Утренний ветер гонял сырость, воздух отдавал промозглой зимней свежестью.
Площадка ополчения в деревне Дуаньпо постепенно заполнилась людьми. Собрались практически все крепкие мужчины, а за ними стояли даже молодые дебелые девки, зажав в кулаках крестьянские вилы.
Почти каждый притащил с собой всё, что годилось для драки: топоры для рубки дров, рогатины, копья, а те, у кого водились нужные знакомства – редкие железные мечи.
Защитное снаряжение поражало разнообразием: стеганые куртки, сыромятные жилеты, грубые металлические наручи.
Наконец все собрались. Если окинуть взглядом толпу мужчин и женщин, набиралось никак не меньше двух сотен голов.
Гис тихо стоял в самом центре, отвечая на приветствия подходивших товарищей.
На площади стоял невообразимый гвалт, все ждали появления деревенского «ярла». Многие молодые парни впервые участвовали в подобном деле и тревожно шептались с соседями:
─ Эти гандские ублюдки совсем берегов не видят...
Слыхал, у них три десятка обученных ветеранов-ополченцев, а у нас от силы десяток... Разве ж мы с нашим хламом им ровня?
Едва он это вымолвил, как стоявший рядом мужик смачно плюнул на землю:
─ И чего раскис? Мы же, мать вашу, потомки морских волков! Раньше мы у всех забирали, а теперь нас обчистили, и что – сидеть уттершись, проглатывать обиду, отдавать свои угодья без боя? Да проще в озере утопиться, чем жить посмешищем!
─ ...
Шум не стихал, пока кто-то не заорал во всю глотки:
─ Ярл идет!
При этих словах гомон моментально стих. Две сотни пар глаз уставились на помост.
Под всеобщим взглядом из-за построек появились четверо.
Впереди шел утренний знакомый Гиса: седобородый старик с кустистыми бровями и маленькими глазами. Опираясь на узловатый посох из цельного дерева, он держал спину прямо, а его белая борода была тщательно расчесана.
Худощавый на вид, он отличался широченной костью и огромным ростом – в молодости от него наверняка исходила немалая угроза.
На просторах северных ледяных островов титул «ярла» обычно носили вожаки ванскерриских разбойников либо вожди сильнейших кланов.
А этот безусловный авторитет среди односельчан был самым уважаемым старейшиной и главой деревни Дуаньпо – Старым Ярлом.
Рог, Год и Вирджил молча следовали за ним. Доведя старика до помоста, они остановились у ступенек, наблюдая за сотнями собравшихся снизу людей.
Утром, едва Рог и его спутники отворили двери мастерской, старик уже поджидал их на пороге, после чего был с почестями приглашен внутрь.
Тот сразу перешел к делу, позвав троих чужеземцев с собой в Ганд.
В своё время, когда они чудом добрались до этих мест, именно этот старик приютил их, выделив кузнецкий горн, наковальню и молоты. Но стычки между селениями легко могли пролиться кровью, и ввязываться в чужую резню тройке бродяг не улыбалось. Однако уговорам старейшины они противостоять не смогли.
Старшина бил себя в грудь, уверяя, что они идут лишь за справедливостью и до драки дело вряд ли дойдет.
А даже если начнется побоище, никто станет держать их силой – захотят уйти, уйдут в любой момент.
По его же словам, присутствие трех рослых вооруженных мужиков требовалось исключительно для того, чтобы встать рядом и придать весу общему делу, так сказать, для устрашения!
После таких слов отказываться было неудобно, и они увязались следом.
«Старик просто не захотел оставлять трех здоровяков в деревне наедине с бабами да детьми», – думал Рог.
Впрочем, ему и самому было любопытно глянуть на местный колорит, так что он согласился.
Стоя у помоста, Рог окинул взглядом две сотни бойцов и с удивлением заметил среди них добрые полсотни женщин!
Одни сжимали вилы, другие заткнули за пояса серпы; одетые под стать мужчинам, они смотрелись в строю куда решительнее некоторых парней.
И тут Рога осенило.
Это же Фьердсвейн!
Здесь мужчины и женщины пользовались равными правами, и слабый пол занимал в обществе далеко не последнее место.
Во Фьердсвейне любая девица при желании могла пойти в армию, дослужиться до рыцарского звания и даже получить в управление земли!
...
Тем временем старейшина, опираясь на посох, обвел взглядом затихшую толпу и заговорил звучным, ровным голосом:
─ Вчера гандские псы снова отобрали рыбу из наших лодок.
Мы знаем, что у них голодно, мы были готовы сесть за стол переговоров...
─ Но они решили взять своё силой! И перешли черту, приняв наше миролюбие за слабость!
─ Мы терпели слишком долго, но это уже беспредел!
─ Такого мы не простим! Люди Дуаньпо веками кормились с этой земли.
И никто не собирается отдавать свою чашку с похлебкой первому встречному!
Под его предводительством колонна вооруженных сельчан двинулась к границам соседней деревни.
...
Не прошло и часа, как отряд вышел к окраинам Ганда.
Никто из дуаньповцев не издавал лишнего звука. Выстроившись неровными шеренгами, люди сжимали оружие, не отрывая мрачных взглядов от противника.
Рог со товарищи встали на фланге. Отсюда ему отлично было видно, что за деревянным частоколом Ганда яблоку негде упасть.
Там выстроились не меньше трех сотен бойцов!
Впереди застыл отряд из тридцати с гаком воинов в кожаных куртках с заклепками, вооруженных круглыми щитами и железными мечами.
Остальные жители сжимали копья, топоры и всякую хозяйственную утварь.
Скользнув взглядом по соломенным крышам Ганда, Рог активировал Око проницательности и насчитал больше десятка затаившихся там фигур с охотничьими луками – это были их лучники.
Во Фьердсвейне луки считались вспомогательным оружием, но для разодетых в лохмотья дуаньповцев они представляли смертельную угрозу!
Сведения о силах противника тотчас всплыли в сознании:
[Ополченец Фьердсвейна × 45]
[Опытный ополченец Фьердсвейна × 37]
Общая картина расстановки сил сложилась у него в голове.
Если рядовые ополченцы еще проходили какую-то подготовку, то основную массу деревенских составляли «простые жители» – крестьяне без военного опыта, хотя и способные постоять за себя с вилами или топором в руке.
С опытными воинами дело обстояло иначе, в то время как простые мужики не имели даже нормальной одежды, не говоря уже о доспехах – толстая безрукавка считалась признаком богатства.
А такие юнцы, как Гис, тянули лишь на бойцов пятого уровня.
...
По численности и числу элитных бойцов Ганд превосходил Дуаньпо вдвое, удерживая за собой преимущество родных стен.
По всем статьям – людям, броне, элите – они безнадежно проигрывали.
Рог отлично понимал: в подобных деревенских разборках боевым духом не компенсируешь железную разницу в снаряжении.
─ Разрыв слишком велик... Тут ловить нечего.
─ Разве что у старого ярла припасен туз в рукаве...
В этот момент толпа гандцев расступилась, и вперед выступил дюжий мужик с квадратной челюстью и бычьей шеей.
На нем красовалась настоящая кольчуга, голову защищал блестящий шлем с наносником, а на плече он лениво держал увесистый секирный топор на длинном древке.
Окинув его взглядом, Рог перевел глаза на двух женщин, шагавших следом.
Обе были облачены в ладные кольчуги, носили чуть великоватые шлемы с наносниками и носили на поясе мечи.
Здоровые, крепкие фигуры, уверенная поступь – ни тени хрупкости.
«А воительниц в Зеленой Стране и правда хватает», – мысленно усмехнулся Рог.
Вернув внимание к предводителю гандцев – судя по всему, местному ярлу, – он отметил, как тот расхаживает вдоль строя со своим топором, бросая пренебрежительные взгляды на врагов и наконец останавливая их на Старом Ярле.
Искривив губы в усмешке, тот заорал во всю глотку:
─ Рольф!!
Ты совсем умом тронулся на старости лет! Притащил с собой толпу оборванцев с вилами и думаешь нас испугать?
Пришел милостыню просить?
Стоило этому прозвучать, как в рядах Дуаньпо поднялся крик возмущения, полетели ругательства:
─ Ты кого ублюдком назвал, мразь?!
─ Клятвопреступник! Ты забыл заветы собственного отца, недостоин за топоры браться!
─ Штормовой Владыка потопит твое корыто!
Среди своих Гис, услышав оскорбления в адрес старейшины, побагровел от гнева и так сжал рукоять меча, что побелели костяшки пальцев.
Старый Ярл не вышел из себя. Опираясь на деревянный посох, он сделал пару шагов вперед. Сухощавый, прямой как стрела, с седой бородой, трепещущей на ветру, он заговорил звучно и весомо, так что каждое слово долетело до каждого:
─ Оссен, вчера вы перешагнули черту, отняв наш улов и избив моих людей. Ты что же, решил растоптать кляп и смыть позор кровью собственного отца?
Оссен расхохотался так, будто услышал лучшую шутку в жизни. Сплюнув на землю между шеренгами, он презрительно выплюнул:
─ Старый пес Рольф! Ты сам давным-давно говорил: чья рука сильнее, тот и устанавливает законы на этой земле!
Обведя презрительным взглядом пришедших, он рявкнул:
─ И ты после этого смеешь говорить мне о клятвах и правилах?!
─ Советую тебе забрать эту сборище стариков и баб да убираться к черту в свою дыру! Сегодняшнее еще можно простить, но если начнется бойня, живыми отсюда ваши доходяги не уйдут!
Угроза сквозила в каждом его слове. За частоколом гандцы поддержали вождя улюлюканьем, а передние ряды принялись стучать мечами по деревянным щитам.
Люди Дуаньпо взъярились окончательно, отвечая яростным ревом.
Старый Ярл сделал еще шаг навстречу Оссену, брови его сошлись на переносице, но голос оставался спокойным:
─ Оссен, опомнись. Нам нужно вернуть свое! Мы не хотим проливать кровь, от этого погибнут люди с обеих сторон!
Он указал корявым пальцем на сверкающую гладь Восточного озера у горизонта:
─ Воды здесь хватит на две деревни. Я согласен разрешить вашим людям рыбачить в заливе, но северная отмелевая полоса останется нашей...
тки
Оссен расхохотался пуще прежнего, не сбавляя наглости:
─ Рольф, да ты бредишь! Поздно пить боржоми!
Эта отмель всегда была нашей, да и в заливе рыбачить будем мы!
─ А что до улова... Смелые такие – попробуйте забрать сами!
...
Стоя впереди своего строя, старый ярл Рольф оглянулся на односельчан. Оценив накал страстей, он с тревогой глянул на северную дорогу, ведущую из замка.
─ Оссен! ─ снова заговорил он. ─ Чего ты добиваешься? Хочешь нарушить запрет ярла и устроить здесь кровавую бойню между деревнями?
Лицо Оссена мгновенно пошло пятнами. Он с размаху воткнул топор в землю и взревел:
─ Старый хрыч! Вечно ты норовишь чужую вину переложить на других!
Это вы приперлись на наши земли с оружием! Ну так давай схлестнемся! Передохните вы все здесь до единого, и что с того? Хоть перед самим лордом отвечу – правда всё равно за мной!
Похоже, терпение гандского вожака лопнуло. Он рявкнул во всю мочь:
─ Старик, кишка тонка?
Коль драться ссыте, давайте по старой предковской традиции!
Выставляйте бойца на хольмганг!
Пусть боги рассудят, чья правда! И победитель заберет всё!
Оссен вызывающе взмахнул секирой: ─ Рольф, принимаешь вызов? Нет – тогда убирайтесь, не позорьтесь!
─ Хольмганг? ─ в глазах Рога мелькнуло любопытство.
Через Око проницательности он прикинул силу противников и перевел взгляд на Оссена:
[Оссен]
[Уровень: 27]
[Характеристики: Сила 24, Ловкость 16, Телосложение 20, Интеллект 8, Харизма 15]
[Боевая мощь: 2268 (3-й ранг!)]
[Владение двуручным и древковым оружием: 160]
«Оссен – третий ранг?»
До тех рыцарей Грифона, что он видел раньше, Оссену было далеко.
Дело даже не в личной силе, а в броне – разница составляла добрые несколько десятков очков защиты. А каждый пункт брони решал, пробьет клинок доспех или нет.
На фоне рыцарей Грифона Оссен выглядел бледно, но против сотен деревенских бойцов первого и второго рангов его мощи хватало с лихвой!
Рог бегло глянул на Старого Ярла:
[Рольф]
[Уровень: 40]
[Характеристики: Сила 24 (33), Ловкость 15 (20), Телосложение 18 (24), Интеллект 9, Харизма 16]
(Примечание: физический спад, основные показатели снижены на 25%!)
[Боевая мощь: 2682 (3-й ранг!)]
[Владение одноручным, двуручным и древковым оружием: 300!]
...
«Физический спад?»
Рог никак не ожидал, что старый ярл Рольф окажется сорокового уровня!
Судя по всему, отметка в системе отражала его максимальные возможности при восстановлении сил. Впрочем, вернуть былую мощь удастся разве что с помощью легендарных вещиц вроде Камня Драконьих Слёз.
Даже с учетом увядания плоти показатели пожилого Рольфа мало в чем уступали сильному и молодому Оссену, чего Рог никак не предполагал.
При схожих цифрах и броне старик превосходил противника в мастерстве владения оружием!
Старость в этих краях означала лишь то, что твой боевой опыт стал смертоносным.
Старые ванскерриские ярлы метали дротики словно баллистические снаряды – стоило им подпустить врага на дистанцию броска, как тот отправлялся на тот свет!
Предложенный Оссеном хольмганг являлся священным ритуалом древности, неоспоримым и законным. Даже местный лорд не имел права вмешиваться, если проигравший погибал по правилам поединка.
Старый Ярл лишь холодно глянул на оппонента и медленно покачал головой:
─ Оссен, ты нарушил клятву первым, и я не стану с тобой драться...
Северная отмель нашей деревни десятками лет принадлежала Дуаньпо! Не тебе распоряжаться чужим добром!
Исходя из данных Ока, оба ярла стояли друг друга, а опыт старика даже превосходил вражеский.
Рог недоумевал: почему старейшина отказывается от столь простого способа решить дело...
«Старик одряхлел и боится драться?.. Или рассчитывает, что припасенный им козырь переломит всё?»
В этот самый миг с северной дороги, что вела от замка, донесся резкий и частый стук конских копыт...
...

Комментарии

Загрузка...