей первой встрече Джинни спросила Эльфинире, не рабыня ли она. Я тут же ответил «нет», и хотя Эльфинире тогда отшутилась, Джинни смотрела на нас очень странно. Теперь всё встало на свои места. Для Джинни «хозяин» не был человеком, с которым можно шутить. Конечно, наши отношения казались ей чем-то невероятным.
На душе было скверно. Нельзя было позволять тому мерзавцу умереть вот так просто.
— Но мы ничего не могли сделать, хозяин.
— ...Твоя правда.
Ревиль внезапно взорвался в последний момент. У меня не было шанса помешать этому. И всё же мне было жаль. Нужно было сохранить ему жизнь подольше и заставить страдать. С досадой я посмотрел на тарелку с остывшим рагу.
— Съедим его так?
— Мне всё равно.
Я зачерпнул ложку холодного рагу и отправил в рот. Как я и думал, остывшее блюдо было совсем невкусным.
Закончив трапезу и оставив Джинни на попечение Эльфинире, я вернулся в свою комнату.
— Послушай, Омен. Почему ты всё время ходишь за мной?
Там снова была эта призрачная тень, которая преследовала меня со вчерашнего вечера. Я видел лишь слабый след его присутствия, поэтому не мог понять, чего он хочет. Омен в ответ на мой голос чем-то затрепетал, но для моих глаз это выглядело лишь как едва уловимое движение.
С ума сойти можно. Как же мне его разглядеть? Пока я ломал над этим голову, Чори, которая лежала на полке с набитым животом, подняла голову и посмотрела на меня.
— Кюнг.
— А?
Медленно-медленно, из-за круглого живота, зверёк подполз ко мне. Она пристально посмотрела на меня и облизнулась. Прочитав в её глазах желание, чтобы её подняли, я машинально протянул руку. Оказавшись на моей ладони, Чори повернула голову и безошибочно уставился на призрачную тень...
— Погоди. Ты что, видишь Омена?
— Кюнг.
Челюсть у меня едва не отвисла. Я уставился на зверька, а тот смотрел на меня так, будто хотел сказать: «А разве его можно не видеть?»
— Нет, я просто...
Шлёп.
Она легонько ударила меня хвостом по губам, прерывая. А затем повернулась к Омену и начала внимательно следить за его движениями.
— Кюнг. Кюнг-кюнг. Кюнг-кюнг-кюнг.
Чори о чём-то беседовал с Оменом. Вскоре она приложила хвост к подбородку, задумавшись, а затем широко раскрыла глаза и обернулась ко мне.
— Кюнг!
— Что? Подойти поближе?
Чори кивнула. Я приблизил лицо к ей. В этот миг зверёк широко разинул пасть и...
— ?!
Выдохнула в меня какое-то странное облако дыма. Я резко отпрянул и закашлялся. Что это ещё такое? В горле нестерпимо запершило. Неужели она решила меня прикончить за то, что я пару дней не давал ему камни? Зажмурившись и продолжая кашлять, я наконец пришёл в себя.
— Чори, ты что твори...
Я открыл глаза и осёкся. Иначе и быть не могло. Теперь, когда я снова мог видеть...
Прямо передо мной...
— ...Ты что, Омен?
— !..
Стояла огромная фиолетовая летучая мышь.

Комментарии

Загрузка...