К счастью, корень языка сеульской волшебницы остался нетронутым.
Конечно, это означало, что кому-то придётся схватить оставшийся корень и вырвать его, но по сравнению с продвижением в магическом мастерстве — пустяковая цена. Я также не упустил шанса подмигнуть сеульской волшебнице, столь трагично лишившейся большей части головы.
-Бе-е-е-е-
Я даже высунул язык из-под противогаза, насмехаясь над ней, отчего пастор Пак Ёхан окинул меня взглядом, полным глубочайшего разочарования.
-Ты что творишь?
-Tибэггинг(1).
-Тибэггинг? Это что такое?
-В общем смысле — глумиться над кем-то, пастор.
Благодаря любезному пояснению Шин Наина пастор издал глубокий вздох.
-Эй. Она уже мертва. Думаешь, она увидит, как ты над ней глумишься? Кончай кривляться и давай уже.
-Так точно.
Честно говоря, мне и самому не хотелось лезть к корню языка, покрытый холодными телесными жидкостями, так что я решил покончить с этим побыстрее.
Боевым ножом я отсёк оставшийся корень языка и положил его на пол.
Оставалось только поднять ногу и растоптать. Если сделаю это — смогу получить магию...
-Чемин, чего застыл?
Ли Сечун уставился на меня, моргая, а Хамза глядел с явным недоумением.
С полной серьёзностью я признался, насколько деликатно был воспитан человек по имени Пэк Чемин.
-Мне что, реально нужно наступить на эту мерзость, чтобы это сработало?
-Чемин-сси, хватит ныть. Ты хочешь сказать, что это мерзко — после того, как сам это отрезал?
Видя, как все молча соглашаются с Ли Сечуном, моё сердце слегка заныло.
Не имея иного выбора, я крепко зажмурился и опустил ногу.
В тот же миг туман вырвался наружу, сопровождаемый громким шипением. Но это было не всё.
Символ магии ветви языка, который я выучил, вспыхнул в моём сознании. Знание, которым я никогда не обладал, было насильно вбито в голову. Видимо, всё то время, что я потратил на изучение оккультизма, не прошло даром — систематизировать бесчисленные вспышки озарения, заполнившие разум, оказалось куда легче, чем должно было быть.
Это было близко к тому, что люди называют просветлением. Только куда более интуитивное и физиологическое по природе.
Фрагменты мудрости, некогда казавшиеся бессмысленными, внезапно озарились в тот миг, когда я раздавил отрезанный язык сеульской волшебницы. Расколотые куски знания неизвестного происхождения потекли по венам, пробуждая меня от макушки до пят.
И всё же, как нельзя поймать бушующую реку голыми руками, я ухватил лишь крошечную долю того, что влилось в меня.
Тем не менее то, что я узнал, можно было обобщить так.
Магия альтерационного типа делится на два великих пути.
Они напоминают Сефирот и Клиппот еврейского мистицизма, особенно каббалистической традиции. Оба преследовали противоположные, инвертированные пути к одной и той же конечной цели.
Чем эта цель была на самом деле — я не мог сказать. Но одно я понял с уверенностью. Сами пути фундаментально различны.
Глаза, Уши, Язык, Руки, Сердце.
Каждый представлял определяющий аспект человеческой природы. Человеческое восприятие, человеческую судьбу, человеческую адаптивность, человеческий интеллект и человеческую жизнь. Утверждал ли ты эти аспекты или отрицал — определяло, по какому пути ты идёшь.
Сефирот — неинвертированный путь магии альтерационного типа — был эзотерической системой, приписывавшей эти определяющие человеческие черты разным частям тела, чтобы определить, чем в действительности является человечество.
Клиппот — инвертированный путь магии альтерационного типа — приписывал те же человеческие черты разным частям тела лишь затем, чтобы отрицать их, стремясь доказать, что уникальность остаётся от человека даже после того, как человеческие качества были вырваны.
Магия ветви языка управляет Принятием и Изменением.
Прямая ветвь языка альтерационного типа ценит меметическую эволюцию человечества через язык — одну из определяющих характеристик человека.
Инвертированная ветвь языка, с другой стороны, фокусируется на хищнических инстинктах человечества, делая упор на экологическую адаптацию через поглощение.
Как и предполагал отец Чон Ёнхван, первая стадия прямой ветви языка была заклинанием, низводящим языки, которые человек никогда не должен был произносить, до человеческой речи. Инвертированная ветвь была заклинанием хищничества, пожиравшим других живых существ и крадущим их воспоминания и опыт.
Но это было не всё.
В тот миг, когда я раздавил отрезанный язык сеульской волшебницы, я почувствовал, как достигаю второй стадии ветви языка. Я узнал это немедленно — в конце концов, я уже обладал двумя ветвями, достигшими не только первой стадии - Взгляд в будущее, — но и второй стадии — Горе.
Второй стадией ветви языка было Усиление Желания.
Интересно, что прямой путь специализировался на усилении желания, тогда как инвертированный — на усилении эмоций. Так или иначе, оба были магическими конструктами, призванными подавлять цель, вызывая желания или эмоции, превосходящие всё, что они могли бы вынести.
Более того, волшебник мог получить сущность другого волшебника более высокой стадии в той же ветви, заполучив и либо поглотив, либо уничтожив его останки.
По сути, это было что-то вроде реликвии.
Ветвь языка была единственным исключением. Поскольку она представляла Принятие, Изменение и человеческую адаптивность, а её инвертированный аналог придавал такое значение хищничеству, она также могла поглощать реликвии других ветвей и впитывать их сущность. Эффект был значительно слабее, но всё же возможен.
И весь этот ошеломляющий поток знаний пришёл из воспоминаний только что убитой нами сеульской волшебницы.
...Я больше не мог.
-Бле-е-е-е-а-а-а-а!!!
Не в силах вынести обрушившееся головокружение, я рухнул на четвереньки, и меня вырвало.
Я отчаянно содрал противогаз, но не раньше, чем всё равно забрызгал его. Чистка волновала меня меньше всего.
Желудок, кишечник и толстая кишка, казалось, объявили совместную забастовку, угрожая вытолкнуть всё до последней крошки обратно через рот.
К счастью, так далеко не зашло, но я не мог остановить каждую каплю сил, покидающую тело.
Когда я пришёл в себя, волосы были насквозь пропитаны холодным потом.
Хамза подбежал и безостановочно хлопал меня по спине, но головокружение было настолько всепоглощающим, что я едва осознавал, что он делает.
Дело было не просто в том, что мир кружился. Сама реальность ощущалась рваной.
В тот миг, когда я наконец смог различать голоса, я задал вопрос прежде, чем отвечать на чьи-либо.
-Эй... Ли Сечун. Какого чёрта ты в порядке? И Шин Наин, ты ведь тоже слышал мои мысли?
Как они выдержали этот бурный поток знаний?
Я едва сумел зачерпнуть пригоршню — и это едва меня не сломало. Как эти двое остались совершенно не задеты? Они ведь тоже изучали оккультизм.
Мы все вместе посещали лекции Андерсона Мейкенфорда. Если у них было хотя бы базовое понимание западного эзотеризма, разве они не должны были отреагировать точно так же, как я?
В этот миг вмешался Шин Наин.
Религиозный фанатик ответил на мой вопрос безупречно.
-Сам факт того, что ты подносишь уши к столь еретическому знанию, — доказательство недостатка веры, Чемин-сси. Покайтесь.
-Вы же оба ходили на лекции Андерсона-сси.
-Чемин-сси. Я слышал только до, ре, ми, фа, соль, ля, си, до.
Только услышав, как Ли Сечун — самопровозглашённый изобретатель восьминотной шкалы — сказал это, всё наконец встало на свои места.
Эти идиоты вообще никогда не изучали оккультизм.
Так что пока я сумел выудить горсть знаний, они не смогли распознать ни единого фрагмента. Знание, содержавшееся в магии сеульской волшебницы, было лишь крошечной долей того, что влилось в меня, но у этих идиотов вошло в одно ухо и тут же вылетело в другое. Они стояли перед горой сокровищ и ушли, не подобрав ни единой монеты.
Кстати говоря, эти ублюдки и носа не показывали, когда монах Чонхви ещё был с нами, а я слушал лекции по нумерологии и прочей оккультной чуши вместе с пастором!
-У-ух... Давление подскочило из-за вас!
-И это говоришь ты, Чемин?
-Чемин-сси, для начала позаботьтесь о том, чтобы избавиться от запаха рвоты.
Даже слушая равнодушный ответ Ли Сечуна и спокойное замечание Хамзы, я не мог остудить гнев.
Эти...
Эти чёртовы бесполезные ублюдки...
---
Местом, которое мы, Верховные Архимаги, выбрали для отдыха, стал седьмой этаж универмага.
В отличие от пугающих рядов манекенов, стоящих на страже у входа, здесь было на удивление мало признаков того, что кто-то действительно жил внутри. Судя по указателю, освещённому нашими тактическими фонарями, седьмой этаж был фуд-кортом. Но спустя примерно четыре месяца после катастрофы не осталось ничего съедобного.
Электричество давно отключилось. Открыв холодильники, мы обнаружили лишь гнилой мусор. Единственной полезной находкой стали несколько банок жёлтых персиков.
Также имелись явные следы того, что кто-то уже обыскал холодильники и ресторанные прилавки. То ли мародёры прошли здесь давным-давно, то ли группа выживших когда-то обитала тут. Полезного материала оказалось куда меньше, чем мы надеялись.
И всё же после столь интенсивного боя нам требовался отдых.
Мы сдвинули столы и стулья, составленные для баррикадирования аварийного входа, укрепили позицию и наконец осели. В тот миг, когда я рухнул на стул, мне немедленно полегчало.
Учитывая всё, через что мы только что прошли, я должен был быть настолько измотан, что вырубился бы на месте. К счастью, дофаминовый прилив от получения новой магии и нового знания не давал сну подступиться.
Это позволило нам, Верховным Архимагам, собраться вокруг маленького круглого стола, жуя галеты и обсуждая узнанное. Сам седьмой этаж казался безопасным. Взгляд в прошлое и уши Шин Наина не выявили ничего необычного. Самое главное — Хамза оценил его как безопасный.
Мне же тем временем пришлось потратить драгоценную воду из фляги, выполаскивая рвоту из противогаза.
И всё же я добросовестно воплощал дух благодетеля человечества, с энтузиазмом объясняя всё, что узнал.
Выслушав, пастор Пак подпёр подбородок рукой и подытожил:
-Итак, по словам Пэк Чемина, когда волшебник умирает, магический символ, соответствующий выученной им ветви, появляется на соответствующей части тела. И если эту часть тела уничтожить, ты поглощаешь и знание, и магию.
-Именно.
-Знание ограничено тем, что ты реально способен понять. Так что нужно достаточно базовых знаний, чтобы осмыслить его.
-Верно!
Краткое резюме пастора было настолько идеальным, что я поймал себя на аплодисментах.
Если бы он выучил магию альтерационного типа вместо того, чтобы цепляться за эту неудобную догматическую магию, он, вероятно, стал бы абсолютным монстром. Лично я считал, что ему стоило бы гнаться за магией, а не за Господом.
Как раз в этот момент вернулся Шин Наин. Он исчез в туалете двадцать пять минут назад, распевая гимны всё это время.
-Чемин-сси! Как может святой воин Господа, практикующий Святые Искусства, обдумывать столь низменные идеи?!
-Как насчёт того, чтобы для начала перестать читать чужие мысли?
Чтение мыслей, очевидно, было отдачей от его магии ветви ушей, улавливающей только ближайшие голоса. К этому моменту этот безумец, кажется, активно наслаждался этой отдачей.
Возможно, он был религиозным фанатиком, запирающимся в туалетных кабинках и поющим гимны, чтобы облегчить себе процесс, но даже я должен был признать его страсть к магии.
С другой стороны, посмотрите на Ли Сечуна.
Несмотря на достижение ветви сердца третьей стадии, он не получил от этого никакого знания — и, судя по всему, это его не устраивало. Он рассеянно потёр грубую щетину, пробивающуюся на подбородке.
-Это бесит. Тогда, когда я просто посмотрел на магический символ, знание само запихнулось в голову. Так почему теперь мне вдруг надо учиться?
-Ты говоришь это так, будто хоть раз в жизни что-то учил.
-Я же в армию пошёл, чтобы от учёбы свалить, знаете ли?
Я открыл рот, чтобы возразить, но вместо этого просто впустую прокатил язык во рту.
С какого перепуга Ли Сечун вдруг выдал неопровержимый факт? Я хотел выиграть спор, но, как ни обидно, не было ни единой бреши для атаки.
В итоге я ограничился тем, что передал знание, которое приобрёл.
-У сеульской волшебницы, которую мы убили, была магия ветви языка второй стадии и ветви сердца третьей стадии, судя по всему.
То, что я узнал, охватывало разницу между прямым и инвертированным путём магии альтерационного типа, стадии ветви языка и механику обретения самой магии.
Важное заключалось вот в чём. Обычно волшебник мог продвинуться, только поглотив или уничтожив останки — реликвии — более продвинутого волшебника из той же ветви.
Если уничтожение сердца продвинуло мастерство Ли Сечуна, значит, сеульская волшебница обладала ветвью сердца третьей стадии. Это также объясняло, почему заклинания наших Верховных Архимагов были менее эффективны против неё.
Причина, по которой моя ветвь глаз второй стадии, ретроспективное зрение Шин Наина — первая стадия ветви глаз — и даже его ветвь ушей первой стадии, слушающая голоса людских сердец, работали так плохо, была на самом деле простой.
Хамза кивнул и подытожил:
-Волшебники более высокой стадии блокируют магию низшей. Легко.
Когда есть разрыв в стадиях, более слабый волшебник должен сражаться как проклятый, в то время как более сильный может просто смеяться и давить катком.
И всё же сеульская волшебница, которая бесспорно была волшебницей альтерационного типа, оказалась совершенно неспособна преодолеть абсурдно мощное заклинание пастора Пак Ёхана догматического типа — [Воздастся праведникам]. Любой видел: она упустила идеальную возможность и открыла брешь для контратаки.
В этот момент пастор предложил собственную теорию.
Тщательно полируя пятна на своих очках специальной салфеткой, которую носил с собой, он заговорил.
-В Сувоне Пэк Чемин сказал кое-что о магии. Он сказал, что магия, в конечном счёте, — это вера. Я всё ещё не могу с уверенностью сказать, что фундаментально отделяет магию догматического типа от магии альтерационного, но, думаю, мы наконец начинаем видеть различия.
Из всего, что пастор Пак Ёхан наблюдал до сих пор, магия догматического типа и магия альтерационного типа были практически естественными противоположностями.
Отец Чон Ёнхван выучил оба типа, доказав, что совместимость как минимум возможна. Но, оглядываясь назад, и его заклинание догматического типа, и его заклинание альтерационного типа всегда казались несколько недостаточными — либо по мощности, либо по общей эффективности.
-Молодой священник, казалось, был убеждён, что изучение обеих систем сделает его сильнее. Я не согласен. Прежде всего, ни я, ни наш друг-мусульманин не страдаем от той чудовищной отдачи, что вы. Вы уже это заметили.
Магия альтерационного типа требовала боли заклинателя в качестве цены. Взамен она давала мощные и многосторонние способности, соответствующие каждой ветви и стадии.
Магия догматического типа, в свою очередь, требовала непоколебимой веры. Она не определялась тем, был ли человек морально хорош или плох, и не тем, насколько строго он соблюдал религиозные правила. Она зависела исключительно от структуры мировоззрения и религии этого человека — того, что больше всего прочего формировало его взгляд на мир.
В отличие от магии альтерационного типа, однако, магия догматического типа не вбивала понимание напрямую в разум заклинателя. Вместо этого её практикам приходилось постепенно выводить её работу, наблюдая за событиями вокруг.
Это не значило, что магия догматического типа была лишена преимуществ в сравнении.
В отличие от магии альтерационного типа, её пользователям не приходилось терпеть невыносимую боль или извергать потоки блевоты, пытаясь постичь магические символы. Под воздействием тумана волшебники догматического типа инстинктивно пробуждали свои заклинания, вообще никогда не нуждаясь в изучении магических символов.
А сегодня мы, вероятно, обнаружили ещё одно преимущество.
В этот момент Шин Наин посмотрел на пастора с искренним восхищением.
-Похоже, магия догматического типа может преодолевать сопротивление, даруемое стадией волшебника альтерационного типа.
-Скорее похоже, что она применяется универсально, без ступеней. Когда та шумная сеульская волшебница мчалась на меня, если бы моя вера в Господа была подвержена разнице стадий или чему-то подобному, я бы умер на месте. К счастью, у веры нет ни градации, ни пределов.
-Я посрамлён. Как собрат-христианин, видя непоколебимость вашей веры, я полон стыда. А-а-а, Господь на Небесах. Почему ты даровал мне Святые Искусства вместо этого?
-Наин-сси. Всё это — часть Божьего провидения. Не сомневайтесь. Просто верьте, что Он дал вам миссию, и несите её. Сама вера — это спасение!
-...Да. Я почти поколебался. Спасибо, пастор. Я почти забыл, что Господь даровал мне Святые Искусства вместо магии догматического типа, чтобы я мог изгонять демонов!
И как только всё наконец улеглось, эти безумцы снова завели свою шарманку.
Я резко щёлкнул пальцами, чтобы вернуть этих чересчур ревностных христиан к реальности.
-Так, завязывайте уже. Давайте послушаем, что скажет Сечун-сси. Итак, Сечун-сси, что это за заклинание ветви сердца третьей стадии ты выучил?
Я усвоил важный урок. Никогда не давать Шин Наину и пастору увлекаться вместе.
Так что я перевёл разговор на Ли Сечуна. Он закинул в рот очередной кусок галеты, задумчиво пожевал мгновение, затем склонил голову набок и небрежно постучал себя по груди.
-Похоже, весьма полезное. Думаю, это заклинание, позволяющее выбрать одну из потребностей тела и полностью её устранить.
-Это что, чёрт возьми, значит?
-Ну, знаете, у людей же есть физиологические потребности?
Всё ещё жуя галету, Ли Сечун начал жестикулировать.
Как обычно, его объяснение было сформулировано самым топорным образом. В переводе на утончённый лексикон вашего покорного слуги, Пэк Чемина, это означало примерно следующее:
-Судя по всему, оно позволяет выбрать одну из основных физиологических потребностей — голод, сон, половое влечение или выделение — и полностью её устранить. Так что, например, если выбрать голод, тело сможет поддерживать себя без необходимости есть.
В этот миг остальные четверо Верховных Архимагов обменялись взглядами.
Хамза заговорил первым.
-То есть ты останешься сытым без еды?
-Ага.
Следом пастор слегка сдвинул очки.
-А что, если избавиться, ну, знаете, от потребности какать? Это значило бы идеальное пищеварение? Наподобие того, что тело поглощает всё вместо производства отходов?
-Думаю, выбор голода, наверное, тоже это уберёт. Почти то же самое, так?
На этот раз Шин Наин задал вопрос, подтверждая собственную теорию.
-А если убрать потребность во сне, тебе больше не нужно будет спать?
-А. Именно.
Кто-то начал аплодировать, услышав его ответ.
И этим кем-то был я, Пэк Чемин.
Столкнувшись с невероятной силой ветви сердца третьей стадии — Превосходство над Физиологическими Потребностями, — я не мог не изумляться. Это реально была магия? Всего лишь третья стадия — и уже позволяла полностью удовлетворить одну из неизбежных биологических необходимостей человека одним лишь выбором.
Как волшебнику, идущему по пути Великого Архимага, мне было совершенно естественно аплодировать.
Но причина была не только в этом.
Остальные трое Верховных Архимагов немедленно поняли, почему я хлопаю, и присоединились. Плевать, появятся ли монстры или нападёт другой волшебник. Ничто из этого не имело значения.
В этот миг Хамза, Шин Наин, пастор и я искренне праздновали восхождение Ли Сечуна к ветви сердца третьей стадии.
Только сам Ли Сечун не понимал, почему мы аплодируем. Подозрительно прищурился, оглядывая нас.
-Чего это вы все?
Пастор бросил на Шин Наина косой взгляд, прежде чем объявить:
-За конец необходимости играть в камень-ножницы-бумага против читающего мысли. Аминь!
Всё ещё ничего не понимая, Ли Сечун переводил взгляд между нами. Улыбнувшись, я милостиво решил объяснить.
-Сечун-сси, ты же знаешь, как работает демократия в Корее?
-Э-э. Погодите-ка...
Только теперь до него дошло.
Его выражение мгновенно изменилось, он торопливо попытался дать заднюю, но голосование уже было решено. Шин Наин и Хамза произнесли в идеальном унисоне:
-Ли Сечуну, волшебнику ветви сердца третьей стадии, — постоянное ночное дежурство!
-Ура!
И наконец, в кратчайший миг...
Я, милостиво решивший уступить титул Великого Архимага соратнику, достигшему более высокой стадии, чем моя, довёл празднование до заключения.
-Да здравствует Великий Архимаг, Ли Сечун!
1. Тибэггинг — в игровой культуре это оскорбительный жест в онлайн-играх (чаще в мультиплеерных шутерах или файтингах). Игрок многократно приседает (и встаёт) над телом поверженного врага. В других смыслах - вам лучше не знать.
2. Сефирот (ед. ч. — сефира; с иврита примерно «сферы», «исчисления») — это десять божественных эманаций, через которые непостижимый Бог раскрывает себя и творит мир. Их изображают как «Древо Сефирот» (или Древо Жизни) — схему из десяти кругов (сефир), соединённых линиями‐путями.
Клипот (с иврита «оболочки», «скорлупы») — это «нечистые» силы или сферы, которые в каббалистической картине мира противостоят сефирот.
Разговоры с переводчиком:
Я так и знал, что они свалят на Ли Сечуна постоянное дежурства! Ха-ха-ха.
Но всё же отсутствие сна - какое удобство. Думаю самый эффективный выбор из всех. Покушать можно быстро, сходить в туалет - тоже. А вот сон - тратит огромную часть нашей жизни.
Спасибо за прочтение. Если нашли ошибки - пишите в комментариях.

Комментарии

Загрузка...