Будильник прозвенел, и Ань Жань тут же открыла глаза.
Несмотря на жуткую усталость, она с трудом поднялась с постели. С той половинкой наручного коммуникатора она ещё не разобралась, а Ван Ци оставался скрытой угрозой, которая могла взорваться в любой момент. Нынешнее положение не позволяло ей расслабляться.
Размышляя о предстоящих делах, Ань Жань, опираясь на воспоминания прежней владелицы тела, отыскала лавку госпожи Ван.
Остановившись у входа, она заколебалась. Она бесконечно прокручивала в голове разные варианты, пытаясь придумать, как убедить госпожу Ван помочь ей, но так ничего и не выдумала.
Раз не выходит придумать, решила Ань Жань, значит, не стоит и мучиться. Она успокоила дыхание, вытерла вспотевшие ладони и, набравшись смелости, постучала в дверь.
— Госпожа Ван... сестрица, ты уже встала? Мне нужно тебя кое о чём попросить.
Ань Жань чувствовала себя неловко. Хотя внешне ей было восемнадцать, внутри скрывалась тридцатилетняя женщина. Называть двадцатитрехлетнюю девушку сестрицей казалось дикостью, но так делала прежняя хозяйка, и Ань Жань пришлось смириться.
— Кто там в такую рань? Магазин открывается в пять, приходите после пяти, — послышался изнутри недовольный голос госпожи Ван, которая явно только что проснулась и тёрла заспанные глаза.
Ань Жань не была сильна в общении, и то, что ей пришлось стучать несколько раз, прежде чем ей ответили, стало для неё настоящим испытанием.
Но результат был положительным, и, услышав ответ, она тут же воодушевилась:
— Сестрица Ван, это я, Ань Жань. У меня срочное дело, умоляю, открой, пожалуйста! Боюсь, после пяти я не успею.
— А, это ты, Жань Жань? Хорошо, подожди минутку, сейчас открою.
Госпожа Ван ловко отперла дверь и пригласила Ань Жань войти.
Глядя на эту спокойную и изящную женщину, Ань Жань почувствовала укол совести.
Брат прежней владелицы когда-то встречался с госпожой Ван, они были очень близки. Но потом, из-за разницы в социальном статусе и того факта, что у него на шее сидела обуза в виде младшей сестры, их пути разошлись, а чувства угасли.
Позже брат старался обходить лавку госпожи Ван стороной, и Ань Жань не знала, согласится ли та помочь ей теперь.
Но иного выбора не было. В памяти всплывало лишь одно имя: госпожа Ван была единственным человеком, способным переделать коммуникатор или помочь с переездом в другой район.
Ань Жань глубоко вздохнула и как можно жалобнее произнесла:
— Сестрица Ван, я бы ни за что не побеспокоила тебя, если бы знала, к кому ещё обратиться.
Госпожа Ван мягко улыбнулась:
— Что у тебя стряслось? Рассказывай. Чем смогу — обязательно помогу.
Увидев, что госпожа Ван не собирается чинить препятствий, Ань Жань выдохнула и достала половинку коммуникатора:
— Я нашла это. Кажется, чип-карта внутри цела. Можешь посмотреть? Я хочу установить её в свой прибор.
А ещё... мне нужно попасть в Западный район. Тётя выгнала меня из дома. Говорят, там меньше людей и проще найти хоть что-то на свалках. Не могла бы ты мне помочь?
Боясь отказа, Ань Жань выпалила всё одним духом.
Госпожа Ван покачала головой и серьёзно ответила:
— С коммуникатором я помогу, но с переездом — нет. Ты никогда не уезжала далеко, а Западный район — новый, там опасно. Оставайся лучше в Восточном, здесь спокойнее.
Ань Жань посмотрела на неё:
— Но... я всё равно хочу поехать. Брата больше нет, мне нужно самой себя обеспечивать. Там людей меньше, шансов найти еду больше.
Госпожа Ван не одобряла её решения:
— Подумай хорошенько. Это место, где ты выросла, здесь всё знакомо. А там — чужая среда, незнакомые люди, неизвестные трудности. Ты готова ко всему этому?
— Человек должен расти, — твёрдо ответила Ань Жань. — Я готова. Я еду в Западный район.
Госпожа Ван помолчала, а затем попыталась переубедить её снова:
— Если не хочешь жить с тётей и дядей, можешь остаться у меня, места хватит.
— Сестрица Ван, я не хочу быть обузой и возвращаться домой тоже не хочу. Тётя дала мне энергетический камень класса E, на первое время хватит.
Госпожа Ван похлопала её по плечу:
— Да какая ты обуза! Будешь помогать мне в лавке, когда не занята на свалке. Одной мне порой бывает тяжело. Да и вдвоём веселее.
Ань Жань покачала головой:
— Спасибо за доброту, но нет. Я всё же хочу поехать в Западный район. К тому же...
Она на секунду замялась:
— Мастер, который учил брата охотиться, тоже сейчас там. Брат хотел, чтобы я поехала к нему учиться, но потом случилось много всего, и планы сорвались. Теперь, когда брата нет, я хочу исполнить его волю.
Сказав это, Ань Жань отвела взгляд, чувствуя себя виноватой. Чтобы убедить госпожу Ван, ей пришлось наплести с три короба.
Госпожа Ван смахнула выступившую слезу:
— Вот оно что... Ну, раз так, поезжай. Я узнаю, нет ли в ближайшее время торговых караванов, и попрошу их взять тебя с собой.
Она открыла свой коммуникатор и связалась с караваном.
— Как раз завтра будет караван, идущий в Западный район. Я договорилась, жди их завтра рано утром у ворот внешнего города.
Решив вопрос с караваном, госпожа Ван наскоро разложила товар, открыла магазин и взялась за инструменты, чтобы переделать коммуникатор для Ань Жань.
Пока она работала, Ань Жань принялась рассматривать полки. Чего там только не было: старые детали механизмов, острые инструменты, флаконы с разноцветными растворами.
Больше всего её внимание привлекли препараты с пометкой Генетическая модификация. Но, увидев цену, она заколебалась.
— Что присмотрела? — Госпожа Ван протянула ей готовый коммуникатор. — Пробуй, должно работать.
Ань Жань очнулась и надела устройство:
— Сестрица Ван, спасибо, работает отлично!
Госпожа Ван подошла туда, где стояла Ань Жань, и, проследив за её взглядом, увидела флаконы.
— Хочешь изменить гены?
Ань Жань кивнула:
— Да. Но... боюсь, баллов не хватит.
Госпожа Ван сняла флакон с полки и вложила ей в руку:
— Кто сказал, что не хватит? Проверь баланс на коммуникаторе.
— Две тысячи? Откуда? Неужели это с той половинки...? — Ань Жань с восторгом посмотрела на экран.
Госпожа Ван кивнула:
— Да, это остаток на счету с того прибора. Я перевела их тебе.
С двумя тысячами баллов Ань Жань успокоилась. Даже если хватит только на одну дозу, она была счастлива.
Теоретически, для полной трансформации нужно девять доз, но ещё никто не доходил до конца. Ань Жань знала, что максимум — это пять-шесть доз; превышение нормы грозило бесплодием или смертью. Ей, как собирательнице, хватит и одной.
Купив сыворотку, она потратила оставшиеся баллы на питательные смеси. Эти запасы стали её гарантией выживания в пустошах.
На прощание госпожа Ван подарила ей ещё пять порций питания и защитную шапочку от радиации, настояв, чтобы она приняла подарок. Ань Жань не стала отказываться.
Вечером, вернувшись в своё убежище, Ань Жань выпила сыворотку.
Тело бросило то в жар, то в холод. Она металась между двумя крайностями, постоянно укрываясь одеялом и снова сбрасывая его. Она знала, что сыворотка лучше усваивается в сознании, поэтому, как бы ни было больно, заставляла себя не отключаться.
Только когда процесс завершился, Ань Жань провалилась в сон.
В четыре часа прозвенел будильник.
Ань Жань потянулась, собрала вещи, плотно закрыла скрипучее окно, заперла шаткую дверь и отправилась к городским воротам.
Около пяти часов утра караван грузовиков медленно выехал из внутреннего города к внешним воротам.
— Должно быть, это тот самый караван, — подумала Ань Жань и, взяв знак подтверждения, подошла к мужчине средних лет, который, судя по всему, был владельцем каравана.
Увидев её, мужчина с доброй улыбкой принял знак, подтвердил личность и жестом пригласил её в последнюю машину.
Когда все грузовики собрались, караван медленно двинулся в сторону Западного района.

Комментарии

Загрузка...