Один шел впереди, другой позади — так было лучше, не привлекая лишнего внимания.
Что же до происхождения собеседника, то любопытство мучило ее уже давно, и разница в несколько минут ничего бы не изменила.
Линь Юньянь вошла в лавку следом за Линь Сюнем.
Цзин Дабао дожидался их у лестницы. Узнав от Сюй Цзяня, кто к нему пожаловал, он жестом пригласил гостей наверх.
А затем он заметил, как Линь Юньянь нахмурилась.
Недовольство?
Цзин Дабао взглянул на свое круглое брюшко.
Неужели я загораживаю проход?
Впрочем, неудивительно. В таком узком месте его внушительная фигура занимала почти весь проем...
Мужикам-то что, потолкались, задели друг друга — ничего страшного, но ведь это принцесса. Даже в мужском платье она остается благородной девицей.
Цзин Дабао быстро сориентировался. Раз внизу места не хватает, он решил подняться первым и показать дорогу:
— Ступени довольно крутые, прошу, будьте осторожны.
Скрип.
Скрип.
Когда знатные гости поднялись наверх, Цзин Дабао взглянул на принцессу и увидел, что ее лицо стало еще мрачнее.
Неужели она не любит подниматься по лестницам?
Линь Юньянь потерла переносицу.
Сюй Цзянь совсем страх потерял.
Нога не сломана, ходить может, но неужели обязательно тащить человека на такую лестницу?
Чэнь Гуй говорил, что у лавки есть задний двор, а значит, должны быть и комнаты. Можно было назначить встречу на первом этаже, так нет же, решил заставить их карабкаться.
Зная Сюй Цзяня, она могла предположить, что это часть его проверки. Он хотел посмотреть, как она отреагирует на эту лестницу. Чем сильнее реакция, тем меньше шансов, что она просто случайно оказалась здесь.
Линь Юньянь догадывалась об этом, но на душе было скверно.
Лучше бы Сюй Цзянь был слепым котом, который случайно наткнулся на дохлую мышь, и все это вышло по чистой случайности.
Если же нет, то при первой возможности она отчитает его как следует. Разве можно так издеваться над больной ногой!
Цзин Дабао постучал в дверь.
Вскоре она отворилась. На пороге стоял молодой слуга.
Линь Сюнь, увидев его, заметно успокоился: Юньянь не обманула, сказав, что собеседник — человек младшего поколения.
Слуга отступил, пропуская их. Линь Сюнь вошел в кабинет, поднял глаза на человека у круглого стола, и слова племянник застряли у него в горле.
Молод? Да.
Младше по возрасту? Да.
Но ведь это герцог Чэн!
А он, Линь Сюнь, всего лишь младший брат графа!
Разве может он быть настолько бесстыдным, чтобы называть герцога племянником?
Линь Юньянь шагнула вперед, опустила взгляд и произнесла ровным тоном:
— Желаю герцогу доброго здравия.
Линь Сюнь тоже собирался поприветствовать его, но, услышав это, невольно покосился на ногу Сюй Цзяня.
Разве можно желать доброго здравия, приветствуя герцога, который едва стоит на ногах?
Как Юньянь могла допустить такую оплошность?
— Третий господин, принцесса, — Сюй Цзянь ответил на приветствие, — прошу, присаживайтесь.
Линь Сюнь был все еще озадачен, поэтому пропустил мимо ушей тот факт, что Сюй Цзянь узнал Линь Юньянь с первого взгляда. Вежливо кивнув, он сел.
Слуга подал чай.
Линь Юньянь он был хорошо знаком.
Его звали Цаньчэнь, он был одним из двух личных слуг, которых дед Сюй Цзяня выбрал для него еще в детстве. Они выросли вместе.
В прошлой жизни, когда Линь Юньянь не владела боевыми искусствами, а Сюй Цзянь не мог нормально передвигаться, если бы не защита Цаньчэня и Сюаньсу, они бы давно погибли.
К несчастью, в той паутине интриг им не удалось вырваться. Цаньчэнь и Сюаньсу погибли один за другим, а она и Сюй Цзянь сгорели в пожаре...
При этой мысли Линь Юньянь перевела взгляд на Сюй Цзяня.
Тот держался невозмутимо. По его лицу она не могла прочесть ровным счетом ничего.
Заметив ее пристальный взгляд, Сюй Цзянь приподнял бровь и ответил ей полуулыбкой.
Сердце Линь Юньянь дрогнуло от удивления.
В ее воспоминаниях Сюй Цзянь никогда не выглядел так.
За исключением тех случаев, когда он не мог договориться с семьей Лю, Сюй Цзянь всегда был сдержан и рассудителен.
Даже вдовствующая императрица говорила, что Сюй Цзянь обладает мудростью не по годам.
Легкомыслие, дерзость, своенравие — эти слова никогда не относились к нему.
Нынешний Сюй Цзянь казался ей чужим.
Сюй Цзянь не стал продолжать игру взглядами. Он отпил чаю и сразу перешел к делу:
— Раз уж поместье графа Чэнъи заинтересовано в деле с переулком Лаоши, у вас, должно быть, есть свои соображения?
Линь Сюнь начал:
— В поместье мы обсуждали, что этот переулок...
— Соображений нет, — перебила его Линь Юньянь. — Герцог, вы ведь изначально хотели выкупить весь переулок в одиночку? Раз вы так щедры, значит, у вас уже есть план, как получить прибыль. Мы лишь хотим откусить кусочек пирога. Основные вложения за вами, мы лишь дополнение, поэтому, естественно, последнее слово за вами. Не так ли, дядя?
Линь Сюнь поспешно кивнул:
— Именно так!
Он чуть было не забыл, что он здесь лишь сопровождение, а делами ведает Юньянь, нельзя лезть вперед нее.
Сюй Цзянь перевел взгляд с Линь Сюня на Линь Юньянь.
— Прибыль, говорите... — он усмехнулся, но в глазах не было веселья. — Не буду скрывать, покупая переулок Лаоши, я не думал о деньгах. Я ушел из военного ведомства, дел нет, вот и решил прикупить переулок от скуки. У меня нет недостатка в средствах, мне неважно, через сколько лет окупятся вложения, даже если прогорю — не беда. Ваше поместье тоже так планирует?
У Линь Сюня мурашки побежали по коже.
Раньше он не имел дел с Сюй Цзянем, слышал лишь слухи, но среди них не было ни слова о том, что тот ведет себя как повеса.
Неужели травма так изменила его характер?
Хотя, покупка земель и лавок — дело серьезное, не петушиные бои или азартные игры, где деньги улетают в трубу. Просто это совсем не соответствовало планам их поместья.
Впрочем, это лишь делало их предложение еще более ценным.
План готов, делами занимается Цзин Дабао, прибыль будет легкой — герцог не должен отказаться.
— Раз так... — Линь Юньянь сделала вид, что раздумывает, — раз вы решили встретиться с нами, значит, хотите завязать добрые отношения. Прошу прощения за наглость, но не могли бы вы, герцог, сделать доброе дело до конца и купить другой переулок?
После этих слов даже Линь Сюня прошиб холодный пот.
Это разве наглость? Это бесстыдство, с которым не сравнится даже городская стена.
Хорошо, что бабушки здесь нет, а то ее бы точно хватило бы удар.
Сегодня творится что-то странное: Сюй Цзянь совсем не похож на слухи, а Юньянь с самого порога говорит колкости, совсем не в своем духе.
Неужели дела ведутся именно так?
Хотя у него мало опыта, он не раз помогал брату, но такого подхода не видел никогда.
Герцог вряд ли будет доволен такой просьбой.
Сюй Цзянь откинулся на спинку стула:
— А если я не хочу менять планы?
— Тогда Чэнь Гуй обсудит с управляющим Цзином, как извлечь прибыль, — ответила Линь Юньянь с невозмутимым видом. — А вы можете просто оставаться в стороне и ни во что не вмешиваться.
Глава 17. Озарение
Ни во что не вмешиваться?
Занятное предложение.
Сюй Цзянь усмехнулся, но в глазах его по-прежнему не было тепла:
— Что же, даже не хотите, чтобы я выслушал ваши идеи?
Линь Юньянь сделала вид, что не заметила насмешки:
— Раз вам неважно, когда вернутся деньги, и вы не боитесь убытков, зачем вам лишние хлопоты?
Улыбка исчезла с лица Сюй Цзяня.
Линь Сюнь тяжело вздохнул. Он совершенно не понимал поведения Юньянь.
Если они купят переулок, герцог все равно узнает все от Цзин Дабао. Зачем скрывать? Лучше бы обсудили все прямо сейчас. Но Юньянь упрямится и только подливает масла в огонь.
Неужели у них с герцогом давний конфликт?
И она решила свести счеты?
Ай-яй-яй, как можно в делах о бизнесе думать о личной мести!
Линь Сюнь хотел было вмешаться, но Сюй Цзянь опередил его:
— Принцесса, — напомнил он, — я могу и вовсе не позволить вам участвовать в этом деле.
Линь Юньянь не испугалась. Она прямо посмотрела на него:
— Тогда мне останется лишь сообщить в управу, что управляющий Цзин работает на герцога, а герцог, купив переулок, не удосужился его укрепить, и если случится обвал...
Убить тысячу врагов, потеряв восемьсот?
Да как такое возможно.
Они просто обмениваются угрозами. Сюй Цзянь умеет, и она умеет.
Оба не подали виду, что эти слова их задели, а вот Линь Сюнь и Цзин Дабао были как на иголках, ничего не понимая.
Цзин Дабао даже взглядом спросил Цаньчэня, не стоит ли принести еще чаю или закусок, чтобы разрядить обстановку.
Цаньчэнь колебался.
Зная герцога, он понимал: если тот позвал людей из поместья графа, значит, уже решил сотрудничать. Даже если есть разногласия, их нужно решать мирно. Но сейчас оба — и герцог, и принцесса — напоминали людей с топорами, готовых разрубить все на куски.
Переговоры были пугающими!
Этого не должно быть. Они ведь раньше не были знакомы, откуда столько гнева?
Или же произошло что-то, о чем он не знает?
Может, спросить потом у Сюаньсу?
К счастью, Сюй Цзянь не стал продолжать махать топором. Он кивнул Цзин Дабао.
Тот понял и подошел к нему.
— В управу внесем деньги в пропорции шесть к четырем, — сказал Сюй Цзянь, обращаясь к Линь Юньянь. — Управляющий Цзин не сможет долго оставаться в столице, поэтому последующие ремонтные работы — с меня деньги, с вас люди. Прибыль делим так же: шесть к четырем. Если потребуется помощь в решении вопросов, просто скажите, иначе я действительно устранюсь от дел.
Условия были неплохими.
Линь Юньянь не стала торговаться:
— В управу мы отправим человека, которого там не знают.
Чэнь Гуй, заметив взгляд принцессы, поспешно добавил:
— Я позже представлю его управляющему Цзину. Герцог, будьте спокойны: хотя я не буду светиться в управе, дела будут сделаны в лучшем виде.
Когда дело было улажено, Цаньчэнь принес письменные принадлежности, и Цзин Дабао составил договор.
Сюй Цзянь, даже не глядя, поставил печать и пододвинул бумагу Линь Юньянь.
Она приняла документ, внимательно прочитала, дала ознакомиться Линь Сюню и тоже поставила печать.
Два экземпляра, каждый забрал свой.
Линь Сюнь наконец выдохнул.
Ранее он с Чэнь Гуем тщательно подсчитал расходы.
Деньги на покупку дома — основная часть, материалы и рабочая сила для ремонта тоже стоят немало. Денег, что были в распоряжении поместья, и капитала Чэнь Гуя вместе не хватало, поэтому пришлось бы задействовать приданое Юньцзин.
Теперь же большую часть расходов берет на себя герцог, и приданое Юньцзин трогать не придется.
Линь Юньянь тоже прокрутила в голове все счета.
Необходимость использовать приданое старшей сестры исчезла, что шло вразрез с ее планом.
Однако за эти дни, несколько раз поспорив с бабушкой, она была уверена, что сможет убедить ее отложить свадьбу.
Цаньчэнь подлил чаю.
Линь Сюнь смотрел на пар над чашкой и размышлял.
По обычаям делового мира после заключения сделки полагается отправиться в ресторан и хорошо поесть.
Но их сделка была тайной, и афишировать ее не стоило. Впрочем, могли бы найти тихое место, выпить чаю в знак согласия.
Только вот...
Он до смерти боялся Юньянь!
Если снова начнется словесная перепалка, герцог просто разорвет договор...
Лучше уйти.
Линь Сюнь, не допив чай, поднялся и попрощался.
Сюй Цзянь не стал их задерживать и позволил Цзин Дабао проводить гостей.
Цзин Дабао дошел с ними до лестницы и поклонился.
Линь Юньянь повернулась и вполголоса спросила:
— Управляющий Цзин, скоро сбор урожая, вам нужно вернуться в Юйхан до этого времени, верно?
— Да, в столице мне осталось пробыть всего несколько дней, — ответил он.
— Стоило герцогу лишь слово сказать, как вам пришлось проделать такой путь, это ведь так утомительно, — вздохнула Линь Юньянь.
— Что вы, что вы, — поспешно замахал руками Цзин Дабао.
Линь Юньянь улыбнулась уголками глаз и больше ничего не сказала.
Все, что ей нужно было узнать от Цзин Дабао, она узнала.
Карета ждала у лавки, кучер уже подставил ступеньку.
Линь Сюнь первым сел в карету и, видя, что Юньянь замешкалась, спросил сквозь занавеску:
— Ты что-то присмотрела? Если нравится — купи.
— Сейчас, — ответила Линь Юньянь и быстро подошла.
Перед тем как сесть в карету, она внезапно обернулась и посмотрела на приоткрытое окно второго этажа.
Отсюда было не разглядеть, что внутри, но она догадывалась, что Сюй Цзянь стоит там.
Если бы это был тот прежний, сдержанный Сюй Цзянь, он бы так не поступил. Но сегодня он был совсем другим, его дерзость была такой непривычной, и за этой непривычностью скрывалось нечто знакомое.
Сюй Цзянь оставался собой.
Он использовал свою странность, чтобы проверить ее реакцию, а значит, он наблюдал за каждым ее движением.
В конце концов, она сегодня тоже вела себя крайне необычно.
В ее памяти за все те годы количество случаев, когда она была с ним так нелюбезна, можно было пересчитать по пальцам одной руки.
За окном, как она и думала, Сюй Цзянь смотрел на улицу, опустив взгляд.
Заходящее солнце светило ему в лицо, он невольно прищурился, выражение лица было равнодушным.
Увидев, что карета медленно отъезжает, он повернулся и не спеша пошел прочь.
Внизу Цзин Дабао проводил гостей, перекинулся парой слов с лавочником и собрался подняться наверх.
Сделав несколько шагов, он вдруг увидел, что стало темнее, и невольно остановился, подняв голову.
У лестницы стоял человек, загораживая свет — это был Сюй Цзянь.
Увидев его, Цзин Дабао не стал подниматься, а отступил назад, уступая дорогу.
Сюй Цзянь шел медленно, его шаги по деревянной лестнице отдавались скрипом.
Слушая этот звук, приближающийся сверху вниз, Цзин Дабао вдруг осенило!
Глава 18. Слишком много забот
Принцесса не любит ходить по лестницам?
Принцесса не любит, когда герцог ходит по лестницам!
Цзин Дабао мысленно ударил себя по лбу: как же он сразу не понял!
Все знали, что у герцога травмирована нога.
Его просили беречь себя, но все это было лишь на словах.
Герцог — взрослый мужчина, он сам знает, может ли подняться по лестнице. Как вчера вечером: если он чувствовал себя плохо, то просто сидел во дворе.
Окружающие его мужчины сочувствовали травме, но не были столь внимательны.
Не то что принцесса.
Она так заботлива, что, едва увидев лестницу, сразу подумала о его ноге!
А теперь о герцоге. Он вызвал его в столицу ради бизнеса, Юйхан и столица находятся на разных концах страны — это показывает, насколько важно для него это дело.
Деньги подготовлены, в управе все улажено, оставалось только подписать бумаги.
И вдруг, стоило Чэнь Гую спросить, герцог тут же согласился поделиться прибылью.
Это же золотая жила! Не верьте его словам о том, что прибыль неважна, — Цзин Дабао уже слышал от него, как именно они будут вести дела.
Чем больше Цзин Дабао думал об этом, тем больше убеждался: между ними есть тайное согласие.
Если бы они были чужими людьми, смогли бы они договориться после такой словесной дуэли?
Он, Цзин Дабао, полжизни занимался торговлей в Цзяннани и никогда не видел ничего подобного!
Если посмотреть под этим углом, то все эти колкости и угрозы приобретают совсем иной смысл.
Сюй Цзянь не пошел через главный вход, а, как и пришел, свернул за занавеску к заднему двору.
— Герцог, — Цзин Дабао поспешил за ним, — эта принцесса Нинъань и правда любимица вдовствующей императрицы. Такая избалованная, неудивительно, что говорит так прямо, даже с вами не церемонится.
Сюй Цзянь покосился на него, но ничего не ответил, продолжая идти.
Цзин Дабао продолжил:
— И правда, особа благородная. Когда я пригласил ее наверх, она сразу помрачнела.
Тут Сюй Цзянь остановился и спросил:
— Она изменилась в лице, как только увидела лестницу?
— Да, — поспешно ответил Цзин Дабао, — сначала улыбалась, а как увидела лестницу — сразу помрачнела, а когда поднялась, стала еще более недовольной. По правде говоря, винить принцессу нельзя, лестница у нас и правда узкая...
Сюй Цзянь стоял, слушая его, и вспоминал, как Линь Юньянь вошла в кабинет. Он поднял брови и рассмеялся.
— Неудивительно, что она накинулась на меня, как только вошла, и пожелала доброго здравия, — сказал он, наклонился, сжал руку в кулак и слегка постучал по правой ноге, добавив шепотом: — Слишком много забот.
Цзин Дабао, обладавший острым слухом, все услышал.
Он крепко сжал губы, чтобы скрыть улыбку.
Во многих делах он был не так ловок, как молодой Сюй Цзянь, но в делах сердечных он знал толк.
Видите, одна проверка — и все стало ясно!
Всего пара слов, а настроение у герцога заметно улучшилось.
Цзин Дабао еще раз взглянул на него.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...