В академии царил настоящий переполох.
Причиной тому, само собой, послужило внезапное появление колоссального ледяного сооружения.
Томоэ решила проведать Руто, поэтому я отправил Мио и Шики вместе с ней, попросив их потянуть немного времени, пока я разберусь с делами здесь. Позже они без труда смогут затеряться в общей суматохе.
Тем временем я проскользнул внутрь морозного монолита, пытаясь отыскать Эрис и Акву. Я был абсолютно уверен: главной зачинщицей этого безобразия была именно Эрис.
Студенты вокруг гудели от возбуждения и растерянности, но так как этот барьер не представлял угрозы для нашей стороны, я особо не беспокоился.
И всё же желания возиться с толпой любопытных учеников у меня не было ни малейшего, так что я связался с Эрис по Телепатии, засёк её местоположение и направился прямиком к ней.
Они находились на крыше.
И почему именно на крыше?
Мягко приземлившись рядом с ними, я сразу перешёл к делу.
«Хорошая работа, но зачем вам понадобилось запечатывать здание таким барьером?» – спросил я по Телепатии.
Эрис сгорбилась, уныло выводя указательным пальцем круги на каменной кладке крыши.
— Босс, так нечестно... – вяло пробормотала она.
Я даже поприветствовал их дежурным «хорошая работа», прежде чем задать вопрос, но она всё равно дулась, будто ребёнок, которого поймали с поличным.
Вместо ответа она лишь вскинула на меня взгляд, полный немого укора за «предательство».
— Кхм, господин... – нерешительно подала голос Аква, всё ещё выглядевшая измотанной после пережитого. — Я и раньше догадывалась, но... как именно вы сумели проникнуть внутрь?
Она стояла, вытянувшись в струнку; её поза была настолько одеревенелой и дисциплинированной, что казалась противоестественной – в разительном контрасте с Эрис, которая распласталась рядом в классической позе полнейшего отчаяния.
После нашего тренировочного лагеря Аква стала куда серьёзнее. А уж необходимость терпеть выходки Эрис поверх всего остального наверняка выматывала её до предела. Быть может, стоило приставить к ним третьего, чтобы уравновесить этот дуэт?
Хотя с другой стороны, кто вообще на этом свете способен совладать с ними обеими одновременно?
Даже среди лесных огров эта парочка стояла особняком.
Я бросил взгляд на Эрис, всё ещё безутешно сокрушавшуюся на полу, а затем снова посмотрел на Акву.
«Как я вошёл? Эрис наверняка уже сообразила, – передал я мысленно, пожав плечами. — Но ей, похоже, потребуется время, чтобы оправиться от потрясения, так что пока я расспрошу тебя. Не против?»
Аква растерянно моргнула, по-прежнему держась скованно и неуютно:
— Э-э... Да, господин. О чём речь?
«Если вы применили этот барьер ради студенческого общежития... почему вы сами остались внутри?» – я склонил голову набок, и тут до меня дошло. «Вы ведь не можете выйти, верно?»
— Угх... – простонала Аква, и её лицо перекосило от жгучего стыда, после чего она погрузилась в неловкое молчание.
Значит, просто досадная оплошность, да?
Каждый день иметь дело с Эрис – та ещё каторга. Я вздохнул и вновь покосился на поверженную тушку, чертившую круги на крыше.
«Стало быть, виновата Эрис, так?»
— Н-нет! Я просто... действовала не подумав...
«Иными словами, ты пошла на поводу у безрассудства Эрис», – подвёл я итог.
— Ау-у-у... Д-да, что-то вроде того... – признала Аква с совершенно раздавленным видом.
«Ну, по крайней мере, внутри общежития обошлось без жертв... если не считать того, что две наши гениальные особы теперь сидят под замком». – я вздохнул и ободряюще похлопал Акву по плечу. «В любом случае, отличная работа. Есть о чём доложить?»
Я не слишком переживал: изнутри общежитию ничто не угрожало, но вот снаружи... снаружи дело обстояло совсем иначе.
Беда заключалась не только в абсурдно запредельном количестве маны, вбуханном в этот барьер, но и в том, что Эрис с такой гордостью окрестила его «Коцитом» – чересчур зловещее имя для того, что задумывалось как защитный купол.
Если мне не изменяла память, Коцитом в мифологии звали ледяной круг ада.
Понимала ли Эрис значение этого слова, когда давала название технике? Или это была её очередная бессмысленная клоунада?
Как бы там ни было, имя вышло не из приятных. И самое скверное? Если кто-то снаружи по неосторожности подойдёт слишком близко... он на собственной шкуре прочувствует, насколько это название меткое.
Мне уже доводилось видеть подобное вживую.
Академия славилась передовыми магическими исследованиями, так что оставалось надеяться, что ни у кого не хватит глупости прикоснуться к преграде... Но если кто-то всё же дотронется?..
Его проморозит насквозь в то же мгновение.
Впрочем... справедливо ли вообще называть это «заморозкой»?
Это походило скорее на... мгновенную кристаллизацию. Я видел это своими глазами, когда к барьеру приблизился горный орк. Едва его рука коснулась поверхности, как половина конечности вмиг побелела.
Инстинкты сработали мгновенно, и орк отрубил себе руку по локоть до того, как эффект успел распространиться дальше.
А отсечённая рука? Она разлетелась сверкающей алмазной пылью, бесследно растворившись в воздухе... Зрелище до дрожи жуткое.
Аква, готовая сквозь землю провалиться от стыда, нервно кивнула:
— Н-нет, господин. Докладывать особо не о чем...
Но тут Эрис внезапно восстала из мёртвых:
— Стойте-стойте, очень даже есть о чём! – выпалила она.
Похоже, наконец-то оклемалась.
«Для начала встань с земли, а потом говори», – передал я, скрестив руки на груди.
Театрально постанывая, она поднялась на ноги:
— Хмф, поражение – мать успеха. В следующий раз я всё сделаю куда круче!
«Конечно-конечно. Так о чём ты хотела доложить?»
Если реагировать на каждую странную выходку Эрис, мы бы и с места не сдвинулись. Поэтому, когда время поджимало, я научился попросту пропускать её словесные вбросы мимо ушей.
Она на секунду надула губки, но затем посерьёзнела и перешла к сути:
— Сдаётся мне, кукловод засел где-то в богатом квартале, где кучкуются все эти важные дворянские шишки.
«Вот как?»
— Передвижения мутантов временами становились подозрительно организованными, так что мне стало любопытно, и я раскинула сеть, чтобы отследить закономерности. И это принесло плоды!
— Эрис, мне ты об этом ничего не говорила, – вставила встревоженная Аква.
— Так ты была занята тем, что вкалывала за нас обеих! Спасибочки, кстати. Премного благодарна.
— Угх... гр-р-р...
«Продолжай», – поторопил я, пресекая их очередную перепалку.
— Слушаюсь! – Эрис шутливо отдала честь. — Так вот, кто-то там использует особый инструмент или артефакт, чтобы помыкать ими. Командование не то чтобы идеальное, но приказы мутанты получают совершенно точно.
«Приказы мутантам?..» – пробормотал я по Телепатии.
— И они стягиваются именно туда, поднимаете? Процесс в действии! – она указала в сторону самого зажиточного района города, на обороне которого академия сейчас и сосредоточила почти все свои силы.
Мы же – то есть Кудзуноха – почти не уделяли этому сектору внимания.
Если бы нашей целью было лишь снискать расположение сильных мира сего, разве не логичнее было бы в первую очередь угодить богачам? Раньше я об этом не задумывался, но, пожалуй, позже стоит расспросить Томоэ.
Так или иначе, сведения были ценными. Если кто-то отдавал мутантам прямые приказы, это требовалось проверить.
И всё же... умение Эрис собирать информацию поражало воображение; казалось, её чутьё с каждым разом становилось лишь острее.
Правда, что за чертовщина этот её «процесс в действии»? Я решил пока закрыть глаза на странную формулировку.
«Отличная работа, Эрис. Это огромная помощь», – похвалил я её.
— Какие щедрые слова! Впрочем, это была всего лишь экстренная мера, дабы драгоценные ученики господина не угодили в загребущие лапы директора. Сущие пустяки! – склонив голову, Эрис добавила: — А раз так... не могли бы вы простить Акву за всю эту неразбериху с барьером?
Вот и благодари её после этого...
Понять логику Эрис было решительно невозможно.
«Я не сержусь, – вздохнул я по Телепатии. — Если хотите, могу вытащить вас обеих отсюда. Заберу с собой».
— М-мы, пожалуй, пока останемся здесь, – замялась Аква с неловким видом. — Я беспокоюсь за студентов, да и... лучше нам побыть тут, пока барьер не развеется...
А, понятно. Не хочет выходить наружу из-за Мондо.
Аква наверняка уловила скрытый подтекст в моих недавних словах. Хотя, честно говоря, если бы она вышла, Томоэ прямо сейчас, скорее всего, уже раздавала бы награды лесным ограм. Это тоже могло быть по-своему забавно.
Скорее всего, наградой будет... та самая жёлтая штука, да?
Ну да ладно.
Сил у меня тоже поубавилось, и раз уж Эрис желает оставаться на месте, настаивать я не стану. Пусть даже этот шаг казался мне весьма опрометчивым.
«Хорошо. Дело ваше, – пожал я плечами. — Тогда я возвращаюсь наружу».
— Благодарю за ваши труды, господин, – поклонилась Аква. — Не могли бы вы... передать привет наставнику?
«И не надейся».
— Какая... жестокость... – пробормотала она, понурив плечи.
Оставив Акву и Эрис позади, я шагнул за пределы барьера. Теперь предстояло встретиться с Томоэ и остальными, повидать директора и... а что потом?
— Господин Райдо, вы только сейчас возвращаетесь? – раздался голос со стороны убежища во внутреннем дворе, стоило мне приблизиться к академии.
Хм? Вот уж кого не ожидал здесь встретить.
[Госпожа Сайрицу.] – написал я в воздухе. — [Возможно, мне лишь кажется, но... вы выглядите утомлённой. С вами всё в порядке?]
— Какой стыд... – вздохнула она. — Вы наверняка измотаны куда сильнее меня, и всё же я позволяю себе слабость...
[Мы и директор делаем всё возможное, чтобы положить конец этому бедствию. Прошу вас, потерпите ещё немного.]
— Разумеется, – произнесла она и тихонько вздохнула: — Просто... оказаться отрезанной от внешнего мира без связи оказалось куда большим потрясением, чем я предполагала...
[Это вполне объяснимо.]
Мой ответ был вежливым и нейтральным – по крайней мере, должен был таким казаться.
И всё же взгляд Сайрицу внезапно обострился настолько, будто намеревался пронзить меня насквозь.
— Господин Райдо... нет, владыка Райдо. Я прекрасно понимаю, что этот кризис разрешается вовсе не стараниями академии, а силами иной стороны, действующей из тени. Кто именно дёргает за ниточки, мне уже известно, да и принцесса Лили, смею полагать, тоже в курсе. Даже король Лимии не слеп к происходящему... Единственное исключение – глаза Айона. Тем временем Компания Рембрандт – единственная сила, способная держаться особняком, – уже полностью вошла в вашу сферу влияния, не так ли?
Значит, верхушка уже раскусила нашу подковёрную деятельность. Пожалуй, удивляться не стоит.
Попросить их не вмешиваться? Нет, если повести себя неверно, можно наломать ещё больше дров.
Сайрицу продолжала, и в её голосе звенели одновременно любопытство и глубокая настороженность:
— Мне довелось осознать могущество Компании Кудзуноха, пусть даже я видела лишь малую его крупицу. Мудрец вы или нет, господин Райдо, я не могу даже вообразить, как вам удалось собрать под своим началом столь грозных созданий и выстроить подобную организацию. Позвольте спросить: пробудилась ли в вас сверхъестественная сила, коей, по преданиям, наделены подобные вам? Или всё дело в исключительном коммерческом таланте и харизме?
Я поднял руку и начертал ответ:
[Вы меня переоцениваете. Я никакой не Мудрец, а то, что я оказался в подобном положении – не более чем чистая случайность.]
Сайрицу с минуту вчитывалась в парящие буквы, затем тихо выдохнула:
— Я не стану вытягивать из вас признания силой. Однако считаю долгом уведомить: по предложению господина Фальса, главы Гильдии авантюристов, вскоре состоятся официальные переговоры касательно Компании Кудзуноха. И Союз Лорел намерен официально признать вас и вашу организацию в исключительно благосклонном ключе.
[Благодарю вас за столь высокую оценку.]
Щедрое предложение; если бы разговор этим и ограничился, жаловаться мне было бы грех...
Но её пронзительный взгляд так и не смягчился, а значит, за этим скрывалось нечто большее.
— А теперь, господин Райдо, я обращаюсь к вам от имени Лимии, Гритонии и Лорела, – продолжила она.
Постойте, три из Четырёх Великих Держав? Почему... почему это звучит как скрытая угроза? Нет, это уже прямая угроза...
— Этот инцидент... Вклад Компании Кудзуноха в его разрешение уже неоценим. Я понимаю, что просить о большем – верх наглости с нашей стороны.
[Прошу, продолжайте.]
— Мы просим вас как можно скорее восстановить связь посредством Телепатии. Если вам это удастся, мы выразим нашу признательность в любой форме, какую вы сочтёте достойной. И разумеется, имя Компании Кудзуноха нигде не всплывёт. Любые обвинения и допросы будут погребены раз и навсегда.
Восстановить связь по Телепатии, значит?
Вот оно как...
Захоти я, мог бы вернуть её прямо сейчас, но сперва нужно посоветоваться с Томоэ – будет скверно, если я сделаю ход, не согласовав его заранее.
Самым разумным было дать уклончивый ответ.
[Я не могу давать твёрдых обещаний,] – написал я, — [но приложу все усилия, чтобы восстановить её в кратчайшие сроки.]
Сайрицу задержала взгляд на строках, после чего сдержанно кивнула:
— Понимаю... Нет, благодарю вас, господин Райдо. Я передам ваши слова. Прошу простить, что задержала вас столь надолго, – добавила она, склонив голову в изящном поклоне.
Я машинально поклонился в ответ. Сайрицу развернулась и размеренной, грациозной походкой направилась к своей свите, ожидавшей поодаль.
Выходит, она специально разогнала окружение, чтобы поговорить со мной наедине? Весьма предусмотрительно.
Вернись связь по Телепатии, мы смогли бы точно отслеживать грузы гуманитарной помощи, идущие из разных стран.
Одной этой причины было более чем достаточно, чтобы пойти навстречу.
Не говоря уже о том, что возвращение Телепатии облегчило бы страдания беженцев, изнывавших в изоляции и неведении. Теперь, когда караваны помощи вот-вот должны прибыть, причин искусственно затягивать помехи становилось всё меньше.
По совести говоря, я и сам хотел поскорее всё вернуть.
Я решил обсудить это с Томоэ, подав мысль как-нибудь в духе: «Если есть возможность, я хотел бы вернуть связь», – и посмотреть на её реакцию.
Разговор выжал из меня куда больше сил, чем казалось поначалу. Переговоры с Сайрицу утомляли совершенно иначе, нежели разборки с Эрис.
Будь моя воля, идеальная жизнь состояла бы из простых вещей: поесть, пострелять из лука, упасть без сил, выспаться и по новой.
Но вместо этого я увяз в мире, где каждый ведёт бесконечную партию из долгов, взаимных одолжений и политических интриг.
У меня голова раскалывается от одних только мыслей обо всём этом.
Слава богу, у меня есть Томоэ и Шики.
※※※
— Ничего себе барьерчик, – присвистнул Руто, оглядывая мерцающую защиту перед собой. — И это сотворила всего лишь девчонка из полулюдей? Честно говоря, с вашей шайкой я бы предпочёл не связываться.
Томоэ усмехнулась:
— Хех, подумать только: простейшая магия смогла удивить господина Мириаду Цветов. Истинно восхитительно, фу-фу-фу.
— Впервые вижу столь мощный и агрессивный барьер, – признал Руто, скрестив руки на груди. — Вздумай я пробивать его грубой силой и ушёл бы целый день. А если попытаться разобрать плетение по уму? Дня три, не меньше. Рядом с этим парнем со скуки точно не помрёшь.
— О? Так ты намерен его разрушить?
— Конечно нет. Любопытство разбирает, врать не стану, но если анализ растянется на несколько дней, овчинка выделки не стоит. А пусти я в ход грубую силу, придётся вернуться в истинный облик. Если я начну буйствовать в форме дракона, вся эта возня с мутантами покажется сущей ерундой. Но главное – моё появление затмит вашу славу, разве нет? Так что увольте, я пас. Мешать Макото я не стану.
— Хмф. Мы бы не возражали пополнить список титулов званием «Убийцы Драконов». В конце концов, это куда престижнее, чем зваться просто Спасителями Роцгарда.
— Избавь меня от лишних хлопот. Так что? Завтра со всем будет покончено?
— Таков план. Как только прибудет гуманитарная помощь, мы зачистим оставшуюся докуку и поставим точку.
Руто приподнял бровь:
— Докуку, говоришь? А как же Макото?
— Расскажи мы Молодому Господину прямо сейчас – это может направить его по ложному пути... – задумчиво пробормотала Томоэ, скрестив руки на груди. — Я всё взвесила, и в итоге мы решили уладить дело своими силами, не втягивая его.
— Угу, ясно.
— Скверная это работёнка. В конце концов, в тени затаились не одни лишь Демоны. Генерал Демонов Рона, а?.. Как бы всё ни обернулось, она метила в совершенно конкретную цель. Но пока Молодой Господин не наберётся житейского опыта, подобные ей особы будут для него сущим ядом.
— Макото ведь велел ей отвести свои силы, так? – спросил Руто, склонив голову набок.
— Воистину, – подтвердила Томоэ. — Имел ли он в виду всю расу Демонов или только её подчинённых, я уточнять не стала. Но зная Молодого Господина, он наверняка выразился достаточно расплывчато, чтобы под это определение попали вообще все. А тем временем Рона выкручивает его слова в угоду собственной выгоде.
— В этом смысле, – задумчиво протянул Руто, ухмыляясь при мысли о пареньке, — Макото во многом похож на Мио. Слишком добрый... или просто слишком беспечный.
Он был не из тех, кто плетёт словесные сети и вкладывает в фразы двойное дно. Если собеседник соглашался с его просьбой, он принимал слова за чистую монету: раз согласился, значит, союзник, только и всего.
С такими людьми легко иметь дело. Но вместе с тем они смертельно наивны.
Ибо переходя к действиям, они имеют свойство бросаться в крайности.
Руто всё это прекрасно понимал, и всё же Макото не переставал его завораживать.
Ведь в его глазах Макото казался именно тем, кто способен перевернуть устоявшийся мир с ног на голову.
Томоэ вздохнула, откинувшись на спинку стула:
— Всю свою жизнь он лишь закалял тело, натягивал тетиву лука и сделал это средоточием своего бытия. Он слеп к той злобе, что пышным цветом цветёт в реальном мире.
Руто вскинул бровь:
— Так вот почему ты тянешь со спасением выживших богачей? Считаешь, они дурно повлияют на Макото?
— Нет, это сугубо моё решение. Если их ряды слегка поредеют, восстановление города пойдёт куда глаже. К тому же, коли их недовольство доросло до бунта, пусть лучше выпустят пар сейчас, это предотвратит куда более серьёзные беды в будущем.
— Стало быть, именно поэтому ты закрываешь глаза на то, куда направились те полулюди.
— У Демонов есть союзники и помимо привычных синекожих сородичей. Я лишь считаю, что Молодому Господину пока рановато это видеть. Мио разберётся со всем сегодня ночью.
— Уф, жестоко... Ты даже не дашь ей шанса оправдаться или сбежать?
— От тех, кто слепо ненавидит Людей, нам проку нет. Я не собираюсь нянчиться с полулюдьми, и у Молодого Господина таких намерений тоже нет. – голос Томоэ оставался ровным и безучастным.
По ходу разговора она раскрывала всё больше подробностей, о которых Макото даже не догадывался. Взять хотя бы неестественные манёвры мутантов – то, что подметила Эрис, не укрылось и от Томоэ.
Она уже вычислила стороннюю силу, управлявшую тварями. И судя по беседе с Руто, они даже знали, что это женщина.
Начни они копать – наверняка выяснили бы всё до мельчайших крупиц. Да чего уж там, возможно, знали уже сейчас.
Но ни один из них не стал развивать эту тему.
Томоэ предпочла решить всё тихо, не тревожа господина, и была искренне благодарна Макото за то, что тот доверил урегулирование ситуации ей.
— К тому же... – начала было добавлять Томоэ и вдруг осеклась, поджав губы в тонкую нить.
Руто сообразил мгновенно: Телепатия.
Он не стал мешать. Вместо этого он молча наблюдал за её лицом. Секунду спустя она нахмурилась.
Дурные вести? Любопытство Руто разгорелось с новой силой, однако вскоре лицо Томоэ разгладилось, и она продолжила безмолвный диалог.
Спустя пару минут она тихо перевела дыхание.
— Кто это был? – склонил голову Руто.
Томоэ шумно выпустила воздух через нос:
— Молодой Господин.
— Макото? Хм, и что он сказал? Внутри барьера что-то стряслось?
— Вечно ты суёшь нос не в своё дело. Ничего критичного. Он всего лишь едва не прикоснулся к хвосту той полукровки, вот и всё.
— Хм-м... так он тоже заметил?
— Нет, похоже, Эрис успела ему что-то напеть, – проворчала Томоэ, цыкнув языком. — Тьфу, затычка в каждой бочке.
Руто усмехнулся:
— Ну, мне и самому любопытно. Насчёт той полулюдки, что возвела барьер.
— А ещё он спросил, можно ли восстановить связь по Телепатии.
Глаза Руто слегка округлились:
— Он... спросил разрешения? Он же хозяин, мог просто сказать: «Я возвращаю Телепатию, смиритесь». Неужто проявляет чуткость оттого, что сам перепоручил всё тебе?
— Возможно, – признала Томоэ. — Поводов тянуть больше нет, так что я дала добро.
— Погоди, чего?!
Томоэ нахмурилась:
— В каком смысле «чего»? Есть возражения против возвращения Телепатии? Радоваться должен. Сейчас начнётся такой фейерверк, лично исполненный Молодым Господином.
— А... да... Прямо сейчас, значит... Ха-ха... – Руто потёр затылок, выдавив неловкий смешок.
— Что-то ты подозрительно щедр на молчание, Руто. Ты ведь что-то скрываешь, не так ли?
— Скрываю? Да не особо. Ты просто не спрашивала.
Томоэ постучала пальцем по подбородку:
— Особой тревогой от тебя не веет... и всё же мгновение назад у тебя было на редкость мрачное лицо. А теперь выглядишь заинтригованным. Руто. Что именно ты утаиваешь?
— Сама скоро всё узнаешь, как только связь вернётся. Но, Томоэ...
— Хм?
— Судьба... похоже, и впрямь существует, – негромко произнёс Руто с непривычной для него торжественностью.
Он несколько раз медленно кивнул самому себе, словно смирившись с великим откровением, груз которого был способен вынести лишь он один.
Томоэ лишь вздохнула в ответ на этот театр одного актёра, после чего повернулась в сторону, где находился Макото. Она устремила взор к небесам, ожидая.
— Руто. Молодой Господин начал, – внезапно обронила Томоэ.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...