Полдень, солнце палит нещадно.
Тренироваться в такую жару - чистая пытка. Даже мои друзья с Ближнего Востока, выросшие в пустыне, и те признают, что корейское лето бывает по-настоящему зверским, - так что отдых тут не прихоть, а единственно разумный выбор.
Не то чтобы я просто ленился - мир сам вынудил меня отдыхать.
Единственным сумасшедшим, кто всё же отправился на пробежку в такое пекло, оказался Ли Сечун. Остальные Верховные Архимаги тоже разбрелись отдыхать кто куда, так что в казарме остались лишь мы с Хамзой.
Прошло всего четыре дня с того переполоха, что устроила Каннамская группировка, перевернув всё вверх дном, - а мы уже отдыхаем? Наверняка где-то нашлись бы недовольные такой расслабленностью, но ни у кого не хватило бы смелости сунуться с претензиями к нам, Верховным Архимагам. Да я, если честно, и не представлял, чем эти жалкие куски не-магского мусора вообще могли бы мне пригрозить.
Пусть злятся сколько влезет, глядя, как я прохлаждаюсь, пока мир рушится к чертям, - если достанут по-настоящему, я всегда могу переметнуться к Обществу 66 и спалить всё дотла, делов-то.
Газ? Да распыляйте на здоровье, ублюдки - я просто вырублю себе дыхание через [Когнитивный Диссонанс] и перебью вас всех прежде, чем успею вдохнуть хоть каплю отравы. Запускайте хоть тысячу своих драгоценных ядерок - я объявлюсь где-нибудь в Нью-Йорке, Вашингтоне, Пекине, Париже, Лондоне или Токио и прихвачу с собой десятки миллионов жизней как компенсацию. А если какой-нибудь особо упорный паразит всё равно решит, что он крутой, и полезет на меня - что ж, растопчу с особым тщанием.
На их месте стоило бы переквалифицироваться в профессиональных аплодисментодателей, а не геройствовать - и упаси боже кого-то постороннего вздумать трепать языком в мою сторону: закончит прямиком в гробу. Смешно было даже предполагать, что меня можно взять газом или ядеркой.
Примерив на себя роль стратега Общества 66, перебрав все их ходы, я лишь ещё яснее увидел, насколько загнаны в угол эти не-маги. Если всё, на что они способны, - это пуки ядовитого газа да ядерные дубины, то могли бы уже и сдохнуть с достоинством. Не понимаю, чего они так судорожно цепляются за жизнь - не им же, в конце концов, нажимать на кнопку.
Пока я предавался этим размышлениям, Хамза, бросив разбирать свой шкафчик, покосился на меня с явным неодобрением.
-Чемин-сси, вы не собираетесь тренироваться?
-Не-а. Я же одноглазый.
Не вставая с кровати, я просто перекатился на бок и рассеянно потыкал в экран авторизованного телефона.
А думать как волшебник Общества я начал не просто так, от скуки.
В Пхёнтхэке по-прежнему было неспокойно, люди продолжали умирать, так что заслуженные похвалы и всеобщее обожание от не-магов явно запаздывали. Поэтому я коротал время, выискивая в сети хоть какое-то общественное мнение, которое было бы стопроцентно чистой похвалой в адрес волшебников. Но не-маги - существа, стоящие даже ниже тараканов, - верные своей природе, продолжали нести одну и ту же чушь, так что хмуриться мне приходилось то и дело.
Корейский сегмент интернета разошёлся особенно сильно теперь, когда доступ извне перекрыли. Комментарии под новостями на порталах напоминали настоящий цирк.
Цензура, конечно, существовала - но применительно к гражданским оперативникам она оставалась на удивление вялой. Вместо того чтобы поливать грязью правительство или военных, люди дружно направили своё ядовитое жало на гражданских оперативников, то есть на волшебников.
[Угнетает видеть, как военные, которые должны защищать граждан, устраивают очередную резню. А людям, добровольно сотрудничающим с линией блокады, не стыдно?]
[Твердят, что линию прорвали или она рухнула, но разве в последнем инциденте люди просто не пытались сбежать и вымолить себе жизнь? Военные получили столько дерьма за резню гражданских, что теперь, похоже, просто клепают себе оправдание. Реально тошно, насколько шиты белыми нитками их мотивы. Говорят, уже есть те, кто им подыгрывает и гордится этим, как подвигом. Я правда не понимаю, как страна докатилась до такого...]
[Даже это их «наша сторона» звучит дико. Мы вообще-то все граждане Республики Корея. Почему вдруг появились «наши» и «не наши»? С этой блокадой определённо что-то нечисто.]
[АХАХАХА войска на линии блокады окончательно слетели с катушек и начали стрелять по гражданским, а военное положение об этом - ни слова, да? Этим ублюдкам давно плевать на защиту страны, лол. Те, кто обязан охранять народ, просто кричат «монстры!» и расстреливают всех подряд. Спасать никого не хотят, объяснять военное положение толком не могут - солдатских мозгов не хватает даже на отговорку. Хотят только стрелять. А тем временем уже выстроилась очередь из тех, кто готов им подлизывать, ЛОЛ]
[Сколько ещё будете постить ИИ-фейки в качестве оправданий? Никто, блять, вам не верит. Гражданский контроль! Вернуть суверенитет! Восстановить Сеул!]
[Военные обязаны спасти невинных гражданских! Выполните свой долг! Спасите мою семью, запертую в Сеуле!!!]
Хватало, конечно, и комментариев, высмеивающих подобные настроения, - видимо, именно такие сообразительные пользователи сейчас были бы на особом счету у Корейско-американского объединённого командования.
[Люди кричат, что ядерка упала, то что не упала, а у этих деятелей всё ещё цветочки в голове цветут.]
[Вы, ёбнутые, и что дальше? Эксперты прямым текстом говорят: видео с монстром на станции Сувон не подделка, - а вы всё про нейросети плачете? Господи, блять.]
[Военные,,, всё,,, продумали,,, а людям вроде вас,,, которые недостаточно,,, думают,,,,, никогда не поставить себя,,, на место другого!]
[Ребята, сейчас не до таких шуток. Не ходите на эту так называемую «подготовку», куда зовёт военное положение. Говорят, там заставляют читать какой-то буклет, а потом по непонятным критериям утаскивают людей прямиком на линию блокады. Не знаю, что там на самом деле творится, но хоть сами себя не угробьте по глупости.]
[Блядь, не пойдёшь - урежут пайки, уволят с работы, и военная полиция сама придёт стучать в дверь. Как, чёрт возьми, тут вообще откажешься? ЛОЛ]
[Ну так и иди на линию блокады! Знаешь же, что оттуда не возвращаются? Да и доллары тебе больше не понадобятся, как только притащат в провинцию Кёнги.]
Причина, по которой я, Пэк Чемин, с каждой минутой закипал всё сильнее, была до смешного проста: эти ёбаные не-маги вообще знали, как работают ладони, чтобы хлопать?
Единственное, ради чего я продолжал листать этот поток дерьмопостов, - возможность прощупать, насколько осведомлена публика и насколько жёстко всё ещё давит цензура.
Всё, что касалось самой магии, по-прежнему вычищалось подчистую - ни один человек нигде не употребил слово «магия», ругая или просто упоминая гражданских оперативников. В ходу оставались лишь две версии: либо это добровольные рабы, служащие линии блокады, либо насильно мобилизованные работники.
Что до экстренного оповещения о двух ядерных ударах по Соннаму - официальная версия сводилась к банальному сбою или человеческой ошибке при отправке сигнала. Общество раскололось строго пополам: одни видели в этом доказательство того, что вся линия блокады - лишь прикрытие для переворота, другие же терялись в догадках, уж не настолько ли всё серьёзно, что запуск настоящей ядерной ракеты кто-то и впрямь рассматривал всерьёз.
Больше всего меня, впрочем, удивило другое: насколько слабой оставалась цензура там, где споры разгорались жарче всего. Посты, оскорбляющие американских военных - опору всего Корейско-американского объединённого командования, - исчезали мгновенно, не успев собрать ни единого комментария. А вот о оперативниках - трындели без перерыва.
Тут поверх бодрой мелодии в стиле трот по комнате поплыли слова церковного гимна.
-Господь ди-и-ивен! О дивен!
Шин Наин.
Он вроде как ушёл помогать пастору с богослужением и волонтёрить в местном приходе, но вернулся почему-то один - снял наушники, но продолжал напевать уже сам, вслух. Убрав наушники в шкафчик и вытерев пот полотенцем, он вдруг уставился прямо на меня.
-Чемин-сси, вы выглядите не очень довольным.
С останками и прочей добычей распределение всё ещё не уладили толком, так что Шин Наин по-прежнему топтался на Третьей Стадии Ветви Ушей. Возможно, именно поэтому он уже не мог читать мои мысли так же свободно, как раньше. Без моего согласия даже телепатическая связь была невозможна.
А вот мне повезло меньше: внутренний голос самого Шин Наина я был вынужден слышать, хотел того или нет. Откат магии Ветви Ушей не знал пощады.
«Для столь низшего создания, как Чемин-сси, - лишённого духовного интеллекта, напрочь обделённого эмпатией, неспособного заглянуть в будущее и даже отдалённо понять такие вещи, как родственная или братская любовь, - откат Четвёртой Стадии Святых Боевых Искусств Ветви Ушей, надо полагать, покажется сущим пустяком. Ха-а-а... Даже исчадие ада, которому не было обещано Царствие Небесное, всё же может послужить во благо верующим христианам. Воистину, замысел Господа нашего поразителен».
-Ох, да пошёл ты.
«Вот Чемин-сси в очередной раз выдаёт своё незрелое естество этой вульгарной, дешёвой бранью. Понимаю. Чем глубже падение того, кто осознал собственную неприемлемость в глазах Господа, тем вернее путь к покаянию и исповеди. Благодарю Тебя, Отец Небесный, за бесконечное терпение, которым Ты наделил меня, дабы я не сбился с Твоего пути. Возьму Чемин-сси в качестве назидательного примера - и постараюсь не впасть ни в гордыню, ни в сомнение относительно Твоего промысла».
Я со стуком бросил телефон на кровать и сел.
Шин Наин.
Невыносимым он был по-своему, но ничуть не менее талантливо, чем Ли Сечун. А тут ещё эта духота пополам с бесконечным ожиданием хвалы от не-магов - в общем, я медленно загибался. Почему-то именно сегодня в голову лезли слова Будды о том, что человеческая жизнь - сплошное страдание.
Беда была в том, что всё это звучало лишь в мыслях. Скажи он это вслух - я бы с удовольствием устроил скандал, но затевать разборки из-за чужих мыслей означало выставить самого себя под удар: спроси он меня, какого чёрта я вообще роюсь в чужой голове без спросу, мне попросту нечего было бы ответить.
Так что я просто глубоко вдохнул и взял себя в руки.
Ладно. Вот доберётся Шин Наин до Четвёртой Стадии - тогда и отомщу: буду назло ему думать всякие мерзости и выливать их прямо ему в уши каждый божий день. А значит, этой самой Четвёртой Стадии Ветви Ушей ему просто обязательно нужно достичь.
Приняв такое решение, я почувствовал, как шёлковым узлом стянутая обида внутри наконец ослабла, и одарил Шин Наина вполне благожелательной улыбкой.
-Почему ты один? Где пастор?
-Пастор занимается миссионерской работой в округе, вы с ним скоро увидитесь. Я здесь, чтобы передать распоряжения от Командования.
-О!
Я снова взял телефон и проверил время.
26 мая 2028 года, 13:11.
Волшебник с взглядом на тысячу ярдов и его группа были уничтожены двадцать второго - выходит, Объединённому командованию потребовалось целых четыре дня, чтобы хоть как-то отреагировать. Половина меня возмущалась такой медлительностью, другая же мысленно пожимала плечами: «Ну, для кучки не-магов это, пожалуй, ещё быстро».
Сунув телефон в карман, я глянул на Хамзу - тот как раз запихивал вещи в рюкзак, явно дождавшись момента, пока меня отвлёк Шин Наин.
-Хамза, ты же не собираешь вещи, чтобы сбежать?
-Нет. Мне просто спокойнее, когда всё разложено по местам.
Ответ прозвучал ровно и естественно - но откат магии Ветви Ушей, как обычно, выдал куда менее приятную правду.
«Теперь, когда магия Ветви Ушей у Чемина-сси усилилась, он заметит любую мою попытку сбежать. Нужно отдаляться постепенно, как можно естественнее, не вызывая подозрений».
Я устало провёл ладонью по лицу.
Старомодный пастор-фанатик, трудовой мигрант-мусульманин, вечно высматривающий шанс дезертировать, разочаровывающий до глубины души Капитан Корея, ещё один ублюдок-фанатик... И на этом фоне самой нормальной из всей шайки внезапно оказалась Ко Рёха - бывшая сеульская волшебница, державшая при себе не-магов, но хотя бы симпатичная лицом. Удручающее открытие, прямо скажем.
Именно в такие моменты на мои плечи снова наваливались давно позабытые патриотизм и чувство долга. Неужели судьба корейского народа и впрямь настолько жалка? Я, Великий Архимаг Пэк Чемин, пусть и не мог нести ответственность за страну до конца, всё же чувствовал себя обязанным хоть немного ей помочь - как потомок своего народа.
Я повернулся к Шин Наину. К счастью - возможно, потому что я уже заплатил цену, - его внутренний голос на этот раз до меня не долетел.
-Так что там велело Командование?
-Нам предстоит обсудить останки Волшебника с взглядом на тысячу ярдов из Каннама, проклятые предметы и священные реликвии, которые мы забрали, а заодно и само Общество 66. И конечно же, - уголок рта Шин Наина медленно пополз вверх, - раз поле вспахали мы, справедливо, что и спелые плоды достанутся нам.
***
26 мая 2028 года, 13:25.
Впервые за долгое время все мы, Верховные Архимаги, собрались в одном месте - точнее, втиснулись в один и тот же фургон вместе с капитаном Ким Хууном и водителем Сон Гайном.
Пастор, Хамза и я оказались зажаты в самом хвосте салона, а Ко Рёха, Ли Сечун и Шин Наин устроились посередине. Когда народу набилось столько, непременно находится кто-то, готовый скрестить руки на груди и начать ворчать.
-Почему мы вообще должны таскаться в этих вонючих пончо?
Пастор, видимо, терпеть не мог наши дождевики и теперь жаловался, вжатый прямо в дверь с кислой миной. В обычной ситуации он бы устроил целый спектакль с криками, но почему-то то и дело косился в мою сторону, будто проверяя реакцию. Хамза, зажатый между мной и пастором, свернулся калачиком, точно сосиска в банке, и тихо бормотал молитву.
Делать нечего. Прижавшись щекой к стеклу, я ответил:
-Говорят, гражданские оперативники в последнее время начали сколачивать собственные группы. Лучше застолбить за собой запоминающийся образ прямо сейчас, пока его не перехватил кто-то другой. Ну, знаете - своего рода торговая марка.
-Из всего, что можно было выбрать...
Пастор вздохнул, но спорить дальше не рискнул.
Впереди Шин Наин с Ли Сечуном затеяли очередную перепалку, а Ко Рёха тихо посмеивалась над ними обоими. В другой раз я бы прислушался, о чём там спор, но сейчас всё моё внимание приковало совсем другое зрелище - за окном.
Солдаты, завидев наш фургон издалека, бросали всё и замирали по стойке смирно, даже если тащили на себе ящики с боеприпасами. Кто-то вздрагивал при виде нас, кто-то опускал оружие, чтобы отдать честь. Военный капеллан с противогазом на предплечье, ведущий колонну солдат, заметив нас, тут же осенил себя крестным знамением.
Так вот каково это - почувствовать, как меняется твой статус.
Никто нигде вслух не называл нас Верховными Архимагами, никто и словом не обмолвился людям, кто мы такие, - и всё же каждый узнавал нас без подсказок и реагировал соответственно. Тяжеловооруженные волшебники и капелланы здесь, в американском лагере, явно существовали совсем в иной лиге, чем бездельники за линией блокады.
Фургон внезапно дёрнулся и остановился.
Капитан Ким Хуун, сидевший впереди в роли командира машины, сверился с зеркалом заднего вида.
-Приехали. Если сейчас выйдете... О!
Он оборвал себя на полуслове и поспешно выскочил наружу, рывком распахнул дверь и, облизывая губы, отчаянно замахал нам руками.
-Пожалуйста, выходите быстрее...
-Что за суета?
Ли Сечун, всё ещё надувшийся после перепалки с Шин Наином, выпрыгнул первым. Он лениво огляделся - и тут же застыл, заметив людей у входа во временный бункер, подготовленный для встречи. Остальные уже начали вылезать следом, гадая, что такого особенного в нескольких силуэтах вдалеке, - и в этот момент даже пастор, до того не сводивший глаз с меня, вдруг замер и выпалил:
-Генерал!
-Какой ещё генерал?
Выпрыгнув из фургона, я впервые в жизни увидел, как ко мне бежит самая настоящая генеральская звезда.
-Добро пожаловать!
Иностранцы - и бегут к нам, выкрикивая приветствие по-корейски. За одним исключением, все до единого оказались знакомыми американскими генералами.
Маршал МакКини, генерал-лейтенант Ройс, бригадный генерал Тэтчер - и ещё одно незнакомое мне лицо, спешащее следом и то и дело поправляющее роговые очки.
Где-то в стороне маячили телохранители, настороженно наблюдающие за происходящим, но сам МакКини, казалось, не обращал на это никакого внимания - он подошёл первым и протянул нам, Верховным Архимагам, руку.
- Мне жаль, что мне потребовалось так много времени, чтобы проверить тебя. «Я был занят» — не такое уж оправдание, верно? Вас что-нибудь беспокоит?
Все взгляды разом обратились к Шин Наину - нашему постоянному переводчику - и тот со вздохом перевёл:
-Спрашивает, не тревожит ли нас что-то.
-Я тоже говорю по-английски!
Ко Рёха высунулась было вперёд, пытаясь напомнить о себе, но я предпочёл довериться проверенному Срулю.
Учитывая всё, чего мы добились, можно было бы вести себя и понаглее, но большинство Верховных Архимагов восхищённо кивали или пожимали протянутые руки с видом людей, которым оказали невероятную честь. Пастор так и вовсе чуть не согнулся в поясном поклоне.
-О боже, генерал. Право же, не стоило так беспокоиться.
МакКини улыбнулся в ответ на рукопожатие пастора, обменялся с Шин Наином более официальным жестом, а дойдя до Ли Сечуна, рукопожатие вовсе пропустил - просто отдал честь.
-Внимание! Корейская армия скучает по такому солдату, как вы. Это их потеря. Легко!
-Так точно, сэр!
Ли Сечун явно не понял ни слова, но чисто рефлекторно рявкнул уставной ответ.
МакКини двинулся дальше с довольной улыбкой, но стоило ему оказаться напротив Ко Рёхи, выражение его лица чуть помрачнело. Он лишь слабо улыбнулся, коротко кивнул и больше ничего не добавил:
-Удачи.
-А, да.
Оставив явно растерянную Ко Рёху позади, маршал МакКини наконец повернулся ко мне - и, увидев повязку на глазу, заметно посерьёзнел, протягивая руку.
-Мало кто готов отдать свой глаз ради солдат рядом с ним. И тем более - того, кто сам не является солдатом. Я искренне восхищаюсь вашей храбростью.
Хм...
Неужели эти янки умрут, если заговорят по-корейски хоть раз? Я метнул взгляд на Шин Наина - тот в ответ лишь постучал пальцем по уху. Поняв намёк, я сосредоточился на телепатии.
«Чемин-сси, он говорит крайне официально и явно высоко вас ставит. Похоже, услышанное про потерю правого глаза произвело на него сильное впечатление. Военные, судя по всему, доверяют вам куда больше, чем можно было ожидать».
Фух. Вот она, хвалёная американская проницательность - совсем другой уровень.
Только после этого я смог позволить себе гордую улыбку и крепко пожал руку МакКини. Тот на мгновение распахнул глаза от удивления, затем расплылся в озорной ухмылке и хлопнул меня по плечу.
Дальше я пожал руки генерал-лейтенанту Ройсу, бригадному генералу Тэтчеру и, наконец, незнакомому корейскому генералу - одному за другим.
Если добродушный лысеющий Ройс и вечно сонный Тэтчер не вызвали особого интереса, то вот этот новый кореец сразу приковал моё внимание. Измождённый мужчина средних лет, в роговых очках, с нервным взглядом и неожиданно длинными ресницами, крепко пожал мне руку и кивнул.
-Спасибо вам. Благодаря вам им так и не удалось прорвать линию блокады.
-Э-э. Ваше звание и имя, простите?
-Ах! Я Ли Гисон. Буду служить офицером штаба в Объединённом альтерационном оперативном отделе и помогать Завету под командованием генерал-майора Тэтчера, который вскоре примет этот пост. Рад знакомству! Как кореец, я особенно хотел лично выразить вам свою благодарность!
Уважительный тон бригадного генерала Ли Гисона меня искренне тронул.
Вот оно как. Такие волшебники как мы определённо стояли на голову выше обычных не-магов.
Закончив рукопожатие с довольной улыбкой, я заметил, как маршал МакКини переглянулся с другим генералом и произнёс на ломаном корейском:
-Даввайте немнго прогуляэмся.
Взгляды Верховных Архимагов дружно обратились к бригадному генералу Ли Гисону. Пот катился с него градом. Он беспомощно посмотрел на капитана Ким Хууна - но тот уже спрятался обратно в машину под предлогом обязанностей командира машины и даже носа оттуда не показывал.
В итоге бригадному генералу, которому на вид было уже под пятьдесят, оставалось лишь вытереть лицо ладонью и промямлить:
-Э-э... Сэр маршал... В общем, эм... кажется, он хочет познакомиться с вами поближе, прежде чем переходить к... более серьёзным вопросам...
Я терялся в догадках, с чего вдруг такая нервозность, но тут Ко Рёха тихонько подошла сбоку и ткнула меня локтем в рёбра.
-Хубе-ним, кажется, они пытаются нас переманить.
-А? Переманить? Зачем?
Я моргнул и огляделся - маршал МакКини настороженно наблюдал за нами издалека.
И в этот самый момент в голову будто ворвалась вспышка внезапного прозрения. Люди, наверное, назвали бы это интуицией.
Меня передёрнуло от возбуждения, и я с трудом подавил предательскую дрожь в уголках губ, потерев их рукой.
Ах. Ну конечно.
Нелегко, оказывается, удерживать невозмутимое выражение лица, когда внутри всё рвётся в улыбку, да? Но мне, Пэку Чемину, выбора не оставалось - справиться было попросту необходимо.
Теперь я находился в положении, где США и военные уже не могли просто отдавать мне приказы или небрежно советовать, что делать. Теперь им приходилось меня убеждать.
Я прекрасно это осознавал.
Осознавал, что теперь я - волшебник уровня целой страны.
Разговоры с переводчиком:
Да-а-а, в эпоху ИИ вряд ли хоть кто-то поверит, случись что-то воистину непонятное и ужасное.
Спасибо за прочтение. Если нашли ошибки - пишите в комментариях.

Комментарии

Загрузка...