Едва Сиена ступила на платформу, ожидавшие её приближённые тут же двинулись навстречу. Секретарь Картер, занимавшийся в имперской столице делами, связанными с её предприятиями, и координировавший текущую работу, почтительно поприветствовал её.
— Рад, что вы благополучно добрались.
— Ничего не случилось?
— Доложу в экипаже.
От этого слишком гладкого ответа Сиена невольно вздохнула. Значит, всё-таки что-то произошло.
Следом за Ханной, шедшей впереди, двинулись Джон, Картер и остальные. Сиена сознательно выровняла шаг и держала взгляд прямо перед собой, направляясь к выходу.
Забравшись в экипаж, ожидавший за вокзалом, она первым делом задёрнула шторы, скрываясь от чужих глаз. Ханна села рядом и тут же раскрыла на коленях папку с документами.
— О делах парламента доложит Картер, о предприятиях Джон.
— Начнём с парламента.
— Дата вашего присутствия уже назначена. Голосование состоится через пять дней.
Картер осторожно положил один лист ей на колени. Пробежав глазами строки, Сиена заметно насторожилась.
— За это время вам необходимо встретиться с семью людьми. Троих придётся убеждать лично вам, с четырьмя свяжусь я.
— Здесь и маркиз Шасан?
— Да.
Заметив странное выражение на лице Сиены, Ханна, до этого молча слушавшая доклад, неловко улыбнулась и пояснила:
— Это тот самый господин, с которым вы тогда здоровались.
Сиена провела кончиком пальца по имени, слегка склонила голову и с улыбкой пробормотала:
— Странно. Ведь познакомились мы при таких приятных обстоятельствах.
— Говорят, что именно поэтому он в списке.
Сиена коротко рассмеялась. Значит, вот в чём дело. Противники проекта выступали куда решительнее, чем ожидалось, и теперь, когда существовала вероятность, что проект вообще не получит одобрения, маркизу было неприятно создавать впечатление, будто он близок с Сиеной.
— Вот ведь как. Всё, что можно было получить, уже получили, а теперь...
В тот день через кучера ей передали личное письмо маркиза Шасана. В нём содержалась просьба предоставить торговому дому его семьи первоочередное право на грузовые перевозки по новому морскому пути на начальном этапе.
Маркиз обещал поддержать её в парламенте, если Сиена это гарантирует. Она даже официально заверила договорённость, и вот теперь такое.
— Хорошо. Назначь встречи со всеми тремя. Маркиза Шасана поставь последним.
— Да, госпожа Сиена.
Сиена перевела взгляд на Джона и дала ему знак продолжать.
— Докладывай. В чём проблема?
— За последние три дня из списка инвесторов вышли двое.
«Сразу двое?..»
— Кто?
— Виконт Бернард и графиня Хьюз. Оба полностью вывели свои вложения.
Из груди Сиены вырвался громкий стон, почти крик.
— Они ведь не связаны с той стороной... Причина?
— Со стороны виконта Бернарда сообщили лишь, что это решение семьи. Графиня Хьюз ничего не объяснила и просто уведомила о выводе средств.
От сухого доклада Джона у Сиены внутри всё сжалось.
— Совсем ничего не ответила?
— Да.
Возврат вложений без объяснения причин был самым неприятным сигналом. Сиена задумалась, машинально потерев кончиками пальцев друг о друга.
— Это граф Лумос постарался?
— Подтверждений нет. Однако выяснилось, что графиня Хьюз часто посещает салон, который устраивает графиня Лумос.
«Ах, вот ведь...»
Сиена с силой надавила на ноющий висок.
Старый лис, который изображал расположение, держал её за руку и похлопывал по тыльной стороне ладони, снова успел первым сделать ход сразу после происшествия в Гаверуме.
— Значит, за оставшиеся пять дней до голосования придётся заново собрать и финансирование. В течение трёх дней представь список тех, кем можно заменить выбывших.
— Да, госпожа Сиена.
— В первую очередь тех, с кем мне придётся связываться лично.
— Уже занимаемся. Представлю список завтра утром.
Сиена тяжело выдохнула и ненадолго закрыла глаза. Её и без того беспокоило, что она решила взять долгий отпуск прямо перед голосованием, но кто бы мог подумать, что за это время всё успеет настолько развалиться.
Если бы она хотя бы как следует отдохнула, было бы не так обидно. Но Сиена всю поездку только и делала, что попадала в неприятности, а теперь, едва вернувшись, получила новую гору забот. От всего этого голова шла кругом.
Некоторое время она просто сидела, выравнивая дыхание, а затем медленно открыла глаза. Рассеянный взгляд постепенно сфокусировался на узоре на потолке.
Это была печать дома Биче, которую Сиена так любила.
— Итак...
Слова, всё это время вертевшиеся на языке, неприятно липли к нёбу и никак не хотели срываться с губ.
— Что с матерью?
Ханна, поняв, что очередь дошла до неё, повернулась к Сиене всем корпусом.
— За последнюю неделю в особняк под утро проникал посторонний. Не через главные ворота, а через вход со стороны восточного сада.
— Личность установили?
— Нет. Однако двое охранников дали одинаковое описание внешности, и есть основания полагать, что его провёл кто-то из прислуги.
— Хорошо, что я отправила Гиэля.
Сиена бессильно усмехнулась.
По дороге из Гаверума в имперскую столицу она постоянно получала новые донесения. На каждой станции, где останавливался поезд, её ждали осведомители, поэтому сведения поступали почти в реальном времени. Однако по отдельным обрывкам было трудно составить точную картину, и Сиена сразу отправила Гиэля в поместье.
— Пусть докладывает каждый день. И прислугу, и охрану, если кто-то вызывает подозрения, сперва изолировать, а потом допрашивать отдельно.
— Да.
Сиена коротко кивнула и отвернулась к окну. Отчаянно захотелось никотина.
— Картер.
— Да, госпожа Сиена.
— Из императорского дворца связывались?
— Сегодня утром приходил человек из дворца. Его Величество предлагает завтра после обеда выпить с вами чаю.
Чай после обеда.
Чаепитие с императором не считалось официальной встречей.
А значит, никакой записи, никаких присутствующих и никакой заранее установленной продолжительности. Иными словами, это была не та встреча, которую можно закончить по собственному желанию.
— Понятно...
Перед глазами у Сиены словно всё померкло. Возникло ощущение, будто она по колено увязла в трясине, и тело бессильно осело глубже в сиденье экипажа.
— Давайте как следует подготовимся. Все хорошо поработали.
Выслушав слова благодарности за труды, Сиена снова закрыла глаза. К несчастью, это было лишь самое начало пути по краю обрыва.
***
Сиена остановилась перед дверью.
Через неё она проходила бесчисленное множество раз. Когда-то за этой дверью находился дедушка, а порой её ждала мать, беседовавшая с ним.
— Ваше Величество, прибыла поверенная графа Сиена Биче.
Изнутри донеслось: «Пусть войдёт», и дверь распахнулась.
Император расположился в глубине залитой солнцем оранжереи и, как всегда, встретил её добродушной, беззаботной улыбкой.
— Сиена, здравствуй. Подойди сюда.
Сиена подошла и села напротив. Император, как обычно, подвинул к ней десерт и чашку чая, ласково приглашая угощаться.
— Я специально велел приготовить эти сладости. Попробуй.
— Спасибо, дядя. Какой чудесный аромат.
С этими словами Сиена поднесла чашку к губам. В тот же миг кончика языка коснулась горькая, слегка жгучая терпкость.
Яд.
На губах Сиены появилась горькая улыбка.
— Ну как?
— Сразу бодрит. Превосходно, — ответила она с небольшой заминкой.
— Ха-ха, вот и хорошо. На обратном пути велю дать тебе с собой.
Император жестом приказал ожидавшему снаружи слуге заранее приготовить для неё чайные листья.
— Ну что, в Гаверуме тебе пришлось нелегко? Наверняка сильно испугалась.
— Всё в порядке. Жаль только, что не удалось как следует насладиться Праздником основания.
— А Хасар хорошо поживает?
От этого вопроса дыхание Сиены на мгновение сбилось.
Император словно между прочим принялся говорить, что уже едва помнит лицо Хасара.
«Как же, едва помнит. Наверняка ему каждый день докладывают о каждом шаге племянника».
Сиене давно было неприятно это его тёмное нутро. Делая вид, будто ни о чём не подозревает, изображая заботу, он всё равно исподтишка следил за Хасаром и не терял бдительности.
Сиена снова коснулась губами чая и прищурилась в улыбке.
— Прекрасно. Вместе с замечательными товарищами, которых для него так заботливо подобрало Ваше Величество...
Она намеренно растянула паузу.
— Он живёт просто замечательно.

Комментарии

Загрузка...