Пока господин Фестин вел приятную беседу с главой семьи Мелюзин, другие великие кланы, способные повлиять на политический расклад Столицы Демонов, также приступили к решительным действиям.
Среди них были и те демоны, что любили ловить рыбу в мутной воде. Хватало и семей, желавших отхватить свой кусок пирога от замка Черного Ветра и грядущего передела индустрии магических кристальных пушек. Эту лакомую добычу, на которую аристократы первого эшелона даже не смотрели, семьи второго и третьего звена вожделели уже очень давно. Стоило бы лорду замка Черного Ветра проявить хоть каплю слабости, и они бы уже давно набросились на него всей сворой.
Однако недавняя смена политического ветра заставила их засомневаться. Громкий отпор, который Ло Янь дал на слушаниях, вызвал подозрения, что семья Падрич уже тайно выбрала сторону, иначе было крайне сложно объяснить, откуда у этого парня взялось столько уверенности.
Вслед за этим вышло интервью Ло Яня в «Вестнике Бездны», а затем Министерство Истины объявило о начале расследования сокрушительного поражения в Порту Сальдо. Эта череда новостей невольно пробудила в умах аристократов давние воспоминания.
События прошлого года. Тогда, кажется, всё начиналось так же — «Ежедневный вестник Столицы Демонов» опубликовал репортаж о Вратах Хаоса.
Казалось, это была первая политическая игра между Владыкой Демонов из округа Грома и семьей Драгон, некогда контролировавшей местный лабиринт. Итогом того противостояния стало сокрушительное поражение последних. Хотя в тот раз в открытую действовал лишь Сино, младший сын семьи Драгон, любой мог разглядеть за этим конфликтом тень самого Каму Драгона, главы семьи.
На этот раз Каму вышел из тени на авансцену. И пусть его силы многократно превосходили возможности Владыки Демонов округа Грома, кто мог дать гарантию, что теперь финал окажется иным?
В тот раз многие потеряли деньги на ставках на арене. Но если тогда это была лишь легкая игра на интерес, то сейчас ставки возросли многократно. Лучше было выждать...
И пока над Столицей Демонов сгущались зловещие политические тучи, в замке Черного Ветра, оказавшемся в самом центре этой воронки, царили мир и покой. Местные гоблины-чернорабочие и адские дворфы-ремесленники словно вообще не замечали бушующего наверху противостояния.
Более того. Их жизнь даже изменилась к лучшему.
С учреждением общинного комитета кровопролитные драки между гоблинами стали редкостью, а смертность вне рабочих смен упала до смешных показателей. Кроме того, наконец-то починили бесхозные водяные насосы, укрепили шатающиеся лестницы и прочистили вечно забивающуюся вентиляцию. Даже выгребные ямы теперь регулярно убирали.
Сглаживающий углы подход Сника не слишком нравился гоблинам, но оказался весьма эффективным. Пытался ли он доказать свою полезность, или же упивался собственной новообретенной властью, а может, и то и другое, — в любом случае, он действительно решил множество насущных проблем.
А с наведением порядка в гоблинской общине, проблемы замка Черного Ветра сократились как минимум вдвое. В конце концов, до того как Ло Янь обратил внимание на эти земли, львиная доля неприятностей возникала именно из-за нечистоплотности гоблинов и их патологической тяги к мелким кражам.
Оставшаяся же половина бед крылась в пристрастии адских дворфов к выпивке. Напиваясь до беспамятства, они творили несусветные глупости: либо калечили себя, либо убивали случайно подвернувшихся под руку гоблинов...
Однако с введением накопительного налога на алкогольные напитки эта проблема была эффективно решена. Учитывая лужёные глотки адских дворфов, они могли упиться слабым алкоголем до разрыва желудка, но так и не захмелеть. А что касалось крепкого спиртного — теперь они становились банкротами быстрее, чем успевали напиться.
...
Опустилась ночь. Огромные столбы магических кристальных ламп над замком Черного Ветра медленно погасли, и им на смену зажглись тусклые уличные фонари. В переулках переплетались тени и сырость, погружая город в иллюзорную дымку.
В это самое время в таверне «Кубок Ада» царило небывалое оживление. Только что отработавшие смену на фабрике адские дворфы и гоблины единым потоком хлынули внутрь, заполняя тесное помещение гвалтом и тошнотворным запахом кислого пота.
Это заведение славилось дешевизной и огромными порциями, став идеальным местом для чернорабочих замка Черного Ветра, желающих скоротать долгую ночь. Стук деревянных кружек не смолкал ни на секунду, сливаясь с грубым хохотом и пьяными песнями в уникальную симфонию подземного мира.
Однако в самом дальнем углу таверны сидел хмурый адский дворф. Втянув голову в плечи, он обхватил обеими руками кружку с мутным пивом и обиженно бормотал себе под нос:
— Это же, мать вашу, лошадиная моча, да?
Барук глухо выругался и с силой стукнул кружкой по столу. Хлопья грязной пены разлетелись в стороны.
Гоблин-бармен, стоявший за стойкой, покосился на него и, продолжая натирать стакан, усмехнулся:
— У нас тут есть и не лошадиная моча. Один бокал «Боевого клича Драгона» заставит тебя забыть обо всех печалях. Не желаешь? Или, может, налить «Его Величество Владыку Демонов»?
«Владыка Демонов...» Барук словно разжевал это имя на языке. Его лицо потемнело, и он раздраженно бросил:
— Обойдусь! Не по карману!
Одно лишь упоминание Владыки Демонов приводило его в бешенство! Раньше ему не нужны были все эти вычурные коктейли — пары кружек крепкого картофельного шнапса хватало, чтобы смыть усталость и горести тяжелого дня. А теперь? Теперь ему приходилось бегать в нужник по десять раз за ночь, просто чтобы выссать всю эту проклятую воду.
— А... я тебя узнал, — глаза бармена лукаво блеснули, когда он разглядел в полумраке лицо Барука, и он ехидно оскалился. — Ты тот самый придурок, который на собрании у лорда горланил про субсидии на пиво, за что стража и вышвырнула тебя за дверь... Сам же напросился, разве нет?
— Заткнись!
Не оценивший шутки Барук так свирепо зыркнул на гоблина, что тот моментально прикусил язык.
Тот случай стал позором всей его жизни. Из-за этого происшествия ему пришлось переехать на окраину гоблинской общины... Остальные адские дворфы устроили ему бойкот, обвинив в том, что он разгневал лорда и чуть не лишил их выпивки. Что за бред? Можно подумать, это он ввел тот дурацкий налог на алкоголь. Неужели эти идиоты всерьез верили, что если бы он тогда промолчал, лорд проявил бы к ним милосердие?
Позже до Барука дошло: позвав его, разившего перегаром, на собрание, лорд с самого начала не замышлял ничего хорошего. Это был спланированный «грабеж среди бела дня»! А сам Барук послужил лишь удобным козлом отпущения, которого Владыка Демонов бросил на растерзание толпе...
Справедливости ради, вынужденная трезвость и впрямь прочищала мозги. Раньше Барук никогда не задумывался о подобных вещах, а теперь раскладывал все по полочкам. Однако порой трезвость приносила невыносимые страдания, особенно когда приходилось сидеть в окружении пьянчуг.
Неподалеку возбужденно гомонили несколько гоблинов-чернорабочих. Сверкая голыми руками и размахивая крошечными кулачками, они обсуждали свежий выпуск «Вестника Бездны», превознося до небес Владыку Демонов, подарившего надежду низшим слоям общества.
— Вы слышали? Вчера Владыка Демонов инспектировал фабрику и лично беседовал с рабочими!
— Знаю, я как раз из того цеха! Хнык... Он не только пожал мне руку, но и велел соблюдать технику безопасности!
— Какой святой господин... Вот бы он оказался гоблином.
— Пф, это еще цветочки! Вы читали прошлый выпуск? На слушаниях он прямо в лицо разнес бюрократов из Министерства войны и Министерства тыла! Заявил, что добьется справедливости для восьмидесяти тысяч солдат, павших в Порту Сальдо!
— Справедливость... Подумать только, у нас в Преисподней завелась такая диковинка!
— А звучит круто... Хоть он и человек, я уже почти молюсь на него!
— Эй, не скажи! Человек-то человек, но, по-моему, он милосерднее даже самых жирных гоблинских вождей! Говорят, в округе Грома, на его личной территории, он поселил гоблинов прямо в эльфийском лесу!
На этих словах болтун вскочил на стол. Глаза окружающих гоблинов плотоядно заблестели, а с губ закапала слюна. Всем было известно, что гоблины — существа всеядные. И хотя идеалом красоты для них оставались самки их собственного вида, другие расы тоже имели свои прелести. Особенно эльфы с их острыми ушами — они казались куда аппетитнее короткоухих людей.
— Похоже, слухи о гнобларах не врут...
— Я слышал, они там плавают брассом в амбарах и принимают ванны из пива!
— Га-га-га... Жить вместе с эльфийками... Хе-хе-хе... Наш папочка-Владыка отлично понимает наши вкусы!
Барук, сидевший поодаль, слушал этот бред и закатывал глаза. В грязных ртах этих ублюдков безобидное слово «поселил» прозвучало так, словно им уже позволили всунуть. К тому же речь шла об огромном лесе. Если следовать их логике, то как тогда назвать его проживание на границе гоблинской общины? Что он каждый день отсасывает гоблинам?
Порой эмоции неподвластны голосу разума, в особенности если этот разум принадлежит измученному алкогольным голоданием адскому дворфу. Слыша, как гоблины несут все более несусветную чушь, он не выдержал, презрительно фыркнул и ехидно бросил:
— Ну и сборище идиотов... Что хорошего может быть во Владыке Демонов? Сами же произносите — Демонов! Вы всерьез вообразили его своим папочкой? Умудриться так нажраться лошадиной мочой — мое вам почтение, убогие.
Стоило ему открыть рот, как десятки пар глаз мгновенно уставились на него.
— Чо ты там вякнул, ублюдок?
Гоблин спрыгнул со стола и угрожающе двинулся к Баруку.
Поначалу Барук лишь презрительно усмехнулся, не придав этому значения. Но когда к нему начали стягиваться и сидевшие рядом адские дворфы, он не на шутку напрягся.
— Ты сомневаешься в нашем Владыке Демонов? — прищурился адский дворф с бородой до пояса. Злобно смерив Барука взглядом, он продолжил, потрясая растительностью на лице: — Я вылез из горы трупов на передовой, и ни одна тварь не заступилась за меня! Откупились жалкими грошами на пару бочек пойла! И вот сегодня, когда впервые нашелся кто-то, кто сказал слово в защиту таких работяг, как мы, ты смеешь называть его дерьмом? Так позволь спросить, кусок ты дерьма, а сам-то ты кто такой?
Лицо Барука слегка вытянулось, былая спесь мгновенно улетучилась, и он пробормотал:
— Я... я не то имел в виду. Я вообще не про передовую говорил.
Длиннобородый дворф оскалился. Шрамы и морщины у его глаз скомкались в единую массу, придав лицу пугающее выражение.
— Дела Владыки Демонов — это мои дела. Ляпнешь еще хоть одно слово не подумав, и я начну общаться с тобой кулаками.
Барук позеленел от злости. Он же не бесхребетный гоблин, чтобы глотать подобные оскорбления!
— А вот и вякну, и че ты мне сделаешь?!
Кровь ударила ему в голову. Барук ударил по столу, вскочил на ноги и едва не ткнулся носом в лицо оппонента.
— Я горбачусь здесь ради выпивки! Если однажды я упьюсь до смерти, значит, такова моя воля! Из-за этого урода мне теперь не по карману даже глоток спиртного, так что, я теперь и пожаловаться не имею права?!
Длиннобородый слегка опешил, и впрямь подавленный его напором. Справедливости ради, этот чертов прогрессивный налог на алкоголь бил по карману всем без исключения, даже если слова Владыки на слушаниях пришлись им по душе. Но стоило агрессии дворфа пойти на спад, как их плотным кольцом обступила толпа гоблинов.
— Твою мать! Я не позволю тебе так отзываться о моем Владыке!
— Тупой кусок дерьма! Если бы вы, пьянчуги, не срывали работу, Владыка Демонов ни за что бы не ввел этот налог! Думаешь, ему нужны деньги? Да если бы дело было в деньгах, он бы просто взвинтил цены на все пойло в два раза!
Барук вытаращил глаза.
— А я когда-нибудь говорил, что ему нужны деньги?!
Почему эти кретины вообще его не слушают? Сначала приплели передовую, теперь деньги... Да ему принадлежит весь замок Черного Ветра, зачем ему наживаться на выпивке?
Но против толпы не попрешь. Тут спасовал бы даже Огненный демон ранга Серебра, не говоря уже о простом адском дворфе без капли сверхъестественной силы. Гоблины галдели наперебой, и Барук мгновенно захлебнулся в море их ядовитой слюны.
— Я вспомнил этого хрыча! Он конченый алкаш! Нажрался средь бела дня, приперся на собрание в резиденцию лорда и начал нести пургу про субсидии на пиво! Разве он сам не напросился на порку?
— Мать вашу, так это из-за этого позора мы теперь без выпивки сидим?!
Личность Барука была раскрыта. Теперь даже сомневающиеся адские дворфы, поддавшись агрессивному настрою гоблинов, переметнулись на их сторону. Шум привлек внимание остальных забулдыг таверны.
Узнав, в чем дело, и услышав, что виновник их трезвых страданий имеет наглость публично поносить Владыку Демонов, посетители пришли в неописуемую ярость и ринулись к угловому столику.
Гвалт нарастал, превращаясь в первобытный рев. Эти абсолютно трезвые существа вели себя так, словно осушили бочку неразбавленного спирта, в то время как единственный пьяница среди них испытывал отчаянную, парализующую ясность ума. Барук смотрел на них, чувствуя себя запертым в сумасшедшем доме, и от паники лишился дара речи.
— Вы что, в край рехнулись?!
— Это ты рехнулся, ублюдок!
Запущенная кем-то дубовая кружка врезалась Баруку прямо в лоб, став искрой, подорвавшей пороховую бочку. Как только похожий на бочонок дворф рухнул на пол, обезумевшие гоблины с визгом бросились на него, осыпая градом ударов.
Поначалу Барук яростно выл и отбивался, но под лавиной кулаков и ботинок быстро потерял ориентацию. Вскоре его проклятия сменились жалкими стонами.
— Хватит! Я был неправ! Я просто ляпнул не подумав! Пощадите!
Ревущее цунами голосов мгновенно поглотило его мольбы.
— Смерть предателю!
— Освежите ему мозги!
— Твою мать! Какой же правильный налог! Не введи его Владыка, этот кусок дерьма давно бы сдох от перепоя!
Рот Барука наполнился соленым привкусом крови, в ушах стоял невыносимый звон. В конце концов его, словно дырявый мешок, вышвырнули за двери таверны прямо в грязную лужу.
Нападавшие не решились на убийство и, выпустив пар, оставили его в покое. Он долго лежал на земле, не в силах прийти в себя, пока пронизывающий ночной ветер не заставил его содрогнуться. Лишь тогда он медленно поднялся на четвереньки.
— Что я, мать его, натворил...
Оперевшись спиной о стену таверны, он потер распухшее лицо и вдруг издал смешок, полный горькой самоиронии.
А ведь он убеждал себя, что пить меньше не так уж и плохо. Он почти свыкся со вкусом лошадиной мочи. Если бы не тошнотворные восторги гоблинов, смаковавших эту бурду, словно наваристый мясной бульон, он бы ни за что не стал язвить. И каков итог? Его избили до полусмерти, а он так и не понял, чем заслужил такую ненависть.
Барук постоял немного, цепляясь за шершавые камни стены, а затем, прихрамывая, поплелся домой. Завтра нужно было выходить на смену. Следовало промыть раны, иначе к утру лицо распухнет так, что он не сможет работать.
По правде говоря, ему было плевать на фабрику. Даже если они соберут миллион магических кристальных пушек, его жизнь не изменится. Но сейчас мысли о работе служили отличным отвлекающим маневром, притупляя пульсирующую боль в ушибах.
Барук слизнул кровь с разбитой губы и внезапно почувствовал привкус алкоголя. Должно быть, когда в него летела очередная кружка, несколько капель пивной пены угодили прямо в рот. Этот терпкий аромат ударил в голову сильнее самого крепкого шнапса, и на какое-то мгновение и впрямь унял его душевные терзания.
— Невероятно...
Пробормотал он в пустоту. Крохотный росток счастья пробился сквозь пелену отчаяния. Он жадно втянул носом воздух, позволяя сознанию раствориться в густом аромате пива, пропитавшем все улицы города.
А жизнь, если разобраться, была не так уж и плоха. Да, некоторые напитки взлетели в цене, но зато другие стали бесплатными, да еще и без ограничений, пей — не хочу. Неожиданно для самого себя он проникся симпатией к этому непостижимому господину — в точности как и все остальные. И этот пьянящий вкус не должен принадлежать ему одному...
...
На следующий день, когда сияние магических кристальных ламп озарило улицы замка Черного Ветра, протрезвевший Барук, стряхнув с себя привычную апатию и усталость, бодрым шагом направился на фабрику магических кристальных пушек.
Коллеги по цеху косились на него с недоумением. Как можно было настолько зверски избить самого себя, просто упав на пороге собственного дома? Но Барук стоял на своем — споткнулся, мол. Никто не знал правды, поэтому все решили просто закрыть на это глаза.
Проходивший мимо надсмотрщик окинул Барука взглядом. Заметив, с каким остервенением этот изувеченный дворф орудует инструментами, он невольно задержался, а затем сделал пометку с его именем в своем маленьком блокноте.
В отличие от остальных адских дворфов, постоянно искавших повод отлынивать от работы, и гоблинов с их патологической ленью, трудолюбивый Барук выгодно выделялся на общем фоне. Возможно... его стоило повысить. Гномы и гоблины были слишком похожи внешне, и адские дворфы наотрез отказывались им подчиняться. Управлять ими было сущим наказанием.
Глядя на кучку дворфов, присевших отдохнуть у стены, гном-надсмотрщик прочистил горло и рявкнул во всю мощь своих легких:
— А ну за работу! Сегодня с инспекцией прибывает Владыка Демонов!
Адские дворфы закатили глаза и нехотя поднялись на ноги.
— Опять он тащится...
— И не надоело же ему.
Ворча себе под нос, они перевели взгляд на Барука и снова скривились.
— Вы только посмотрите на этого ушлепка, вкалывает, как последний гоблин, — презрительно фыркнул один из адских дворфов.
— Алкаш Барук... Он что, всерьез надеется выслужиться перед Владыкой? Уж не забыл ли наш герой, как его пинками вышвырнули за дверь?
— Ха-ха-ха!
Барук пропустил насмешки мимо ушей, молча продолжая выполнять свою работу. Увидев, что он не реагирует на провокации, словно кусок дерева, дворфы потеряли к нему всякий интерес и вернулись к своим делам, игнорируя отщепенца.
В это же время в недрах фабрики магических кристальных пушек замка Черного Ветра многоуважаемый Владыка Демонов в сопровождении гнома-директора осматривал недавно открытый производственный цех.
— ...Владыка Демонов, перед вами новая производственная линия, обустроенная в точном соответствии с вашими чертежами! Вон там, у входа, расположен клепальный цех, способный производить шасси для боевых машин. А чуть дальше находится цех сборки силовых установок для шахтных паровых двигателей!
Низкорослый, покрытый морщинами гном семенил рядом с Ло Янем, озаряя пространство подобострастной улыбкой. Его лебезение было вызвано не только статусом Ло Яня и той смелостью, с которой он разнес чиновников на слушаниях, но и бездонным океаном его познаний, раз за разом поражающих воображение.
Взять, к примеру, сегодняшний день. За все свои десятки лет жизни он впервые услышал слово «танк».
Когда Ло Янь впервые объяснил ему эту концепцию, в его голове возникла следующая картина: пара адских боевых зверей тащит за собой исполинскую бронированную махину, изрыгающую клубы кипящего пара. Вращающиеся стальные лезвия, словно клыки, врезаются в пехотные порядки врага, перемалывая солдат империи в кровавый фарш.
А фантазии его подчиненных, гномов-инженеров, зашли еще дальше. Некоторые и вовсе воображали себе некий гигантский стальной шар, под завязку набитый паром, который катился бы по полю боя, взрывая все на своем пути — эдакий самоходный снаряд для магической кристальной пушки.
От этой мысли он тогда чуть не умер со смеху. Сколько же гоблинов уйдет на обслуживание такого чудища? Неужели обучение гоблинов-артиллеристов ничего не стоит? Как минимум, на это требовалось время!
Ло Янь, осматривая просторный цех, величественно кивнул и вынес справедливый вердикт:
— Неплохо.
В чистом и опрятном помещении стояли массивные металлические опоры. С потолочных балок свисали рельсовые направляющие с целой цепью крюков, до боли напоминающих орудия пыток. Оборудование выглядело примитивно, но Ло Янь все равно признал проделанную работу сносной. По крайней мере, здесь было все самое необходимое.
В этом мире концепция танков даже не существовала. Более того, сама идея установить паровой двигатель на сухопутную технику начала зарождаться на побережье Водоворотного моря лишь в последние годы.
Что же до Преисподней... Здесь применение магических технологий было развито чуть лучше, чем в Империи, однако в области металлургии и смежных сферах демоны не сильно превосходили людей... И это несмотря на невероятно богатые залежи руды в подземном мире.
Если ему не изменяла память, на Земле времен Первой мировой войны корпуса и основные узлы для танков производились на судостроительных и паровозостроительных заводах, после чего детали отправлялись в сборочные цеха на клепку. Силовые установки же и вовсе переделывались из гражданских агрегатов — именно так на танки «Марк» начали ставить шестицилиндровые бензиновые двигатели Даймлера. Но в этом мире ничем подобным даже не пахло.
Игроки в Городе Северной Вершины уже вовсю ломали головы над созданием наземных паровых повозок, но пока что им удалось собрать лишь пару экспериментальных образцов... Впрочем, именно эти прототипы и послужили тем самым фундаментом, позволившим ему бросаться столь громкими обещаниями на слушаниях. Создать подобную производственную линию с нуля — задача колоссальной сложности.
Но к счастью, в его распоряжении находилась армия игроков мирных профессий, досконально изучивших механику Игры. Их безграничная фантазия, помноженная на мастерство кротолюдов из Города Железного Клыка, позволяла строить даже «Гандамов». Ло Янь ни капли не сомневался: какая-то жалкая танковая сборочная линия не станет для них преградой, тем более что производственная база замка Черного Ветра, пользовавшегося близостью к Столице Демонов, была несравнимо мощнее.
То, что не могла решить наука, с легкостью компенсировали магия и руны преисподней. Собственно говоря, эти цеха и были возведены по чертежам и наставлениям игроков.
Помимо боевых машин, Ло Янь планировал направить часть мощностей фабрики на прокладку железной дороги от замка Черного Ветра к близлежащим рудникам. А что до награды, то он уже все продумал для своих игроков. Досрочный доступ в самые глубокие слои Преисподней, чтобы оценить совершенно новый геймплей... Еще неделю назад эта «взрывная новость» заставила официальный форум, все еще гудящий от события «Безумие магических растений», содрогнуться от новой волны восторга!

Комментарии

Загрузка...