Внимание Тан Ли тут же привлекли слова Цзян Линьлан.
— Вы о чём вообще расспрашивали про родовой храм?
Цзян Линьлан покрутила указательным пальцем:
— Не-не-не, я расспрашивала про старосту.
Чжан Сун: Она предложила — я подтверждаю.
— Ручаюсь! Мы с ней болтали в людном месте о том, как вчера староста справлял свадьбу, а сегодня его нигде не видно. Тут подбежала матушка Ли из соседнего двора и говорит, что мы, мол, ничего не понимаем: после каждой свадьбы староста обязательно отправляется в родовой храм и проводит там какое-то время. Ну а потом я обмолвилась, что мы уже несколько дней здесь, а храма так и не видели, и матушка Ли выложила всё остальное.
На самом деле Тан Ли вовсе не волновало, что именно они выведывали, ей лишь хотелось узнать, не собираются ли те, как и она сама, отправиться на гору.
Тан Ли протянула «о-о», а Чжан Сун с компанией всё ждали продолжения. Однако прождав целую вечность, они так ничего больше и не услышали.
Чжан Сун: «......»
В смысле? Он тут распинался обо всём на свете, а в ответ — одно жалкое «о»?!
Как при таком раскладе использовать его вечно изощрённый и подвешенный в судах язык? Ему просто негде было развернуться.
Настоящая хозяйка не сможет приготовить обед без риса!
Издевательство какое-то, честное слово.
Нет, погодите, она подвергает меня ментальному насилию! Она же сейчас устраивает мне бойкот!
Цзян Линьлан стояла рядом и молча наблюдала за их диалогом: Тан Ли сохраняла каменное выражение лица, а физиономия Чжан Суна непрерывно менялась и кривилась.
Она невольно приложила руку ко лбу и тяжело вздохнула: первое же прохождение подземелья заставило её почувствовать себя смертельно уставшей.
Это с подземельем что-то не так или с этими двумя?
......
Тем временем Цю Цзы и Ван Мучжи неотступно следовали по пятам за своими родителями-NPC.
— Дурочка ты этакая, чего увязалась-то? Чего за батькой всё ходишь?
Ван Эрма остановился и поманил Цю Цзы рукой.
Сделав вид, что не расслышала словечка «дурочка», Цю Цзы медленно поплелась за ним:
— Слушай, пап, а сколько мне лет в этом году?
— Опять ты со своим Гоуданем меришься, кто старше, да? — на лице Ван Эрма читалось полное понимание её помыслов.
Уголки рта Цю Цзы дернулись, она чуть не поперхнулась от такого заявления.
— Пап, кончай дурачиться, я ведь серьёзно. Сколько мне полных лет?
— Да у тебя и пальцев на руках не хватит! — Ван Эрма сперва показал ей десятку, а затем четвёрку.
Цю Цзы кивнула:
— Я поняла.
Закончив расспросы, Цю Цзы бросила Ван Эрма на ходу, что идет поиграть с Гоуданем, и убежала.
Стоило ей только добраться до дома Ван Мучжи, как она услышала его испуганный вопль. Затем Цю Цзы увидела, как мать Ван Мучжи-NPC сжимает в руке ржавый серп, а её похожие на сухую солому волосы растрепал ветер.
— Ещё хоть раз заикнёшься о задней горе — смотри, Владыка Янь тебе язык вырвет! — белки глаз женщины жутко выкатились, а острие серпа почти упиралось в нос Ван Мучжи.
Тан Мучжи поспешил заверить её:
— Больше не буду, честно, больше ни слова! Мам, не сердись ты так~
Успокоившись, женщина бросила серп на землю, обняла Ван Мучжи и горько заплакала:
— Сынок, мама ведь не со зла тебя так стращает... Твоя сестра погибла на задней горе несколько лет назад, я не могу потерять ещё и тебя...
Кое-как успокоив мать, Ван Мучжи вышел из дома на встречу с Цю Цзы.
Пошушукавшись и пообсуждав всё как следует, они решили разыскать Тан Ли и ещё раз расспросить, что она обо всём этом думает.
Почему именно Тан Ли, а не кого-то другого? Да потому что она казалась им невероятно надёжной и внушала чувство безопасности (пусть даже она порой и размахивала перед ними ножом).
В итоге оба направились к старому вязу у входа в деревню, но под деревом оказалось пусто. Обойдя всю деревню кругом, они не обнаружили и следа не только Тан Ли, но и Цзян Линьлан с Чжаном Суном, с которыми совсем недавно делили и горе, и радость.
Наконец, вернувшись к дереву и переглянувшись, оба совсем поникли духом.
— Эти трое взяли и бросили нас двоих...
— Они что, считают нас обузой?..
......
Как выяснилось, в своих догадках они были абсолютно правы.
К этому моменту Тан Ли со спутниками уже поднялись до середины склона задней горы.
Поскольку они шли днём, да ещё и в самый разгар полудня, всё вокруг было прекрасно видно.
Деревья, попадавшиеся вдоль горной тропы, сплошь состояли из осин — в народе их называют «деревьями хлопающих призраков».
— Надо же, здесь растут одни осины. Неудивительно, что воздух такой чистый, — восхищённо произнесла Цзян Линьлан.
Чжан Сун поправил очки:
— По идее, вся эта гора тоже принадлежит Деревне Возвращения. Если распродать все эти осины, наверняка выручишь кучу денег.
Услышав это, Тан Ли презрительно усмехнулась, привлекая к себе внимание обоих.
— Вы двое случайно не забыли, где находитесь?
Цзян Линьлан и Чжан Сун переглянулись. Она что, призывает их поменьше охать да ахать и поскорее лезть на гору?
— На задней горе.
Тан Ли с досадой метнула в них взгляд, полный разочарования:
— Это же подземелье!
Разве эти двое обычно не отличались сообразительностью?
Почему сейчас их мыслительный процесс дал сбой?
— Осины в народе называют «деревьями хлопающих призраков». А теперь подумайте, каково это — встретить дерево хлопающих призраков в подземелье?..
Тан Ли оборвала фразу на полуслове, намеренно оставляя простор для раздумий.
Она считала, что выразилась достаточно ясно, и если они даже после этого не додумаются до худшего сценария, то тут уж она бессильна.
Чем выше поднималась троица, тем холоднее становилось вокруг, хотя солнце пекло вовсю.
Если бы солнечные лучи всё ещё падали на них, они бы легко могли решить, что на улице пасмурный день и солнца нет вовсе.
Чуть выше по склону вокруг них даже при ярком солнце начали клубиться тонкие полоски тумана.
Тан Ли извлекла длинный меч и крепко сжала его рукоять.
Остальные двое тут же последовали её примеру, вооружившись средствами защиты.
Увидев это, Тан Ли мысленно восхитилась: всё-таки сказывался опыт прохождения нескольких подземелий.
Цзян Линьлан извлекла на свет огромные золотые ножницы длиной почти с метр.
В глазах Тан Ли вспыхнул алчный огонь: интересно, чинное ли это золото? Если золотые, должны стоить целое состояние.
Куда там деревьям, о которых толковал Чжан Сун!
Цзян Линьлан, казалось, угадала её мысли и сразу отмела подозрения:
— И не мечтай, они не из чистого золота, продать не получится.
Тан Ли отвела взгляд, занимаясь самообманом: она же точно не про неё сейчас думала, правда?
Затем она перевела взгляд на то, что держал Чжан Сун.
Э-э... какой-то пучок красных нитей?
Со сложным выражением лица Тан Ли покосилась на него:
— Ты что, в случае непредвиденной опасности собрался плести с ней веревочные узоры?
Чжан Сун: «......»
Молчание было его родным языком.
С тех пор как он встретился с этой девицей, его некогда блестящее ораторское искусство оказалось полностью уничтожено.
Чжан Сун развернул свою ношу:
— Это сеть! Она может увеличиваться в размерах и ловить людей!
— Тьфу ты, сказал бы сразу!
Тан Ли махнула рукой, изображая полное понимание, отчего Чжан Сун чуть не вышел из себя.
......
Возможно, из-за того, что стоял день, кроме поднимающегося позади тумана, никаких опасностей на пути им не встретилось.
Добравшись до вершины, они действительно обнаружили прямо посреди неё огромный родовой храм, занимавший чуть ли не всю верхушку горы.
Приблизившись, они увидели по обе стороны от главных ворот по бронзовому льву, только сидели эти звери вовсе не так чинно, как те, что им доводилось видеть раньше. Они скалили пасти, растопыривали лапы и почему-то стояли лицом к воротам, выставив напоказ задницы.
Уже одна эта картина заставила всех троих нахмуриться.
Парные надписи на воротах были выполнены в традиционном стиле — чёрным по красной бумаге.
Правда, краска на них успела выцвести наполовину.
Чжан Сун подошел ближе и вчитался в текст:
— Верхняя строка гласит: Узы судьбы сплетены у Жёлтых Источников, свеча третьего стража озаряет союз Инь и Ян. Нижняя строка: Красная нить связывает души, петух пятого стража возвещает клятву жизни и смерти. А горизонтальная... «Вечный союз сердец»?!
Тан Ли посмотрела на спутников и поинтересовалась:
— Я сирота и сроду не видала родовых храмов, но вы-то видели? Разве так выглядят приличные семейные усыпальницы?
Те поспешно замотали головами, отрицая всё на свете.
В их семейных храмах всё было совсем не так!
Человек со стороны, глядя на эти парные надписи, решил бы, что тут свадьбу играют!
В этот момент троицу пронзила странная волна взаимопонимания, и они выдали хором:
— Свадьбу?!
В самом деле, разве эта старая калоша — староста — не промышлял тем, что сводил людей свадьбами?
Расправив плечи, Тан Ли уверенно подошла к входу и, обнаружив, что на дверях нет замка, поманила рукой спутников:
— Дверь-то не заперта~
Сначала она слегка толкнула створку клинком, а затем навалилась всем телом — алые ворота с противным скрипом отворились.

Комментарии

Загрузка...