«С чего бы это здесь...»
Неужели тут появляются не только инвазивные лабиринты вроде старшей школы Сонхва или «Хэппиленда», но и контактные, наподобие «Кукольного домика»?
— Кажется, я примерно понимаю причину, — сухо произнес глава гильдии «Юви». — Среди проводников, которых курирует третья группа агентов, есть специалист, чья главная сфера, как раз лабиринты типа «Кукольного домика».
— А.
Кажется, я понял, о ком речь. Мне доводилось слышать, что этот проводник в прошлом был профессиональным альпинистом, и при возникновении «Кукольного домика» на зачистку неизменно отправляли именно его.
Всё потому, что «Кукольный домик» представляет собой контактный лабиринт с паттерном скалолазания.
Способ его прохождения предельно прост. Игнорируя законы гравитации, нужно цепляться руками и опираться ногами на предметы, которые прикреплены к стенам или парят в воздухе, чтобы добраться до самого верха, туда, где сидит кукла.
Всё интуитивно понятно, да и определить оптимальный маршрут не составляет особого труда. К тому же, для общего успеха достаточно, чтобы цели достиг хотя бы один человек.
По-настоящему незамысловатый лабиринт. Единственная сложность, колоссальная физическая нагрузка.
Из-за этого в прежние времена люди гибли здесь довольно часто. Разбивались насмерть при падении.
— Председатель... вы знаете дорогу?
— Дорогу-то я знаю.
Стоящий рядом глава гильдии коснулся взглядом того места, где раньше была его правая рука, а затем перевёл взор на мою отсутствующую левую.
— Вот только не уверен, справимся ли мы.
Конечно, в параклайминге спортсмены с ампутациями тоже способны совершать восхождения. Однако сможем ли конкретно мы, совершенно другой вопрос. Речь ведь идёт о людях, которым оторвало по руке меньше получаса назад.
— Для начала я сам проложу маршрут.
Внутренняя структура «Кукольного домика» не бывает абсолютно одинаковой от раза к разу. При каждом новом появлении лабиринта расположение предметов и финальной куклы слегка меняется.
Именно поэтому бывший альпинист, специализирующийся на поиске оптимального пути к цели в условиях вертикального подъёма, так высоко ценился как проводник.
— И всё же, несмотря на вариации, в них сохраняются определённые паттерны и правила. Вы ведь тоже стремились в агенты, Сон Юхан, так что должны быть в курсе.
— Да. Я заучил их назубок.
Агент, лишь представитель и управляющий проводника, он не зачищает зоны лично на передовой.
Тем не менее, знание паттернов контактных лабиринтов входит в базовую программу. Агент обязан понимать, для какого лабиринта лучше всего подходит его подопечный, как решить задачу максимально эффективно и результативно и какая поддержка для этого потребуется.
— Нужно всегда двигаться по маршруту, где можно ухватиться за буфет; если оставаться на диване дольше трёх минут, он взорвётся; если на обеденном столе стоит торт, это ловушка; и ни в коем случае нельзя заглядывать в зеркала...
Подобную информацию публикует Управление лабиринтами, обеспечивая её преподавание в школах и компаниях. Это превентивная мера на случай, если обычные граждане не смогут дождаться прибытия проводников и будут вынуждены решать проблему самостоятельно.
Конечно, то, что люди проходят обучение, вовсе не означает, что они зазубривают информацию или не пропускают её мимо ушей.
— Вы помните все ключевые предостережения.
Учитывая менталитет наших граждан, введение обязательных экзаменов наверняка повысило бы эффективность обучения, но Управление лабиринтами не прибегает к столь жёсткому принуждению.
— Хотите, я расскажу вам то, о чём Управление умалчивает? Кое-что, известное только нам. Впрочем, даже без этих знаний прожить можно.
Ходили слухи, что эта недосказанность, результат негласного соглашения между гильдиями. Ведь чем выше редкость и востребованность проводников, тем больше прибыль самих гильдий.
А может, это была намеренная уступка ради сокращения жертв среди гражданских. Человек, прочитавший всего одну книгу, порой страшнее невежды: обычные люди могли возомнить, будто способны со всем справиться сами, и глупо погибнуть.
— Во-первых, следовать строго по маршруту через буфет вовсе не обязательно, — произнёс глава гильдии «Юви», указывая вдаль, на шкафчик с белой посудой. — Просто в ходе исследований мы пришли к выводу, что этот путь наиболее безопасен и эффективен.
Затем он указал на парящий в воздухе зелёный диван.
— То, что диван взрывается ровно через три минуты, на самом деле выдумка.
— Выдумка?
— Он взрывается, если оставаться на нём «слишком долго». Однако у каждого человека своё понимание этого «долго», чёткого лимита времени там нет. Поэтому людям внушили ограничение в три минуты, чтобы контролировать их восприятие.
Правило «нельзя находиться на диване дольше трёх минут» в сознании людей естественным образом трансформируется. По истечении этого времени у них срабатывает установка, что они сидят на нём «слишком долго».
Благодаря этому на диване удаётся выиграть те самые три минуты.
— Но разве нельзя было установить лимит побольше? Минут десять или тридцать?
— Это чересчур долго, не находит ли? Даже сам человек, сидящий там, поймал бы себя на мысли: «Что-то я засиделся». Три минуты, идеальный баланс. Проводники даже не пытаются перестроить своё восприятие и тренируются строго под этот тайминг.
Ю Хёнчжэ обыденно закончил мысль и перевёл взгляд на шоколадный торт, стоящий на обеденном столе. Это был торт «Киршвассер», где спелые вишни были инкрустированы подобно драгоценным камням в короне.
— О столе с этим тортом и добавлять ничего не нужно. Обычный фантом, не имеющий физической оболочки.
Если наступить туда, прельстившись широкой поверхностью, то мгновенно ухнешь вниз. Раз эти данные были собраны, значит, кто-то уже совершил подобную ошибку.
— И вон те зеркала.
Ю Хёнчжэ поочередно указал на овальное зеркало на стене, на наклонно парящее ручное зеркальце над трюмо и на зеркало, лежащее горизонтально, словно подножка.
— Мимолётный, случайный взгляд вреда не причинит. Главное, берегитесь того, чтобы начать искать в отражении отличия от реальности.
Что-то вроде игры «найди десять отличий». Вот только в данном случае их нужно «не» находить.
— А если найду? Что тогда произойдёт?
— Хм. Вот этого мне доподлинно узнать не довелось, — бровь главы гильдии слегка дрогнула. — Из тех, кто заглянул туда, назад ещё никто не возвращался. Изнутри этого зеркала.
А.
Значит, затягивает. Прямо в зеркало.
— С объяснениями закончили. Думаю, маршрут должен выглядеть примерно так.
Ю Хёнчжэ вытянул левую руку, очерчивая в воздухе извилистую линию, которая начиналась от самого нижнего стула «Кукольного домика» и вела к письменному столу наверху, где покоилась кукла.
Маршрут постоянно менял направление: оттолкнуться от стены, прыгнуть на парящую мебель, пролететь вперёд, снова ухватиться за стену... В обычных условиях такой путь назвали бы крайне неэффективным.
— Раз уж нам обоим не хватает рук, придётся по максимуму использовать парящую мебель как точки опоры.
И всё же для нас этот путь был единственно верным. В нашем положении мы физически не могли поочерёдно перебирать руками, карабкаясь по отвесной стене.
— Есть что добавить или скорректировать?
— ...Нет, всё верно.
Для нашего текущего состояния маршрут балансировал на грани фола, но ничего лучшего я бы и сам не придумал.
В принципе, этот лабиринт тяжело пройти даже здоровым. Более лёгкого пути здесь просто не существовало в природе.
— Сначала пойду я, а вы двигайтесь следом.
Получается, пока Ю Хёнчжэ разглагольствовал о правилах, в его голове уже выстраивался этот безупречный маршрут. Этот человек определённо занял бы вершину мастерства, окажись он на передовой или в исследовательском отделе этой индустрии.
Толк!
Ю Хёнчжэ плавно оттолкнулся от стула, одной рукой уцепился за часы с кукушкой и, тут же оттолкнувшись от стены, приземлился на чайный столик.
...И как это у него выходит так легко? Со стороны кажется сущим пустяком, но на деле это адски трудно.
— Каким спортом вы занимаетесь в обычной жизни? — не удержавшись, озвучил я своё любопытство.
— А?
Ю Хёнчжэ, слегка покачиваясь на чайном столике и проверяя его устойчивость, удивлённо округлил глаза, но затем с пониманием кивнул:
— Ничем особенным. Обычный уход за формой на уровне среднестатистического человека. Просто в юности я пробовал самые разные виды спорта, вот мышечная память и выручает.
— А, понятно.
Классический, сухой ответ. Интерес к теме у меня сразу угас.
— Как ваше плечо?
— Пока держится.
Ю Хёнчжэ ответил, разминая левое плечо круговым движением, словно перед растяжкой.
— Правда, из-за того, что приходится задействовать только одну руку, нагрузка со временем станет критической. Нужно правильно распределять силы.
Вообще-то я спрашивал про его оторванную правую сторону. А не про уцелевшую левую.
Когда задействуешь всё тело и совершаешь такие размашистые движения, это неизбежно бьёт по мышцам с покалеченной стороны.
Проще говоря, это должно быть чертовски больно. Впрочем, я не стал настаивать и переспрашивать.
— Кхм...
В конце концов, мне тоже предстоит прочувствовать это на собственной шкуре. Прямо сейчас.
— Осторожнее.
Перебравшись на небольшую тумбочку, Ю Хёнчжэ всё ещё выглядел расслабленным.
У меня же предчувствие было паршивым: казалось, ещё пара прыжков, и все мышцы в теле объявят забастовку. И это в месте, где малейшая оплошность грозит падением со смертельным исходом.
— Как думаете, если бы мы пошли в офис четвертой группы агентов, какой лабиринт нас бы там ждал?
Хотя я изучил практически всех проводников гильдии «Юви» и их специализации, постороннему человеку невозможно было узнать, какая именно группа агентов кого курирует.
— Кто знает. Разделение на группы агентов далеко не всегда обусловлено спецификой подопечных проводников.
— А, вот как.
— Если этот седьмой этаж олицетворяет дилемму выбора, то есть важность принятия решений и баланса, то в четвёртой группе нас бы ждал лабиринт, где можно справиться даже с недостатком физических данных. А если нет...
Ю Хёнчжэ осёкся и пожал уцелевшим левым плечом.
Если нет, то в офисе четвертой группы их встретил бы точно такой же лабиринт. Тот, который практически невозможно пройти с «неполноценным» телом.
— Но если исходить из первого предположения, я бы кое-что предположил.
Толк, дзинь!
Ю Хёнчжэ оттолкнулся от тумбочки и ловко скользнул внутрь подвешенной горизонтально птичьей клетки.
Я послушно последовал за ним, переместившись на освободившуюся тумбочку.
— Возможно, там была бы «Дилемма заключённого».
«Дилемма заключённого».
Название действительно отсылало к знаменитой концепции из теории игр. В реалиях лабиринтов этот термин обозначал как конкретный паттерн, саму суть правил, так и служил нарицательным именем для всех контактных лабиринтов, построенных на этой механике.
В отличие от «Кукольного домика», где в одном и том же пространстве менялось лишь расположение объектов, «Дилемма заключённого» каждый раз разворачивалась в новых декорациях, из-за чего идентифицировать её можно было исключительно по правилам.
— Этот паттерн, полная противоположность «Кукольному домику», где достаточно успеха одного человека. К тому же, в четвертой группе есть двойка проводников, знаменитая своей идеальной сыгранностью.
— А, те самые близнецы?..
— Именно. Они под крылом четвертой группы.
Как и положено «Дилемме заключённого», этот лабиринт требовал абсолютного взаимного доверия и сотрудничества. Стоит ли говорить, сколько людей погибло на заре исследований, когда правила этого паттерна ещё оставались загадкой.
Этот лабиринт выстраивал механику так, что естественное желание выжить приравнивалось к шкурному интересу и эгоизму.
Из тех, кто сумел выбраться из «Дилеммы заключённого» на ранних этапах, до сегодняшних дней дожили единицы. Большинство наложили на себя руки.
Их заклемили проклятиями за то, что они вышли оттуда живыми. Просто за сам факт их спасения.
— Отсюда двигайтесь за мной с предельной осторожностью.
Аккуратно следуя за ним и отталкиваясь от округлой поверхности птичьей клетки, я поймал себя на мысли, что глубина под ногами начинает казаться пугающе бездонной. Высота была такой, что падение гарантировало тяжелейшие переломы, а то и верную смерть.
Прыжок!
Шурх...
Ю Хёнчжэ умудрился высоко подпрыгнуть даже с поверхности дивана, в мягких подушках которого глубоко утопали ноги, и ухватился за шнур от висящих на стене жалюзи.
Его тело мгновенно наклонилось почти параллельно полу, но он упёрся ногами в стену и, словно разбегаясь для прыжка в длину, стремительно перебрался по ней...
Хвать!
Выпустив шнур из руки, он взмыл в воздух и чётко приземлился на шкаф.
— ...
Иными словами, весь этот акробатический трюк мне сейчас предстояло повторить в точности.
Я глубоко вздохнул и ещё раз попытался размять затекшие мышцы.
— У вас всё получится, Сон Юхан.
Я справлюсь.
Сделав этот уверенный голос своим ориентиром, я оттолкнулся от опоры и прыгнул.

Комментарии

Загрузка...