Я отвел взгляд от зрительских мест на дальнем конце острова и посмотрел по сторонам.
Совсем рядом с нами текла река Изар, а по краям острова стояли лишь низкие ограждения — ни барьера, ни деревьев, ни спасательных лодок. Для арены магических поединков один на один остров был не таким уж большим, так что при неосторожности вполне можно было свалиться в реку.
Я выпустил первую волну магической силы в знак приветствия, и раздался легкий свист. Противник первым начал заклинание.
[Кто убежит от ужаса, попадет в яму; а кто выберется из ямы, попадет в петлю.]
Темнота ночного неба отступила, и пространство залило ярко-голубым светом. Словно этот искусственный голубой свет внушал страх, зрители, наблюдавшие за поединком из-за ограждений в центре Мюнхена на другом берегу реки, пораженно ахнули. В то же мгновение магическая сила противника хлынула из земли, заставив мою одежду затрепетать.
«Надо было купить резинку для волос».
Неужели слова того Виттельсбаха и правда были советом? Появилась еще одна причина закончить все как можно скорее.
Но важнее другое — эта способность, которая, похоже, воздействует на погоду. Вмешательство в природные явления — уже область гениев. Неужели противник действительно обладает настолько выдающейся способностью?
«Да ну».
Ба-бах-бах-бах —!!
Магия с неба обрушилась сверху, словно град стрел. Я поднял руку и заблокировал поток. Для атаки человека, способного управлять природными явлениями, она была слишком легко остановлена и даже не причинила мне никакого вреда.
Выражение лица противника оставалось спокойным, как и мое. В тот самый момент, когда левой рукой я развязал ленту под воротником, раздался его громкий голос.
[Ибо Я наведу на Моав год посещения их, — говорит Господь!]
Расстилавшаяся по земле голубая магическая сила с грохотом собралась воедино и обвилась вокруг моих ног. Ощущение, будто меня затягивает в болото, давило на сознание. По мере того как магическая сила поднималась выше по ногам, давление на кости и плоть становилось все сильнее, перекрывая кровоток. Он собирается их сломать?
«Чего только не сделаешь ради победы».
Голубая магическая сила противника засверкала со всех сторон подобно лезвиям и устремилась ко мне, а зрение затуманило светом. Грохот от столкновений оглушал. На атаках было заклинание самонаведения: куда бы я ни отклонял корпус, они следовали за мной. Старый как мир прием — обездвижить противника и засыпать его атаками.
Однако здесь был один досадный недостаток.
Стоять на месте и терпеть — легко.
— Воздайте Господу, сыны Божии, воздайте Господу славу и силу!
Бааах —!
Я стянул силу от ног к сердцу и с силой ударил посохом о землю. Магическая сила, скопившаяся до середины моих бедер словно гора, разлетелась, будто пыль. Я увидел, как противник закрылся руками и крепко зажмурился. Он явно не ожидал божественной силы и теперь смотрел на меня потрясенно, приоткрыв рот.
Как ни посмотри, стоять на месте и терпеть легко. Вот если бы он заставил меня двигаться, а затем применил это заклинание, то смог бы победить. Просто жаль, что он распорядился такой возможностью именно так. Противник, видимо решив, что не может проиграть подобным образом, быстро взял себя в руки, но было уже поздно.
— Воздайте Господу славу имени Его; поклонитесь Господу в великолепии святыни Его!
Я оторвал посох от земли и взмахнул им горизонтально. Серповидный сгусток божественной силы устремился прямо к противнику.
Баааах — дзынь —!
Обычно в такой момент противник подавляет атаку, мгновенно сокращает расстояние и вступает в ближний бой. Те, кто до этого теснил противника дальними атаками, как правило, продолжают давить с расстояния, не давая ему возможности действовать по инерции. На самом деле Лео часто поступал именно так, да и опытные маги в целом действуют схожим образом.
В тот момент, когда я взмахнул посохом, превращая его в меч, чтобы отразить контратаку, послышался звук падения чего-то тяжелого в воду, а примерно через десять секунд раздался сигнал.
Пиип —!
[Бой окончен.]
— ...
Мне послышалось?
Может, противник тоже владеет божественной силой. Возможно, он пытается заставить меня потерять бдительность, притворившись, будто упал в воду, и даже подделал сигнал об окончании боя.
Я действительно так подумал, но передо мной был совершенно пустой остров.
Вокруг стояла мертвая тишина.
У реки я увидел нескольких магов королевства, которые вытаскивали упавшего противника из воды.
***
— Здесь есть маг, владеющий божественной силой.
Король закрыл книгу, которую читал, и посмотрел на представшего перед ним помощника. Тот явился с возбужденным лицом и теперь просто ждал реакции короля, даже не объяснив толком, где именно находится этот маг божественной силы и кто он такой.
Король уже собирался сделать ему замечание, но слегка покачал головой.
Наверняка речь о соревновании. Это он мог понять и без объяснений.
— В списке участников такого человека не было.
— Это маг, которого Его Высочество Эмануэль Виттельсбах сегодня поставил на место выбывшего участника.
— Мой брат?
Он нередко приводил способных магов, но мага божественной силы — никогда.
— Имя?
— Лукас Эверетт. Американец.
— В Америке что-нибудь зарегистрировано?
— Насколько нам известно, нет.
— Возраст.
— Двадцать три.
Не тринадцать, а двадцать три — и его до сих пор никто не завербовал?
В таком возрасте он должен был пользоваться божественной силой уже больше десяти лет, так что не имело смысла, что такого человека до сих пор оставили без внимания.
«Наверное, он не слишком силен».
Если поискать, можно найти нескольких людей, способных пользоваться ею, пусть и слабо. Но даже если он годится лишь для поддержки, лишним такой человек не будет.
— Скоро уже конец, верно? После объявления результатов передайте Министерству магии, чтобы для него подготовили место ученика.
— В-Ваше Величество.
Король приподнял бровь, услышав неуверенный ответ помощника. Тот, несмотря на недовольство короля, твердо продолжил:
— Думаю, Вам лучше увидеть его лично. Что скажете?
— ...
— Это не обычный талант. Велика вероятность, что его завербует Пруссия или одна из соседних стран. Вашему Величеству лучше заранее закрепить его за нами.
Когда король все еще ничего не ответил, помощник добавил:
— Первый раунд он закончил за две минуты. Одним ударом сразу вывел противника из строя. Второй и третий раунды тоже завершились меньше чем за пять минут.
— Две минуты.
Это уже немного удивляло. Король охотно кивнул.
Он все еще считал, что лично идти смотреть нет необходимости, но слова о том, что Пруссия может положить на него глаз, прозвучали не просто так. А новость о том, что тот завершил бой за две минуты, только придавала им веса.
Будь у него сейчас какие-то дела, он не стал бы отменять их ради этого, однако до следующего пункта расписания еще оставалось время, да и впереди все равно был финальный этап.
— Идем.
Король сразу же собрался и направился к арене.
Четвертый раунд должен был определить места пяти участников, оставшихся из первоначальных сорока. На этом этапе оставались лишь те, чьи навыки после года-двух дополнительной подготовки уже позволяли попасть в королевскую гвардию.
Когда король неожиданно появился на зрительских местах арены, судьи разом вскочили и поклонились. Король жестом велел им не беспокоиться, сел на подготовленное сопровождающими место и просмотрел расписание боев.
Лукас Эверетт участвовал в последнем поединке четвертого раунда. Король терпеливо наблюдал за остальными.
В этом году участники показывали неплохие результаты. Он даже заметил мага, чьи навыки в прошлом году разочаровали, но теперь стали значительно лучше.
Спустя некоторое время наконец прозвучало имя, которого он ждал.
[Миа Ротенхан, Лукас Эверетт.]
Ротенхан.
Баварский дворянский род. Пусть они и не принадлежали к правящей династии, маги этого рода славились высоким индивидуальным запасом магической силы. Особенно выдающимися они были в боевой магии.
Король посмотрел, как на арену переместился знакомый молодой человек из дворянской семьи, а затем перевел взгляд на другого юношу, появившегося с противоположной стороны. По сравнению с крепко сложенным противником худощавый маг после перемещения пошатнулся, но тут же спокойно восстановил равновесие.
«Что это еще за перемещение?»
Учитывая услышанные ранее оценки, зрелище оказалось неожиданным. Перемещение — сущий пустяк, а он побледнел и пытался отдышаться так, словно только что пережил тяжелое испытание. Выглядел как человек, впервые в жизни использовавший магию. В глаза бросались и длинные волосы, небрежно перевязанные лентой.
У него была аккуратная, опрятная внешность, привлекавшая внимание, но именно поэтому неловкость в его движениях становилась еще заметнее.
«Немного похож на Георга Асканиана».
В молодости Георг Асканиан выглядел именно так.
Сейчас никто бы этого не предположил: нынешний Георг производил впечатление блестящего правителя, который воспитал идеального преемника и безупречно управлял Анхальтом. Но до поступления в Первую академию он тоже был неловким человеком, изо всех сил стремившимся к совершенству. Возможно, именно поэтому этот юноша так сильно напомнил королю герцога тех времен.
«Хотя его простонародная фамилия немного настораживает, стоит учитывать возможность, что он происходит из боковой ветви».
Пиип —
Прозвучал сигнал, однако после приветствия Ротенхан лишь крепче сжал волшебную палочку. Он уступил первый ход.
Лукас Эверетт, поняв его намерение, самым обычным движением выставил палочку вперед. В противника яростно устремились разнообразные заклинания, сияющие голубым светом.
«Хм».
Магическую силу он выпускает хорошо, но проблема не в этом...
Он просто выбросил такую хорошую возможность? Сейчас совсем не время использовать настолько обычную атаку.
Король покосился на стоящего рядом помощника. Тот ничуть не смутился и лишь смотрел на Эверетта сверкающими глазами. Поняв, что спрашивать бесполезно, король снова перевел взгляд на арену.
Ротенхан небрежным движением кисти заблокировал атаку Лукаса Эверетта, после чего торжественно произнес звучным голосом:
[Как проносится вихрь — и нет более нечестивого, а праведник имеет вечное основание.]
В тот же миг атака Лукаса Эверетта развернулась в обратную сторону.
Поднялся шквальный ветер.
Он не затронул никого из сидящих вокруг, но яростно обрушился на одного-единственного человека — Лукаса Эверетта. Поставленный им барьер непрерывно оттесняло назад. Было видно, как он стиснул зубы и терпел, прикрывая лицо рукой.
Король задумчиво провел пальцами по подбородку. Пока что куда больше внимания привлекал маг из рода Ротенхан. Наложить на заклинание наведение таким образом, чтобы оно совершенно не затрагивало окружающих, — довольно сложная техника. Навыки у него хорошие.
Пах —!
Неожиданно раздался резкий звук разрыва. Король отвел взгляд от Ротенхана и посмотрел на Эверетта.
Волшебная палочка Эверетта превратилась в меч.
Он рассек наполненным магической силой клинком встречный ветер и двинулся к Ротенхану. Даже так он продвигался медленно из-за сильного сопротивления.
Несмотря на почти очевидную победу, Ротенхан сохранял спокойствие. Он тоже превратил свою палочку в меч и пошел вперед, оттесняя Лукаса Эверетта назад.
Нет, если точнее...
«Он собирается столкнуть его в реку».
Король предугадывал дальнейший ход боя, наблюдая за ногами и запястьем Ротенхана. Громко звенели сталкивающиеся мечи. Сдержанными, выверенными движениями Ротенхан постепенно вел Эверетта туда, куда ему было нужно. В мастерстве владения мечом преимущество явно оставалось за Ротенханом.
«Он неплох, но, похоже, маг по имени Лукас Эверетт обучался не так уж долго».
Точно сказать сложно, но, возможно, около пяти лет. У Ротенхана же за плечами наверняка уже лет двадцать.
При такой разнице в весе человеку с пятилетним опытом нелегко одолеть того, кто тренировался двадцать лет. Возможно, Эверетт компенсировал разницу в весе мечей магической силой, но в целом чем дольше затягивался бой, тем невыгоднее становилось его положение. Прекрасно это понимая, Эверетт перенес вес на левую ногу и резко развернулся, отрываясь от ограждения. В то короткое мгновение, когда Ротенхан устремился следом за ним, Лукас Эверетт превратил меч обратно в посох и с грохотом ударил им о землю. Увидев это, Ротенхан мгновенно превратил свой меч в посох и выставил его перед собой.
Баааах —!
Голубая магическая сила Эверетта докатилась до самого места, где сидели судьи. Даже сейчас, когда взрыв оглушал, а от голубой магической силы покалывало кожу, взгляд короля оставался прикован к Эверетту.
— ...
Он смотрел на голубое пламя.
Магическая сила, расходившаяся во все стороны, приняла форму огня и взметнулась вверх, словно собираясь поглотить всю арену.
Король щелкнул пальцами и выпустил собственную магическую силу. Та сила, которую он всегда считал более мощной и совершенной, чем у обычных магов, внутри магии Эверетта казалась грубой.
Чистота его магической силы была необыкновенной. Находясь внутри нее, становилось трудно дышать, но в то же время по какой-то причине было спокойно. Странное ощущение: понимаешь, что умрешь, если останешься без защиты, и все же хочется продолжать находиться внутри.
Если у магии и существует ее первозданная сущность, то она должна быть именно такой.
«Значит, его хвалили не просто так».
Он еще не выпустил ни крупицы божественной силы, но теперь король уже начинал понимать, почему помощник поднял такой шум.
Бааах —!
Ротенхан собрал магическую силу и резко отвел посох вправо. Голубую магическую силу Лукаса Эверетта тут же отбросило в ту сторону, а сам Лукас Эверетт снова ударился об ограждение.
Он все еще пытается столкнуть его в реку.
Похоже, он убежден, что это единственный верный способ. Когда Лукас Эверетт пригнулся, пытаясь уйти из-под давления, магическая сила Ротенхана вновь толкнула его в другую сторону.
«Примерно сейчас должна появиться божественная сила».
Вообще-то уже впечатляет, что до сих пор он ни разу не применил магию ментального типа. Противник так настойчиво пытается сбросить его в воду, а он просто будет терпеть?
Если говорить откровенно, навыки Ротенхана королю нравились, но вот его намеренные и непрекращающиеся попытки столкнуть противника в реку — не особенно.
Конечно, по тому, как маг заставляет противника упасть в реку, как сам избегает падения и насколько быстро выбирается из воды и возобновляет атаку, можно неплохо оценить его навыки. Именно поэтому падение в реку не считается поражением, если маг все еще способен продолжать бой, а сама река тоже считается частью поля.
Но одно дело — сделать это раз или два. Если зациклиться на одном способе атаки, рано или поздно сам попадешь в собственную ловушку.
Раздался голос Ротенхана.
[Ужасы настигнут его, как воды; ночью унесет его буря. Восточный ветер подхватит его, и он исчезнет; вихрь унесет его с места его.]
«Если на этот раз получится, никто особо не придерется».
Король без всякого выражения посмотрел на Ротенхана. Голос того становился все громче.
[Бог без жалости бросит в него и поразит; как ни будет он стараться убежать от руки Его. Будут рукоплескать ему и освищут его с места его.]
— ...!
— О-о!
Среди зрителей раздались пораженные возгласы.
Затвердевшая магическая сила схватила Эверетта за руки и ноги и с силой швырнула в реку.
«...Хм, получилось».
Бааах!
Король только успел так подумать, как раздался совершенно невероятный для человека, брошенного в воду, грохот.
Барьер, который Лукас Эверетт развернул над рекой, поймал его, даже не дрогнув.
Ротенхан приподнял бровь.
Король — тоже.
Поставить барьер может любой, но обычно от такого удара он должен был хотя бы задрожать, погрузиться в воду или вовсе разбиться. Увиденное совершенно не соответствовало ожиданиям.
С руки Эверетта донесся звук разрушающейся магии. Он медленно поднялся, взмахнул посохом и пошел к берегу.
Под его ногами рябила сероватая речная вода.
— ...Уааааааа!
С запозданием раздались восторженные крики жителей Мюнхена, наблюдавших за поединком.
Ротенхан, словно признавая мастерство противника, едва заметно улыбнулся и кивнул, но тут же вновь посерьезнел.
Затем он обеими руками перехватил посох и направил его на Эверетта.
[Господь крепко свяжет тебя и бросит тебя, как бросает сильный человек, о могучий! Свернет тебя в клубок и бросит в землю пространную!]
Золотая магическая сила Ротенхана молнией рассекла тьму.
Он продолжает теснить Эверетта, не позволяя ему подняться на берег, потому что барьер на текущей воде не может оставаться устойчивым. Стоит сломать или прогнуть его так, чтобы сверху хлынула вода, — и Лукасу Эверетту конец.
Эверетт наклонил посох над барьером и пригнулся.
«Атаки такой силы должно хватить, чтобы разбить барьер над рекой».
Удары Ротенхана обрушивались со всех сторон, так что из-за грохота и вспышек невозможно было ничего разглядеть, под каким углом ни посмотри. Среди горожан послышались обеспокоенные голоса. Когда атаки усилились, стоявшие перед ограждением маги королевства выставили перед людьми защитный барьер.
«Я думал, у этого мага из рода Ротенхан есть чувство меры, но, похоже, его волнует только победа».
Безопасность горожан для него второстепенна — он одержим лишь тем, чтобы одолеть Эверетта.
Ротенхан хорошо умеет скрывать улыбку.
Король подумал об этом, наблюдая за его самоуверенными движениями и невозмутимым лицом. Не удовлетворившись достигнутым, Ротенхан продолжил читать заклинание. Десятки потоков золотой магической силы, принявших форму отчетливых линий, а не простых сгустков света, изогнулись в разные стороны, пролетели совсем рядом с горожанами, а затем резко свернули.
Это была разновидность магии, связывающей противника и замедляющей его движения.
[Ты, покрывший позором дом господина твоего, умрешь там, и там будут колесницы славы твоей.]
В глазах Ротенхана на мгновение мелькнуло удовлетворение — похоже, связывающее заклинание сработало. Но уже в следующую секунду он нахмурился и схватился за руку, в которой держал палочку.
Бааах —!
— ...!
[Ободритесь; это Я, не бойтесь.]
Стоило Ротенхану упустить момент, как раздался спокойный голос, и его золотую магическую силу оттеснила голубая.
Не упуская возможности, Эверетт двинулся вперед, направив на него палочку.
Услышав эти слова, король тихо рассмеялся.
«У него еще хватает спокойствия издеваться в такой ситуации».
Король с удовлетворением посмотрел на Эверетта. Должно быть, тот пропустил свою магическую силу через связывающее заклинание, словно электричество, и таким образом атаковал Ротенхана.
Он начинал ему нравиться.
«Ободритесь; это Я, не бойтесь» — всего лишь часть нелепого заклинания, никак не связанного с тем, чтобы стоять на поверхности реки. Он произнес это не в надежде что-то активировать, а просто чтобы подразнить противника.
Королю было любопытно, как тот сумел настолько легко выбраться из связывающего заклинания, но еще больше ему понравилось это спокойствие.
Все еще не желая сдаваться, Ротенхан выставил защитное заклинание, начал отступать и снова произнес то же заклинание:
[Господь крепко свяжет тебя и бросит тебя, как бросает сильный человек, о могучий...]
[Теперь мы видим как бы сквозь тусклое стекло, гадательно, тогда же — лицом к лицу.]
Эверетт оборвал его заклинание и легко взмахнул палочкой.
Заклинание отражения.
В тот же миг магическая сила, вышедшая из тела Ротенхана, стрелой устремилась обратно к нему.
Бум —
Прямо перед тем, как Ротенхан должен был упасть в реку с противоположной стороны, вода расступилась.
Обнажилось речное дно, и Ротенхан рухнул на землю.
Король приподнял бровь.
Он раздвинул воды реки?
Неожиданная сила.
Но даже так тот факт, что Ротенхан угодил в собственную ловушку, был серьезным минусом.
[...И взял Илия милоть свою, и свернул, и ударил ею по воде... и расступилась она туда и сюда, и перешли оба посуху.]
Ротенхан резко вскочил, ударил посохом о землю и, опираясь на него, начал читать заклинание. Стоя на месте, он своей магической силой сдерживал и перекрывал реку с обеих сторон.
Похоже, у него уже не оставалось возможности одновременно поддерживать барьер и защищаться от атак Лукаса Эверетта.
Первоначальная оценка обоих участников постепенно менялась.
Лукас Эверетт, несмотря на открывшуюся возможность, лишь наблюдал за ним.
— Атакуй!
Кто-то из жителей Мюнхена выкрикнул это. В присутствии короля подобное можно было счесть невежливостью, но тот лишь усмехнулся и посмотрел на Эверетта.
Вместо того чтобы взмахнуть палочкой, Эверетт раскрыл левую ладонь и пустил над ней порыв ветра.
В тот же миг речная вода, которую Ротенхан сдерживал своим разрушенным барьером, хлынула обратно.
Баааах — Бум —!
Наблюдая за тем, как вода обрушивается подобно волне, Эверетт пробормотал заклинание и направился к берегу.
[Петр вышел из лодки и пошел по воде, чтобы подойти к Иисусу. Но, увидев сильный ветер, испугался и, начав тонуть, закричал: «Господи, спаси меня!»]
Он легко уклонился от атакующей магии Ротенхана, который уже успел выбраться на берег.
Эверетт остановился прямо перед ним, затем наклонился и протянул руку к пустому месту в ограждении, которое ранее снес Ротенхан.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...