Императорский лечебный корпус — «Золотой сад».
В лучшей палате для высокопоставленных гостей разливался густой аромат чёрного чая.
— Всего-то руку порезал, а меня уже положили в больницу... Не думал, что у нашей хладнокровной принцессы есть и такая сторона.
Я отпил чаю, глядя на забинтованную кисть, и неспешно развернул утреннюю газету на следующий день после турнира.
[Турнир за титул Первого меча Севера: сенсация года!]
[Командир Стилман, один из главных фаворитов, разгромно проигрывает начальнику тюрьмы из семьи Минстер!]
На первой полосе красовался мой портрет с интервью.
Правда, художник явно решил добавить от себя: и без того узкие глаза на рисунке выглядели ещё зловещее.
«Журналисты в любом мире одинаковы».
[Дерик Минстер: «Кто ещё захочет бросить мне вызов — пусть готовится умереть».]
[Скрытое оружие Минстеров не остановить никакими священными законами.]
«Да что за бред? Когда я вообще такое говорил?»
Газета без стеснения приписала мне фразы, которых я не произносил.
Я уже приготовился к тому, что дурная слава Минстеров после такого взлетит ещё выше.
Но неожиданно газетная ложь начала работать мне на пользу.
[Minster Guard поднимается на второе место в индустрии охраны!]
[Глава группы Дерик Минстер одолел сильнейшего рыцаря Святого престола, тем самым вновь доказав состоятельность своей философии защиты.]
[После того как стало известно, что популярнейшие Wolf Boys — тоже его детище, число клиентов резко выросло не только среди определённого круга молодых аристократок, но и среди мужчин.]
Похоже, вместе с моей победой взлетела и охранная компания, носившая моё имя.
Так вот зачем эти проклятые братья прислали мне цветы и деньги.
[Принцесса Камиллия: «Сегодняшняя победа целиком заслуга начальника Дерика. Я ничем ему не помогала».]
Дожил. Мою новость поставили выше новости о члене императорской семьи.
При этом Камиллия на иллюстрации внизу вовсе не выглядела недовольной.
Напротив, она давала интервью с необычайно тёплой и радостной улыбкой.
[Я и впредь буду поддерживать его, чтобы он стал ещё более «важным человеком» для империи.]
«Ещё более важным?..»
Куда уж важнее?
За пределами императорской семьи разница в статусе уже не так велика.
В одной из прошлых жизней я успел побыть имперским канцлером, так что вершину дворянской карьеры уже видел.
Жаль, конечно, что пожить членом императорской семьи было бы интересно, но тут уж происхождение не изменить. Значит, хватит и нынешней жизни.
[Ваша дурная слава значительно возросла.]
[Теперь вместо «Гигантской змеи Севера» вас называют «Гигантской змеёй Империи — Йормундом».]
«Йормунд? Это ещё что за громкое прозвище?»
Я только фыркнул от нелепости.
[Ваша известность значительно возросла.]
[Несмотря на репутацию главного скандалиста империи, в обществе вас признали способным приближённым принцессы.]
«Вот. Этого вполне достаточно. Теперь главное — больше не высовываться и спокойно удержаться на должности начальника».
С этой мыслью я перевернул первую страницу и продолжил читать новости.
А потом резко нахмурился.
— Эти ублюдки в каждой жизни умудряются устроить какую-нибудь дрянь.
[Куда ведёт семья Минстер?]
[Не слишком ли высоко общество возносит род, разбогатевший на ростовщичестве? Есть опасения, что такими темпами империя превратится в царство безжалостных меритократов...]
Смелое интервью открыто било по мне.
Источником значилось объединение компаний под названием Walter Group.
Этих паразитов я не смог бы забыть даже после четырёх регрессий.
В каждой жизни они были как минное поле: обязательно где-нибудь да рванёт.
Когда-то, в той временной линии, где Анже подчинила толпу и погубила империю, именно действия этих корпораций породили в людях ту ненависть и ярость, которыми она воспользовалась.
Даже после того, как я убил Анже, мерзости Walter Group никуда не делись.
Когда во времена моей службы канцлером после убийства принцессы вспыхнула гражданская война, они разжигали конфликт и наживались на нём вовсю.
Им было плевать, выживет страна или нет. Главное — набить собственные карманы.
Когда я пользовался полномочиями канцлера и начал расследовать их преступления и махинации, бумаги с доказательствами шли буквально стопками.
Поэтому в последней жизни, уже став владыкой убийц, я прикончил нескольких из них.
Только эти твари заранее спрятали детей, и те, как скользкие вьюны, заняли места родителей и продолжили воровать ещё больше.
«До счастливого конца мне всё ещё далеко».
Сейчас у меня под рукой хотя бы заключённые — непосредственные виновники грядущей катастрофы.
Но когда-нибудь и такие люди могут посеять семена нового плохого финала.
От одной мысли шею сводит.
— Эх... Раз уж я снова вспомнил, как приятно держать меч, может, просто вырезать их всех?
Я пробормотал это, прищурив длинные, змеиные глаза.
В этот момент со стороны роскошной золотой двери послышался стук каблуков.
— Входите.
Дверь открылась, и в палату вошла женщина с пышными золотыми волосами.
Та самая принцесса Камиллия, чьё интервью я только что прочитал.
— Сегодня вы выглядите непривычно.
Вместо обычной белой формы на ней были брюки и белая рубашка. Приталенный крой особенно подчёркивал её пышную фигуру.
— Не думаешь же ты, что я круглые сутки хожу в форме. Сегодня взяла полдня выходного.
Судя по спокойному виду, для неё это была самая обычная повседневная одежда.
Скрестив руки на груди, Камиллия подошла ближе.
— Как себя чувствуешь?
— Благодаря вам уже гораздо лучше.
Если честно, я всего лишь слегка порезал кисть и ни в какой госпитализации не нуждался.
Но Камиллия почему-то особенно настойчиво велела лечь сюда, так что спорить я не стал.
— Всё равно побудь здесь ещё несколько дней.
— Есть ли в этом необходимость? Мне ещё за тюрьмой присматривать.
— После твоей победы журналисты и дворяне буквально рвутся с тобой встретиться.
— Так вы спрятали меня здесь от них.
Я невольно улыбнулся, оценив её предусмотрительность.
Камиллия несколько мгновений молчала, а затем кивнула.
— Можно сказать и так. Когда всё немного утихнет, тогда и отпущу.
— Впрочем, мне здесь тоже нравится. Кровать мягкая, кормят замечательно.
Я указал на чай и инжир на столике.
В бытность канцлером я ел такое часто, а вот в этой жизни не пробовал уже очень давно.
С моими успевшими избаловаться вкусами столько лет сидеть в одной тюрьме было почти пыткой.
— Я могу сделать так, чтобы ты и дальше получал только хорошее.
На мгновение взгляд Камиллии стал мягким, почти как у заботливой старшей сестры.
Но стоило нашим глазам встретиться, как передо мной снова оказалась холодная правительница.
— Кстати, к тебе никто не приходит. Я ведь не запрещала посещения.
Вообще-то я заранее отправил в тюрьму и Minster Group письма с просьбой не приезжать.
Если ещё и Клеа покинет Беррихилл, неизвестно, что там успеет случиться.
— Ха-ха... И правда. Похоже, зря жизнь прожил.
Я рассмеялся без особой горечи.
Камиллия перевела взгляд на горшок с цветами на столике и кончиком пальца тронула две розы, стоявшие рядом.
— Вот и женился бы. Тебе ведь уже пора, разве нет?
Её голубые глаза скользнули по мне.
Я ответил простой улыбкой.
— Кто, увидев это лицо, вообще согласится со мной встречаться? Да ну.
— А если кто-то сам предложит познакомиться поближе — согласишься?
С чего вдруг такие вопросы?
Я чуть склонил голову, и Камиллия негромко кашлянула.
— Теперь тебя официально признали моим приближённым. Разве мне не может быть интересно?
А, вот оно что.
В эту эпоху брак и правда был удобным способом укрепить политическую силу.
Неужели она собирается представить мне какую-нибудь дочь из другого рода?
Женить и окончательно привязать к своей фракции.
— Даже не знаю...
Я не женился ни в одной из прошлых жизней по простой причине: семья мешала бы.
Чтобы предотвратить гибель мира, мне постоянно приходилось лезть в безумные авантюры, а с близкими за спиной поневоле начнёшь колебаться.
«Как бы отказаться так, чтобы звучало убедительно?»
Зная прямой характер Камиллии, лучше сразу дать ясный ответ, иначе потом только проблем больше будет.
— Когда-то меня уже отвергли. С тех пор пока не хочется заводить новые отношения.
Я решил прикрыться трагичной историей несчастной любви.
Палец Камиллии, до этого касавшийся роз, тут же замер.
— Отвергли?..
— Да. Я признался вполне искренне, но получил довольно лёгкий отказ. После этого о других женщинах даже не думал.
В палате повисла долгая тишина.
Камиллия стояла неподвижно, словно превратилась в статую.
— Но... тебя ведь не отвергли.
— Простите?
После долгого молчания она пробормотала это едва слышно.
Я машинально переспросил, и Камиллия медленно покачала головой.
— Ты уверен, что всё правильно понял? Возможно, прямого отказа вообще не было.
Вот оно как.
Похоже, она уже успела договориться с каким-то родом, чтобы свести меня с их дочерью.
Тем важнее сейчас настоять на своём.
— Нет, отказ был самый классический. Она сказала, что ответит позже, и с тех пор так и не связалась со мной.
С печальным видом я отвернулся к окну.
Снаружи полыхал красивый красный закат.
— ...А если она всё-таки снова с тобой свяжется? Передумаешь?
Голос Камиллии стал неожиданно серьёзным, будто она действительно учитывала мои чувства.
— Конечно. Я ведь всё ещё смотрю только на неё.
Словно вспоминая несуществующую возлюбленную, я повернулся к принцессе и улыбнулся на фоне заката.
— Если уж совсем ничего не выйдет, придётся искать кого-то ещё. Но думаю, на это мне понадобится много времени.
Свет за спиной даже скрыл вечные тёмные круги под глазами.
— Понятно. Мне нужно ненадолго вернуться к государственным делам. А ты отдыхай.
Камиллия резко отвернулась.
Неужели я слишком жёстко отказал и она разозлилась?
С лёгким беспокойством я проводил её взглядом.
«Даже уши покраснели. Кажется, я и правда перегнул...»
Камиллия вышла из палаты каким-то непривычным шагом.
Даже после того, как дверь закрылась, стук каблуков ещё долго не раздавался.
Наверное, теперь ей приходится срочно переделывать весь план.
Понимаю. Когда я был канцлером, принц Иван тоже донимал меня попытками женить на ком-нибудь и втащить в свою фракцию.
Выходит, даже членам императорской семьи живётся не так уж легко.
Не получится всю жизнь лежать на мягкой кровати среди золота и драгоценностей, ничего не делая.
Мечтая о такой идеальной фэнтезийной жизни, я лёг и закрыл глаза.
***
Камиллия осталась одна в коридоре.
Несколько мгновений она неподвижно стояла перед палатой, погружённая в мысли.
— Я... никогда ему не отказывала.
Она прикусила палец в перчатке, словно взволнованная львица.
— Неужели он решил, что я так завуалированно сказала «нет»?
Камиллия глубоко выдохнула.
Всегда безупречный полководец впервые столкнулся с непредвиденной переменной и растерялся.
— Поэтому вокруг него в последнее время всё больше молодых женщин?
Она вдруг поняла, что происходящее рядом с начальником тюрьмы может быть вовсе не случайностью.
Её собственная первая любовь, вспыхнувшая в юности, вполне могла так и остаться лишь короткой историей.
— Нет. Этого я не допущу.
Взгляд Камиллии вновь стал холодным и властным.
Ситуация внезапно оказалась срочной, и решение уже созрело.
— Мне тоже пора начинать готовиться.
***
Тем же вечером я проснулся после короткого сна и посмотрел на часы.
«Только восемь? Я поспал всего два часа».
Привычки времён владыки убийц испортили мне сон окончательно.
Теперь сколько ни спи, всё равно ходишь уставшим.
Да и эти проклятые круги под глазами исчезать явно не собирались.
— Фух... Надеюсь, ничего особенного не случилось.
Я поднялся, размял затёкшее тело и подошёл к столику, где успели скопиться письма и свежие газеты.
— Всего два часа поспал, а мир уже успел развлечься.
Если хочешь следить за семенами грядущей катастрофы, без хорошей информации не обойтись.
Я раскрыл газету — и тут же широко распахнул узкие глаза.
На первой полосе кричал срочный выпуск.
[Крупнейшее хранилище Walter Group ограблено!]
[Исчезли золотые слитки стоимостью в десять замков. Инвесторы требуют экстренного заявления, однако глава группы пропал без вести!]
[Командир столичной оборонной гвардии Грета Михаил заявила: «Мы обязательно найдём преступника».]
[Но личность виновного по-прежнему неизвестна. Куда исчезло состояние размером с казну целого королевства?]
— Что?.. Что успело произойти за эти два часа?
Корпоративные паразиты, досаждавшие мне в каждой жизни, вдруг сами начали разваливаться.
Но это оказалось лишь началом сюрпризов.
Среди газет лежало ещё одно письмо.
На конверте сияла дорогая императорская печать.
В полном недоумении я осторожно вскрыл его.
А прочитав первую строку, хлопнул себя ладонью по лбу.
[Дерик Минстер. На этой неделе поужинаем в дворцовом саду.]
Младшие братья и сёстры императора.
Самые высокопоставленные члены императорской семьи во всей стране...
Внезапно приглашали меня на вечерний пир.
— И зачем этим людям ужинать со мной?..
Особенно если речь шла о тех, кто славился самыми тяжёлыми и холодными характерами.
***
Перевод выполнен командой «Дом Некроманта»
Наш бот, там можно подключить уведомления о выходе новых глав на ваши любые тайтлы: @domnekromanta_bot

Комментарии

Загрузка...