За всю жизнь меня по-настоящему укачивало ровно дважды.
Первый раз - на лодке до Чеджу. До сих пор помню, как желудок выворачивался в такт каждой волне. Хотелось броситься за борт и плыть самому. Второй - в самолёте оттуда же: момент взлёта, уши рвёт от боли, желудок куда-то проваливается, все внутренности будто скручивает жгутом. После тех двух случаев меня так тошнило от Чеджу, что мне и сейчас плевать, как там у них дела.
И сегодняшний день - когда меня несла на спине женщина - с полным правом занял место в этом зале славы.
Да. Это была моя вина. Решить прокатиться на спине у той, кто летает по крышам. Насколько же я туп? Одно из худших решений в твоей жизни, Пэк Чемин.
Я висел обмякший, как труп в гробу, но так меня вот-вот вырвало бы прямо в противогаз - пришлось выжать последние силы и подать Ко Рёхе сигнал. Говорить уже не было мочи, так что я просто принялся тупо колотить по её плечу. Глаза давно закрыты, рот наполняется кислой желчью, даже запах сырой резины противогаза уже не мог заглушить тошноту.
Пожалуйста, поставь меня на землю.
В тот миг, когда Ко Рёха наконец остановилась, я свалился с её спины, рванул противогаз вверх - и меня вывернуло наизнанку.
Слава богу, что мало ел. А может, откат от Ветви Сердца уже успел сожрать всё до последней крошки. Слёзы текли по лицу от чисто физической реакции, пока я давал себе клятву: больше - никогда - на спине Ко Рёхи.
Когда меня немного отпустило, сзади подошли.
-Чемин-сси, тебе понравилось лапать Рёху-сси?
-Ты, блядь... заткнись!
Т-ты, злобная грёбаная скотина. Я тут лежу, из меня одновременно льются слёзы, сопли, слюни и блевотина, а ты - это? Руки и ноги тряслись от голода и укачивания вместе, и я всерьёз боялся рухнуть прямо в собственную лужу - поэтому сначала завалился набок.
Только тогда я представил, как выгляжу со стороны, и принялся тихо всхлипывать.
-У-у-ух, мама.
Пончо и боевая форма пропитаны кровью, штаны заскорузли от засохшей мочи. Хорошо хоть ничего не ел - так что в туалет по-большому не сходил. Говорят, у человека семь отверстий, и хотя бы одно из них я сегодня сберёг. Слёзы, сопли, слюни, рвота, моча, пот - тело конвульсивно содрогалось, методично выплёскивая всё, что в нём накопилось.
И всё же я собрал себя в кулак.
Путь за пределы человеческого. Путь Великого Архимага - это путь к вершине, на который можно вступить, лишь отпустив многое как человек, воистину опустошив себя. Прямо сейчас я отбрасывал иллюзии стыда и социального статуса и шёл к трансцендентности. От этой мысли на душе стало немного спокойнее.
Честный и здоровый в своих эмоциях, я краем сознания различил что-то вроде сферы абсолютной внутренней свободы. Истинно сильные - те, кто встречает собственные эмоции без оков мирского, а потом просто отпускает их.
Свернувшись, как дождевой червь на раскалённом асфальте, я ревел в голос, собирая себя по кускам, - и после этих коротких рыданий в голове прояснилось.
Когда я поднялся, вытер пот с лицевой части противогаза и огляделся, то почувствовал, что все взгляды обращены на меня. Солдаты. Только тогда до меня дошло: мы уже вернулись в командный пункт мэрии Соннама. По всей видимости, Ко Рёха игнорировала мои отчаянные мольбы и продолжала нестись, не останавливаясь, пока не добралась до места.
Ко Рёха медленно подошла и сняла противогаз. Посмотрела на меня большими, круглыми глазами.
-Хубе-ним. Вы в порядке? Всё-таки важно было вернуться пораньше, правда?
Я собирался зыркнуть на неё с раздражением, но в тот миг, когда увидел её лицо - мокрое от пота, - злость куда-то делась.
Блять. До отвращения красивая.
Даже в таком виде, как у меня сейчас, жалкое мужское желание держаться крутым и сказать «всё нормально» зашевелилось где-то в глубине. Детский импульс - покрасоваться, выглядеть впечатляюще - поднялся как спинномозговой рефлекс. Но если бы я не прошёл культивацию опустошения, выплеснув каждую последнюю каплю всего, что во мне было, - я бы беспомощно пал ниц перед этим инстинктом.
-Стоп.
Я протянул ладонь к Ко Рёхе, чувствуя, как пропитанное кровью пончо колышется.
-Я не в порядке. В следующий раз просто доползу сам.
-Чемин и вправду выглядит не очень прямо сейчас, - донёсся голос Ли Сечуна, явно с трудом сдерживающего смех.
Я сдержался.
Для того, кто уже опустошил себя от всего, подобные мелкие насмешки были не более чем тем, о чём я буду думать круглосуточно следующие семь дней. И всё же отрицать, что Ко Рёха помогла мне, было нельзя, так что сначала поблагодарил её.
-Тебе, должно быть, было нелегко. Спасибо, Мастер. Хотя ты, похоже, не так сильно смущена моим состоянием, как я ожидал.
-Нельзя бросать человека только потому, что он грязный. В Сеуле мне не раз приходилось тащить людей в куда худшем состоянии, чем это.
Ко Рёха тихо кашлянула, напустив на себя самодовольный вид, и указательным пальцем поправила прилипшие к щеке волосы. Подходящее заявление для лидера выживших из университета Конкук, которые все голодали вместе - потому что она так и не смогла заставить себя прореживать людей. Это немного подняло моё мнение о ней. Тот факт, что после всего выплеснутого мной она не отшвырнула меня с отвращением, означал: кое-что необходимое Верховному Архимагу у неё всё-таки есть.
Тут Ли Сечун тоже снял противогаз и выдохнул - сухо, как из пустыни.
Мы, трое волшебников Ветви Сердца, выглядели, мягко говоря, как развалины. Про меня и говорить нечего. Пончо Ко Рёхи тоже было покрыто кровью и раздавленными кусками плоти. Ли Сечун держался лучше всех, но его грязная внутренняя сущность выдавала себя короткой щетиной, заползшей по лицу синеватой тенью - следы тестостерона, ставшие видимыми. Хотя именно такой вид его только украшал, что бесило особенно.
Я был залит кровью с головы до ног настолько, что даже собственную мочу почти не чуял - всё перебивал запах крови. Если только кто-то не привык к нему настолько, что стал невосприимчив, он бы и не заметил.
Отягощённый всем этим, я развернулся - обвисшее пончо затрепетало за спиной. Всё ради того, чтобы выжать максимум крутости.
Я закинул винтовку на плечо, прижал противогаз к груди и уверенно улыбнулся.
-Ладно. Устроим триумфальное возвращение. Пора показать солдатам, как мы выглядим.
-Хубе-ним?
-Чемин... Блядь... В таком виде?
Я слышал, как они за спиной чешут языками, но не обернулся. Направляясь вглубь командного пункта, я смаковал взгляды солдат - сквозь замутнённые линзы противогазов те пялились на нас, не в силах скрыть выражение лиц.
После того как Ко Рёха с Ли Сечуном поворчали и помялись, у них не осталось выбора, кроме как последовать за мной. Конечно, ведь люди инстинктивно тянутся за уверенным шагом.
Говорят, не человек тот, кто не знает стыда, - но как может тот, кто позволяет стыду швырять себя туда-сюда, достичь чего-то как искатель магии?
Моя уверенность тронула сердца солдат. Операторы дронов, сидевшие возле грузовика в клубке кабелей и возившиеся с геймпадами, поднялись разом. Когда наша троица направилась вглубь командного пункта, они без колебаний сорвали VR-очки и вытянулись по стойке смирно - жетоны на нарукавных повязках брякнули с громким, почти колокольным звоном.
Солдаты на постах и те, что перетаскивали припасы, ещё не слышали полной истории - они незаметно пятились или осторожно отводили взгляды. Но операторы дронов, которые видели всё в прямом эфире, смотрели иначе.
Благоговение. Почтение, смешанное со страхом и уважением в равных долях.
Я небрежно скосил взгляд назад - реакции Ко Рёхи и Ли Сечуна не могли быть более разными. Ко Рёха приподняла уголки глаз и принялась оживлённо им махать - должно быть, такие взгляды от выживших в Сеуле были для неё привычным делом, и это просто напомнило ей о былых временах. Настроение поднялось настолько, что плечи у неё, казалось, подпрыгивали. Ли Сечун, напротив, шагал ровно и спокойно, будто ничто из этого его вовсе не касалось - вылитый истинный солдат, молча выполняющий долг. Если бы я не знал, чего на самом деле хочет этот ублюдок, выглядело бы убедительно.
Я снова перевёл взгляд вперёд и намеренно замедлил шаг - надеялся, что остальные солдаты последуют примеру операторов. К сожалению, расстояние между постом охраны и входом в мэрию оказалось катастрофически коротким.
Тут меня осенило блестящее решение.
-Чемин-сси, почему ты вдруг идёшь спиной вперёд?
-А? Хубе-ним, когда вы успели оказаться так далеко сзади?
-Путь слишком короткий. Вернусь ко входу и пройду снова.
Реакции снова разошлись как небо и земля.
-Ради всего святого... Это чертовски неловко.
-Ты идёшь спиной вперёд, чтобы успокоить головокружение от укачивания? Если так - я помогу!
Только посмотрите на разницу в том, как они меня воспринимают. Любой бы увидел.
Цокнув языком, я решил преподать Ли Сечуну урок.
-Ха-а-а, Сечун, вот почему ты безнадёжен. Посмотри на Мастера - видишь, как она любезна?
-Чемин, если бы я сказал, что помогу тебе, ты бы так же отреагировал?
Я без ответа причмокнул губами и пустился лунной походкой обратно ко входу. Часовые у дверей вытаращились - я показал им большой палец, щедро делясь доброй волей.
-Спасибо за тяжёлую службу. Линия блокады в безопасности благодаря вам.
Я гордо промаршировал до самого входа в мэрию, но только операторы дронов продолжали держать честь.
-Идём снова.
-Чемин-сси, ради всего святого... Давай просто пойдём помоемся, а?
-Ах-а-ха...
Даже Ко Рёха неловко рассмеялась и, похоже, незаметно встала на сторону Ли Сечуна. Однако у каждого мужчины есть то, чему он никогда не уступит. Некоторые называют это упрямством. Я называю это стойкостью и страстью.
Я быстро преподал этим двоим, явно лишённым духа Верховных Архимагов, урок правильного боевого духа.
-Мастер, Сечун, знаете выражение «заставить поклониться»(1)?
-Хубе-ним, откуда вы вообще узнали такие выражения?
-Чемин, это именно то, что ты сейчас и делаешь.
-Тц, тц, тц...
Люди, которые знают одно, но не знают другого. Неудивительно, что им не хватало духа Верховных Архимагов.
-Это мудрость наших старейшин. Если другой человек не делает этого для тебя - дави, пока не сделает. Обратно ко входу.
К третьей ходке офицеры, возглавлявшие операторов дронов, уже пробирались между солдатами и что-то им шептали. Иногда достаточно нескольких слов, чтобы тронуть сердца людей. Офицеры встали среди солдат и первыми захлопали громко, когда мы снова проходили мимо - и когда офицер аплодирует так, солдаты уже не могут просто стоять столбами. Они закинули винтовки на плечи и присоединились - и только тогда наша троица наконец насладилась настоящим триумфальным возвращением.
Перед самым входом в мэрию собрались и знакомые лица: майор Шин Ханги с ключевыми офицерами, все хлопали изо всех сил. Когда я подошёл, майор встретил нас глазами - измученными, но сияющими. Когда аплодисменты стихли, он протянул руку.
Мы сцепились ладонями и слегка встряхнули - и я почувствовал, как между нами растёт доверие.
-Только что получил доклад. Отличная работа, Завет. Результаты превзошли ожидания.
-Почему приветствие было таким запоздалым?
-Как только получил доклад, сразу пришлось его оформить и отправить наверх. Только отошёл от клавиатуры. Да и операция заняла куда меньше времени, чем мы рассчитывали, - это тоже сыграло роль.
18 мая 2028 года, 05:17.
Именно тогда мы вернулись в мэрию Соннама.
Майор Шин Ханги пожал руки Ли Сечуну и Ко Рёхе.
-Сержант Ли, нет мыслей о возвращении в армию?
-Я с Заветом. Моим товарищам может быть трудно доверять, но я верю, что у них есть всё необходимое.
-Ко Рёха-сси... Думаю, это был хороший шаг к устранению недоверия между нами. Я не оправдываю то, что сделали военные, но как только здесь разместятся силы ООН, у нас появится больше свободы действий. Когда это произойдёт, наша политика в отношении гражданских внутри Сеула может измениться.
-...Надеюсь. Никто из них не продержится вечно.
Я тихо отступил от Ко Рёхи. Судя по тому, как беспощадно она сражалась, у меня было стойкое ощущение, что какая-то неисправность в ней была всегда - просто не давала о себе знать, пока общество функционировало нормально.
Тут я вдруг кое-что заметил. В какой-то момент я оказался стоящим в одиночестве посреди толпы - маленький остров в людском море.
-Хм.
Неужели невежественные массы наконец признали величие этого Великого Архимага и инстинктивно начали держаться на расстоянии?
Пока я возился с пончо залитыми кровью руками, майор Шин Ханги осторожно кашлянул.
-Что касается вас, Пэк Чемин-сси... Думаю, вам понадобится немало времени, чтобы привести себя в порядок. Душевые оставим открытыми - просто положите винтовку и сразу туда.
-А, спасибо.
Кстати, я успел начертать магические символы Ветви Рук на пончо, но Ли Сечун и Ко Рёха сделали всю реальную работу, так что от зачарований толку в итоге не было. Судя по тому, что солдаты в мэрии оказались в полном порядке, символы нейтрализовались, когда их полностью залило кровью. Хм, приму к сведению.
Восторженный тем, что умудрился узнать что-то новое даже посреди всего этого, я направился к душевой - грубая конструкция снаружи, почти палатка с подключёнными шлангами, но прямо сейчас это было более чем достаточно. Оставил винтовку у входа, включил воду и сосредоточился на одном: отмыться с головы до ног.
Стоя под льющейся водой, я начал клевать носом.
Ах, так голоден. Хочу соевый суп с пастой. Тот, что дома, был особенно хорош - клали туда кучу глутаматов...
***
19 мая 2028 года, 07:04.
Именно тогда я осознал, что наконец пришёл в себя. Чуть не угробил жизнь, заснув в душе. Вернулся, сбросил одежду, разобрал останки - и вырубился, прикрывшись одним полотенцем, без нижнего белья.
После этого встать с кровати я уже не мог.
Откат от Ветви Сердца бил жестоко. Поскольку я заснул, не приняв ни калории, всё, на что меня хватало, - открывать и закрывать пересохшие губы, как вяленый карась. И надо же было так случиться, что ухаживала за мной именно Ко Рёха - сидела и ухмылялась, размахивая ложкой, будто бросая корм карасям в пруду.
-Вот, а-а-а.
-Хаа...
Блядь. Пэк Чемин, мужчина, пережил слишком много ужасного за слишком короткое время.
-А.
-Вот так, вот так. Молодец! Хе-хе. Хубе-ним, вы выглядите гораздо лучше, когда просто лежите тихо и не поднимаете шум!
Это был не самый окольный способ сказать человеку, чтобы провёл жизнь, только дыша.
Почувствовав холодок от Ко Рёхи, я без всякой причины поёжился. Ли Сечун стоял поодаль со скрещёнными руками, занятый тем, что презрительно меня разглядывал.
-Чемин, знаешь, что солдаты сейчас тебе завидуют? Что Рёха-сси за тобой ухаживает.
-У этих ублюдков нет стыда?
Ничего более унизительного, чем взрослый мужчина, который лежит в постели, дрожит и только открывает рот, чтобы его кормили, просто не существует.
В тот момент глаза Ко Рёхи блеснули - и она ударила меня ложкой по лбу.
-Хубе-ним! Используйте только хорошие, приятные слова! Заодно займитесь кожей, поработайте над мимикой, регулярно практикуйте улыбку, следите за взглядом, ухаживайте за волосами и телом, исправьте характер и манеру речи. Тогда станете очень популярным!
-Мастер...
Это чем отличалось от предложения полностью разобрать Пэк Чемина, человека, и собрать заново с нуля?
Тут Ли Сечун разжал руки и шагнул ко мне - я почувствовал, как по спине непроизвольно пробежала дрожь.
-Важнее другое, Чемин-сси. Есть слух, о котором тебе стоит знать.
-Слух? О магии?
-Связан с этим. Но судя по тому, что офицеры в командном пункте говорят об этом всерьёз, - похоже, дело нешуточное. Потому и решил сказать.
Ли Сечун говорил таким тоном лишь тогда, когда Республика Корея сталкивалась с настоящим кризисом - пусть страна и так уже была более или менее развалена. Атмосфера сгустилась настолько, что даже Ко Рёха замерла, и я полностью сосредоточился на нём.
Предчувствие вскоре подтвердилось.
-Говорят, обсуждают сброс тактической ядерной бомбы. Хотя это только слух.
1. В азиатской культуре это выражение означает триумф мастерства или праведности, вынуждающий окружающих признать авторитет человека. Хотя есть ещё несколько значений, по типу «насильно подвести под алтарь», но это не для нашего контекста.
Разговоры с переводчиком:
Хоть Чемин и кринжовый, но такой искренний. Ну... в некоторых моментах.
Ядерка... что же будет?
Спасибо за прочтение. Если нашли ошибки - пишите в комментариях.

Комментарии

Загрузка...