Это произошло ночью накануне начала нашей войны за Объединенное Королевство Ханазуо.
— Прошу прощения, что не представился сразу. Меня зовут Гилберт Батлер, я занимаю пост премьер-министра Фризии, — сказал я старику, вошедшему в гостиную. Я старался говорить бодрым тоном, на что мой собеседник ответил лишь усталым взглядом и коротким кивком.
В это самое время король Ланс выступал с речью перед началом войны. Время близилось к полуночи, а я сидел в гостиной чиненсианского дворца вместе с этим пожилым джентльменом в качестве моего гостя. Я жестом пригласил «лорда Ханму», как его называл принц Седрик, присесть. Мужчина бросил на меня подозрительный взгляд, но медленно опустил свое постаревшее тело в кресло напротив.
Я сразу перешел к делу.
— Приношу извинения за то, что позвал вас сюда так внезапно. Я случайно услышал, как вы упоминали, что владеете некой информацией. Не могли бы мы это обсудить? Разумеется, я не против, если это займет какое-то время. Если вас не затруднит...
— Что, ты и правда хочешь об этом послушать? — спросил он. — Нет уж, сначала ты расскажи мне, о чем шла речь. Что-то там о внезапных нападениях во Фризии...
«Мы должны восстать не как Объединенное Королевство Ханазуо, вместе с этими еретиками-чиненсианцами...»
«Мое королевство недавно пострадало от внезапных нападений, угроз в адрес наших горничных, злоумышленников в замке и прочих безрассудных действий...»
Я так и знал. Обмен репликами, который я услышал перед воротами дворца, снова пронесся у меня в голове. И хотя он так грубо меня перебил, я был больше удивлен тем, с какой готовностью он перешел к нужной мне теме. Должно быть, именно поэтому он вдруг так сильно захотел со мной поговорить.
— О чем именно вы говорите? — спросил я, уклоняясь от его вопроса.
— Не прикидывайся дураком! — огрызнулся он. — Какие еще внезапные нападения произошли во Фризии? Когда это было? Зачем вам оставлять свою страну в такое время только ради того, чтобы вмешиваться в войну на моей родине? Неужели такие большие страны, как ваша, просто обожают распри?!
Старик ткнул в меня дрожащим пальцем. После этой тирады его плечи сотрясались при каждом вдохе, пока он сверлил меня налитыми кровью глазами. Я расслабил лицо, улыбнулся и картинно пожал плечами. Потеряв терпение, старик ударил кулаками по столу.
— Вы спрашиваете, зачем? — произнес я. — Потому что наша страна не понесла никакого ущерба. В конце концов, преступники уже взяты под стражу.
— Они... они что?! — Его глаза расширились. Сжатые кулаки дрожали на столе.
— Мы до сих пор не знаем точно, кто они такие, но можем сказать, что это были лишь пешки. Когда дошла моя очередь разбираться с этими ничтожными шестерками, они оказались настолько слабыми, что я в итоге переломал им кости. Честно говоря, меня совершенно не интересуют битвы других стран, пока Фризия в безопасности. Я бы хотел поскорее вернуться домой и увидеть свою жену и ребенка. — Я вздохнул, устремив взгляд вдаль.
Старик несколько секунд сидел неподвижно и молча. Я снова перевел на него взгляд и нацепил на лицо приятную улыбку, чтобы сгладить ситуацию.
— Ах, прошу прощения. Пожалуйста, держите то, что я только что сказал, в секрете. Я полностью посвящу себя помощи Церсису, учитывая, что вы уже выплатили нам компенсацию.
— В таком случае, не хочешь ли получить небольшую надбавку? — Голос старика внезапно стал ниже. Налитые кровью глаза прищурились, внимательно следя за малейшими изменениями в моем поведении.
— Что вы имеете в виду? — Моя улыбка померкла. Я посмотрел прямо на лорда Ханму.
Морщины на его лице натянулись, когда он вульгарно ухмыльнулся.
— Что, если другая страна — скажем, Копеландия, к примеру, — набьет твои карманы за сотрудничество?
— Интересное предложение. Полагаю, всё зависит от того, что именно предлагается. Я посвятил всего себя своей родине, Фризии, и никогда не предам ее, какой бы ни была награда. Однако, возможно, удастся договориться о небольшой плате за то, чтобы пойти против какой-нибудь другой страны. В конце концов, взятка высокопоставленному чиновнику Фризии может многое решить.
Я сардонически ухмыльнулся, и старик осклабился еще шире, обнажив кривые зубы.
— В таком случае, как насчет сорока процентов полезных ископаемых Чинениса?
Чиненис был страной минералов. Они добывали крупные, высококачественные драгоценные камни, которые считались предметами роскоши во всем мире. Даже сейчас многие королевства стремились заполучить эти минералы и обращались к Чиненису в надежде на перспективный альянс. Церсис, с его золотыми жилами, находился в таком же положении. Старик предлагал мне сорок процентов от их доли драгоценных камней, что стоило больше, чем любой обычный человек мог бы потратить за всю свою жизнь. Этих денег хватило бы, чтобы оплатить расходы на проживание всех низших слоев населения Фризии — и еще бы осталось.
— Звучит весьма заманчиво, — сказал я ему. Открыто. Дружелюбно.
— Еще бы, — ответил лорд Ханму с удовлетворенным видом.
Я сделал вид, что тяжело сглотнул.
— Что конкретно мне нужно будет сделать?
Глаза лорда Ханму блеснули.
— Всё просто: делай то же, что и я. Докладывай всё, что знаешь о планах и действиях Фризии, в Копеландию. Я могу одолжить тебе одну из моих птиц для связи с ними. Поскольку ты премьер-министр, тебе будет несложно собирать информацию. Завтра же с самого утра я хочу, чтобы ты вывел всех фризийцев из этой страны до того, как начнется вторжение Копеландии. Сделай это, и все эти минералы — твои.
Он сопроводил свои приказы мерзким кудахтающим смехом. Если уж он предлагал мне такое щедрое вознаграждение за предательство, значит, его собственная доля была еще больше.
— Кому я должен докладывать? И вы уверены, что мне можно забрать сорок процентов? Что же останется остальным?
— Просто отправляй свои доносы с птицей. Она доставит информацию в Копеландию без задержек. И не беспокойся о том, чтобы с кем-то делиться своей долей. Над этим делом работаем только мы вдвоем.
Когда мои глаза в притворном шоке округлились, лорд Ханму радостно хмыкнул. Я решил надавить на него еще немного, пока он был в хорошем настроении.
— Если подумать, а что насчет принца Седрика? Он работает ради той же цели, что и мы?
— Не смеши меня! Принц Седрик будет править всем Церсисом, как только Чиненис будет уничтожен. Я хотел заручиться его помощью, но, похоже, вместо него у меня есть ты. Разве тебе не повезло? Как только всё закончится, мы посадим его на трон вместо этого глупца-короля. Это из-за него лорд Бертранд нашел свой конец, — проворчал лорд Ханму себе под нос, поэтому я похлопал его по спине, чтобы подбодрить.
— Я уверен, должно быть, вашему старому телу было очень тяжело делать всё это в одиночку, лорд Ханму. Но теперь у вас есть я. Скажите, чего вам уже удалось достичь?
— Чертовски верно, это было тяжело. Ни единая душа не разделяла моих высоких амбиций, а все остальные мои партнеры постарели и сыграли в ящик... Я записываю каждый шаг этого королевства и отсылаю письма каждый божий день. Я чуть не свалился с ног, когда услышал, что принц Седрик сбежал куда-то в карете. Я и подумать не мог, что он притащит за собой всю Фризию. После всего, что я сделал, мои отчеты и в подметки не годятся той информации, что поступает из Копеландии.
— О боже! Каждый божий день? Даже представить себе не могу. А сегодняшнее письмо вы уже написали? Я был бы рад написать его за вас, если потребуется.
— Конечно, буду признателен. У меня болят глаза от письма при лунном свете. Бремя, которое мне придется нести еще совсем недолго...
— Если это такое тяжкое бремя, как насчет того, чтобы я положил ему конец прямо сейчас?
Старик замер. На секунду мне показалось, что он вообще перестал дышать, но в конце концов он повернул голову и посмотрел на меня широко раскрытыми глазами. Я подарил ему самую искреннюю улыбку, проведя рукой по его спине и поднявшись к плечу.
— Вам крупно повезло, — сказал я. — Начиная с сегодняшнего дня вы будете сидеть в тюремной камере безо всяких обязанностей. Вы даже сможете провести остаток своей жизни в том же замке, что и ваш обожаемый принц Седрик.
— Как ты смеешь! — прорычал он. Он содрогнулся от моего прикосновения, его лицо побагровело от гнева. Старик потянулся дрожащими руками к моей шее, но я отбил их и заломил ему руку за спину.
Он вскрикнул от боли. Я немного ослабил хватку, затем поднялся со своего места, уперся коленом ему в позвоночник и пригвоздил к креслу.
— Благодарю вас за то, что поделились со мной такой увлекательной информацией, лорд Ханму. Теперь я понимаю, почему принц Седрик называет вас «старым ископаемым».
Хотя Объединенное Королевство Ханазуо теперь было единой страной, когда-то оно состояло из двух совершенно разных наций. Я слышал, что высокопоставленные чиновники обеих стран затаили глубокие обиды друг на друга, но никак не ожидал, что отголоски этих претензий живы и здоровы по сей день.
Какое счастье, что король Ланс и король Йохан так тесно связали королевские семьи. По крайней мере, в их случае я действительно не заметил никакой враждебности.
— Ну что ж, — произнес я. — Я услышал всё, что мне было нужно, так что остальное я оставлю солдатам Церсиса.
Они начнут с обыска в доме старика и перехвата всех птиц, которых он использовал для связи со своими источниками. Затем они сфабрикуют сегодняшний отчет. Поскольку нападение было назначено на раннее утро, людям придется трудиться всю ночь напролет над этой небольшой уловкой. И все же, сжатые сроки ставили нас в более безопасное положение. Старик, вероятно, был тем, кто доложил, что принц Седрик покинул страну, но он, очевидно, не осознал, что принц отправился во Фризию.
— Тебе плевать, что будет с твоей семьей?! — взревел старик.
Слегка опешив, я посмотрел вниз и увидел, что он резко дернул головой в сторону, чтобы свирепо взглянуть на меня снизу вверх.
— Что вы имеете в виду?
Я перенес вес своего тела на колено, удерживавшее его. Тело старика заскрипело и застонало. Он подавил вскрик.
— Это ты схватил наших копеландийских шпионов! Конечно же, мы отомстим! Помяни мое слово, расплата близка, даже если нам не удастся остановить подкрепления из Фризии!
Его голос становился прерывистым от боли, но я не ослабил давления на его запястье или спину. И всё же старик продолжал сыпать угрозами.
— Ты сказал, что у тебя есть жена и ребенок, не так ли?! Тогда именно они понесут наказание! Люди, посланные в твою страну, для Копеландии — просто расходный материал! Им некуда возвращаться в случае провала!
Понятно. Значит, они расходный материал. Действительно, во Фризии оставался еще один шпион, которого мы пока не поймали. Это означало, что остальные, скорее всего, не сбегут, поскольку знают, что на родине их ждет только смерть. Всё сходилось.
Я продолжал выкручивать старику руку, чувствуя хваткой каждый малейший хруст его костей.
— Клянусь, я отомщу твоей семье за то, что ты встал у меня на пути! — прорычал он. — Тебе, может, и позволят жить в целях безопасности, но это не продлится вечно! Отпусти меня! Если ты поклянешься мне в верности, я замолвлю за тебя словечко! Но если не сделаешь этого, к тому времени, как ты вернешься, твоего дома может уже не бы—
Хрусь.
— Аааааааа!
Агонизирующий крик пронзил гостиную, достаточно громкий, чтобы растревожить весь остальной замок. Я захлопнул ладонью его омерзительный рот.
— О боже, прошу прощения, — прошептал я ему на ухо. — Кажется, на этот раз я ее всё-таки сломал. Но если вы не успокоитесь, мне придется сломать и вторую.
Холодный пот покрыл кожу старика, пока он отчаянно пытался сопротивляться.
— Силы небесные, у вас и впрямь такой же менталитет, как у тех назойливых шпионов.
Я отпустил его повисшую плетью руку и медленно заломил вторую, пока он всё еще корчился от боли.
— Вы правда думаете, что я смягчусь из-за того, что вы упомянули мою семью? Как премьер-министр, который также управляет собственным домом, я готов и не к такому.
Я снова вдавил колено ему в спину. Теперь, став еще более беспомощным, чем прежде, старик вскрикнул. Он забился от боли, сполз с кресла и упал животом на пол. Я поставил ногу ему на спину.
— Может, вы и были брошены всеми, но я благословлен тем, что в моей жизни есть люди, которые спасут меня, — сказал я.
Медленно я перенес на него свой вес, чувствуя, как под моей ногой скрипят его ноющие кости.
— И тем не менее...
Я резко вывернул его запястье. Его дыхание стало прерывистым, и свежая испарина покрыла его тело.
— Вы продолжаете раз за разом упоминать мою семью. И именно это бесит меня больше всего.
Хрусь.
От простого выкручивания мужчина снова открыл рот, чтобы закричать — но на этот раз я был готов и быстро закрыл ему рот ладонью.
— Не волнуйтесь. Я всего лишь вывихнул сустав.
Я погладил его по спине, пока его дыхание становилось слабее. Отпустив его руку, я обошел его кругом, чтобы посмотреть на его лицо сверху вниз.
— Ну, вот и всё. Полагаю, мне следует позвать стражу. По крайней мере, именно это мне и хотелось бы сделать...
Старик больше не мог ничего сделать, только тяжело дышать. Я улыбнулся ему, присев на корточки, чтобы приблизить свое лицо к его. Он попытался отстраниться, и мне пришлось сдержать злобную ухмылку.
Как раз в этот момент я вспомнил слова, которые прошептал принцу Седрику, когда согласился увести старика.
«Пожалуйста, оставьте всех злодеев мне».
Именно я должен был разбираться с такими мерзавцами, как этот человек. Следование за принцем Седриком и принцессой Прайд принесло неожиданный улов: стоило мне забросить удочку, как я вытащил довольно крупную рыбу. Старик появился накануне войны, ведя себя крайне подозрительно. Мне также было немного любопытно узнать причину его требований к принцу Седрику присоединиться к нему и предать Чиненис.
— Я бы не хотел, чтобы вы поднимали шум, пока я веду вас в камеру.
Остальные забеспокоятся, если услышат, как он всю дорогу бормочет угрозы в адрес моей семьи. Принц Стайл, возможно, не обратил бы на это внимания, но принцесса Прайд, принцесса Тиара и сэр Артур наверняка бы расстроились. Это было последнее, что мне нужно. Я подумывал о том, чтобы вырвать старику последние зубы, чтобы свести его болтовню к минимуму, но это помешало бы нам получить от него какую-либо информацию в будущем.
Вместо этого я ударил его по шее, чтобы он потерял сознание. Удар не был смертельным, хотя поначалу я испугался, что свернул ему шею. Я позвал стражников, стоявших за дверью, велел им отвести старика в камеру и приказал доложить о случившемся королю Лансу.
Я смотрел, как они утаскивают его, а слова старика всё еще кололи мой разум.
«Тебе плевать, что будет с твоей семьей?!»
«Тогда именно они понесут наказание!»
«Клянусь, я отомщу твоей семье за то, что ты встал у меня на пути!»
В моем доме находился специалист по связи. Замок получил бы известие, если бы что-то случилось, и они до сих пор не связывались со мной ни по какому поводу, касающемуся моих близких. На данный момент они были в безопасности.
И всё же это было лишь временное успокоение. Если кто-то нападет на связиста, как бы немыслимо это ни было, замок никогда не узнает. Старик окажется прав — расплата обрушится на мою семью, а я даже не буду подозревать, что это вообще происходит.
Специалисты по связи могли использовать свои особые способности только для односторонней передачи. Я мог бы подойти к одному из них в этом дворце и попросить помощи, но это была бы односторонняя связь; мы не смогли бы получить информацию из Фризии в ответ, если только тамошний специалист не отправит что-нибудь на наши координаты. Пока я не мог увидеть свою жену своими глазами через трансляцию, не было никаких гарантий, что она в безопасности.
Мы также не могли сообщать посторонним о нашем местонахождении во время трехдневной поездки в Церсис, поэтому я получал сообщения только из замка. Как только мы прибыли в Церсис, я стал слишком занят, чтобы связываться со своей семьей.
Я мог бы вызвать связиста прямо сейчас, поручить ему связаться с моим домом и собственными глазами убедиться в безопасности моей семьи...
— Но прямо сейчас нам нужно обыскать дом этого старика, забрать одну из его почтовых птиц и отправить ее в Копеландию со сфабрикованным докладом. Ни на что другое нет времени.
Передо мной всё еще стояла гора задач, и вдобавок ко всему на рассвете начнется вторжение. Времени попросту не было. Все в замке, включая меня самого, носились как угорелые, готовясь к переброске войск. Мне нужно было сосредоточиться.
Всё в порядке. С ними стража и специалист по связи. Я уверен, они в безопасности.
Моя любовь могла принадлежать жене и дочери, но моя жизнь принадлежала королевской семье, а мое время — гражданам.
Клятвы, которые я дал четыре года назад, те самые, что я повторял снова и снова, выступили на первый план. Эти клятвы, эти приоритеты не изменятся. Я отдал свою жизнь и время королевской семье и своему народу. Я не мог использовать свою власть премьер-министра ради своей семьи, если только в этом не было абсолютной необходимости.
Я был непоколебим в своей решимости, готовясь придерживаться того пути, по которому поклялся идти.
— В атаааку! Город захватим позже! Сначала разрушим замок!
Захватчики яростно вопили, их глаза лихорадочно блестели, пока они размахивали оружием. Колонии Раджи — Копеландия, Алата и Раффлезиана — пытались вторгнуться в Объединенное Королевство Ханазуо.
В воздух поднялись клубы пыли. Стук копыт громыхал по земле, сливаясь с топотом тяжелых бронированных сапог. Мусор и пороховая гарь забивали всем глотки, служа мрачным напоминанием о смертоносности поля боя. Вонь крови и пота стояла ужасная, но ни у кого не было времени даже на то, чтобы просто зажать нос.
Оборонительная война за Объединенное Королевство Ханазуо началась с жестокой вражеской засады. Войска противника наступали не только по суше; они также плыли над полем боя на дирижаблях, сбрасывая бомбы прямо на линию фронта на севере. Именно там собрались фризийские рыцари, но взрывы уничтожили их оружие и истощили резервы. Все предполагали, что целью врага станет Чиненис, одна из половин Объединенного Королевства Ханазуо, но эта засада разрушила все планы. Таким образом, отправка большей части огневой мощи к границе Чинениса обернулась против них, стремительно породив волну беженцев, которые бежали из Чинениса, оставаясь совершенно беззащитными перед воздушным обстрелом врага.
Беженцы всё бежали и бежали, лишь чтобы оказаться там, что уже успело стать еще одним полем боя. У них не было иного выбора, кроме как укрыться под землей или в любом уцелевшем здании, где они могли лишь дрожать и молиться, чтобы убежище обеспечило хоть какую-то безопасность от этого хаоса. Оставалось лишь надеяться, что войска захватчиков не заметят их во время зачистки территории, иначе их постигнет та же участь, что и многие постройки вокруг.
— Убивайте всех, кто встанет на пути!
— Наступаем все вместе! Уничтожьте их всех!
Вражеские солдаты кричали один за другим. Прорываясь через ворота в Церсис, они не проявляли ни малейшего снисхождения к жизням укрывшихся там горожан. Беженцам некуда было бежать.
Вражеские войска роем хлынули через разбитые ворота. Только когда они добрались до деревни, фризийским рыцарям и солдатам Церсиса удалось остановить их продвижение. Однако из-за того, что ворота остались без защиты, обороняющиеся силы были почти сметены бесконечным потоком врагов, льющимся через границу. Подкрепления были спешно направлены к западной башне Чинениса, которую охраняли фризийские рыцари под командованием Прайд, и к восточной башне, охраняемой чиненсианской армией под командованием короля Ланса. Но этого всё равно было недостаточно. Солдаты из Алаты бесконечным потоком хлынули через ворота. Никто не мог их остановить.
По крайней мере, до этого момента.
БУУУУУУУМ!
Раздался ужасающий грохот, отбросивший врагов, пытавшихся пройти через ворота. Сразу после этого в воздух поднялся густой дым. Тем, кто уже успел прорваться, пришлось сбавить шаг и переоценить свою позицию.
Я смотрел, как солдаты замедляют шаг, проводя рукой по своим темно-синим волосам. За мной следовало несколько десятков рыцарей, но в лучшем случае мы были лишь крошечным отрядом. На самом деле мы просто охраняли большие запряженные лошадьми фургоны позади нас. Наш крошечный отряд, вероятно, не казался врагу серьезной угрозой. К тому же мы не были фризийскими рыцарями с особыми способностями. Эти рыцари подчинялись мне, Леону Адонису Коронарии из королевства Анемон.
— Врагов гораздо больше, чем я ожидал, — сказал я себе. — Раненых тоже. Интересно, вся ли армия Алаты явилась сюда для вторжения?
Наши враги стряхнули с себя оцепенение, остановившее их шаг, и двинулись на нас. Некоторые даже рванули к замку бегом, полагая, что пара десятков моих рыцарей не сможет их сдержать. Вместо того чтобы паниковать, я спокойно сунул руку под мундир и достал три небольших металлических предмета.
Ручные гранаты.
Выдернув чеки, я бросил их во вражеских солдат. На поле боя расцвели взрывы, за которыми последовали крики агонии. Горстка вражеских солдат попыталась сбежать, но мои рыцари быстро их сняли. Одна из гранат произвела лишь облако дыма, скрыв местность, чтобы запутать и измотать врага.
— Дальше вы не пройдете, — сказал я.
Моя безжалостная улыбка, должно быть, являла собой резкий контраст с моими довольно женственными чертами лица и нефритово-зелеными глазами. Будучи первым принцем Анемона, я вообще не должен был здесь находиться, и всё же я прибыл с подкреплением для Прайд и её фризийских рыцарей. Для вражеских солдат, привыкших выкрикивать приказы в пылу битвы, спокойный и собранный принц был, безусловно, неожиданным зрелищем.
Я элегантно зашагал к вражеским солдатам, остановившись в центре разбитых ворот. Мои рыцари выстроились позади меня, образуя внушительный барьер. Мы не могли перекрыть всё это пространство в одиночку; враг всё еще мог попытаться обойти нас с флангов. И всё же они колебались, явно обеспокоенные тем необъяснимым взрывом, который мы устроили ранее.
— Всем подразделениям: окружить меня, — сказал я достаточно тихо, чтобы услышали только анемонские рыцари.
Рыцари рассредоточились, взяв в кольцо меня и наши фургоны. Они развернули свое оружие во все стороны, выглядя со стороны как один гигантский колючий цветок.
Лязг, лязг.
Странный металлический звук заставлял вражеских солдат хлопать глазами и недоумевать, явно озадаченных нашими намерениями. Мы могли бы попытаться открыть по ним огонь из обычных ружей, но опять же, нас было так мало, что это вряд ли имело бы значение. Они стояли на месте и наблюдали за нами, зная, что у них численное преимущество. Но даже так, когда я поднял небольшой металлический предмет, они попятились. Ружья могли выпустить пару пуль, но взрывчатка, принцип действия которой они не понимали, пугала куда больше.
Я не стал сразу тянуться к чеке. Вместо этого я сделал паузу, жестом свободной руки приказав рыцарям рассредоточиться еще шире. Я сузил глаза, решительно глядя на врага.
— Шаг первый: уничтожить вражеские силы у границы Церсиса. Начать.
Бах, бах, бах, бах, бах, бах, бах, бах, бах, бах, бах, бах, бах!
Воздух разорвали выстрелы. Всего за несколько секунд десятки, если не сотни пуль полетели во вражеские войска, не оставив им времени на реакцию. Люди и лошади падали на землю, изрешеченные снарядами.
Следующие в строю солдаты неверяще вскрикивали, глядя на оружие в наших руках.
— Что только что произошло?!
— Это невозможно!
Обычное ружье могло выстрелить лишь одной пулей за раз и на ограниченное расстояние. Однако оружие, которым мы владели, только что произвело серию выстрелов одновременно, с большей силой и на большую дистанцию, чем кто-либо когда-либо видел. И как раз тогда, когда казалось, что у нас закончились патроны, мы повернулись, сохраняя круговое построение, и ввели в дело следующий круг пулеметов.
Я был уверен, что они никогда не слышали об этом оружии, и уж точно не могли понять, как оно работает. Королевство Анемон было единственным местом на всем континенте, знакомым с этими пушками. Анемон получил это ультрасовременное вооружение — как пулеметы, так и гранаты — благодаря нашим торговым соглашениям со странами со всего мира.
В мгновение ока мы зачистили границу Церсиса от вражеских войск. Став свидетелями этой бойни, выжившие вражеские солдаты нервно сглотнули, собираясь бежать в свою цитадель. Но те, кто находился позади них, всё еще маршировали вперед, ни о чем не подозревая, и кричали своим собратьям продолжать наступление.
В меня полетела пуля, и я небрежно отклонил голову в сторону, с легкостью увернувшись. Мне даже не нужно было смотреть на источник — хотя он почти промахнулся, выстрел стрелка выдал его местоположение. Как лидер своего отряда, я знал, что стану мишенью. Я приказал своим рыцарям уничтожить виновника и всех вокруг него, что они стремительно и выполнили.
— Приступаем к шагу номер два: развертывание.
По моему сигналу рыцари вокруг фургонов начали выгружать несколько десятков дискообразных металлических предметов. Первым делом я взял один для себя, что-то настроил на диске, а затем пустил его скользить по земле между ног окружавших меня рыцарей. Он не взорвался сразу, как другие, более мелкие бомбы. Он просто доскользил до вражеских солдат, прежде чем опрокинуться. Они явно решили, что это просто кусок металлолома; один даже попытался пнуть его ногой. В тот момент, когда он это сделал, глубокий грохот сотряс воздух и разорвал землю там, где стоял мужчина.
У этого взрыва не было такого большого радиуса, как у ручной гранаты, но он обладал большей пробивной силой. Все в зоне поражения издали панические вопли.
— Интересно, хоть кто-нибудь из них понимает, от чего это взрывается? — пробормотал я себе под нос.
Я снова подал сигнал. На этот раз рыцари, стоявшие за пулеметчиками, достали еще «наземных мин» и начали швырять их за ворота. Наземные мины скользили по земле, в конце концов переворачиваясь перед солдатами или между их ног. В мгновение ока десятки взрывных устройств окружили врага. Не понимая, как они детонируют, безопасно ли их трогать или когда они могут взорваться, люди начали отступать от линии границы.
— Стоять наготове и перехватывать. Я скоро вернусь.
С этими приказами я вскинул крупное оружие. Я вышел за кольцо вооруженных пулеметами рыцарей, защищавших меня, держа одну руку на мече у бедра, а другой поддерживая оружие, покоившееся на моем левом плече. Мои люди просили меня быть осторожнее, но я лишь одарил их очаровательной улыбкой и двинулся дальше, за ворота Церсиса. Некоторые из вражеских солдат попятились от наземных мин. Я прошел прямо мимо них, перешагивая через взрывчатку. Они не знали, что на мины нужно наступить, чтобы они сработали, а я знал, и беспечно петлял между ними.
Мое мягкое выражение лица и непринужденная походка, казалось, еще больше сбили врага с толку. Я стоял на линии огня своих собственных рыцарей, а также в пределах досягаемости моих врагов. Если они нападут, мои рыцари не смогут меня защитить — я полагал, они предпочли бы, чтобы их принца не изрешетили пулями.
Тем не менее ни один из вражеских солдат не остановил меня. Мои уверенные шаги, таинственная взрывчатка у всех под ногами и металлический предмет на моем плече заставляли их колебаться. Они сглатывали в предвкушении, явно ломая голову над тем, как бы меня убить. Но всё было тщетно.
— Проклятье!
Один из солдат высоко занес меч, взбешенный моим невозмутимым присутствием среди его собратьев. За мгновение до того, как он успел бы вонзить свой клинок в открытую плоть, не защищенную моими доспехами, я выхватил свой меч и принял удар на него.
Лязг!
Металл столкнулся с металлом, когда я молниеносно заблокировал атаку врага. Затем я вывернул клинок, чтобы освободиться, и вонзил острие во вражескую руку. Его крик боли разорвал воздух.
— Хороший выбор — взяться за клинок, — сказал я. — На таком расстоянии ты бы попал в своих товарищей, если бы выстрелил из ружья.
Все остальные солдаты обнажили свои клинки с громким звоном — а затем разом бросились на меня.
— Ого! — от неожиданности я поперхнулся, увидев этот яростный натиск, но ловко увернулся от их первых атак. Я отражал последующие удары своим мечом, отбивая лезвия, прежде чем резать их по плечам и рукам... и всё это находясь в самой гуще солдат.
— Железное правило королевской семьи, — сказал я. — Короли или те, кому суждено ими стать, никогда не должны пачкать руки кровью.
Даже говоря это, я уклонялся от летящих в меня со всех сторон мечей и наносил контрудары. Затем я продолжил, оставаясь абсолютно спокойным.
— Человек, отбирающий жизнь из злобы или ради личной выгоды, никогда не сможет вести за собой свой народ. Вне официальной казни такой поступок осквернил бы его руки. Это вполне естественно.
Я двигался вперед, всё это время проворно уклоняясь от атак. Иногда я манипулировал врагами так, чтобы они промахивались мимо меня и вместо этого били друг друга.
— Однако есть одно исключение... Причина, по которой будущий король может испачкать руки в крови, не связанная со смертным приговором.
Как раз в тот момент, когда солдат высоко занес меч, я пригнулся. Клинок со свистом рассек воздух и вместо меня пронзил другого солдата. Оставаясь на корточках, я заметил наземную мину и пнул устройство — ударив по безопасному месту, заметьте — в сторону солдат позади меня. Она детонировала в то же мгновение, когда один из них наступил на нее, осыпав меня дождем из частиц пыли.
— Бывают кризисные моменты, когда мы должны защищать своих собратьев королевской крови или самих себя. Но это еще не всё...
Как только я вновь обрел равновесие, один особенно крупный солдат замахнулся на меня своим двуручным мечом, выбив клинок из моей руки. Как раз в тот момент, когда враги начали обступать меня, готовые прикончить раз и навсегда... я выхватил спрятанный пистолет другой рукой, направив его прямо между бровей этого здоровяка.
— В военное время мы также должны рисковать своими жизнями, чтобы принести честь нашей стране. Ради этого я с радостью запачкаю руки.
Бах! Звук выстрела поставил точку в моем холодном заявлении.
Мужчина передо мной рухнул, из его головы хлынула кровь, а я спокойно подобрал свой меч. Наклонившись вперед, я сорвался на бег. На бегу я взмахивал мечом, целясь в зазоры солдатских доспехов. Один не успевал даже закончить кричать, как я выдергивал клинок и вонзал его в следующего. Мой рывок уводил меня всё дальше от рыцарей, оставшихся у ворот Церсиса; это означало, что солдаты позади меня отрезали путь к отступлению.
Оказавшись в ловушке посреди врагов, я улыбнулся про себя — приятно, безмолвно. Вражеские солдаты снова подняли мечи, но я вложил свой клинок в ножны.
— Простите, но я просто не могу отдать вам свою жизнь.
Я видел, как они гадают, не было ли это какой-то формой сдачи, но у меня всё еще оставался пистолет. Я выпустил серию выстрелов, поражая солдат в головы. Они даже не успевали отреагировать, как падали на землю. Когда у меня закончились патроны, я отшвырнул пистолет в сторону у всех на виду. Вражеские войска осклабились, очевидно, поверив, что я теперь по-настоящему безоружен.
— Видите ли, каждая частичка меня принадлежит моему любимому Анемону.
Я распахнул свое синее пальто, открывая сверкающие доспехи... и ошеломляющий арсенал оружия. Я достал один из двух массивных пулеметов, которые хранил под пальто, и одним быстрым движением снял его с предохранителя. Отступать от меня будет некуда.
Мой компактный пистолет-пулемет ожил.
Бах, бах, бах, бах, бах, бах, бах, бах, бах, бах, бах, бах, бах!
Я крутанулся на месте, выкашивая вражеских солдат. Те, кто не был поражен сразу, вопили и разворачивались, чтобы сбежать. Некоторые в отчаянии наступали на наземные мины, вызывая вторичные атаки из-под ног.
С пулеметом в руках я возобновил свой марш. Вокруг меня больше ничто не шевелилось, и ни один человек или клинок не встал на моем пути. Убедившись, что я в безопасности, я перешел на бег в сторону границы Церсиса.
— Эта штуковина довольно маленькая. На самом деле она не пробивает броню.
Я озорно улыбнулся. Ей и не нужно было пробивать броню теперь, когда враг получил наглядную демонстрацию. Наверняка они бросятся бежать при одном только виде наших пулеметов. Неважно, что моя уменьшенная модель была далеко не такой мощной, как те большие, которые таскали мои рыцари. Психологический урон уже был нанесен.
Пробираясь сквозь толпу солдат, я заметил за пределами Церсиса флаг, который, вероятно, обозначал штаб-квартиру Алаты. Снаружи ожидала длинная шеренга войск; они, должно быть, всё это время стояли в резерве, посылая свои когорты в атаку. Они сидели на своих лошадях с обнаженным оружием, свирепо глядя на меня издалека. Эти солдаты не были глупцами. Как только их вторжение застопорилось, оставшиеся солдаты отступили достаточно далеко, чтобы перегруппироваться и подготовиться. Моего маленького пулемета в одиночку могло и не хватить, чтобы прорваться через такую большую группу, но я сохранял спокойствие и просчитывал расстояние между собой и их базой: около 500 метров.
Солдаты из Алаты прицелились из ружей и натянули тетивы, готовые открыть огонь по приказу командира, но я знал, что кажусь им аномалией. Уж точно потребуется больше, чем один человек, чтобы прорваться через их наступающие силы.
Я плавным движением вернул оружие под пальто, заменив его на небольшой предмет, напоминающий ручную гранату. Я выдернул чеку и бросил его врагам броском снизу. Он упал далеко от 500-метровой цели, разорвавшись между мной и войсками. Но дым, который он произвел, обеспечил мне идеальное укрытие.
Враги заметались в дыму, пытаясь понять, неминуем ли взрыв, а я схватился за оружие, которое всё это время балансировало на моем плече.
За вдвое меньшее время, чем потребовалось бы любому нормальному человеку, я произвел все необходимые настройки, чтобы подготовить его к стрельбе. В тот момент, когда дым начал рассеиваться, я прицелился. Их командир заметил, что я держу в руках, и с ревом приказал им стрелять, но было уже слишком поздно.
Я выстрелил из своей «базуки» прямо по вражескому штабу. Массивный снаряд по дуге пролетел по воздуху, взорвавшись прямо на базе позади войск.
БА-БААААААААААААХ!
Враги развернулись, в ужасе наблюдая, как рушится их база; они даже не вспомнили о том, чтобы открыть ответный огонь по мне. Их штаб превратился в груду обломков и пламени. К тому времени, как они снова повернулись ко мне, я уже производил второй выстрел. На этот раз снаряд взмыл в воздух и обрушился прямо на них.
Десятисантиметровая стальная плита рухнула на землю, обрушив всю свою разрушительную мощь на легкобронированные войска.
Из всех благородных господ в этом мире я всегда чувствовал, что у меня было особенно израненное сердце. Я не ненавидел изучать такие вещи, как манеры, этикет, фехтование и боевые искусства. На самом деле мне это нравилось. Я должен был стать идеальным принцем.
Но однажды это будущее разрушилось.
Вместо того чтобы сдаться, я укрепил торговлю своего королевства. Я имел дело со многими видами оружия через импорт и экспорт, и изучил всевозможные сложные техники прицеливания и обращения с ним. Любой мог бы научиться владеть этими устройствами при должной тренировке, но я вложил значительное количество времени именно в пулеметы. Несколько десятков рыцарей, сопровождавших меня в этот день, также были опытными пулеметчиками.
Обманчиво простой внешний вид оружия скрывал множество сложностей, включая его природу; то, как обращаться с ним до, во время и после использования; его слабые стороны; его преимущества; и его практическое применение. Дилетант понятия не имел бы, как максимизировать функциональность пулемета. Кроме того, в чужих землях использовалось совершенно разное оружие, новые разновидности постоянно появлялись, а старые выходили из употребления.
Был только один человек, который понимал досконально каждую из сотен единиц оружия в своей собственной стране — это был я, принц торговой нации Анемон.
Выполнение функций торгового центра означало, что мы постоянно сталкивались с ультрасовременным оружием. К тому времени, когда мы экспортировали его, мы уже многое узнавали о специфике применения каждого экземпляра. Это давало возможность тестировать новое вооружение, чтобы мы могли определить, какие продукты покупатели желали больше всего.
Обычно этот процесс занимал довольно много времени — но у меня был к этому такой талант, что я мог овладеть оружием всего после нескольких применений.
Хотя для кого-то мы, возможно, были просто союзниками Фризии, Анемон достиг выдающихся военных знаний и мощи среди всех стран на этом континенте... и теперь пришло время это продемонстрировать. Как идеальный наследный принц, я сделаю это своими собственными руками.
— Ну, хорошо. Похоже, у меня еще остались заряды.
Я поднял базуку на плечо, стоя перед уничтоженной вражеской базой и их поредевшими рядами — все они были сметены одним-единственным оружием. Я склонил голову и одарил их своей самой пленительной улыбкой.
— Не желаете ли еще раз воочию убедиться в мощи моей возлюбленной родины?
Искренняя улыбка коснулась моих глаз, когда лица стоящих передо мной врагов исказила мертвенная бледность.
— Сейчас наш шанс! Всем отрядам, на штурм замка!
— Схватить короля Йохана! Доложить, как только он будет взят под стражу!
— Не убивать! Просто обезвредить!
В южных регионах Чинениса и Церсиса начались внезапные атаки. Даже Гилберт, премьер-министр Фризии, не предвидел этого внезапного штурма. Нам пришлось переключить внимание с северной линии фронта, где фризийские рыцари сражались с войсками Копеландии и Раффлезианы, на южные цитадели Церсиса и Чинениса. В данный момент оба замка подвергались тяжелой бомбардировке.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...