Услышав это, Лю Пэн нахмурился и спроил: — Что стряслось?
Он вовсе не переживал о судьбе братьев Ли. Хотя этот Ли Чаоцюнь и был воином второго ранга, его талант к культивации оказался самым заурядным, да и в свои двадцать лет он уже мало на что мог рассчитывать в будущем.
Просто потеря двух учеников означала потерю двух поступлений за обучение.
Пришедший с вестью человек пояснил: — Только что на берегу реки рыбаки вытащили из воды два трупа — это и были братья Ли. Раньше поговаривали, что Мэн Кунь из Банды «Черный Тигр» вымогал у Ли Юцая плату за защиту, а Ли Чаоцюнь собирался заступиться за брата. Неужели это дело рук Банды «Черный Тигр»?
Хотя оба говорили вполголоса, Вэй Ту расслышал каждое слово и подумал: — Те два типа прошлой ночью — они что, были учениками Школы боевых искусств «Золотой нож»?
Тогда он еще удивился, с чего бы Ли Чаоцюню, воину второго ранга, терпеть притеснения от Мэн Куня. Оказывается, тот пытался защитить младшего брата.
Умер он незаслуженно, но смерть его была донельзя жалкой.
Впрочем, даже узнав, что убитые состояли в учениках Школы боевых искусств «Золотой нож», Вэй Ту не испытал ни малейшего трепета в душе. Раз уж всё равно прикончил их, о чем тут говорить — обычные отбросы.
По-настоящему его задело другое: Ли Юцай, будучи учеником Школы боевых искусств «Золотой нож», тоже позволил Банде «Черный Тигр» третировать себя.
— Похоже, даже вступление в Школу боевых искусств «Золотой нож» не гарантирует полной безопасности. — Вэй Ту вновь острее почувствовал необходимость как можно скорее приумножить свою силу.
Вестник продолжил: — Есть еще одна новость. Вчера вечером... того самого Мэн Куня из Банды «Черный Тигр» лишили мужского достоинства.
На его лице заиграло странное выражение, словно он вспомнил что-то забавное, и он чиркнул ладонью по воздуху на уровне паха, изображая удар режущим движением.
— И только-то? — Лю Пэн счел это скучным и совсем не смешным. Он от всего сердца презирал наглых и заносчивых бандитов из Банды «Черный Тигр», а Мэн Куня — прожженного игрока — ненавидел вдвойне.
Вместо того чтобы тратить лучшие годы на упорную культивацию, этот болван целыми днями околачивался в Восточном Городе.
Имя Мэн Куня было известно едва ли не каждому воину в Западном Городе.
Взглянув на собравшуюся на площади молодежь, полную сил и энергии, Лю Пэн сразу почувствовал, как на душе у него потеплело: ведь перед ним стояли чистейшие, звенящие серебряные монеты.
Чжан Ху, услышав их разговор, невольно бросил косой взгляд на стоявшего рядом Вэй Ту.
Прошлой ночью Вэй Ту как раз расспрашивал его об адресе Мэн Куня, а на следующий день пришла весть, что тому искалечили мужское хозяйство.
Разве это может быть простой случайностью?
Если всё обстоит именно так, как он подозревает, да плюс к тому бой с Хоу Санем накануне вечером, то, по мнению Чжан Ху, ему придется заново взглянуть на Вэй Ту.
Этот пацан, которого он раньше вечно задирал, теперь изменился до неузнаваемости.
Чжан Ху тут же отвел взгляд. Какова бы ни была правда, к нему она не имела никакого отношения.
Оставшиеся два с лишним десятка желающих записаться быстро внесли серебро и прошли регистрацию, официально став учениками Школы боевых искусств «Золотой нож».
По указанию Лю Пэна все выстроились на площади в две шеренги.
Заметив среди новобранцев всего трех девушек, Вэй Ту ничуть не удивился: в уезде Аньян, особенно в бедном Западном Городе, доля женщин-воинов была ничтожно мала.
В конце концов, всему виной была нищета.
Те, кто мог позволить себе выкладывать по три ляна серебра в месяц ради занятий боевыми искусствами, жили явно не впроголодь.
Убедившись, что шеренги выровнялись, Лю Пэн объявил: — Хотя вступительные испытания отменяются, мне всё же нужно проверить ваш природный потенциал к культивации.
С этими словами он подошел к первому ряду, схватил за запястье стоявшего впереди юношу, крепко сдал пальцы, пару раз хлопнул по плечу и вынес вердикт: — Крепкий, физическая форма хорошая.
Услышав похвалу, тот расплылся в счастливой улыбке.
Лю Пэн перешел к следующему. Без лишней траты времени он проверил весь первый ряд: несколько человек оказались воинами первого ранга, остальные же были обычными людьми, еще не ступившими на путь ранговых воинов.
Вэй Ту стоял в задних рядах и наблюдал за происходящим с живым интересом: — Значит, это и есть проверка костей на одаренность? И всё так просто?
В душе он невольно зауважал наставника: пусть этот тип и выглядел порой законченным скрягой, искусство определять потенциал по костям у него было вполне реальным.
Вскоре Лю Пэн добрался и до Вэй Ту. Он точно так же перехватил его запястье, сжал пальцами и похлопал по плечу. Ощутив мышцы, куда более плотные, чем у обычных людей, он с удивлением взглянул в лицо Вэй Ту, довольно кивнул и произнес: — Ты очень неплох. В столь юном возрасте — уже воин первого ранга. У тебя большое будущее, продолжай в том же духе.
Заметив, что Вэй Ту на вид около шестнадцати лет, Лю Пэн решил сказать ему пару ободряющих слов.
Похвала не вскружила Вэй Ту голову, но тут он вдруг уловил густой кислый запах и заметил, что многие на площади смотрят на него исподлобья: во взглядах не было и намека на дружелюбие, лишь слепая зависть.
Вот же ублюдки...
Вэй Ту невозмутимо ответил: — Просто повезло. Занимаюсь с пяти лет, и лишь благодаря многолетним стараниям мне посчастливилось стать воином первого ранга.
Стоявший рядом Чжан Ху едва не выругался в голос. Они жили на одной улице — если остальные ничего не знали, то уж он-то прекрасно помнил! В пять лет Вэй Ту целыми днями бегал по переулкам в штанах с разрезом на заднице, какая к черту культивация!
И тем не менее слова Вэй Ту возымели действие: враждебность окружающих заметно поубавилась.
Закончив проверку остальных, Лю Пэн велел всем оставаться на площади и пока никуда не расходиться.
Пользуясь свободной минутой, новички начали знакомиться и общаться друг с другом.
Чжан Ху тихонько толкнул соседа локтем: — Эй, в следующий раз, когда будешь врать, выбирай правдоподобную ложь. Начал культивировать в пять лет — надо же было такое сморозить!
Вэй Ту пожал плечами и так же тихо бросил в ответ: — Зато некоторые дураки поверили, разве нет?
Чжан Ху разом потерял дар речи: черт побери, а ведь в его словах и правда была доля смысла.
В этот момент к ним направились три фигуры из толпы, и парни тут же умолкли.
Вэй Ту с любопытством уставился на тройку: двое юношей и девушка, на вид им было не больше восемнадцати лет.
К тому же Вэй Ту приметил, что все трое — воины первого ранга.
Девушка бросила мимолетный взгляд на стоявшего рядом Чжан Ху, но тут же перевела глаза на Вэй Ту и приветливо произнесла: — Привет, меня зовут Линь Чумань, а это Чэнь Чао и Лу Фэйхун.
Оба парня тоже слегка кивнули в знак приветствия.
У Чэнь Чао было миловидное лицо, типичная внешность интернет-красавчика.
Лу Фэйхун выглядел совершенно заурядно, отличался густыми бровями, а его рослой фигурой почти не уступал Чжан Ху.
Каковы бы ни были намерения незнакомцев, Вэй Ту вежливо представился в ответ, но расслабляться не спешил: — У вас ко мне дело?
Он вовсе не полагал, что эта троица явилась заводить дружбу — в конце концов, они видели друг друга впервые.
Линь Чумань была облачена в темно-серый тренировочный костюм, а ее черные волосы были собраны в хвост, спадающий на спину. Внимание привлекал выдающийся, пышный бюст под одеждой. Одарив его сладкой улыбкой, она заговорила: — С сегодняшнего дня мы все ученики Школы боевых искусств «Золотой нож», а поближе познакомившись, станем друзьями.
И правда пришли заводить знакомство?
Это оказалось несколько неожиданно для Вэй Ту.
Судя по одежде и манерам, за душой у этой троицы водились деньжонки, так что неудивительно, что у них были средства дойти до первого ранга воина.
Раз собеседница проявила такую любезность, вести себя холодно и надменно было не с руки: в конце концов, завести пару знакомств — пустяковое дело.
Вспомнив о стоявшем рядом Чжан Ху, Вэй Ту тут же представил его Линь Чумань: — А это Чжан Ху, можно сказать... мой друг.
Услышав это, Чжан Ху удивленно покосился на Вэй Ту.
Неужели этот парень опять на ходу сочиняет небылицы?
Но правдой это было или нет, на сердце у Чжан Ху стало чуть теплее.
Вэй Ту добавил: — Раз уж так, то отныне все мы...
Однако договорить слово «друзья» он не успел — Линь Чумань поспешно перебила его:
— Все мы четверо — воины первого ранга, к тому же молоды. А молодость и сила означают огромный потенциал и долгий путь впереди. Нам заведомо не по пути с обычными людьми.
Эти слова она адресовала лично Вэй Ту, а подтекст сводился к тому, что двадцатилетний Чжан Ху для них уже слишком стар, да к тому же еще и не воинец вовсе.
Вроде бы ни слова не сказав о Чжан Ху напрямую, она всем своим видом дала понять, как сильно презирает его.
Лицо Чжан Ху мгновенно помрачнело. Выросший в Западном Городе, он слишком часто сталкивался с презрением окружающих, но это не значит, что он мог просто так проглотить обиду.

Комментарии

Загрузка...