На следующий день Чэн Сивэй подорвалась спозаранку, вымыла всю квартиру от пола до потолка, перестирала вещи Су Няня, высушила их, отутюжила, а затем отправилась на кухню стряпать. Короче говоря, она исполнила от и до всю ту работу, что была ей положена.
Во время обеда она предупредила Су Няня, что ужинать уйдет в город. Су Нянь не стал расспрашивать и лишь коротко промычал:
— Мгм.
Вспомнив, как неловко ей было в прошлый раз ужинать с Су Нянем, Чэн Сивэй решила на этот раз тщательно нарядиться перед выходом. К счастью, в период летних распродаж она знатно закупилась вместе с Ду Жо.
Она потратила два часа перед зеркалом на легкий макияж: пусть руки и подзабыли за год без практики, результат вышел вполне неплохим. Переодевшись в простое черное платье строгого кроя, она почувствовала себя так легко и бодро, будто сто лет не ощущала ничего подобного.
Стоило ей выйти из гостиной, как Су Нянь уставился на нее.
Она уже твердо решила: на этот раз ни за что не станет спрашивать его мнения. У мужчин и женщин в принципе разные представления о прекрасном, а у французских мужчин и китайских женщин — тем более. В конце концов, она идет на встречу вовсе не с ним, так какая разница, нравится ему или нет.
— Чэн Сивэй, — все же окликнул ее Су Нянь.
Она с неохотой обернулась:
— Опять всё ужасно?..
Су Нянь неотрывно смотрел на нее с головы до ног, а спустя мгновение опустил веки:
— Очень красиво.
— Правда?! — Чэн Сивэй тут же расцвела, расплывшись в улыбке.
Проводив ее сияющим взглядом, когда она бодрой походкой направилась в свою комнату, Су Нянь бросил:
— С Лу Цыхэном встречаешься?
— Ага, — радостно отозвалась Чэн Сивэй. — Твой ужин я уже приготовила и убрала в холодильник, можешь просто разогреть или сварить пельмени.
Поразмыслив, она подобрала к наряду комплект украшений, чтобы добавить себе толику очарования, а поверх накинула тренч, чтобы образ не казался слишком вызывающим.
— Вы весь отпуск проводите вместе? — спроил Су Нянь.
— С чего бы, — ответила Чэн Сивэй. — Просто он тоже водит туристические группы, вот мы часто и пересекаемся на одних и тех же маршрутах.
Су Нянь надолго умолк и больше ничего не сказал.
Закончив сборами, Чэн Сивэй взяла сумочку и собралась выходить.
— Чэн Сивэй, — снова окликнул ее Су Нянь.
Она обернулась, и стоило ей взглянуть на его лицо, как сердце нехорошо ёкнуло: этот тон явно предвещал очередную побудку для придирок!
Она искренне считала, что Су Нянь страдает каким-то «синдромом вечного недовольства». Стоило ей собраться из дому, как этот недуг тут же давал о себе знать, и он неизменно находил тысячу и одну нелепую причину, чтобы ее задержать. Что это за психология такая... зависть, ревность и злость?
Раньше он столько раз заявлял, что идет гулять с Линь Ми, из-за чего она так радовалась возможности не готовить ужин, но в итоге он всё равно оставался дома. То ли с ним что-то было не так, то ли с самой Линь Ми.
Сам не может сходить на свидание, поэтому и ей не разрешает?
Подозрительно покосившись на Су Няня, Чэн Сивэй решила действовать на опережение:
— Только попробуй придираться, сегодня я обязана уйти.
Су Нянь нахмурился:
— Обязана?
Чэн Сивэй твердо ответила:
— Обязана — именно так.
Не дожидаясь ответа, она махнула рукой: «Пока!» — и, распахнув дверь, выпорхнула наружу.
Встреча с Лу Цыхэном была назначена на семь вечера, но, наученная горьким опытом прошлого раза, Чэн Сивэй вышла из дома заранее. Несмотря на то, что ресторан находился довольно далеко, на месте она оказалась уже в шесть.
Немного побродив по окрестностям, она наконец вошла внутрь. Лу Цыхэн забронировал столик, и официант сразу же проводил ее.
Семь часов. Лу Цыхэн не появился.
Половина восьмого. Чэн Сивэй не выдержала и набрала его номер, но телефон оказался выключен.
Восемь часов. Подошедший официант сообщил, что господин Лу уже оплатил заказ, и поинтересовался, не хочет ли барышня начать ужин без него. Чэн Сивэй покачала головой.
Половина девятого. Лу Цыхэн все еще не пришел.
Чэн Сивэй достала телефон, зашла в QQ проверить, не пропустила ли какие-нибудь сообщения. Она так давно не заходила в мессенджер, что от Лу Цыхэна не было ни строчки, зато обнаружилась масса пищ от друзей из Китая.
Просматривая их, она вдруг вспомнила, что несколько дней назад был ее день рождения. Она... совершенно, напрочь о нем забыла! К тому же она не распространялась о празднике здешним друзьям, так что та дата промелькнула совершенно незаметно.
Скучая от безделья, Чэн Сивэй принялась вспоминать, чем занималась в тот день.
Ой, погодите-ка... Разве это не тот самый день, когда вернулся Су Нянь?
Ах, ну надо же, в свой день рождения она поневоле отужинала в шикарном ресторане да еще и подарок получила. Неплохо, очень неплохо.
На сердце у Чэн Сивэй потеплело. По очереди ответив на поздравления друзей, она подняла глаза на часы: было уже девять, а Лу Цыхэн так и не объявился.
Неужели что-то случилось по дороге?
Немного встревожившись, она сделала еще несколько звонков, но аппарат по-прежнему был отключен. Тогда Чэн Сивэй позвонила Линь Ми и Ду Жо, надеясь узнать, не общается ли Лу Цыхэн с кем-то из общих знакомых, но обе ответили отрицательно.
В половине десятого официант подошел снова, повторив, что господин Лу уже внес оплату, кухня полностью готова, и осведомился, не пора ли приступать к трапезе.
Обстановка в ресторане царила великолепная: приглушенный свет, мягкая музыка, ни единого лишнего звука — идеальное место для уединенных секретов. Чэн Сивэй оглядела парочек за соседними столиками, перевела взгляд на пустое кресло напротив и снова покачала головой.
К десяти часам посетители стали постепенно расходиться. Подперев щеки руками, Чэн Сивэй задумалась: стоит ли ждать дальше?
Раз уж прождала до десяти, может, посидеть еще немного? Вдруг он всё же едет сюда?
Глубоко вздохнув, Чэн Сивэй упрямо продолжила ждать.
Но и к одиннадцати Лу Цыхэн не появился. Опоздай она еще хоть ненамного — и общественный транспорт вовсе перестанет ходить, поэтому Чэн Сивэй пришлось покинуть ресторан.
Небо уже почернело, усыпанное россыпью мерцающих звезд, похожих на разбросанные по бархату камешки. Чэн Сивэй глубоко вдохнула прохладный воздух ранней осени. Она столько времени готовилась, уже продумала в голове слова согласия стать его девушкой, а Лу Цыхэн так и не пришел. Конечно, ей было горько и обидно, но... Наверняка его задержали какие-то крайне важные дела.
Разве она сама не срывала их встречи столько раз?
Подавив накатившее разочарование, Чэн Сивэй крепко обхватила себя руками и направилась к станции метро.
В столь поздний час подземка казалась безлюдной. Глядя на табло с оставшимся до прибытия поезда временем, Чэн Сивэй почувствовала легкий холодок в спине: ждать оставалось еще минут десять. С тех пор как ее попытались оградить у входа в метро, она еще ни разу не засиживалась на улице так поздно.
Молча устроившись на скамейке для ожидающих, она следила, как цифры на расписании убывают.
Когда до прибытия поезда оставалось минут пять-шесть, в зал вошли еще двое. Бросив на них мимолетный взгляд и заметив двух смуглолицых парней, Чэн Сивэй внутренне напряглась.
Назло всем страхам случилось худшее: переглянувшись, оба направились прямо к ней.
Чэн Сивэй тут же подскочила на ноги, но те преградили ей путь с обеих сторон:
— Эй, китаянка?
Сжавшись от страха, она отчаянно молила небо, чтобы в подземку хоть кто-нибудь вошел, но, оглянувшись назад и вперед, не увидела никого, кроме них троих.
Убежать от них не было ни малейшего шанса. Прикрыв руки сумочкой, Чэн Сивэй судорожно нашаривала в кармане телефон, надеясь набрать хоть чей-то номер о помощи, но рослые парни заметили ее движение с первого же взгляда, и на мобильник уставились жадные голодные взгляды.
Бросив быстрый взгляд на время прибытия поезда — оставалось ровно три минуты, — Чэн Сивэй тут же протянула телефон вперед.
Один из них принял гаджет, в то время как второй шагнул ближе к девушке.
От ужаса у Чэн Сивэй выступил холодный пот, как вдруг она услышала свое имя:
— Чэн Сивэй.
Вздрогнув от макушки до пят, она бросилась на голос, словно к спасательному кругу.
Заметив приближающегося мужчину, преградившие ей дорогу молодчики похотливо оглядели Чэн Сивэй с ног до головы и удалились.
Чуть не плача от пережитого страха, Чэн Сивэй машинально вцепилась в рукав спасителя:
— Ужас какой... Ты как здесь оказался?
Су Нянь небрежно засунул руки в карманы пальто. С мрачным выражением лица он ничего не ответил.
С грохотом подошел поезд. Лишь оказавшись внутри вагона, Чэн Сивэй немного успокоилась и вновь обратилась к Су Няню:
— Поздно-то как, что ты здесь делаешь?
Вместо ответа он задал встречный вопрос:
— Зачем ты отдала им телефон?
С видом оскорбленной невинности Чэн Сивэй произнесла:
— Я же растерялась от страха... Увидев, что им нужен телефон, я решила сперва отдать его, чтобы потянуть время.
Су Нянь промолчал.
Чэн Сивэй вдруг осенило:
— Ты что, видел, как я отдала им телефон?
Су Нянь отвернулся, уставившись в сторону.
— Так почему ты не вышел раньше?!
Появись он вовремя, ей не пришлось бы в панике отдавать грабителям телефон!
Су Нянь по-прежнему хранил молчание.
Поразмыслив секунду, Чэн Сивэй предположила:
— Ты что, всё это время шел за мной следом?
Ответа не последовало.
— Решил меня встретить?
Су Нянь наконец повернул голову и бросил на нее косой взгляд:
— Чэн Сивэй, по-твоему, я способен на столь глупые поступки?
Поскребя в затылке, Чэн Сивэй подумала, что он прав... Сегодня она вообще-то собиралась на свидание с Лу Цыхэном, с какой стати Су Няню тащиться ее встречать? К тому же он никак не мог знать, где именно они встречаются.
— Тогда что ты тут делал? — склонив голову набок, спросила она.
Су Нянь зыркнул на нее исподлобья:
— Обязательно перед тобой отчитываться?
Ладно уж...
Опустив голову, Чэн Сивэй решила, что он, должно быть, сердится, хотя и сама не понимала почему. Злится ли он из-за того, что она оказалась такой беспомощной и просто отдала телефон?
Ткнув его локтем в бок, Чэн Сивэй уточнила:
— Эй, признайся, ты ведь думал, что запросто смог бы отметелить тех двоих?
Она же видела его в деле: когда Линь Дуншэн получил от него такого знатного тумака, что на нем живого места не осталось, сам Су Нянь не заработал ни единой царапины. Уже тогда она поняла, что он явно занимался боевыми искусствами, причем на профессиональном уровне!
Скрестив руки на груди и глядя в другую сторону, Су Нянь проигнорировал ее.
Чэн Сивэй толкнула его снова:
— Эй, Линь Ми говорила, что ты круглый отличник, получаешь высшие баллы почти по всем предметам и умеешь вообще всё, верно?
Су Нянь молчал.
— И китайский-то у тебя идеальный, и драться умеешь... Чего ты вообще не умеешь?
Су Нянь продолжал хранить молчание.
— Я поняла! Улыбаться!
Тут Су Нянь не выдержал и на мгновение расплылся в улыбке, а Чэн Сивэй тут же захихикала рядом.
Дорога предстояла долгая. Настолько долгая, что Чэн Сивэй начала клевать носом: устроившись у окна, она то и дело ударялась головой о стеклянную створку.
Су Нянь молча смотрел на нее, и во взгляде его таилась глубина, вовсе не соответствующая его возрасту. Долгое время спустя он тяжело вздохнул, бережно пристроил голову Чэн Сивэй себе на плечо, откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза.
Чего он не умеет? Да много чего.
Например, обогнать неумолимый бег времени.
Домой они вернулись в половине первого ночи, а когда Чэн Сивэй, приняв душ и разобравшись с делами, наконец собралась лечь спать, на часах перевалило за час ночи. Мучимая смутными сомнениями, она все же открыла ноутбук и зашла в QQ — и обнаружила там целую цепочку сообщений от Лу Цыхэна.
Тот объяснял, что его друг ввязался в драку, и ему пришлось провести весь вечер на пару с больницей и полицейским участком. Телефон как назло разрядился, связаться с ней было абсолютно невозможно. Он спрашивал, почему ее мобильный был недоступен, и переживал, не обиделась ли она.
Прождав его весь вечер, Чэн Сивэй испытывала легкое разочарование и досаду, но больше всего переживала, не случилось ли с ним чего дурного. Теперь же, увидев сообщение, она успокоилась и ответила:
— Ничего страшного, у меня телефон тоже как раз разрядился.
Лу Цыхэн, судя по всему, всё еще си в сети и отреагировал мгновенно:
— Ты только сейчас ответила?
Сочинив небольшую ложь, Чэн Сивэй напечатала:
— Нет, только что зашла в Q. Подождав немного и не дождавшись тебя, а заодно обнаружив, что твой телефон недоступен, я просто ушла. Можешь не корить себя и не волноваться, я правда не сержусь. Главное, что с тобой всё в порядке, пойду спать!
У Лу Цыхэна по ту сторону экрана потеплело на душе. Пожалуй, Чэн Сивэй была самой мягкой и послушной девушкой из всех, кого он встречал.
Поколебавшись немного, он решил, что нынешний вечер, возможно, и не самый подходящий момент, но некоторые слова уже просто невозможно держать в себе. Немного подумав над формулировкой, он отправил сообщение:
— Сивэй, раньше мне доводилось слышать, что все признания с первого взгляда — это лишь вожделение, а все чувства со временем — лишь холодный расчет. Я всё ждал, когда же меня настигнет любовь с первого взгляда или привязанность, чтобы проверить, правдива ли эта фраза. Но встретив тебя, я понял, что существует еще одно чувство — любовь при повторной встрече. Помнишь тот талисман, что свел нас вместе? Чэн Сивэй, я надеюсь стать твоим оберегом на всю жизнь.
В тот самый момент, когда он нажал кнопку «отправить», аватарка Чэн Сивэй погасла.
Ранним утром следующего дня Чэн Сивэй собиралась отправиться в университет для официальной регистрации и зачисления.
Строго говоря, регистрация началась еще в начале сентября, но из-за хлопот с туристическим агентством она всё откладывала поездку.
Зажав в руках объсительную стопку документов, она стояла в очереди и с замиранием сердца разглядывала вековые здания университета, испытывая легкую нервозность и в то же время трепетное воодушевление.
Совсем скоро она станет студенткой этого учебного заведения.
Однако всё пошло совсем не так гладко, как она рассчитывала.
Когда подошла ее очередь, сотрудник, проверявший документы, указал на письмо о зачислении и произнес:
— Мадемуазель, у вас не хватает печати руководителя факультета и подписи научного руководителя.
С этими словами он протянул ей карту кампуса, указал расположение факультета и велел разыскать секретаря.
К счастью, она приехала рано, и секретариат еще не закрылся.
Тучная секретарша быстро забрала бумаги, проставила необходимые печати и сказала:
— Теперь свяжитесь с вашим научным руководителем, пусть он поставит подпись, и можете возвращаться для окончательной регистрации.
Услышав о необходимости найти научрука, Чэн Сивэй еще в очереди удивилась, но после слов секретаря опешила окончательно:
— Разве научного руководителя нужно искать самостоятельно?
Разве это не распределяет университет?
За ужином в тот вечер Чэн Сивэй была необычайно тиха, не проронила почти ни слова, а глаза ее покраснели и припухли. Посмотрев на нее пару раз и не заметив никакой реакции, Су Нянь бросил палочки на стол:
— Чэн Сивэй, ты серьезно убиваешься из-за какого-то мужика?
Ошеломленно подняв голову, Чэн Сивэй моргнула, и срывающимся голосом произнесла:
— Су Нянь, кажется, мне придется вернуться в Китай...
Су Нянь нахмурился и холодно бросил:
— Чэн Сивэй, повтори-ка?
У нее снова защипало в глазах:
— У вас во Франции в аспирантуру поступают так: перед регистрацией обязательно нужно найти научрука, который тебя примет, и получить его подпись, иначе в университет не зачислят?
Су Нянь ответил:
— Зависит от вуза, требования везде разные.
— Сегодня в университете S меня отказались регистрировать из-за отсутствия подписи руководителя. Но... до конца регистрации осталось всего несколько дней... Я ведь совсем никого здесь не знаю, где мне искать этого научрука? — Глаза Чэн Сивэй покраснели совсем как у кролика, и казалось, она вот-вот расплачется. — В университете А занятия уже давно начались, если я сейчас стану переводиться в другой вуз, то точно не успею с оформлением.
Су Нянь нахмурился, молча глядя на нее.
А Чэн Сивэй продолжала:
— Утром секретарша выдала мне список преподавателей, велев с ними связаться. Я уже разослала всем письма, но многие ответили, что места давно заняты, а другие заявили, что тема моей будущей диссертации им не подходит, и отказались меня брать.
Чэн Сивэй и помыслить не могла, что при поступлении возникнут такие сложности. В Китае научников обычно назначают лишь перед самым написанием диплома, а здесь требуют утвердить тему исследования чуть ли не на этапе регистрации, да еще и предварительно согласовать ее с руководителем!
До сегодняшнего дня она даже толком не задумывалась, в какой области хочет специализироваться. Профильных лекций они еще не слушали — откуда же ей знать, какое направление выбрать?
Выслушав утром секретаря, она совершенно растерялась, а вернувшись домой, впопыхах набросала письма и разослала нескольким преподавателям, и вот результат...
Едва Чэн Сивэй замолчала, как из комнаты донесся звуковой сигнал входящего письма. Бросив палочки, она стремглав кинулась к компьютеру.
Ответ от очередного преподавателя.
Быстро пробежав глазами текст, Чэн Сивэй почувствовала, что ее мир рушится.
Этот профессор без всяких церемоний заявил, что уровень владения французским языком у Чэн Сивэй оставляет желать лучшего, порекомендовал сначала записаться на языковые курсы и приложил ссылку для регистрации.
Вернувшись в гостиную, Чэн Сивэй не выдержала и разрыдалась:
— Су Нянь, неужели я такая никчемная...
Она целый год с таким упорством учила французский, получила письмо о зачислении и была на седьмом небе от счастья, а два месяца подработки с абсолютно свободным общением на языке заставили ее возомнить себя чуть ли не супергероем, способным справиться с любым монстром. Но оказалось, что всё это иллюзия, а сама она — лишь сидящая на дне колодца лягушка, которая топчется на месте.
Казалось, она в одно мгновение рухнула с небес на самое дно ада.
Опустив веки, Чэн Сивэй безутешно роняла слезы.
Су Нянь долго смотрел на нее, прежде чем заговорить:
— Чэн Сивэй, слезами делу поможешь?
Всхлипывая, она подняла на него заплаканные глаза и покачала головой.
— А что поможет?
Заикаясь от слез, она выдавила:
— Продолжать искать других руководителей.
— Тогда чего ревешь?
Шмыгнув носом и утерев слезы, Чэн Сивэй попыталась подняться.
— Сначала поешь. — Су Нянь взял палочки и положил ей в пиалу немного еды.
Тихо пробормотав:
— Не лезет. Сначала напишу письма, — Чэн Сивэй собралась уходить.
Су Нянь поднял на нее тяжелый взгляд.
Его фирменный холодный взгляд — пристальный и невероятно глубокий. Поддавшись этому давлению, Чэн Сивэй послушно села обратно и взяла палочки, принявшись за еду.
Спустя пару минут Су Нянь вновь подал голос:
— Телефон купила?
Чэн Сивэй помотала головой: вернувшись из университета, она была как в тумане, ей ли было думать о покупке телефона.
Протянув ей коробочку, Су Нянь произнес:
— Пользуйся пока этим.
Бросив взгляд на знакомый «фруктовый» логотип — самую популярную нынче модель, за которой выстраивались огромные очереди, — она неуверенно спросила:
— А ты разве не будешь им пользоваться?
Скрестив руки на груди и отвернувшись, Су Нянь бросил:
— Устарел. Моему благородному господину такой уже не по рангу.

Комментарии

Загрузка...