На пике Ванфа.
Ван Ба, услышав новость, остолбенел.
Он в каком-то забытьи смотрел на парящее в воздухе дитя в белых одеждах с утонченным лицом и холодным взором.
— Учитель... лишился должности? — Пробормотал он.
Ван Ба не знал, существуют ли должности с еще более высоким содержанием, чем у стража целого государства, но получать две тысячи баллов в год, не делая ровным счетом ничего, – такое жалование вряд ли можно было превзойти. И он понятия не имел, в чем причина такой перемены.
В этот миг из дома внезапно вылетела фигура Яо Уди и устремилась ввысь, навстречу дитяти в белых одеждах.
Увидев гостя, даже такой человек, как Яо Уди, не осмелился выказать на лице ни единой лишней эмоции. Резкий ветер трепал его полы, когда он отвесил ребенку легкий поклон:
— Яо Уди приветствует предка Юйяна.
«Предок?!», – сердце Ван Ба содрогнулось.
Раз к нему так обращаются, значит, старшинство этого дитяти в белых одеждах...
Ребенок оставался бесстрастным. Его голос звучал ровно:
— Отдай мне жетон стража.
Голос принадлежал младенцу, но интонации были подчеркнуто старческими.
К удивлению Ван Ба, на лице Яо Уди не отразилось ни тени колебания. Он раскрыл ладонь, и над ней возник жетон, источающий глубокую ауру, который тут же подлетел к дитяти.
Ребенок, однако, держал руки в рукавах и не стал брать его, позволив жетону просто вращаться вокруг себя.
Лишенные чувств глаза воззрились на Яо Уди:
— И остальное.
Яо Уди на миг замер, но тут же о чем-то вспомнил. Он снова взмахнул рукой, и в воздухе бесшумно соткалась золотая цепь, которая устремилась к гостю.
Золотая цепь зависла подле дитяти в белых одеждах и, подобно жетону, начала кружить вокруг него.
Только тогда ребенок едва заметно кивнул. Он взглянул на Яо Уди и тихо произнес:
— Путь Десяти Тысяч Методов – это похищение созидания неба и земли. Сей путь заключается в борьбе и захвате!
— Позаботься о себе, — добавил он.
С этими словами, не совершив ни единого движения, дитя в белых одеждах мгновенно исчезло.
Остался лишь Яо Уди, застывший на месте – казалось, эти слова его затронули. Ван Ба пришел в себя и поспешил к нему.
— Учитель.
— А, мой послушный ученик.
Яо Уди очнулся и посмотрел на Ван Ба. Заметив, что материнская энергия в теле ученика с со вчерашнего дня стала еще чище, он невольно улыбнулся.
— Учитель, тот, кто был сейчас... — Ван Ба замялся. Он не стал спрашивать о должности напрямую, а поинтересовался личностью гостя.
— Предок Юйян – это воплощение духа артефакта, защитника главы секты в третьем поколении, — пояснил Яо Уди.
— Дух артефакта? Неужели он... пятого ранга?! — Ван Ба замер, а затем на его лице отразилось потрясение.
Магические инструменты найти легко, но магические сокровища – редкость. Только начиная с четвертого ранга предмет может называться магическим сокровищем. Однако, хотя у сокровищ четвертого ранга и есть дух, его нужно выращивать по крупицам. Их разум в лучшем случае подобен человеческому младенцу, и они с трудом существуют в отрыве от основы.
Тот же ребенок в белых одеждах обладал живым разумом, а его манеры и речь ничем не отличались от обычного человека. В нем не было и следа формы предмета – очевидно, он не мог быть четвертого ранга.
Шестой ранг тоже был маловероятен, ведь это уровень Трансформации Бога, когда практик в любой момент может вознестись. Хоть секта Вансян и полна сильных мастеров, она не могла позволить себе такую роскошь – использовать практика шестого ранга в качестве гонца.
Яо Уди едва заметно кивнул, подтверждая догадку Ван Ба, и непривычно серьезно добавил:
— Предок Юйян оберегает секту десятки тысяч лет. Его заслуги в созидании глубоки и непостижимы. Сейчас в секте, пожалуй, только глава и палата Тайхэ способны отдавать ему приказы...
Договорив до этого места, Яо Уди невольно омрачился лицом.
Ван Ба не удержался:
— Учитель, должность стража страны Чэнь...
Яо Уди взмахнул рукой, демонстрируя полное безразличие:
— Твоему папаше там давно уже надоело до смерти, так что не бери в голову.
Ван Ба лишился дара речи.
Как тут не брать в голову? Будь он хоть трижды слепцом, и то увидел бы, что кто-то из верхушки секты целит в учителя. Но раз старик не хотел говорить об этом, Ван Ба не стал расспрашивать.
Яо Уди почувствовал, что атмосфера стала тяжелой, и непринужденно сменил тему, улыбнувшись:
— Кстати, как твои дела в департаменте духовной пищи? Не возникло трудностей? Хоть Цуй Даци и не обладает великим мастерством, да и скуповат бывает, в плане порядочности на него можно положиться. Если что – смело иди к нему, не стесняйся. И не думай, что раз ты пришел в секту позже других, то у тебя нет опоры...
Ван Ба ощутил искреннюю заботу учителя. На душе стало тепло. Он молча запомнил наставления Яо Уди и послушно подыграл:
— Все хорошо, люди в департаменте неплохие, и глава Цуй ко мне довольно внимателен.
— Ну и славно. Если помимо еды возникнут проблемы – сразу говори мне. Не хвастовства ради скажу: в этой секте любой культиватор Зарождающейся Души при встрече с твоим учителем обязан проявить уважение, — Яо Уди гордо вскинул голову, беря на себя все заботы.
Ван Ба уже собирался сказать, что проблем нет, но внезапно передумал и спросил:
— Точно, учитель, я хотел узнать: если я захочу заработать баллы вклада, есть ли какой-нибудь хороший способ?
Яо Уди фыркнул:
— Баллы? Да это же проще простого. Займи понемногу у братьев с разных пиков...
— Занять? — Ван Ба опешил. Разве баллы вклада можно занимать?
— А если они... не дадут? — Спросил он.
Яо Уди развеселился:
— Не дадут? Ну, это тоже решаемо! Тогда иди и каждый день перекрывай им вход на пик. Не даст – бей его, пока не займет! Конечно, бить просто так нельзя. Нужно сделать так, чтобы он ударил тебя первым. Запиши это магией, а потом давай сдачи. Тогда ему деваться будет некуда, придется платить, иначе сдашь запись на гору Шаоинь...
Ван Ба застыл в недоумении. Этот метод... вы уверены, что это называется «занять»?
Яо Уди же продолжал с воодушевлением, и глаза его так и горели:
— Слушай учителя: в перекрытии пиков тоже нужна сноровка. Делать это надо открыто и честно! Иначе найдутся дяди, которым это не понравится, и они потихоньку тебя проучат. Так что делай все на глазах у всех. А когда закончишь драку, требуй баллы уже с глазу на глаз. Не проси при свидетелях – это вызывает слишком много ненависти!
— Помню, когда я только достиг Заложения Фундамента, я перекрыл вход на соседний Пик Первородного Зародыша младшему брату Ши. Ха-ха, ты бы видел, как я его тогда разделал! Ши, он... он...
На этом месте улыбка внезапно сошла с его лица, и он замер.
Прошло немало времени.
Яо Уди медленно выдохнул, и в его глазах промелькнула тоска:
— Если посчитать... младший брат Ши ушел в медитативную смерть уже почти две тысячи лет назад...
— Таков путь совершенствования. Плывешь против течения: не двинешься вперед – отбросит назад.
Затем он перевел взгляд на Ван Ба и серьезно произнес:
— О баллах вклада пока не думай, я это улажу. Сейчас тебя должно волновать в первую очередь искусство «Единой воли десяти тысяч методов», а во вторую – путь духовного повара и управление зверями.
— Твоя техника – это основа. Пока не достигнешь Золотого Ядра, нельзя расслабляться ни на миг! Сначала выработай материнскую энергию, затем постигни путь пяти элементов... Путь повара и управление зверями станут твоей опорой после Золотого Ядра, чтобы покрывать расходы на культивацию. Не бросай их... Когда в департаменте еды будет отпуск, сходи на Звериный пик. Найди там Ци Яня. Я уже договорился с его учителем, так что будешь обучаться у него техникам управления зверями.
— Звериный пик? Ци Янь? — Ван Ба удивился. Он тут же вспомнил того седовласого человека среднего возраста с холодным взглядом, которого видел на третьем уровне Призрачного рынка Линлун.
— Да, и еще там его ученик, кажется, по имени Мо Ци...
Учитель и ученик проговорили еще какое-то время.
Вскоре солнце поднялось высоко, и Ван Ба пришлось отправиться в департамент, чтобы продолжить готовить духовную пищу.
Ван Ба по-прежнему готовил по сто порций за раз. Теперь, благодаря помощи магических инструментов департамента и вчерашнему опыту, он хоть и чувствовал сильную усталость, но справлялся легче. Напряженная работа понемногу укрепляла и очищала его магическую силу – Ван Ба ощущал, что барьер средней стадии Заложения Фундамента становится все ближе.
К тому же, возможно, из-за большого расхода энергии, материнская энергия стала поглощать магическую силу чуть быстрее. Для Ван Ба это стало приятным сюрпризом.
Закончив работу и оставшись почти без сил, Ван Ба уделил время тому, чтобы направить Тянь Фу.
Стоит признать, что таланты у людей разные. Если Ван Ба с легкостью готовил сотню порций, то Тянь Фу тратил целый час на одну-единственную, и ее чистота достигала лишь девяти баллов. За пределами Великого Цзинь такую еду можно было бы продать за хорошую цену, но в секте Вансян она не дотягивала даже до порога Сокровищницы.
Ван Ба хватило одного взгляда, чтобы понять ошибки Тянь Фу. После его советов скорость помощника возросла: теперь на порцию уходило меньше получаса, хотя чистоте все еще не хватало самой малости.
— Контроль огня. Все дело в нем. Тут помогут только постоянная практика и чутье, — серьезно проанализировал Ван Ба.
Он мог бы использовать силу божественной души, чтобы запечатлеть это чувство огня прямо в душе ученика, но это было бы «выдергиванием ростков для ускорения роста».
Как пример – Цзя-шици. Она умеет готовить эссенцию из курицы, но совершенно не смыслит в эссенции из черепах. Это потому, что Ван Ба вложил в нее навыки только для кур, не касаясь остального.
Закончив с Тянь Фу, Ван Ба поддался на уговоры распорядителя Куна и других мастеров и провел для них небольшое практическое занятие с объяснениями.
После этого, оставшись без дел, он отправился на второй этаж к Цуй Даци, чтобы занять книг для чтения.
Цуй Даци, видя такое рвение к пути духовной пищи, был весьма доволен, но все же предостерег:
— Ты ведь пришел в секту не как повар. Техника твоей ветви – твоя основа. Изучай еду, но не трать слишком много времени на то, что не является главным.
Ван Ба почувствовал доброе намерение Цуй Даци и закивал:
— Не волнуйтесь, дядя, я понимаю.
В голове всплыла характеристика, которую дал Цуй Даци его учитель. Поколебавшись, Ван Ба все же сказал:
— Кстати, дядя... Как вы знаете, я пришел из-за пределов Великого Цзинь. У меня есть два рецепта духовной пищи, которые я хотел бы поднести секте, но не уверен, не дублируют ли они уже имеющиеся...
Он имел в виду эссенции из кур и черепах. Тушка зверя плюс соответствующая жидкость, метод обработки и техника приготовления – это и составляло полный рецепт.
— Рецепты? — Цуй Даци невольно рассмеялся. — В секте хранятся сотни тысяч, миллионы рецептов. Почти все, о чем ты можешь подумать или что встретить, у нас уже есть.
— Впрочем, если хочешь попробовать, можешь сходить прямо в Книгохранилище Вансян. Там есть дух хранилища, можешь проверить через него, — добавил он с тенью скепсиса в голосе.
Услышав это, Ван Ба окончательно потерял уверенность и решительно предложил:
— Дядя, может быть, вы взглянете?
Цуй Даци ответил:
— Можешь показать и мне, но я не смогу вынести вердикт. Рецептов слишком много. Хоть ценных среди них мало, даже я не знаю их все. Я могу лишь оценить стоимость рецепта, но не могу гарантировать, что его еще нет в хранилище. Так что тебе все равно придется идти туда.
Ван Ба испытал легкое разочарование. Но раз Цуй Даци не проявил интереса, оставалось только попытать удачу в Книгохранилище Вансян.
Небосклон слегка потемнел, когда Ван Ба покинул департамент и полетел на восток.
На востоке располагалась гора Шаоян. Поскольку Шаоян относится к фазе дракона, очертания горы напоминали свернувшегося лазурного дракона.
Там, где должна быть пасть дракона, находился вихрь, прегражденный каменными вратами. Этот вихрь и был входом в Книгохранилище Вансян.
Ван Ба миновал врата и влетел внутрь.
Хранилище представляло собой величественную пятиярусную башню. Культиваторы то и дело входили и выходили из нее.
Уровень развития и должность Ван Ба позволяли ему посещать только первые два яруса. Он сразу влетел на второй.
Стоило ему войти, как мир вокруг внезапно преобразился: повсюду были только книги, нефритовые свитки и тому подобное. Других людей не было видно.
Ван Ба уже бывал здесь раньше, поэтому не занервничал. Он сосредоточился и воззвал:
— Дух книгохранилища, прошу, явись!
В мгновение ока перед ним возник свиток без единого слова. Он плавно покачивался вверх-вниз, словно спрашивая о цели визита.
Ван Ба почтительно произнес:
— Младший желает поднести секте рецепты духовной пищи, но не знает, есть ли они уже в хранилище.
Свиток слегка качнулся, и на его страницах проступили четыре иероглифа: «Просто говори».
Ван Ба не спешил. Он спросил:
— Если я скажу, не перестанет ли рецепт принадлежать мне?
Свиток задергался резче, словно возмущенный недоверием. Вскоре на страницах появилась новая надпись: «Хочешь – верь, хочешь – нет».
Ван Ба, опешив на мгновение, все же изложил рецепт эссенции из духовных кур. На бумаге тут же всплыл вопрос: «Что за куры?»
— Куры первого ранга, выведенные из драгоценных кур как материнской основы.
Ван Ба мысленным усилием достал из сумки для зверей одну из немногих оставшихся кур первого ранга. Из свитка вырвался луч света и озарил птицу. Затем свиток качнулся, и на нем проступило: «Рецепт уже есть».
Тут же перед Ван Ба возникли проекции двух рецептов. Один – на основе драгоценных кур, подходящий для первых шести стадий Очистки Ци. Другой – на основе кур первого ранга, пригодный максимум для начальной стадии Заложения Фундамента.
Оба рецепта немного отличались от метода Ван Ба в составе жидкости и технике обработки, но их вполне можно было считать идентичными. Более того, на обоих было отмечено, что полученное студенистое вещество восполняет эссенцию крови и энергию, дает слабый эффект прорыва барьера и крохотное количество силы божественной души.
«Уже есть...», – Ван Ба невольно расстроился. Он возлагал на этот рецепт большие надежды, ведь еда с эффектом прорыва встречается нечасто.
Пока он размышлял, на свитке внезапно проступило гораздо больше текста:
«В хранилище найдено всего двести пятьдесят шесть рецептов со сходным эффектом. Из них сто семьдесят шесть эффективны для Очистки Ци, шестьдесят два – для Заложения Фундамента, шестнадцать – для Золотого Ядра, два – для Зарождающейся Души, для Трансформации Бога – ноль».
«Можно потратить баллы вклада, чтобы открыть рецепты: для Очистки Ци – 2 балла, для Заложения Фундамента – 5–20 баллов, для Золотого Ядра – 50–180 баллов, для Зарождающейся Души – 300–1000 баллов...»
«Кроме того, рецептов со сходным одиночным эффектом насчитывается тридцать девять тысяч пятьсот шестьдесят два, среди которых...»
Ван Ба замолчал. Его познания оказались слишком поверхностны. В хранилище было больше двух сотен рецептов с похожим эффектом. Не говоря уже о первом ранге, были второй, третий... Стоп!
Ван Ба осенило. Он вдруг понял: дух показал рецепты только для драгоценных кур и кур первого ранга, но не для второго.
А жидкость для обработки кур второго ранга отличалась от той, что нужна для первого. Их вполне можно считать разными рецептами. А значит...
Ван Ба поспешил подробно изложить состав жидкости и технику приготовления для эссенции из кур второго ранга. Весь этот метод он вывел сам на основе личного опыта, да и кур второго ранга вывел собственным трудом. По логике вещей, идентичного рецепта быть не должно.
Безликий свиток слегка качнулся, но иероглифы появились не сразу. Спустя несколько вдохов на страницах проступило: «Что за куры?»
Ван Ба быстро достал одну курицу второго ранга высшего качества. Свиток снова озарил ее светом. На этот раз ответ появился быстро: «Сего рецепта в хранилище нет, возможна запись».
Ван Ба воодушевился. Сработало!
Однако он не стал сразу соглашаться, а изложил рецепты эссенции из бирюзовых черепах первого и второго рангов. Как и ожидалось, поскольку бирюзовые черепахи были гибридом мутировавших желтогорлых черепах и панцирных большеголовых черепах, таких рецептов в хранилище не оказалось, хоть похожих по эффекту и было не счесть.
«Три совершенно новых рецепта!», – сердце Ван Ба забилось чаще.
Он понял: изменение основного материала превращает рецепт в новый. Например, рецепты для кур первого и второго рангов полностью независимы. То же самое и с бирюзовыми черепахами.
Это открывало перед ним новые горизонты. Если он найдет рецепты вроде тех, что были для драгоценных кур – где разработан только первый ранг, но нет второго, – то стоит ему вывести зверя второго ранга и найти метод его приготовления, как у него в руках окажется новый рецепт!
Если это сработает, он сможет постоянно подносить секте новые рецепты и получать баллы вклада! Пусть их будет не так много, но это точно выгоднее, чем просто служить в департаменте.
Конечно, в департаменте тоже были свои плюсы: это помогало его культивации и совершенствованию поварского мастерства.
«Но если так, то управление зверями бросать нельзя», – Ван Ба быстро ухватил суть.
Только преуспев на пути управления зверями, он сможет легче выводить зверей более высоких рангов, модифицировать существующие рецепты и подносить их секте, вытягивая из нее баллы вклада.
А имея баллы, он сможет закупать ресурсы для развития и получать из хранилища еще больше рецептов, чтобы на их основе создавать новые. Так круг замкнется.
«Значит, учитель был прав: к поездке на Звериный пик нужно отнестись со всей серьезностью».
Ван Ба поразмыслил и решил не отдавать эти три рецепта прямо сейчас. Он предпочел покинуть книгохранилище. Дух не стал его задерживать.
Вскоре после ухода Ван Ба на самом нижнем ярусе башни среди множества свитков медленно прогуливалась лысая женщина-культиватор. Внезапно она остановилась. Перед ней беззвучно возник свиток без единого слова.
На нем проступила надпись: «Один из учеников владеет тремя новыми рецептами духовной пищи, но не преподнес их...»
Женщина посмотрела на строчки, и на ее лице отразилось легкое удивление. Из любопытства она протянула руку и перевернула страницу. Как управляющая первым и вторым ярусами хранилища, она имела доступ ко многим сведениям.
Страница открылась, и перед ней возникла проекция ничем не примечательного практика.
— Это он? — Она узнала его. — Ученик главы пика Ванфа... Но всего лишь на стадии Заложения Фундамента.
Она покачала головой и небрежно закрыла книгу. Всего лишь какой-то практик Заложения Фундамента, не о чем беспокоиться.
... Прошло полмесяца. Наступил день отпуска в департаменте духовной пищи.
Ван Ба завис в воздухе перед горой, которая была гораздо выше и шире всех окрестных пиков. Снаружи гору обволакивал невидимый барьер. Из ее глубин доносились отголоски птичьего клекота и звериного рыка.
Вершина горы была плоской, на ней виднелись простые хижины – их было заметно больше, чем на пике Ванфа. Даже снаружи можно было разглядеть множество духовных зверей на вершине.
А ниже сама гора походила на столп, вокруг которого на склоне обвилось длинное черное тело, покрытое чешуей. Словно почуяв что-то, это черное тело медленно зашевелилось, и из-за горы плавно показалась огромная рогатая голова дракона. Два алых глаза величиной с дом пристально уставились на Ван Ба.
В этот миг у Ван Ба по коже пробежал мороз!
— Это Призрачноглазый чи. Тебе лучше не смотреть ему в глаза.
Неподалеку раздался голос, в котором сквозила неприязнь. Ван Ба быстро обернулся. Он увидел юношу-культиватора, стоявшего неподалеку и смотревшего на него с затаенной обидой.
Ван Ба не обратил на это внимания, его взгляд приковала черная змея, обвившаяся вокруг пояса юноши. Аура змеи соответствовала среднему качеству третьего ранга. Алый язык змеи мелькнул в воздухе, и она снова спрятала голову в складках одежды хозяина.
Ван Ба улыбнулся и приветственно поклонился:
— Младший брат Мо.
Это был Мо Ци, ученик Ци Яня с ветви управления зверями.
Мо Ци резко развернулся и недовольно бросил:
— Учитель знает о твоем приходе и велел мне ждать тебя здесь. Идем за мной.
Ван Ба слегка удивился такому отношению, но поскольку он пришел учиться, то не стал принимать это близко к сердцу. Он последовал за Мо Ци к вершине.
Наверху было еще около десяти практиков разного возраста. Большинство из них занимались со своими зверями. Увидев Ван Ба позади Мо Ци, они проявили лишь легкое любопытство и тут же вернулись к своим питомцам. В их взглядах, устремленных на зверей, читалась нежность. Казалось, для этих людей звери были смыслом жизни.
Ван Ба с интересом наблюдал за ними. Хоть он и считался мастером в выращивании, но, за исключением пары особей, не слишком привязывался к своим подопечным. Через его руки прошло слишком много зверей, чтобы на каждого тратить чувства.
Он окинул взглядом окрестности. Десятки смышленых зверей третьего ранга и несколько особей четвертого ранга, чей взгляд ничем не уступал человеческому...
На зверях четвертого ранга он задержал взгляд подольше. За все время практики он еще ни разу их не видел, поэтому ему было в новинку.
Мо Ци не собирался задерживаться и повел Ван Ба прямиком к одной из внешне весьма скромных хижин. Подойдя к двери, Мо Ци почтительно доложил:
— Учитель, я привел старшего брата Вана.
Ван Ба тоже поспешил поклониться:
— Ван Ба приветствует дядю Ци.
Из хижины донесся слегка холодный голос:
— Заходи.
Почувствовав холодность в тоне, Ван Ба не изменился в лице и без заискивания вошел внутрь. Мо Ци тоже хотел войти, но голос его остановил:
— Мо Ци, пойди завари чаю.
В глазах Мо Ци мелькнуло разочарование, но он покорно ответил:
— Слушаюсь.
Ван Ба вошел в дом и с удивлением обнаружил, что внутри он вовсе не так прост, как казалось снаружи. Напротив, помещение было просторным и роскошным: нефритовые стены, золотой потолок, жемчужные занавеси...
На нефритовом пуфе, прикрыв глаза, сидел седовласый мужчина. Это и был Ци Янь, которого называли лучшим мастером управления зверями на стадии Зарождающейся Души в секте.
Ван Ба снова поклонился:
— Приветствую дядю Ци.
— Угу, — Ци Янь медленно открыл глаза и холодно кивнул, не скрывая своих мыслей. — То, что старший брат Яо прислал тебя ко мне учиться, я, честно говоря, не одобряю.
Лицо Ван Ба на миг застыло, но он промолчал, продолжая слушать. О таком отношении он уже слышал от Тан Цзи, так что был готов.
Ци Янь продолжил:
— Не практикуя «Канон управления» нашего Звериного пика, даже зная приемы и методы, невозможно вырастить по-настоящему выдающихся зверей.
— Однако старший брат Яо попросил лично, и я окажу ему уважение. Единственное, что тебе подходит сейчас – это глубокое изучение принципов управления зверями. Управление через «принцип» не знает коротких путей. Цена тому – необходимость тратить в несколько раз больше сил, чем тратят наши ученики. Проще говоря, когда Мо Ци сможет в одиночку вырастить зверя высшего качества третьего ранга, ты, боюсь, едва ли справишься со средним качеством. Такова разница.
— Если ты все еще хочешь учиться, я приложу все силы, чтобы тебя обучить. Если же считаешь, что это пустая трата времени, то можешь уходить прямо сейчас.
Ван Ба посерьезнел. Смысл слов Ци Яня был прост: без специальной техники он сможет освоить лишь теорию и приемы, но не истинное мастерство ветви. У него не будет «коротких путей», которые есть у местных учеников. Но, как уже говорилось, Ван Ба не слишком заботился о времени.
Его выбор был очевиден:
— Дядя Ци, Ван Ба желает учиться!
Ци Янь посмотрел на него и едва заметно кивнул.
... Гора Шаоинь. Зал заданий.
На площади бесшумно опустилась фигура. Это был человек с угольно-черными волосами, облаченный в широкое одеяние, под которым угадывались мощные мускулы. Однако его появление не привлекло ничьего внимания – казалось, его никто не видит.
Он прошел сквозь толпу и остановился перед пятью водными завесами. Замер у пятой, глядя на задание, сияющее золотым светом. Он тихо прошептал:
— Сто пятьдесят тысяч баллов...
В то же время во дворце «Голова тигра» на горе Шаоинь хозяин горы Цюй Шэньтун, пребывавший в медитации, внезапно открыл глаза. В его зрачках словно вращались циклы перерождений. Сейчас в его взгляде читалась смесь сложности и восхищения:
— Он все-таки взял это задание...

Комментарии

Загрузка...