Сидеть в пространстве просто так было скучно.
Тяньбао перевела взгляд на другой берег ручья. Там раскинулось бескрайнее поле. Всё выглядело точно так же, как во время её прошлого визита — никаких изменений. Жирная чёрная земля была покрыта зелёной растительностью.
Поначалу Тяньбао решила, что это огород, но теперь усомнилась. Она не знала ни одного из этих растений. За полем виднелась гряда гор, окутанных белым туманом. Они выглядели опасно и таинственно.
Пространство было таким огромным, словно целая деревня. Только без домов — лишь земля и горы.
Тяньбао тихонько вздохнула и нахмурила бровки, совсем как взрослая. Она была в замешательстве.
Какой смысл в таком огромном пространстве? Она знает только то, что груши можно есть. А что делать с остальным — понятия не имеет. Если плохие люди узнают о её странных и магических способностях, её снова заберут на опыты. Как же это глупо.
Похлопав себя по попе, она встала, босиком перешла через мелкий ручей, ступила на чёрную землю и подошла к растениям поближе.
Она смотрела и качала головой.
Странные красные грибы... Она знала, что цветные грибы ядовиты, их есть нельзя.
Лоза с фиолетовыми цветами? Больше похоже на сорняк. Во всяком случае, ни один съедобный овощ из тех, что она видела, так не выглядел.
Белые лотосы? Несъедобно.
Маленькие красные ягодки? Красивые, пусть растут дальше.
...
Обойдя всё вокруг, она не нашла ни единого съедобного растения, и на её личике отразилось явное разочарование. Она хотела помочь семье, и она старалась. Но это пространство было абсолютно бесполезным.
Идти к горам она даже не планировала — они были слишком далеко и высоко, ей туда не забраться.
Перед тем как покинуть пространство, Тяньбао вернулась к грушевому дереву и сочувственно обняла его толстый ствол.
— Только от тебя одного есть польза. Спасибо, старая груша.
В пространстве не было ветра, но дерево вдруг само по себе шевельнуло ветвями, и листья зашуршали, словно отвечая ребёнку.
• • •
Лекарь наконец прибыл.
Осмотрев ногу старика Су, он наложил простую шину, выписал рецепт и велел семье самим сходить за лекарствами в городскую аптеку.
— Перелом кости. Теперь нужен покой и хороший уход. Не зря говорят: «повредишь кости — сто дней лечись». В это время ему нельзя лишний раз шевелиться. У меня нет всех нужных трав, так что некоторые придётся купить в городе по этому рецепту.
Все члены семьи Су слушали внимательно, запоминая каждое слово.
— Доктор Ши, есть ли ещё что-то, на что нужно обратить внимание? Скажите, мы всё запомним!
Доктор Ши с улыбкой ответил:
— Не волнуйтесь так. Кроме перелома, других повреждений нет. Просто вовремя меняйте повязки и следите, чтобы он лежал спокойно и не двигал ногой, иначе кости могут срастись неправильно.
Услышав это, семья с облегчением выдохнула.
Когда доктор Ши собрал свой чемоданчик и направился к выходу, братья Су Да и Су Эр одновременно шагнули вперёд. Каждый из них достал что-то из-за пазухи и протянул лекарю:
— Доктор Ши, наша семья бедна. Возьмите это в качестве оплаты за визит!
На ладони одного лежали тонкие серебряные серьги, а на ладони другого — шпилька, инкрустированная серебром.
Братья переглянулись: ...
Старая госпожа Су, которая уже потянулась за медяками, замерла: ...
Она была их матерью и прекрасно знала, чьи это вещи. Это было приданое её невесток. Как бы тяжело им ни приходилось в прошлом, она никогда не зарилась на их личные вещи. Наверняка невестки, понимая бедственное положение свекрови, сами отдали украшения, чтобы помочь семье. Хорошие у неё дети, всё в дом несут.
Доктор Ши тоже удивился, увидев украшения, но затем с улыбкой махнул рукой:
— Мы же с вами соседи, все в одной деревне живём. Я сегодня только рецепт выписал, так что плату за визит не возьму.
Все в деревне знали, как живёт та или иная семья. Но таких дружных и любящих семей, как семья Су, было днём с огнём не сыскать. Простить плату за визит — значит совершить доброе дело.
Доктор Ши прижал к себе чемоданчик, отказался от предложенных денег и, улыбаясь, шагнул в ночную метель.
Старая госпожа Су немного подумала и не стала его догонять. И дело было вовсе не в жадности. На лечение старика всё равно понадобятся деньги, а их и так почти не осталось.
— Когда настанут лучшие времена, мы обязательно вернём ему этот долг чести.
Су Да и Су Эр кивнули и вложили украшения в руки матери:
— Матушка, возьми это пока. Надо пережить это время и вылечить ногу отца. А обо всём остальном потом подумаем.
Старуха помолчала, затем кивнула:
— Отныне Юэлань и Дасян мне как родные дочери.
Су Эр скривил губы:
— А разве вы не всегда относились к ним как к родным дочерям? Матушка, если б вы этого не сказали, я бы уже начал забывать, что я-то ваш родной сын.
У Тяньбао был отличный слух, и ей даже не нужно было прислушиваться, чтобы понять, о чём говорят в комнате дедушки и бабушки.
Сразу после этих слов раздался показательно-страдальческий вой её второго дяди. Бабушка снова его отлупила. Но благодаря этому дурачеству гнетущая атмосфера, висевшая в воздухе, потихоньку рассеялась.
Лю Юэлань, конечно же, тоже услышала крики деверя, специально пытавшегося рассмешить свекровь. Она наклонилась к дочери и с улыбкой прошептала:
— Твой папа сейчас точно бабушке метлу подал.
Тяньбао навострила ушки, прислушалась и её розовые губки растянулись в стороны.
Она поняла.
Вчера вечером, когда падали груши, второй дядя подал бабушке палку. А сегодня папа подал ей метлу. Папа мстит!
Заметив чистую, искреннюю улыбку на личике дочери, Лю Юэлань радостно ахнула:
— Ой, моя Тяньбао умеет улыбаться!
Тяньбао замерла: ???
Она улыбнулась?
Мама всё придумывает, она вовсе не улыбалась.
Чтобы доказать это и не дать маме дальше над ней смеяться, Тяньбао резко махнула кулачком.
В тесной, тёмной комнатке по полу с глухим стуком вновь покатились груши.
Лю Юэлань, видя, как фруктов становится всё больше и больше, почувствовала, как улыбка сползает с её лица.
Удовлетворённая своей работой, Тяньбао наконец остановилась.
Груш на полу скопилось столько, что в комнату нельзя было зайти, не наступив на них.
Су Да и Су Эр принесли корзины и собрали целых две полные доверху корзины груш.
Глядя на эти горы фруктов, старая госпожа Су почувствовала, как у неё ёкнуло сердце. Ах, удача её Тяньбао! Сколько же она её потратила!
Все взрослые семьи Су, кроме лежащего в кровати старика, собрались вокруг корзин и ошарашенно смотрели друг на друга. С таким запасом, даже если бы они ели груши три раза в день, им хватило бы на полмесяца.
В конце концов, старая госпожа Су сжала зубы и вынесла решение:
— Отвезём в город на продажу! Выручим деньги и купим лекарства для отца!
Дело было срочное, и другого выхода у семьи просто не оставалось. Две корзины груш, подаренные внучкой, пришлись как нельзя кстати.
Приняв решение, старуха зашла в комнату, осторожно взяла на руки спящую внучку и с любовью и нежностью произнесла:
— Моё сокровище... Ты запомнила то, что твоя мама сказала вчера.
Спящая малышка ничего не ответила, лишь чмокнула губками во сне.
Вчера Лю Юэлань в шутку сказала, что на ярмарке груши можно обменять на деньги, а деньги — на рис и муку. Взрослые сказали и забыли.
Но Тяньбао запомнила это.

Комментарии

Загрузка...