Самый простой пример: гость жаловался ей на плохие условия в отеле, на плохую звукоизоляцию, из-за которой его разбудили, а она с искренним сочувствием извинялась: Большое извинение, в период летних каникул очень много туристических групп, в отеле все номера заняты, у всех групп разное время отправления, так что неизбежно бывает шумно, прошу вас понять нас.
Сговорчивый гость махнул бы рукой, но если попадался кто-то по вреднее, то он лишь закатывал глаза: Разве вы не могли сменить отель на тот, где не так много людей? К тому же, разве он не заявляет себя четырёхзвездочным? Из-за большого скопления людей в отеле плохая звукоизоляция — это по какому же закону такое возможно?
Чэн Сивэй тогда оказывалась в крайне неловком положении.
В точно такой же ситуации Лу Цыхэн обычно вздыхал и говорил: Да уж, меня сегодня тоже разбудили в три часа ночи, я совсем не выспался за всю ночь! Этот отель просто... Пойду-ка я оставлю на них жалобу!
Услышав, что тому пришлось еще хуже, чем ему самому, они начинали возмущаться вдвоем, и не успевали они произнести и пару слов, как на лицах уже появлялись улыбки.
Чэн Сивэй глубоко прочувствовала, что разговор — это тоже искусство.
Поэтому, хотя с этой группой постоянно возникали проблемы, благодаря тому, что Лу Цыхэн ловко лавировал между всеми трудностями, в итоге всё разрешилось вполне благополучно. Чэн Сивэй всё это время внимательно наблюдала за манерой общения и поведения Лу Цыхэна и училась у него, и за последние два дня почувствовала, что ей удалось кое в чем перенять его навыки.
После стольких дней совместного общения Чэн Сивэй и Лу Цыхэн очень сблизились. Каждый раз, когда он помогал ей разрешить какую-нибудь проблему, она невольно, с искренним восхищением хватала его за руку: Старший брат Лу, ты просто невероятен!
Три группы подряд они водили вместе с Лу Цыхэном, их слаженность в работе становилась все лучше, Чэн Сивэй переняла у Лу Цыхэна множество приемов, и общаться с туристами ей удавалось всё легче. Из двух гидов один был высоким и красивым, а вторая — молодой и очаровательной. Со временем у них даже вошло в негласное правило: вредных мужчин-туристов брала на себя Чэн Сивэй, а вредных женщин-туристов — Лу Цыхэн. Атмосфера в группах, которые они возили, становилась все лучше и лучше, а туристы часто подшучивали над ними: Вы двое так подходите друг другу, неужели вы и правда не пара?
Каждый раз в такие моменты Лу Цыхэн с улыбкой смотрел на Чэн Сивэй, а она смущенно заливалась краской.
По вечерам, лежа в постели, Чэн Сивэй иногда думала о Лу Цыхэне. Раньше ей казалось, что у него вообще нет недостатков, теперь же она могла перечислить целыий список его достоинств: он умен, с юмором и широк душой, к делу подходит сосредоточенно, серьезно и с большим мастерством, с людьми общается мягко и заботливо, никогда не ставя ее в неловкое положение. Каждый день рядом с ним, даже если это была работа, доставлял ей немало радости.
Если бы так могло продолжаться и дальше... кажется, это было бы неплохо?
Дни с туристическими группами пролетают удивительно быстро. Самые короткие туры длились около семи дней, а если прибавить к этому пару дней отдыха между ними, месяц промелькнул незаметно.
В начале августа Чэн Сивэй приняла группу китайцев, прилетевших из Америки.
Руководителем группы неожиданно снова оказался Лу Цыхэн.
Этот тур представлял собой шестидневную глубокую поездку по Франции. Всё путешествие шло на французском языке, к тому же они отлично знали местную культуру и обычаи, так что вести такую группу было гораздо проще, чем прошлые международные туры. В тот вечер, разместив гостей в отеле, Чэн Сивэй предложила Лу Цыхэну прогуляться.
Маршрут как раз привел их в Кольмар — самый красивый и живописный французский городок, о котором мечтали многие. Летним вечером, несмотря на то, что уже было девять тридцать, на улице все еще было светло. Маленькие магазинчики в городке уже закрылись, и только открытые террасы ресторанов были заполнены людьми. По узким улочкам то и дело пробегали играющие дети, оставляя за собой цепочку звенящих, похожих на серебряные колокольчики голосов.
Чэн Сивэй и Лу Цыхэн шли по вымощенной камнем улочке в царившей вокруг редкой тишине.
— Лу Цыхэн, ты сделал это специально? — тихо спросила Чэн Сивэй. — Поехал руководителем группы.
Если в прошлые разы она еще могла утешать себя тем, что это просто совпадение и Лу Цыхэн тоже случайно решил подработать на летних каникулах, то на этот раз... Руководителей групп обычно отправляют из страны отправления. Он заранее договорился с отечественным турагентством, и то, что он вернулся на родину, чтобы привезти сюда группу, еще можно было понять. Но эта группа прибыла из Америки! Если бы не преднамеренный план, разве он снова стал бы ее руководителем?
Лу Цыхэн повернул голову и посмотрел на нее. На его красивом профиле появилась улыбка. Помолчав немного, он произнес:
— Сивэй, ты ведь наверняка догадалась? Я уже давно неравнодушен к тебе.
Сердце Чэн Сивэй замерло: она никак не ожидала услышать признание именно в этот момент.
— Я не хочу притворяться и лукавить: всё действительно было подстроено специально, — откровенно произнес Лу Цыхэн.
Чэн Сивэй с удивлением посмотрела на него.
Даже ей самой, работающей местным гидом, эта работа казалась невероятно тяжелой. А быть руководителем группы и везти туристов из страны отправления — это не только долгие часы перелетов, но и тяжелая смена часовых поясов. Судя по частоте туров, которые она вела в последнее время, между поездками было максимум два дня отдыха. Это означало, что Лу Цыхэн, каждый раз возвращаясь на родину, почти не отдыхал и тут же вез новую группу обратно.
На сердце защемило — это было какое-то неописуемое чувство: одновременно немного трогательное и немного печальное.
Ему вовсе не нужно было делать столько ради нее.
— Растрогана? — они уже дошли до самой известной реки в Кольмаре. В глазах Лу Цыхэна отражалась вся красота речного пейзажа, а его легкая улыбка казалась еще более ослепительной.
Не дожидаясь ответа Чэн Сивэй, Лу Цыхэн перевел взгляд на гладь воды и продолжил:
— Но, Сивэй, я не хочу, чтобы ты отвечала на мои чувства лишь из чувства благодарности. Ты понимаешь меня?
Чэн Сивэй опустила глаза и кивнула.
Конечно же, она понимала. Лу Цыхэн был невероятно талантливым и выдающимся человеком — как внешне, так и внутренне. Такие люди от рождения обладают определенной гордостью: они еще могут смириться с отказом, если девушка их не любит, но они абсолютно не потерпят, чтобы рядом с ними находилась возлюбленная, которая сошлась с ними из жалости или благодарности, а не по любви.
За время работы с несколькими группами Чэн Сивэй многому научилась, и ее симпатия к Лу Цыхэну тоже значительно выросла.
В середине августа ей неожиданно позвонила госпожа Эмма.
Госпожа Эмма сначала вежливо поинтересовалась ее делами, расспросила про летние каникулы и лишь затем перешла к делу:
— Сивэй, Мартин уже вернулся в Париж?
Чэн Сивэй на мгновение замерла.
С тех пор как она начала возить туристические группы, она почти не поддерживала связь с Су Нянем. Но сейчас как раз выдался перерыв между турами, и сама она находилась в Париже, однако Су Нянь сюда не возвращался.
Сивэй честно ответила на вопрос, но в голосе госпожи Эммы послышалась глубокая тревога.
— Госпожа Эмма, с Мартином... что-то случилось? — она тоже невольно занервничала.
Госпожа Эмма мягко улыбнулась и произвела:
— Нет, Сивэй, не волнуйся. Просто его программа по обмену в Америке уже подошла к концу, я просила его поскорее вернуться на родину, но он не хочет. А в последнее время он и вовсе перестал отвечать на мои звонки, поэтому я решила спросить у тебя.
Сивэй не ожидала, что учеба Су Няня уже завершилась, и спросила:
— Так он в Америке...
Госпожа Эмма вздохнула и ответила:
— Ищет свою мать.
Су Нянь в прошлый раз ездил в Китай как раз для того, чтобы отыскать мать, и Сивэй никак не ожидала, что на этот раз он отправится на ее поиски даже в Америку. Хотя ей казалось не совсем удобным расспрашивать об этом, любопытство взяло верх, и она осторожно поинтересовалась:
— Госпожа Эмма... могу я задать нескромный вопрос о матери Мартина? — она смущенно подыскала оправдание: — Просто... просто мы оба китайцы, поэтому мне немного любопытно.
Услышав это, Эмма снова вздохнула, но отказываться не стала и прямо ответила:
— Я знаю, что Мартин возил тебя один раз в Китай, так что ты должна кое-что знать об этой истории. Его мать... когда выходила замуж за его отца, делала это вовсе не по искренней любви, а ради получения гражданства.
Чэн Сивэй опешила.
Франция — неиммиграционная страна, а в те годы ситуация на родине была отсталой, экономическое положение — тяжелым, и многие действительно изо всех сил старались заполучить французское гражданство.
— На самом деле у нее уже был возлюбленный-китаец. Получив французское гражданство, она совершенно твердо решила бросить Мартина и его отца, — продолжила госпожа Эмма. — Отец Мартина все эти годы пытался ее отыскать. Он выяснял, что ее следы появлялись то в Америке, то в Китае. Сначала он отправился в Китай, но из-за несчастного случая погиб, поэтому столько лет никто так и не занялся поисками в Америке. Но этот мальчик Мартин...
Госпожа Эмма снова тяжело вздохнула:
— Сивэй, вообще-то мне не следовало говорить тебе об этом. Но полмесяца назад мы узнали о местонахождении того самого возлюбленного матери Мартина. Он занимается бизнесом в Америке: когда-то его ждал полный крах, но теперь он добился огромного успеха. Выяснилось и то, что когда-то она повсюду собирала деньги ради него, однако после того, как он преуспел, он просто выбросил ее из своей жизни. По некоторым сведениям, много лет назад она уже скончалась от болезни...
Чэн Сивэй держала телефон в руке, какое-то время не в силах вымолвить ни слова.
Та женщина, Су Сумэй, к которой они ездили в прошлый раз... неужели она уже умерла? Су Нянь так долго ее искал, а ее уже не стало? Сейчас Су Нянь в Америке — неужели эти слухи подтвердились?
Если она действительно скончалась, то Су Нянь... наверное, будет безумно, невыносимо больно.
Этой ночью Чэн Сивэй лежала в постели, ворочаясь с боку на бок и не смыкая глаз. В ее памяти то и дело всплывал образ Су Няня — как он упрямо стоял в том деревенском дворике, отказываясь уходить, и его бездонный, погруженный в глубокую тьму взгляд.
Каково же ему сейчас приходится в Америке?

Комментарии

Загрузка...