За последние тринадцать петель Сон Юхан из-за игр «Хэппиленда» добирался до игрового зала живым девять раз.
Если коротко подытожить историю сыгранных за это время игр...
《Заведи хомячка》 — 1 раз. Изначально Юхан не планировал в это играть, но лучшего способа выяснить точное число находящихся в Лабиринте людей было не найти. Он сел за автомат лишь ради того, чтобы проверить количество карточек с хомяками. В итоге продал четырёх, одного забрали в качестве комиссии, а всё, что шло после запятой, система безжалостно округлила в меньшую сторону. От такого стресса и правда можно было грохнуться в обморок.
《Цветущее безумие》 — 1 раз. Оригинальное название — «Blühender Wahnsinn». Та самая игра на экране, где крутилась VHS-запись с мрачным, зловещим лесом и полями.
Внутри этой игры обнаружился труп человека, который, судя по всему, находился на пятом этаже ещё до того, как группа пришла в игровой зал. Тело было жутко растерзано и растянуто по веткам деревьев в соответствии с какими-то непостижимыми правилами, словно его использовали в диком ритуале. Кожу с лица покойного содрали отдельно и прикрепили к какому-то огромному растению, соорудив подобие пугала. Юхан принял его за живого человека, направился туда и очень скоро погиб.
Должно быть, с его собственным телом тогда сотворили то же самое.
После той единственной попытки Юхан больше близко не подходил к «Цветущему безумию». Это было весьма полезное времяпрепровождение, вновь напомнившее ему о том, почему он так сильно не любит места, густо заросшие деревьями. Даже если бы за прохождение давали целую золотую монету, он бы ни за что не согласился.
《Партс》 — 4 раза. Ему удалось попасть в «осколок жизни» и выиграть его. Ровно один раз. Штрафной эффект «Пустота зрачка» оказалась вполне терпимой, поскольку хотя бы не лишала жизни. «Пустота боли», признаться, Юхану даже понравилась: благодаря ей совсем не чувствовалось боли, когда змея дробила ему кости. А вот «Пустота буквы И» была неописуемо, по-настоящему ужасна. Опыт, при котором у тебя насильно стирают что-то из памяти, определённо не из тех, что хочется переживать снова и снова. С тех пор Юхан дротики больше не метал.
《Правдивые истории》 — 7 раз. Благодаря тому, что в каждой петле они использовали метод «один человек решает одну задачу и передаёт очередь следующему», Юхан успел узнать правильные ответы вплоть до двадцатого дела. Если в следующий раз они доберутся до двадцать первого вопроса, то с помощью одной этой игры можно будет получить целую монету «жизни».
《Сад Психеи》 — 9 раз. С какой стати отказываться от самой лёгкой игры, если ты до мельчайших деталей знаешь её прохождение? (Бледные деревья не мои дети). Сектора 42 не существует.
《Проект Дельфы》 — 0 раз. Только к этой игре он принципиально не притрагивался. Ему больше не хотелось делать этого. По крайней мере, на глазах у остальных.
Ю Хёнчжэ при каждой новой попытке в «Проекте Дельфы» неизменно получал одно и то же пророчество. Он всегда превышал лимит в две секунды на одном и том же вопросе и всегда давал неверный ответ на шестом. И каждый раз, приняв это похожее на проклятие предсказание, он оборачивался с выражением лица человека, который так ничего и не понял.
Всякий раз, встречаясь взглядом с этими ничего не ведающими глазами, Юхан чувствовал, как от непонятной тревоги у него начинали дрожать кончики пальцев.
Кроме того, теперь он точно знал, что происходит, если не ответить в «Проекте Дельфы» ни на один вопрос. Выяснить это удалось благодаря Чхве Джэхе.
По всей видимости, автомат совершал какую-то манипуляцию с головным мозгом, из-за чего способность прогнозировать будущее или задействовать воображение у человека резко притуплялась. Проще говоря, подопытный напрочь терял чувство страха. Джэха, лишившись инстинкта самосохранения, с маниакальным упорством рвался играть в игры вроде «Цветущего безумия», а в итоге глупо погибал в каком-нибудь «Саду Психеи», просто наплевав на безопасный алгоритм прохождения.
Так или иначе, умерев примерно раз шесть-семь в удушающих объятиях змеи-посоха, Юхан подметил одну деталь: эта тварь всегда расправлялась с людьми в строго определённом порядке.
Из-за того, что на подземной парковке, в офисе «Неософт» или в редакции «Нового мира» каждый раз кто-то погибал, состав группы постоянно менялся, и поначалу Юхан не замечал закономерности. Но когда процесс дошёл до автоматизма, очерёдность тех, кто погибал раньше него, стала очевидной.
Первым всегда шёл Ю Хёнчжэ. Второй Хван Джуён. Третьим Чхве Джэха. Четвёртым Ли Джинсу. Пятым погибал сам Юхан.
Ли Нахён и малыша Чон Джихо в списке мертвецов он пока ещё ни разу не видел.
По какому принципу выстраивалась эта очередь, оставалось загадкой.
Для начала, точно не по возрасту. Если бы критерием был возраст, Ю Хёнчжэ должен был стоять после него, ведь они родились в один и того же год, только Юхан в январе.
Существовала лишь одна довольно грубая и поверхностная гипотеза: змея Хосу убивала людей в порядке убывания их материального достатка. Поскольку само это пространство выдавало в качестве награды золотые монеты, Юхан предположил, что и местный ценз вполне мог быть завязан на деньгах.
Конечно, хоть он и уволился с прежнего места работы совсем недавно, верилось с трудом, что у него, безработного в данный момент человека, денег за душой числилось больше, чем у Ли Нахён, занимающей должность помощника руководителя. С другой стороны, чужая душа потёмки, да и в жизни всякое бывает.
Впрочем... Нет.
Порядок, в котором погибали люди, сейчас не имел абсолютно никакого значения.
— Рад встрече, Сон Юхан, Ю Хёнчжэ, Ли Нахён, Ли Джинсу, Чон Джихо, Чхве Джэха и Хван Джуён. Я ведущий этого зала. Можете звать меня Хосу.
Единственное, что действительно имело значение, как им выжить теперь.
— Надо же, вас как раз ровно семеро.
Бог весть, сколько времени прошло с тех пор, как им удавалось собраться вместе в таком полном составе.
— Тогда, думаю, нам стоит сразу начать. Нам ведь всё равно сказали, что отсюда не выбраться, пока мы не сыграем в эту игру, — произнёс Чхве Джэха.
— Желаете сразу приступить к финальной игре? Не хотите поближе познакомиться с другими развлечениями, что я для вас приготовил?
— Хм-м... Ну, раз он так говорит, может, нам и правда стоит для начала попробовать что-то дру-у-ух?!
Рука Юхана, собиравшаяся было на автопилоте схватить Чхве Джэху за грудки, ввиду того, что сам Юхан сейчас сидел на стуле, сошлась на компромиссном варианте и намертво вцепилась парню в запястье.
— Семь человек. Нас здесь собралось ровно семь человек. Наконец-то, кое-как. Если сейчас убудет хоть один, нам конец. Ты правда думаешь, что я позволю тебе так глупо сдохнуть?
К счастью, вслух он этих слов не произнёс. Тем не менее их посыл более чем доходчиво читался в его взгляде.
Нельзя допускать, чтобы кто-то погиб, ввязавшись в случайную игру ради эфемерных золотых монет. Нужно как минимум своими глазами увидеть, что из себя представляет эта чёртова финальная игра.
— Сон Юхан, Ю Хёнчжэ, Ли Нахён, Ли Джинсу, Чон Джихо, Чхве Джэха и Хван Джуён. Желаете ли вы начать финальную игру?
— Да, — ответил Юхан.
— Да.
— Угу.
— Да...
Таким образом группа без лишних споров пришла к единогласному решению, и они незамедлительно перешли к финальному раунду.
— Я подготовил для вас весьма необычное развлечение, — вещал Хосу.
Следуя указаниям ведущего, все семеро сели за круглый стол, разместившись на одинаковом расстоянии друг от друга.
— Уверен, никто из вас прежде о таком даже не слышал. И уж точно никогда не играл. Что, впрочем, неудивительно, ведь я придумал её сам!
Ведущий пребывал в крайнем восторге: он то и дело вскидывал плечи, а уголки его губ подёргивались в предвкушении. Он выглядел как озорной ребёнок, не способный совладать с переполняющей его радостью.
— Называется эта игра... «Молчание ягнят»!
Название и правда было незнакомым. Хотя, если подумать, не попахивает ли заголовок откровенным плагиатом?
— Волки, надев на себя овечьи шкуры, пробираются на пастбище. Каждую ночь они тайно охотятся на ягнят, а с наступлением дня выжившие ягнята должны вычислить волков и прогнать их прочь с пастбища.
Стоило ведущему озвучить первую же строчку правил, как все присутствующие хором выдали:
— Так это же «Мафия».
— Обычная «Мафия».
— Да это же чистой воды «Мафия».
Хосу склонил голову набок. Как и прежде, его загадочные прямоугольные зрачки остались идеально параллельны полу.
— Не понимаю. Эта игра называется «Молчание ягнят».
— А, ну да... Хорошо... — протянули в ответ игроки.
Если поразмыслить, горизонтальные, вытянутые в линию зрачки есть не только у коз, но и у овец. Должно быть, именно поэтому Хосу и создал игру под названием «Молчание ягнят».
— Джихо, ты ведь знаешь правила «Мафии»? Фух, ну и отлично. Председатель... вы ведь тоже умеете играть? — уточнила Хван Джуён.
— Разумеется. Это мало чем отличается от повседневной работы предпринимателя.
К счастью, правила «Мафии» оказались знакомы абсолютно каждому.
— Однако учтите: я не скажу вам, сколько именно в игре волков и сколько ягнят. Ни одна из фракций не знает истинной сути тех, кто находится рядом.
— Чего? Но в «Мафии» же...
— ...В «Молчании ягнят».
— ...То есть волки даже не знают друг друга? Разве ночью, когда они выбирают же... то есть, ягнёнка, они не должны видеть лица друг друга?
— В ночное время ваши зрение и слух будут полностью заблокированы. Можете не переживать, что сосед по столу заметит ваше присутствие. Единственное существо, способное воспринимать вас в темноте, это я, так что беспокоиться не о чем.
Когда нужно было ледяным тоном поправить игроков касательно терминологии, он делал это без колебаний, но сейчас отвечал с на удивление любезной улыбкой.
Среди сидящих за столом тут же поднялся гул из закономерных вопросов:
— Получается, волки даже не могут обсудить ночью, кого собираются убить?
— Неужели каждый указывает на жертву в одиночку? Если волков двое или больше, игра ведь закончится буквально за три раунда. Нас ведь всего семеро.
— А доктор в игре есть? Доктор? А шериф?
— Прошу внимания.
Тук.
Стоило ведущему с силой стукнуть длинным деревянным посохом об пол, как все тут же смолкли.
— Каждая из особ волчьей породы в ночное время самостоятельно выбирает себе добычу. И лишь тот волк, который сделает свой выбор быстрее остальных, сможет успешно совершить охоту.
Правило первого в очереди. Значит, вариант, при котором игра схлопнется за пару раундов из-за кучи ночных убийств, исключался.
— И снова не понимаю. Разве доктор способен воскресить того, кто уже мёртв? Разве шериф может арестовать волка?
Выходит, особых ролей вроде доктора или шерифа здесь не предусмотрено. Впрочем, если опираться на концепцию животного мира, наличие таких профессий и правда выглядело бы довольно странно.
— Погодите секунду.
Хван Джуён, нахмурившись, подняла руку.
— Вы говорите, что волки не знают численность своего отряда и не знакомы друг с другом. Означает ли это, что волк может случайно убить волка?
— Да.
— ...Но разве это не нарушает логику игры?
— Позвольте мне озвучить условия победы, — мягко перевёл тему Хосу.
Ведущий плавно продолжил объяснения:
— Если ваша фракция волки, вы должны истребить всю добычу, чтобы на этом пастбище не осталось никого, кроме вас. Станьте единоличным хищником и новым хозяином этих земель.
Волк обязан вырезать всех ягнят, но при этом сделать так, чтобы его самого не выгнали днём.
— Если же ваша фракция ягнята, изгоните хищников, чтобы на пастбище остались только мирные овцы. Избавьтесь от любых угроз и контроля, чтобы обрести безопасность и свободу на бескрайних полях. Как только одна из сторон выполнит своё условие, игра «Молчание ягнят» тут же завершится.
Юхан мысленно структурировал задачи для каждой роли.
Волк.
Говоря предельно просто, волку нужно было уничтожить вообще всех за столом, кроме себя любимого.
Ягнёнок.
— Не слишком ли это жестоко по отношению к ягнятам? — подал голос Юхан.
Доктора нет, защитить никого нельзя. Шерифа тоже нет, так что вычислить волка легальными методами невозможно.
— Именно поэтому у ягнят есть особая способность, — отозвался на его реплику Хосу.
Голос ведущего буквально лучился скрытым весельем.
— За всё время своей жизни ягнёнок может ровно один раз, в ночное время, указать на того, кого подозревает в волчьей натуре, и проверить его истинную сущность. Своего рода ставка на тотализаторе, где на кону стоит собственная жизнь.
В глазах Хосу плясали смешинки.
— Если выбранный игрок действительно окажется волком, ягнёнок получает право один раз за игру защитить кого-либо. Неважно, укроет он защитой себя или кого-то другого.
— Да это же просто объединённые функции доктора и шерифа...
— Однако помните: если указанный вами человек окажется мирным ягнёнком, вас ждёт штраф. За каждую ошибку приходится платить свою цену.
— Штраф? Какой ещё штраф?
— Если вам так интересно, вы должны узнать это на собственном опыте. Где же будет интрига, если раскрыть все карты заранее?
Ха-а...
— Ты ведь нарочно скрыл от нас ещё кучу правил, о которых сейчас молчишь.
Похожий на святого ведущий расплылся в широкой улыбке.
— Разумеется. В чём прелесть игры, если знать всё наперёд?
— Обалдеть. Где это видано? Это же нечестно!
— Видано прямо здесь. И снова не понимаю ваших претензий. Я крайне гибкий и лояльный ведущий.
До чего же раздражающая тварь.
Впрочем, если он говорит об этом настолько открыто, значит, все тонкости и скрытые механики они смогут выяснить непосредственно по ходу игрового процесса. Возможно, сбор информации по крупицам тоже являлся частью того самого «удовольствия», заложенного в игру «Молчание ягнят».
— Джихо, послушай, если вдруг окажется, что твоя роль волк...
Группа потратила ещё немного времени на то, чтобы сообща проговорить правила и окончательно зафиксировать их в памяти. Хосу, к общему удивлению, не торопил их. Он лишь замер в стороне с едва заметной мягкой улыбкой, наблюдая за ними своими овечьими глазами.
— Ах, да.
Убедившись, что игроки готовы к началу, ведущий снова взял слово. Все за столом затаили дыхание, снизу вверх глядя на одиноко стоящую фигуру Хосу.
— Я совсем позабыл озвучить вам самое главное правило.
Юхан почему-то заранее догадывался, о чём сейчас пойдёт речь. Скорее, его даже удивляло, почему Хосу молчал об этом до сих пор.
— Земли за пределами нашего пастбища, это крайне опасные, дикие пустоши. У волков были веские причины для того, чтобы укрыться здесь. Тот, кто покидает пастбище, больше никогда не возвращается назад.
Его вкрадчивый голос звучал так, словно он читал детскую сказку.
— Но и само пастбище нельзя назвать безопасным местом. Каждую ночь изголодавшиеся и свирепые существа с параноидальной жестокостью набрасываются на тех, кто слабее. Истерзанное тело с содранной плотью и переломанными костями уже никогда не оживёт вновь.
Юхан знал истинное имя этого «пастбища».
— А потому, дорогие мои, прошу вас, наслаждайтесь этой игрой от всей души. Игрой, где с помощью одних лишь кончиков пальцев и подвешенного языка можно заставить кого-то умолкнуть навеки.
Это была жизнь. Это был мир. И это был Лабиринт.
— И только тот, кто сумеет выстоять и одержать победу, получит право покинуть это пастбище.
Цена проигрыша в этой игре была слишком высока. Проигравший не просто выбывал из партии. Он оказывался навечно обречён на молчание в реальной жизни, изгонялся за пределы этого мира и бесследно растворялся в чреве Лабиринта.
— Что ж, тогда...
— Наступает ночь пробуждения.
Игра «Молчание ягнят» началась.

Комментарии

Загрузка...