Маленький Цзин Кун был настолько решителен, что Сяо Люлань не смог его переубедить, поэтому ему пришлось одному отправиться в Императорскую академию Гоцзыцзянь.
Маленький Цзин Кун плотно закрыл дверь в свою комнату.
Гу Цзяо подошла и, постучав в дверь, спросила: «Теперь ты готов идти в школу?»
Маленький Цзин Кун спросил из-за двери: «Они все ушли?»
Гу Цзяо ответила мягким голосом: «Ушли».
Маленький Цзин Кун проворчал: «Я знаю, что плохой шурин ушел, а как насчет старшего брата Яня и старшего брата Сяошуня?»
Гу Цзяо кивнула головой: «Угу, они тоже ушли».
Только тогда маленький Цзин Кун приоткрыл дверь, но не вышел сразу, а высунул свою маленькую головку из двери и огляделся.
Только когда он убедился, что там никого нет, он вышел со своей школьной сумкой на спине.
Вероятно, он все еще стеснялся, поскольку его лицо было слегка красноватым.
Чтобы скрыть свое смущение, он старался выглядеть как можно более серьезно и старше, величественно и агрессивно шагая впереди, выглядя при этом очаровательно свирепым.
Дорога была скользкой, поэтому, чтобы малыш снова не упал, Гу Цзяо подхватила его и понесла до самого входа в школу при Императорской академии Гоцзыцзянь.
О, Боже.
Маленькое личико маленького Цзин Куна было очень красным.
Он был взрослым ребенком, и было нормально обниматься дома, но не на улице.
Но ему так понравились объятия Гу Цзяо, что он не мог с ними расстаться.
Гу Цзяо донесла малыша до самых ворот Императорской академии Гоцзыцзянь, а затем опустила его на землю.
Маленький Цзин Кун был опьянен от счастья.
Несмотря на то, что с утра пораньше его разозлили до смерти трое взрослых, он все равно был очень счастлив, что смог пойти в школу с Цзяо Цзяо!
«Вот мы и пришли». Гу Цзяо погладила его по маленькой щеке.
«Угу!» Маленький Цзин Кун неохотно кивнул и сказал: «Тогда я пойду!»
Гу Цзяо наклонилась и посмотрела ему в глаза, поправила воротник его одежды и сказала: «Будь хорошим и слушай учителя».
Маленький Цзин Кун похлопал себя по груди и пообещал: «Обязательно!»
Это были не просто слова.
Учителя Императорской академии Гоцзыцзянь были гораздо более знающими, чем преподаватели частных школ в уездном городе, особенно учителя в классе для вундеркиндов, которые все были весьма талантливы.
Нужно признать, что большая часть того, чему они учили, была новыми знаниями, которые маленький Цзин Кун не изучал раньше, и поэтому он относился очень серьезно к занятиям.
«Иди», - Гу Цзяо похлопала его по маленькому плечу.
«Пока, Цзяо Цзяо!» Маленький Цзин Кун помахал Гу Цзяо своей маленькой рукой.
Гу Цзяо улыбнулась, наблюдая, как он входит в ворота Императорской академии Гоцзыцзянь. Он был самым молодым учеником там, и, если бы не форма начальной школы, надетая на нем, то никто бы не поверил, что он ходит в класс для вундеркиндов начальной школы.
Только когда он скрылся из виду, Гу Цзяо повернулась, чтобы уйти.
Императорская академия Гоцзыцзянь была разделена на два основных двора. В главном дворе располагались шесть залов Императорской академии Гоцзыцзянь, а во второстепенном дворе – начальная школа. Один налево, другой направо после входа в главные ворота.
Класс вундеркиндов располагался в самой внутренней части Императорской академии Гоцзыцзянь.
Маленький Цзин Кун немного задержался утром из-за истерики, поэтому немного опаздывал, поэтому немного ускорил шаг.
Неожиданно, как раз, когда он проходил мимо сада с декоративными каменными горками, как вдруг из-за одной из них выскочил ребенок.
Неясно, кто в кого первый врезался, но оба они упали на пол.
Маленький Цзин Кун приземлился на пятую точку, а так как он был слишком мал, поэтому не сильно пострадал при падении, но другой ребенок издал громкий и болезненный крик.
Маленький Цзин Кун был просто ошарашен звуком этого голоса.
Он даже совершенно забыл встать и сидел, недоуменно уставившись на другого ребенка.
Это был маленький мальчик примерно того же роста, что и его сосед по парте, которому было семь лет, поэтому маленький Цзин Кун предположил, что ему тоже может быть семь лет.
Однако, если его сосед по парте был худым, то этот мальчик был толстым, даже толще, чем старший брат Линь Чэнъе.
Неизвестно, было ли это от того, что он слишком громко завывал, но уже много людей собралось вокруг них.
Маленький Цзин Кун наблюдал, как вокруг него суетились какие-то люди, спрашивали, что случилось, выглядя при этом нервными и испуганными, что казалось, будто произошло что-то непоправимое.
Маленький Цзин Кун наклонил голову набок и посмотрел на другого ребенка. Неужели он действительно так неудачно упал?
В тот момент пока маленький Цзин Кун раздумывал над этим, другой ребенок закричал, указывая на него: «Он толкнул меня! Он толкнул меня! Он толкнул меня! Схватите его немедленно!»
Группа подчиненных, окружавших другого мальчика, перевела взгляд на маленького Цзин Куна.
Среди них был старый слуга ... Маленькому Цзин Куну не показалось, что он похож на мужчину, но он явно не был и женщиной.
Он был этим крайне озадачен.
Тот старый слуга улыбнулся и мягко обратился к маленькому Цзин Куну: «Это ты столкнулся с нашим Молодым Господином?»
Хотя он улыбался, но маленький Цзин Кун не почувствовал никакой доброты от его улыбки.
Маленький Цзин Кун поднялся на ноги, серьезно задумался и объяснил: «Я не могу сказать, что это я толкнул его, скорее мы оба столкнулись друг с другом!»
Старый слуга слабо улыбнулся и сказал: «Тогда получается, что это ты столкнулся с моим Молодым Господином. Не бойся. Мой Молодой Господин не такой уж неразумный человек. Тебе нужно только подойти и извиниться перед моим Молодым Господином, и на этом дело будет закрыто».
Детей было очень легко уговорить.
Если он извинится, Молодой Господин сможет восстановить свое лицо, и все закончится хорошо.
Однако маленький Цзин Кун не стал этого делать. Он посмотрел на собеседника с шокированным выражением лица и сказал: «Он также толкнул меня, так почему я должен извиняться перед ним? Он тоже извинится передо мной после того, как я извинюсь перед ним?»
Старый слуга поперхнулся.
При этом другой маленький мальчик топал ногами и кричал: «Я не собираюсь извиняться перед ним! Схватите его! Схватите его! Схватите его! Я прикажу наказать его»
Уши маленького Цзин Куна были почти оглушены его криками. Как может существовать ребенок, который так пронзительно завывает?
Суматоха была настолько громкой, что привлекла внимание многих учеников.
Несколько учителей также пришли, чтобы узнать, что произошло.
Учителя велели ученикам вернуться обратно в свои классы, оставив только учителя Цзян из класса для вундеркиндов.
Он только вчера вечером получил известие о том, что в его класс для вундеркиндов добавится еще один ученик.
Этот ученик не сдавал вступительный экзамен, но его статус был настолько выдающимся, что начальная школа при Императорской академия Гоцзыцзянь не могла отказать ему в приеме.
Учитель Цзян узнал об этой ситуации от двух маленьких участников.
Маленький мальчик закричал: «Он толкнул меня!»
Маленький Цзин Кун твердо стоял на своем: «Нет, мы оба столкнулись друг с другом!»
Учитель Цзян не стал, не разобравшись, вставать на сторону маленького мальчика и просить маленького Цзин Куна извиниться.
Согласно пониманию учителем Цзян маленького Цзин Куна, если бы он действительно толкнул кого-то, то он обязательно не преминул бы сразу признать сей факт.
На самом деле, это был очень незначительный вопрос. Достаточно было просто вразумить двух учеников, чтобы они примирительно пожали друг другу руки.
Маленький Цзин Кун был разумным ребенком, и если бы другая сторона хотела заключить мир, то он не стал бы сопротивляться этому.
Но другой маленький мальчик не был так сговорчив.
За всю свою жизнь он никогда не был так обижен!
«Мне все равно, мне все равно, мне все равно! Он не хочет склониться передо мной и признать свою вину! Я приказываю схватить его!»
Он так волновался, что его маленькое пухлое тело подпрыгивало и подпрыгивало, а маленький Цзин Кун чувствовал, как под его ногами дрожит пол!
_____________________________________________________
Примечание:
* - цзечи - линейка для наказания учеников.
Перевод: Флоренс
«Что происходит?»
Это произнес сые Чжэн, который подошел с величественным выражением лица.
Учитель Цзян поклонился ему: «Господин Чжэн».
После смерти молодого гоцзы цзицзю и отставки старого гоцзы цзицзю, сые Чжэн стал высшим должностным лицом в Императорской академии Гоцзыцзянь, а несколько дней назад он даже временно занял пост гоцзы цзицзю Императорской академии Гоцзыцзянь с помощью Великого Тайфу Чжуана.
Без всякого сомнения, в следующем году он официально станет следующим гоцзы цзицзю Императорской академии Гоцзыцзянь.
По этой причине его очень переполняла гордость, но как только он увидел маленького мальчика, то тут же поклонился, сложив руки у груди.
В понимании маленького Цзин Куна, только младшее поколение кланялось старшему, а ученики должны кланяться учителям, но, кажется, этот маленький мальчик не был похож ни на старшего, ни на учителя этого сые Чжэна.
Тогда почему сые Чжэн поклонился ему?
«Могу я узнать, что здесь произошло?» - с улыбкой спросил сые Чжэн.
Маленький мальчик затопал ногами и закричал: «Сколько раз можно повторять?! Он толкнул меня! Он сбил меня с ног!»
Маленький Цзин Кун нахмурился и сказал: «Я тоже уже много раз повторял, что мы оба столкнулись друг с другом!»
«Как ты смеешь! Кто дал тебе смелость так говорить? Ты ходишь с завязанными глазами, толкнул кого-то и все еще винишь ......» Сые Чжэн уже собирался назвать имя мальчика, но вспомнил, что тот был зачислен в качестве простолюдина, поэтому поспешно изменил слова, сказав: «... других в этом! Ученики Императорской академии Гоцзыцзянь должны быть честными! Где ты научился таким манерам, где твоя честность и праведность, твои принципы?»
Маленький Цзин Кун впал в ярость!
Он воскликнул: «Я не бесчестный! Я не утратил чувства приличия и порядочности! И это у меня нет никаких манер?! Я просто говорю то, что произошло на самом деле! Мы двое просто столкнулись друг с другом! Я не толкал его специально, как и он меня! Мы просто одновременно врезались друг в друга!»
Почему меня вообще никто не слушает?
Неужели я говорю недостаточно громко?
Все потому что я недостаточно высок?
Почему?
Он не был ребенком, который не хотел признавать свою ошибку, но он просто не мог признать ошибку, которую явно не совершал!
Учитель Цзян также считал, что сые Чжэн поступает не совсем правильно. Если бы два предыдущих гоцзы цзицзю все еще были здесь, они бы точно не позволили случиться подобному.
«Господин Чжэн ...», - произнес он.
Сые Чжэн холодно прервал его: «Замолчите! Вот чему вы учите своих учеников!?»
Маленький Цзин Кун сжал свой маленький кулачок и, отведя свои маленькие ручки назад, с жаром заговорил: «Учитель Цзян хороший наставник! Он правильно учит своих учеников! Я тоже хороший ученик! Это ты должен заткнуться! В этом инциденте участвуют две стороны, но ты даже не потрудился спросить у меня что случилось! Ты слишком несправедлив! Ты совсем не заслуживаешь быть учителем!»
Маленький Цзин Кун сильно негодовал, поэтому перешел на "ты" и произнес столько нелицеприятных слов.
В годы его взросления ни настоятель, ни его учитель никогда не затыкали ему рот, чтобы у него не было возможности высказаться.
Кто бы что ни говорил, но у него было право говорить.
Так было и с Гу Цзяо.
Сые Чжэн так не понравились слова трехлетнего ребенка, что его лицо покраснело, однако, в конце концов, он носил звание сые Императорской академии Гоцзыцзянь, и не мог быть так просто побежден обычным ребенком.
Он сердито сказал: «Хорошо, хорошо, хорошо! За такое неуважение к своему учителю, я думаю, тебя нужно наказать! Кто-нибудь! Принесите цзечи*!»
Услышав, что маленького Цзин Куна собираются наказать, другой маленький мальчик победно улыбнулся.
В этот момент к ним подошла худощавая фигура.
Хотя он опирался на костыль, он был подобен зеленой сосне и кипарису на ветру и снегу, источая ауру благоговения и силы.
Все на мгновение замерли, во-первых, из-за его ауры, а во-вторых, из-за того, как он выглядел.
Этот мужчина был слишком ...... красив.
Сые Чжэн тоже был страшно шокирован, когда впервые встретил Сяо Люланя, но сейчас уже немного привык к этому.
Под солнцем существовало много похожих друг на друга людей, более того, он изучил его биографию, исследовал даже восемь поколений его предков. Этот человек был обыкновенным простолюдином из какого-то богом забытого уездного городка с многочисленной семьей на буксире, которую притащил за собой в столицу!
Естественно, он не мог иметь ничего общего с Молодым Маркизом Чжаоду!
Сяо Люлянь негромко сказал: «Кого сые Чжэн собирается наказать с помощью цзечи?»
Сые Чжэн вскинул брови.
Ему не нравился Сяо Люлань, но Ань Цзюньван положил на него глаз, поэтому он нетерпеливо произнес: «Не вмешивайся в это дело!»
«Шурин». Маленький Цзин Кун, который изначально не чувствовал себя обиженным, но как только он увидел Сяо Люланя, то почувствовал себя таковым. Он подскочил к Сяо Люланю и обнял его за бедро, подняв к нему покрасневшие глаза.
Сяо Люлань потрепал его по голове и взял на руки, при этом его холодные глаза оглядели толпу.
Когда его взгляд остановился на другом маленьком мальчике, в его глазах не было ни малейшей ряби: «Есть государственный закон и семейные правила, если ты хочешь наказать его, в каком статусе ты его наказываешь? Если ты всего лишь ученик начальной школы при Императорской академии Гоцзыцзянь, то ты не имеешь права наказывать его. Почему бы тебе не сказать нам, кто ты и имеешь ли ты право наказывать его?»
Маленький мальчик на мгновение поперхнулся.
Я ... Я же ...
Он не мог это сказать.
Сказать это - значит нарушить приказ.
Маленький мальчик мгновенно растерял всю свою самоуверенность.
Как только их хозяин был усмирен, то и его группа слуг также не осмелилась произнести ни слова.
Сяо Люлань продолжил, холодно глядя на сые Чжэна: «Вы сказали, что он не уважает учителей, однако есть некоторые учителя, которые не заслуживают уважения. Как вы можете ожидать, что он будет уважать таких учителей?»
Сые Чжэн поперхнулся: «Ты!»
Сяо Люлянь равнодушно продолжил: «А уж, если говорить о правилах, то сегодняшнее поведение сые Чжэна нарушило статью 78 правил Императорской академии Гоцзыцзянь. В следующий раз, прежде чем хвататься за цзечи, подумайте, на кого она должна упасть в первую очередь!»
Какая еще статья 77 или 78?
Даже я, сые, не помню ничего такого. Кем он вообще себя возомнил?
Кем он себя возомнил, молодым гоцзы цзицзю?
Он даже заговорил со мной о правилах!
Сые Чжэн был так унижен новым студентом перед важной персоной, что не мог с этим смириться: «Ты, иди за мной в зал Минхуэй!»
Он очень хотел поставить на место этого зарвавшегося студента!
Сяо Люлань бросил на него бесстрашный взгляд и сказал: «Зал Минхуэй - это место, куда может войти только гоцзы цзицзю, а разве уважаемый сые уже гоцзы цзицзю Императорской академии Гоцзыцзянь?»
Сые Чжэн был в ярости, что почти задыхался!
Этот студент ..... даже посмел высмеять меня за то, что я не настоящий гоцзы цзицзю!
Сяо Люлань продолжил: «Нам пора на занятия в класс. Берегите себя, временно исполняющий обязанности гоцзы цзицзю».
Последние два слова "временно исполняющий обязанности гоцзы цзицзю" были как острый нож, вонзившийся в сердце сые Чжэна.
Последний даже почувствовал боль в груди!
Совершенно не обращая внимания на окружающих людей, Сяо Люлань взял маленького Цзин Куна за руку, чтобы отвести его в класс.
Маленький Цзин Кун не был капризным ребенком, он уже вернул себе самообладание, но все же чувствовал себя немного подавленным.
«Что случилось?» - спросил Сяо Люлань.
Маленький Цзин Кун поднял голову и серьезно спросил: «Почему они меня не слушали? Это потому, что я слишком маленький, чтобы они могли меня услышать?»
Сяо Люлань не стал приукрашивать действительность этого мира. Он ответил: «Дело не в том, что ты маленький, а в том, что ты стоишь недостаточно высоко».
Маленький Цзин Кун на мгновение задумался об этом, только что он действительно стоял на пола в довольно низком положении. Тогда он заявил: «Значит в следующий раз, когда буду говорить, я встану на табуретку!»
Сяо Люлань не стал объяснять разницу между этими двумя понятиями. Он похлопал малыша по плечу и сказал: «Заходи».
Маленький Цзин Кун заколебался.
Он достал из кармана маленький камень и пробурчал: «Мой маленький камень говорит, что не хочет идти сегодня на занятия».
Сяо Люлань безжалостно конфисковал маленький камень и сказал: «Что ж, тогда он не пойдет в класс, а ты иди».
Маленький Цзин Кун, который пытался таким методом прогулять занятия: «...»
Перевод: Флоренс

Комментарии

Загрузка...