Штаб Цзяньтао.
Перед массивом телепортации.
Небо едва начало светлеть, а здесь уже замерли многочисленные фигуры культиваторов стадии Очищения Ци.
Среди них выделялись две группы: практики секты Тяньмэнь в красно-черных робах и адепты еретических путей. Они стояли по разные стороны от магического круга, и граница между ними была видна невооруженным глазом.
Впрочем, вне зависимости от принадлежности, лица у всех были мрачными.
Секта Тяньмэнь намеренно сохранила им жизнь, видя в них определенную ценность. У каждого были свои таланты, но большинство совершенно не смыслило в сражениях.
Однако к этому моменту все они, как один, получили известие через официальный приказ Тяньмэнь.
Им велели немедленно отправиться в Восточный Святой штаб, чтобы принять участие в контратаке против культиваторов Пути Фимиама.
Хотя формулировки в приказе выставляли положение секты Тяньмэнь как преимущественное, дураков среди собравшихся не было. Если уж тыловых практиков погнали на передовую, то каждый в глубине души понимал, насколько скверно обстоят дела у секты на самом деле.
Среди адептов еретических путей царило смятение.
Если бы не страх перед тем, что аура их божественных душ запечатлена на талисманах Цзилин, и любой побег будет приравнен к измене, многие бы уже давно дали деру.
Даже среди коренных последователей Тяньмэнь были те, кто затаил свои темные мысли. Но под гнетом талисманов никто не осмеливался произнести их вслух.
Лишь в случайных взглядах и ответных кривых ухмылках читался взаимный страх и неуверенность.
Бао Чао тоже был здесь.
Будучи крайне редким в мире совершенствования духовным поваром, он, хоть в секте и немногим требовалась духовная пища, все же имел своих клиентов. Готовя еду для других культиваторов, он сумел извлечь немало выгоды.
За годы упорного труда он подошел вплотную к десятому уровню Очищения Ци – оставался всего один шаг.
Среди оставшихся в штабе Цзяньтао еретических практиков его статус был довольно высок, поэтому вокруг него теснилось немало людей.
Они набивались к нему в друзья, договариваясь, что по прибытии в Восточный Святой штаб будут держаться под его началом.
Пусть духовный повар и не был бойцом, но по сравнению с теми, кто только и умел, что варить ртуть или марать бумагу тушью, Бао Чао, привыкший к кровавой разделке туш, казался им настоящим героем. Ему доверяли больше, чем остальным.
Сам Бао Чао держался уверенно. Находясь в толпе практиков, которые раньше на него и не взглянули бы, он вел себя как важная персона, шутил и смеялся. От его обычного неряшливого вида и запаха крови, который всегда сопровождал его при разделке духовных зверей, не осталось и следа.
Однако за разговорами он то и дело поднимал голову, вглядываясь вдаль, словно чего-то ждал.
— Собрат-даос Бао, вы так часто туда поглядываете... уж не ждете ли какую-то культиватора-женщину? — Поддразнил его один из практиков, считавший себя близким другом Бао Чао.
К его удивлению, лицо Бао Чао мгновенно потемнело.
— Собрат-даос, лучше не шути так! Некоторыми словами разбрасываться не стоит...
Шутник сразу осекся, почувствовав неловкость.
— Ха-ха, да я же просто...
Окружающие поспешили сгладить углы, но Бао Чао и не думал смягчаться. Его лицо оставалось мрачнее тучи.
— Чтобы вы знали, — отрезал он, — господин Бао ждет старшего стадии Закладки Фундамента! Если я еще раз услышу подобные бредни, не обижайтесь – дружбе конец!
При этих словах те, кто пытался помирить их, разом замолчали. А горе-шутник втайне пожалел о своем длинном языке.
В нынешней ситуации покровительство мастера Закладки Фундамента стоило дороже тысячи собутыльников. Это понимали все.
Вскоре культиваторы, ответственные за массив телепортации, заняли свои места. Под их управлением магический круг начал вращаться.
Адепты секты Тяньмэнь поспешили уйти первыми. Они были учениками секты, связанными тысячью нитей с высокопоставленными практиками. Теперь они торопились в Восточный Святой штаб: во-первых, чтобы разведать обстановку, а во-вторых – задействовать связи и избежать отправки в самые опасные места.
Среди еретических практиков те, кто обладал талантами или умел заводить нужные знакомства, тоже поспешили ступить в массив.
Бао Чао не торопился.
Благодаря своей профессии он знал нескольких мастеров Закладки Фундамента в Тяньмэнь, но ни с кем из них не был так близок, как с «ним».
В конце концов, тот человек учился у него искусству духовного повара – их отношения можно было назвать почти наставничеством. Конечно, Бао Чао никогда бы не посмел заявить об этом вслух. Но его многолетний опыт подсказывал: лучше держаться рядом с тем, в ком уверен, чем лизать пятки незнакомым мастерам, которые в любой момент могут оттолкнуть тебя ногой.
По крайней мере, «тот человек» не казался таким.
К его разочарованию, прошло больше половины дня, даже несколько практиков из его свиты, не выдержав, ушли, но знакомая фигура так и не появилась.
«Странно... не может быть. Я же всего два дня назад носил ему ингредиенты», – в смятении подумал Бао Чао.
Заметив на себе скрытые подозрительные взгляды оставшихся людей, он поколебался, но в итоге, полный разочарования, повел свою группу к телепорту.
Полдня спустя, в сумерках.
Одинокая фигура стремительно опустилась перед массивом телепортации.
На нем была заурядная магическая роба, лицо – совершенно обычное, но от всего его облика веяло спокойствием и умиротворением.
Это был Ван Ба.
Он не забыл о времени. Просто из очередной кладки бирюзовых водяных черепах наконец вылупились новые черепашата, и он задержался, пересчитывая молодняк.
— Хорошо, что не опоздал совсем, — с облегчением пробормотал он и вместе с другими припозднившимися практиками шагнул в сияние массива.
...
Восточный Святой штаб.
Рыночный телепорт.
После мощного всплеска магической энергии группа культиваторов вышла из круга и тут же разлетелась в разные стороны.
Ван Ба, оказавшись среди них, не спешил. Он охватил окрестности божественной душой, и его лицо тут же стало серьезным.
В Обители Каменных Пещер неподалеку, где в прошлый раз пустовало девять комнат из десяти, теперь почти не было закрытых дверей. В Обители Деревянных Башен царила мертвая тишина. Отдельные дворы у бирюзовой воды, богатые духовной энергией, были плотно заселены, но и там никто не показывался – похоже, все были заняты совершенствованием.
Рынок стал заметно шире, а людей – больше. Культиваторы высоких уровней Очищения Ци встречались на каждом шагу, мелькали даже фигуры стадии Закладки Фундамента.
Однако над всем рынком словно нависла неосязаемая тень. Атмосфера была пугающе гнетущей.
«Неужели Путь Фимиама здесь, в Восточном Святом штабе, уже настолько свирепствует?» – Ван Ба был втайне поражен этим ощущением подавленности.
Сердце его тревожно сжалось при мысли о Бу Чань. Больше не теряя ни секунды, он взмыл в небо и вскоре опустился перед фермой на берегу Южного озера.
Ван Ба вздрогнул от неожиданности: на полях рядом с фермой, кроме небольшой части кустов изумрудного пламени, не осталось ни единого стебля духовного риса. Всё пространство было засажено разнообразными растениями.
Их объединяло одно – все они были усыпаны цветами. Ван Ба сразу заметил в цветнике мириады порхающих пчел ста ароматов.
Он выдохнул с облегчением: хоть сад и пестрел сотнями цветов, всё было посажено в строгом порядке, и внизу не виднелось ни травинки. Было ясно, что за посадками ухаживали ежедневно и с большой любовью.
При виде этого прежнее спокойствие Ван Ба улетучилось – теперь он жаждал увидеть Бу Чань как можно скорее. Он быстро подошел к воротам фермы, привычным жестом сложил печати и толкнул дверь.
Перед глазами предстала идеально чистая земля. Лоза духовного горляка всё еще была короткой, едва поднявшейся над почвой. А вот черный кристальный персик разросся, его гигантская крона накрыла почти половину двора.
Дерево было усыпано плодами; еще немного, и черные персики окончательно созреют. Деревянный домик мирно стоял на своем месте.
Ван Ба почти бегом вошел внутрь. Обстановка была в точности такой, какой он ее оставил, но Бу Чань в доме не оказалось.
Он заглянул за дом, проверил берег пруда – ее нигде не было.
В голове всплыла пугающая мысль: «Неужели младшую сестру уже забрали на фронт?»
Эта догадка заставила его не на шутку разволноваться. Бу Чань была мастером духовных растений, она посвятила себя их выращиванию. Хотя благодаря энергии земных жил ее физическое тело было гораздо крепче, чем у обычных практиков, на передовой она не выстоит и против пары атак культиватора высокого уровня Очищения Ци.
Даже с теми магическими инструментами и талисманами, что он ей оставил, на фронте ей делать было нечего.
Он уже потянулся за талисманом передачи звука, чтобы связаться с Бай Юем, как вдруг что-то почувствовал и резко обернулся.
Дверь открылась. Стройная фигурка вошла во двор с корзиной цветов в руках. Увидев Ван Ба, она на мгновение замерла в оцепенении, а затем в ее глазах, подобных водной глади, вспыхнула безграничная радость.
— Старший брат, ты вернулся?
Это была Бу Чань. Они долго стояли, обнявшись.
— Брат, ты тоже вернулся из-за приказа Тяньмэнь? — Спросила она, наконец отстранившись. Ее лицо стало серьезным.
Ван Ба кивнул.
Бу Чань помрачнела еще сильнее:
— Некоторое время назад группа практиков уже прибыла сюда. Но вскоре их почти полностью уничтожил культиватор Пути Фимиама по имени Чжэн Юаньхуа. Погибло много возглавлявших их мастеров Закладки Фундамента. Твое возвращение, брат... скорее всего, тобой просто хотят заткнуть эти дыры...
Ван Ба нахмурился:
— Неужели этот Чжэн Юаньхуа так силен? Разве не говорили, что Янь Юнь с Пути Меча Демонов сможет его сдержать?
— Янь Юнь попал в засаду. Ему чудом удалось бежать, но его фундамент поврежден, сейчас он восстанавливается в секте. — Бу Чань покачала головой. — Твое возвращение сейчас – это огромный риск...
С этими словами она осторожно достала из мешка-хранилища кусок пунцового пчелиного воска размером с ладонь, источающий дивный аромат.
— Это воск пчел ста ароматов, который ты просил сделать. Жаль, здешняя почва не очень подходит для цветов, поэтому вышло совсем немного...
— Этого уже достаточно...
Ван Ба взял воск и случайно коснулся ее руки – кожа была грубой. Он тут же перехватил ее ладонь и увидел, что некогда нежная рука теперь покрыта уродливыми черными точками и припухлостями.
— Это что такое... — Ван Ба замер, а затем, догадавшись, схватил ее вторую руку.
Бу Чань опомнилась и попыталась спрятать руки, но куда ей было тягаться с Ван Ба – обе ее ладони оказались в его руках. Они были сплошь покрыты следами от укусов. Стоило ему слегка коснуться их, как Бу Чань вздрогнула, несмотря на все попытки скрыть боль.
— Это пчелы ста ароматов тебя так? — Спросил он.
Поняв, что скрываться бесполезно, Бу Чань кивнула:
— Они не очень послушные. Но теперь я набралась опыта: использую скребок вместо рук, а когда открываю улей, сначала убираю дальнюю ткань. Иногда опрыскивание водой помогает... А самое интересное – когда цветет рапс, они меня совсем не жалят...
Слушая, как она увлеченно рассказывает о своих успехах и неудачах в пчеловодстве, Ван Ба на мгновение лишился слов. Он мог лишь нежно держать ее руки, молча слушая ее голос.
— Наверное, этого воска всё равно мало? Жаль, почва тут плохая. Чтобы собрать еще столько же, придется ждать до следующего года, — с сожалением добавила она.
Ван Ба покачал головой и серьезно произнес:
— Сначала отдохни. Позже я схожу на рынок и подберу противоядие. У этих пчел ядовитые жала, поэтому даже с твоим телом раны так долго не заживают...
Бу Чань сначала удивилась, но тут же отказалась:
— Сейчас не время отдыхать. Через несколько дней нас всех отправят на фронт, нужно успеть собрать еще одну партию. Не волнуйся, брат, я соберу достаточно воска...
Ван Ба не стал спорить, поняв, что это бесполезно. Бу Чань казалась нежной и хрупкой, но он знал ее решительный и деятельный характер. Если она что-то вбила себе в голову, то не остановится, пока не добьется своего – даже его уговоры не помогут. Она не была его безвольной тенью.
Они проговорили недолго, и Бу Чань, подхватив корзину, снова ушла работать.
— Интересно, как там Шэнь Фу? Уже целый месяц от него ни одного талисмана, — вдруг вспомнила она на ходу.
Ван Ба ощутил укол тревоги, но не знал, чем помочь в этой ситуации. Сейчас его гораздо больше заботило другое: как уберечь Бу Чань от отправки на фронт.
Честно говоря, если они оба окажутся на передовой, он не был уверен, что сможет защитить ее. Если уж столько практиков Тяньмэнь потерпели поражение, то что мог он один? Лучший выход – оставить ее в штабе. Тогда он сам, будь то битва или бегство, будет гораздо свободнее. С его магическим инструментом полета второго ранга высшего качества мало кто сможет его догнать.
Но проблема была в том, что если даже его мобилизовали, то как Бу Чань сможет избежать этой участи?
Размышляя об этом, Ван Ба в конце концов взял несколько кувшинов вина из черного кристального персика и отправился в Зал Кровавой Кости на поиски Бай Юя.
Однако, к его удивлению, Бай Юя там не оказалось.
— Ищешь дядю Бай? Его недавно перевели под начало старейшины Лу. Если хочешь найти почтенного старца, иди в «Зал Ганьдун»...
— Зал Ганьдун?
— Это вон там, по правую руку... — указал культиватор Пути Кровавой Кости.
Поблагодарив его, Ван Ба немного поколебался, но всё же направился к указанному месту.
Он с удивлением обнаружил, что это было то самое здание, где Лу Юаньхуа когда-то проверял их, мастеров по уходу за зверями. Всё тот же обветшалый дворец, но у входа теперь дежурило немало практиков стадии Закладки Фундамента.
Почти все они были из Тяньмэнь. Увидев Ван Ба – еретического практика той же стадии Закладки Фундамента – они невольно уставились на него. Но, почувствовав его намеренно скрытую, неброскую ауру, быстро потеряли интерес.
Ван Ба вежливо попросил стража-марионетку доложить о себе.
К его удивлению, ответ пришел быстро. Человек-марионетка произнес:
— Хозяин велит тебе войти.

Комментарии

Загрузка...