Утром десятого июня Ши Южоу проснулась ни свет ни заря. Умывшись, она сняла пижаму и облачилась в длинное платье спокойных тонов. Аура девушки моментально стала более сдержанной и строгой, напоминая оброненный на снег цветок красной сливы.
Как говорится: хочешь выглядеть красиво – носи траур.
Хотя из-за особенностей завещания они не могли устроить пышную церемонию прощания с отцом, самые базовые траурные одежды всё же требовались.
Переодевшись, Ши Южоу села за туалетный столик. Глядя в зеркало, она расчесала и уложила свои длинные чёрные волосы, закрепив их серебряной шпилькой в виде цветка груши. На прелестное личико она нанесла лишь лёгкий слой пудры, ограничившись едва заметным повседневным макияжем.
Приведя себя в порядок, Ши Южоу прибрала на столике и вышла из своей комнаты, чтобы разбудить брата.
Пока Цзи Юньин умывался в ванной, Ши Южоу прислонилась к окну, глядя на простирающийся внизу изумрудный лес.
Они с братом обычно не жили здесь, а учились в Юньду, поэтому мало что знали об этом поместье. Лишь вчера, после подсказки Лань Шивэня, Ши Южоу осознала: в декоративной роще вокруг усадьбы Выходящего Облака растут сплошь бруссонетии. А если добавить к этому постоянно обновляемые плетёные кресла в кабинете и бумагу из шелковицы...
Череда связанных друг с другом открытий не давала её сердцу успокоиться.
Внезапно нечто, подобное росчерку молнии, пронзило небосвод. Словно камень, брошенный в воду, оно возмутило и без того смятённые чувства девушки. Стремительная тень, которую невозможно было уловить невооружённым глазом, вырвалась из гущи леса. Она ринулась сбоку прямо к плечу Ши Южоу и с глухим ударом повалила её на пол.
— А-а!
Рухнув на паркет, Ши Южоу инстинктивно вскрикнула. Но тут тень, придавившая её, рассеялась эфемерным дымком. Серые перья исчезли, и перед ней предстал мужчина с лицом, похожим на злобного демона.
— ...Господин Е Яо? — Ши Южоу опешила, в её душе смешались недоумение и страх. — Как вы здесь оказались... и зачем?
— Не только я пришёл, — произнёс Нин Чжэ, резко хватая Ши Южоу за левую руку. — Твой папаша тоже здесь.
Говоря это, Нин Чжэ выхватил из-за пазухи складной нож. Острое лезвие безжалостно полоснуло по красной нити на её запястье, и браслет с четырьмя медными монетами тут же оказался в его ладони.
Нин Чжэ снова разрезал красную нить, вложил две монеты обратно в руку Ши Южоу, а оставшиеся две забрал себе. В то же мгновение он активировал превращение: мужчина, навалившийся на девушку, обернулся серокрылым сапсаном. Хищная птица крепко сжала когтями обрывок красной нити с двумя монетами и, взмахнув крыльями, вылетела прочь из маленького здания.
С момента его появления и до исчезновения Ши Южоу пребывала в полном ступоре. Случившееся было слишком запредельным для обычной студентки, никогда не сталкивавшейся с паранормальными инцидентами. Это выходило за рамки её понимания.
Однако подобно тому, как тайфуны и землетрясения не ждут, пока люди подготовят все меры безопасности, паранормальные инциденты тоже не зависят от того, понимают их люди или нет.
Осознаешь ты это или нет, но Призрак уже здесь, и правила уже действуют. Выживание или смерть – всё до ужаса просто.
В то короткое время, что прошло после поспешного бегства Нин Чжэ, по усадьбе начало расползаться невыразимое ощущение чужеродности.
Это было чувство глубокой неправильности происходящего. Словно на выставке картин видишь висящий на стене пустой белый лист. Или заходишь в пустую аудиторию без студентов. Или обнаруживаешь, что вода в бассейне стала глубокой и тёмной, как океанская впадина... Казалось, внешне ничего не изменилось, но в то же время произошло нечто необратимое.
— Сестра! Ты выдернула роутер? Почему интернет вдруг пропал...
Ши Южоу обернулась и увидела Цзи Юньина, выходящего из коридора. В одной руке он держал электрическую зубную щётку, в другой – смартфон. У него была привычка листать короткие видео во время чистки зубов или сидя в туалете, но сейчас, что бы он ни делал, экран упорно показывал: «Сеть недоступна».
— Странно, даже мобильный интернет не ловит... — Цзи Юньин с недоуменным видом подошёл к всё ещё лежащей на полу Ши Южоу и удивлённо спросил:
— Эм... а чего ты на полу сидишь?
Но Ши Южоу словно не слышала вопроса. Цзи Юньин увидел, как тело сестры окаменело от крайнего потрясения. Её плечи и лодыжки начали бесконтрольно подрагивать, а на обычно кокетливом и очаровательном лице застыла эмоция под названием «ужас».
— Юньин, беги, быстрее... — Ши Южоу закусила губу и, дрожа, подняла руки, указывая ему за спину. — Сза... сзади...
Цзи Юньин обернулся, и его любопытный взгляд встретился с парой пустых глазниц без глазных яблок.
Это было лицо, до боли знакомое им обоим. Лицо их отца. Высохшая, обезвоженная кожа плотно обтягивала череп, бледные губы были изъедены – то ли насекомыми, то ли чем-то ещё – до трещин, обнажая ярко-красные дёсны. На самом деле, глазницы не были совсем уж пустыми: глазные яблоки, высохшие и сморщенные, выпали наружу и болтались на щеках, удерживаемые двумя жилами зрительных нервов, похожими на старые корни.
— Как же так...
Электрическая щётка в руке Цзи Юньина всё ещё жужжала, а на экране телефона зацикленно проигрывалось видео с танцующей девушкой в короткой юбке. Бодрый бой поясных барабанов гремел из динамика, но эта шумная музыка делала тишину в затерянном среди лесов домике ещё более мёртвой.
Губы Ши Южоу беззвучно шевелились, но она не смогла выдавить ни слова. Запредельный страх лишил её сил, тело обмякло. Не в силах смотреть в жуткое лицо отца, она медленно опустила застывший взгляд ниже: с покрытой старческими пятнами шеи на странно раздутый, округлый живот, а затем – на костлявые руки, напоминающие когти хищной птицы.
В левой руке старик держал маленький матерчатый мешочек, туго перетянутый тонкой бечёвкой.
Ши Южоу замерла. В памяти внезапно всплыла статуэтка мальчика в кабинете – кажется, в руках того истукана тоже был точно такой же крошечный мешок.
«...Бог Богатства?» – всплыло в сознании Ши Южоу.
Однако Бог Богатства, казалось, вовсе не замечал их присутствия. Его пустые глазницы смотрели куда-то вдаль, в сторону озера Юньмэньцзэ.
Туда же, куда улетел сапсан.
Бог Богатства долго и молчаливо смотрел в ту сторону, где скрылся Нин Чжэ. Наконец он опустил голову, перевёл пустой взгляд на ближайшего к нему Цзи Юньина и молча протянул к нему руку.
В то же мгновение волна леденящего ужаса пронзила Цзи Юньина от копчика до самой макушки.
Бог Богатства повернулся и посмотрел на распластанную на полу Ши Южоу. Казалось, этот пустой взор пронзает грудную клетку насквозь, изучая бьющееся внутри сердце.
Оба застыли на месте, не смея шелохнуться. Затем Бог Богатства кивнул, сжал протянутую ладонь в кулак и развернулся, чтобы спуститься вниз.
Спускаясь по лестнице, он не издал ни единого звука, словно не шёл ногами, а плыл по воздуху. Лишь когда это чудовищное ощущение чужеродности наконец отступило, брат с сестрой пришли в себя. Они бросились к перилам балкона второго этажа и посмотрели вниз.
Там Бог Богатства, всё так же держа в одной руке затянутый бечёвкой мешочек, жутким образом, почти не касаясь земли, скользил к главным воротам усадьбы Выходящего Облака.
— Он ушёл... — выдохнул Цзи Юньин и без сил осел на пол балкона, словно из него выкачали душу.
Натянутые нервы Ши Южоу тоже немного расслабились. Она повернула голову к сидящему рядом Цзи Юньину и вдруг озадаченно произнесла:
— Юньин, твой браслет...
Услышав это, Цзи Юньин опустил голову. На его левом запястье всё так же была повязана красная нить, с которой он не расставался с детства. Но из четырёх нанизанных на неё медных монет неведомо куда исчезли две.
Ши Южоу разжала ладонь. В её руке лежала перерезанная красная нить. Двух медных монет на ней тоже не хватало.
(Конец главы)

Комментарии

Загрузка...