С тех пор как особый императорский посланник Цуй Янь вернулся в столицу с докладом, минуло уже больше двух месяцев.
Однако судьба банка так и оставалась нерешенной.
Подобное подвешенное состояние изматывало больше всего. Словно дамоклов меч, нависший над головой: ты прекрасно знаешь, что он рухнет, но не ведаешь ни когда, ни каким именно образом. Этот липкий страх неизвестности терзал нервы куда сильнее, чем любой прямой и окончательный приговор.
Цзи Янь ничего не мог с этим поделать. Поскольку инициатива всецело находилась в руках столичных воротил, ему оставалось лишь покорно ждать, параллельно разрываясь между своими многочисленными амплуа: «прораба», «бизнес-магната» и «Клана Нищих».
Разумеется, сидеть сложа руки он не собирался. Через тайную сеть Дунфэн юноша пристально следил за столичными веяниями, и вскоре по зашифрованным каналам начали поступать долгожданные донесения.
Как и ожидалось, императорский двор из-за вопроса с банком Тунбао буквально стоял на ушах.
Фракция канцлера Сяо яростно отстаивала модель «совместного частно-государственного предприятия под надзором двора, но с гражданским управлением». Они справедливо полагали, что такой подход принесет благо и купцам, и простому люду, оживит экономику, а заодно позволит избежать бюрократической волокиты и коррупции, неизбежных при прямом казенном контроле. Канцлер Сяо даже выложил на стол убедительные данные о росте налоговых сборов и коммерческом процветании города Аньлань. Но главной причиной, разумеется, было то, что эту стратегию предложил сам Цзи Янь: если бы двор тупо национализировал проект, это выглядело бы как банальный грабеж среди бела дня и выставило бы империю на посмешище.
Противоположный же лагерь, возглавляемый принцем-регентом, уперто требовал «полного перевода в казенную собственность и внедрения по всей стране». Повод звучал высокопарно: деньги — это кровеносная система государства, как можно доверять ее торгашам? Двор обязан держать всё в ежовых рукавицах! Но в кулуарах все прекрасно понимали: принц просто пускал слюни на этот жирный кусок и жаждал сожрать его в одно лицо, вырвав проект с корнем.
Обе стороны сцепились не на шутку. Поговаривали, что в Зале Золотого Колокола дело едва не дошло до мордобоя, пока юный император, восседая на Драконьем троне, лишь ошарашенно хлопал глазами.
И вот, в самый разгар этого политического тупика, зашифрованное письмо, написанное лично канцлером Сяо, прибыло к Цзи Яню по секретным каналам почти одновременно со сводками от Дунфэн.
Послание оказалось кратким и по существу:
«Двор не пришел к согласию, влияние регента велико, и я опасаюсь непредвиденных осложнений. Эти люди в своих деяниях не знают границ: могут прибегнуть к клевете или ударить исподтишка. Будь предельно осторожен. Я направил к тебе человека для открытой охраны, а также скрытых теней, дабы обеспечить твою безопасность. Ту, что предстанет пред тобой открыто, зовут Лин Шуан. Ей можно верить, на нее можно положиться».
Дочитав послание, Цзи Янь нервно дернул уголком губ, а в его голове разразилась буря негодования:
«Началось в колхозе утро! Классика жанра: не вывозишь честную конкуренцию — юзай грязные читы! Подставы? Ассасины? А можно что-то пооригинальнее придумать?! Вы там, хай-лвл боссы, ПВПшитесь между собой, так какого хрена вечно делаете из нас, нубов, пушечное мясо?!»
«Канцлер Сяо, конечно, дед предусмотрительный, заранее заспавнил мне секьюрити... Стоп! Телохранитель?! Я — видный предприниматель города Аньлань, гениальный инженер-гидротехник и духовный лидер Клана Нищих! На кой черт мне телохранитель? Это же тупо огромный неоновый указатель над головой: Эй, я тут мучу темные дела, агритесь на меня!»
«И что за имечко — Лин Шуан? Звучит как типичная ледяная кудеревщина из уся-новелл! Сяо-сян, это что за многоходовочка? Медовая ловушка? И на кого она рассчитана: на меня или на врагов? Вы мне так весь имидж порядочного джентльмена испортите!»
Вспомнив еще одного «виновника торжества», он заскрежетал зубами от злости:
«Цинь Мучжи! Старый ты хрен! Все из-за тебя! Я же тебя в долю взял, помог экспу и золото нафармить для повышения! А ты взял и слил всю инфу на сервер императорского двора! Доволен теперь? Принц-регент на нас сагрился! Я теперь, блин, в самом эпицентре столичного замеса! А ты? Скинул агро и свалил чиллить в столицу! Ну и крыса... Как только этот квест закончится, я припрусь в столицу и вытрясу из тебя компенсацию за моральный ущерб! Если не обчищу твою заначку до последней монеты, я не Цзи Янь!»
Впрочем, сарказм сарказмом, а апгрейд системы безопасности был необходим. Как ни крути, ХП у него всего на одну жизнь.
Следуя инструкциям из письма, на закате следующего дня он в одиночестве отправился к уединенной речной излучине на западной окраине города.
Угасающее солнце заливало водную гладь золотым мерцанием. Спиной к нему, у самой кромки воды, стояла женская фигура.
Практичный черный костюм для тренировок выгодно подчеркивал высокую, спортивную фигуру. Длинные волосы были просто стянуты на затылке в строгий конский хвост. Даже со спины от нее веяло холодной, отточенной опасностью, словно от обнаженного клинка.
— Ветер рождается из ряби на кончиках листьев ряски, — прокашлявшись, Цзи Янь заставил себя сделать шаг вперед и тихо произнес условленный пароль.
Услышав голос, девушка медленно обернулась.
У Цзи Яня мгновенно перехватило дыхание.
Как он и предполагал, незнакомка оказалась совсем юной, на вид едва старше двадцати лет. Однако ее красота не имела ничего общего с нежным очарованием или воинственной дерзостью, которые он себе нафантазировал. Это была ошеломляющая, доведенная до абсолюта ледяная эстетика.
Кожа белее снега, черты лица словно выписаны кистью великого мастера, но в глазах — мороз тысячелетнего омута, ни единой искры эмоций. Точеный нос, тонкие, плотно сжатые бледные губы источали ауру неприступного отчуждения и пугающей сосредоточенности. Она молча взирала на Цзи Яня, будто перед ней стоял не живой человек, а неодушевленный инвентарь, подлежащий охране.
Безупречно прекрасная, но напрочь лишенная тепла — словно искусно изваянная изо льда статуя.
— Волны поднимаются из легкой зыби, — произнесла девушка голосом под стать своему взгляду: ровным, ледяным, лишенным малейших интонаций. — Подчиненная Лин Шуан, по приказу господина канцлера, прибыла для охраны молодого господина Цзи.
— Дева Лин, не стоит лишних церемоний, — Цзи Янь зябко поежился от повеявшего на него холода и торопливо замахал руками. — Эм... в будущем рассчитываю на вас.
«Твою ж мать! Реально айсберг во плоти! Сяо-сян, из какого криосна вы эту непись вытащили? Это не телохранитель, это гребаный ходячий кондиционер! Причем врубленный на турбо-охлаждение! Летом-то мы не спаримся, а зимой мне что прикажете делать, в сосульку превращаться?!» — мысленно взвыл юноша.
— Э-э, дева Лин, должно быть, устала с дороги? Вы уже ужинали? Может, для начала мне стоит отвести вас куда-нибудь, чтобы обустроиться? — попытался он найти хоть какую-то тему, дабы разрядить напряженную атмосферу.
— Долг стража не терпит небрежности, — Лин Шуан одарила его бесстрастным взглядом. — Куда направится молодой господин, туда последую и я. Никаких особых условий не требуется, достаточно лишь места для сна.
«...» Цзи Янь мысленно вздохнул.
«Ладно, диалоговое окно забаговало. Контакт не установлен».
— Что ж... тогда пойдемте пока ко мне домой, нужно ведь ввести родителей в курс дела, — потирая нос и чувствуя себя полным идиотом, произнес он.
И вот так Цзи Янь повел к маленькому дворику семьи Чжоу свою новоиспеченную охранницу — ледяную деву с аурой, пробивающей небеса. По пути они ловили буквально каждый взгляд. Прохожие то и дело оборачивались, перешептываясь и гадая, что это за загадочная красавица неземного происхождения, и кем она приходится сюцаю Цзи.
Под прицелом зевак Цзи Янь чувствовал себя не в своей тарелке, словно конвоируемый преступник. В голове бушевал сарказм:
«Фейл, эпичный фейл! Надо было ставить ее в стелс-режим! Таскать за собой такую приметную модельку — это чтобы киллеры регента точно не промазали по хитбоксу? Канцлер Сяо, ваш тактический гений просто... бьет все рекорды по кринжу!»
— Отец, матушка, Яя, я дома! — громко крикнул Цзи Янь, с горем пополам добравшись до ворот и распахнув створки.
Учитель Чжоу и госпожа Лю, прохлаждавшиеся во дворе, на голос подняли головы.
В следующую секунду их взгляды скользнули мимо сына и намертво сфокусировались в полушаге за его спиной — на обжигающе-холодной Лин Шуан, чье присутствие игнорировать было попросту невозможно.
Время словно остановилось.
Веер из рогоза с глухим стуком выпал из рук госпожи Лю.
Пальцы учителя Чжоу, поглаживавшие бороду, замерли в воздухе, а глаза слегка округлились.
Выбежавшая из дома Яя с любопытством уставилась на незнакомую старшую сестрицу — невероятно красивую, но какую-то уж очень холодную.
Мгновение спустя на лице госпожи Лю с феноменальной скоростью расцвела улыбка — смесь крайнего восторга, облегчения и явного удовлетворения в духе: «Мой-то оболтус, наконец, привел в дом красавицу!»
Учитель Чжоу вел себя сдержаннее, однако и в его глазах читалось изумление вперемешку с исследовательским интересом. Окинув Лин Шуан оценивающим взором, он слегка кивнул, словно... остался весьма доволен?
«Упс!» — сердце Цзи Яня екнуло в дурном предчувствии. Атмосфера свернула куда-то не туда!
— Отец, матушка! — поспешно начал оправдываться он. — Это дева Лин Шуан, она... моя новая стражница! Да, стражница! Сейчас на улицах неспокойно, а ваш сын ведь... ну, немного подзаработал, вот и боюсь завистников. Поэтому специально нанял ее для охраны нашего дома!
Не успел он договорить, как госпожа Лю уже с неистовым радушием бросилась навстречу гостье и бесцеремонно схватила Лин Шуан за руку. Тело воительницы едва заметно напряглось, но, видимо, вспомнив негласный приказ Цзи Яня «не раскрывать личность», она не стала вырываться.
— Ох ты ж батюшки! Какая прелесть! Проходи скорее, проходи! Утомилась с дороги? Кушала уже? Ай, ну что за негодник этот Янь-эр, даже словечком не обмолвился, что нанял кого-то, мы ведь ничего не приготовили... — госпожа Лю сияла от радости, буквально пожирая Лин Шуан глазами. — До чего же хороша девица! Словно с картины сошла! Сколько годков-то тебе? Из каких краев будешь?
«???» Цзи Янь мысленно выпал в осадок. «Мам! Ты фокус потеряла! Она секьюрити! Охранница! К чему этот допрос с пристрастием, как в паспортном столе?!»
— Матушка! — вклинился он в разговор. — Она правда стражница! Отвечает за безопасность! Не пугайте человека...
Тем временем подошел и учитель Чжоу. Хоть он и не выказывал такого бурного восторга, как жена, тон его был на редкость мягким:
— Дева Лин, чувствуйте себя свободно. Раз уж вы здесь, считайте этот дом своим. Янь-эр еще молод, порой бывает неосторожен в поступках, так что впредь прошу вас приглядывать за ним.
Эта речь до боли напоминала наставления свекра зятю... тьфу ты, то есть невестке!
Лин Шуан явно впервые столкнулась с подобным напором: на ее бесстрастном лице мелькнуло микроскопическое замешательство. Тем не менее, верная своему долгу, она ровным, безэмоциональным голосом ответила:
— Таковы мои обязанности. Господам не стоит беспокоиться.
Однако в глазах матушки Лю и учителя Чжоу эта «ледяная глыба» выглядела как воплощение «солидности», «воспитания» и «достоинства»! Теперь они были абсолютно уверены: эта «девочка» просто чудо!
И тут Яя, хлопая своими огромными глазищами, перевела взгляд с брата на красивую сестрицу и вдруг звонко выпалила:
— Невестка!
БАБАХ!
Цзи Янь почувствовал, как небесная молния прецизионным ударом поразила его прямо в темечко, прожарив до состояния хрустящей корочки.
Уголок губ на вечно-каменном лице Лин Шуан, кажется, едва уловимо дернулся.
Госпожа Лю сперва опешила, но затем расплылась в еще более широкой улыбке, легонько шлепнув Яя:
— Малявка, не болтай ерунды! — но в интонации отчетливо слышалось молчаливое одобрение!
Учитель Чжоу молча погладил бороду, загадочно усмехаясь.
— Яя! Не неси чепухи! Никакая она не невестка! Она охранница! Дева Лин! Называй ее старшей сестрой Лин! Поняла?! — отчаянно замахав руками, Цзи Янь чуть не отъехал на месте; его лицо залила густая краска.
Он был готов провалиться сквозь землю, а его внутренний голос уже бился в истерике: «Хелп! Спасите-помогите! Что за лютый бред тут происходит?! Яя, ты же руинишь мне жизнь! Мам! Пап! Очнитесь! Она реально мой танк! Элитный, донатный танк! И отмороженная на всю голову! Ваш сын вообще-то еще пожить хочет, а не словить дебафф обморожения насмерть!»
Лин Шуан, впрочем, быстро вернула себе самообладание, вновь окутавшись непроницаемой стужей, словно это не в ее адрес сейчас прозвучало громоподобное «невестка». Она даже предприняла неимоверно топорную попытку выдавить из себя нечто отдаленно напоминающее «дружелюбие», адресовав Яя сдержанный кивок.
Тут уж и учитель Чжоу окончательно убедился: девица хоть и с холодком, но душа у нее добрая — вон каким нежным взглядом на Яя смотрит.
С этого момента ситуация вышла из-под контроля.
Госпожа Лю выбросила саму мысль о какой-то там «стражнице» за девятое небо. Она увлеченно щебетала, засыпая Лин Шуан вопросами, и суетилась, чтобы лично подготовить для нее комнату — причем ту самую, самую светлую гостевую пристройку по соседству со спальней Цзи Яня, которая вечно пустовала.
Учитель Чжоу, в свою очередь, принялся издалека прощупывать почву: «осталась ли еще родня» да «изучала ли грамоту».
А Яя, словно хвостик, вилась вокруг гостьи, без умолку щебетая: «Сестрица Лин то, сестрица Лин се!»
Цзи Янь тщетно пытался вставить хоть слово, но его робкие оправдания бесследно тонули в цунами семейного энтузиазма. К своему ужасу, он осознал: чем сильнее он отнекивался, тем более двусмысленными становились взгляды стариков. Словно все его отговорки были лишь неумелой попыткой скрыть очевидное.
Сама же Лин Шуан пребывала в состоянии: «Обнаружена нештатная ситуация вне протокола миссии. Активация базового алгоритма: хранить молчание, изредка кивать». Однако для четы Чжоу это поведение переводилось исключительно как «покладистость», «скромность» и «очарование»!
Наблюдая за этим сюрреалистичным цирком, Цзи Янь мысленно рыдал кровавыми слезами.
«Геймовер... Теперь хрен отмоешься, даже если в Желтой реке искупаться... Канцлер Сяо... Вы мне не танка прислали, а чертову ядерную боеголовку! Разнесли мою семейную базу в щепки...»
«Дева Лин, а можно хоть пару слов в свое оправдание?! Или там убийственную ауру подруби, припугни их чуток! Что это за пассивное соглашательство кивками, алё?!»
«Моя репутация... мой имидж целомудренного героя... всё коту под хвост...»
Перед мысленным взором уже проносились завтрашние кликбейты в пабликах Аньланя: «ШОК! Сюцай Цзи прячет в золотой клетке загадочную ледяную красавицу!», «Успех в бизнесе и в любви? Раскрываем тайну женщины, стоящей за спиной Миллионера Цзи!»
Сгорая от праведного гнева и мысленного сарказма, Цзи Янь пережил самый нелепый, хаотичный и необъяснимый вечер в своей жизни.
А главная виновница торжества, дева Лин Шуан, всё с тем же непроницаемым лицом под заботливым конвоем госпожи Лю заселилась в ту самую «самую светлую» комнату по соседству.
— Молодой господин, отдыхайте спокойно. Сегодня я несу ночной дозор, — закрывая дверь, она не преминула с профессиональной холодностью бросить ему напоследок.
Поймав полный умиления взгляд матушки — дескать, «ути-пути, голубки так любят друг друга, что даже ночи напролет вместе сидят», — Цзи Янь закрыл лицо руками и трусливо дезертировал в собственную спальню.
«За что мне это наказание-е-е!!!»
В ту ночь к тяжкому бремени бизнес-империи и бесконечной культивации Миллионера Цзи прибавился новый квест: как, черт возьми, доказать всей семье, что эта отмороженная, но ослепительно красивая барышня — реально, честно, клянусь дао, просто его телохранительница!
«Путь Осторожности — штука суровая. Тут не только от врагов прятаться надо, но и от ножа в спину от собственной родни, желающей тебе счастья...»
Издав тяжкий вздох, он зарылся лицом в подушку.
Жизнь становилась всё острее и интереснее.

Комментарии

Загрузка...