Покинув золотистую пустошь, озарённую лучами заходящего солнца, торговый караван Иньгэ пересёк границу тени и погрузился в сумрак, отбрасываемый горными кручами.
— Впереди Чернокаменные горы. Пройдём через ущелье – и за час с небольшим доберёмся до деревни Черного Камня.
Мэнсю посмотрел на шагавшего рядом Дуранта. Это была уже пятая попытка торговца завязать разговор.
Этот рыцарь был весьма хорош: на протяжении всего пути он непрестанно осматривал окрестности, а порой сам отправлялся на разведку, проявляя крайнюю настороженность.
Если бы все наёмные охранники исполняли свои обязанности так же ответственно, Мэнсю с радостью платил бы им двойное жалование.
Единственным недостатком рыцаря была чрезмерная молчаливость.
— Угу, — коротко кивнул Дурант.
Именно так он отвечал Мэнсю на протяжении всей дороги.
Мэнсю это ничуть не удивляло.
Отряд вошёл в ущелье, продвигаясь по извилистой горной тропе.
Дорога была узкой, словно высохшее русло реки, сплошь усыпанное галькой и валунами. Повозки продвигались с большим трудом, и скорость движения каравана резко упала.
Дуранту было трудно представить, как Мэнсю вообще ухитрился отыскать это глухое место.
И как раз в тот момент, когда он предавался раздумьям, в воздухе раздался резкий свист!
— Нападение!
Едва Дурант успел выкрикнуть предупреждение, как охранники тут же подняли щиты, занимая круговую оборону.
Однако стрела ни в кого не попала – она глубоко вонзилась в ствол дерева прямо перед караваном.
— Без паники! — С улыбкой успокоил всех Мэнсю и громко крикнул в сторону ущелья:
— Это я, Мэнсю Иньгэ, ваш старый друг!
Эхо разнесло его голос по ущелью, но спустя мгновение всё снова затихло.
Сумерки сгущались. Дурант разглядел, как с противоположного склона спрыгнула чья-то фигура.
— А вот и встречающие, — с улыбкой шагнул вперёд Мэнсю, но Дурант резко схватил его за руку.
Рыцарь понизил голос:
— Господин Мэнсю, если люди Черной горы спросят, кто я такой, скажите, что я обычный охранник вашего каравана.
— Почему? — Не понял Мэнсю.
Дурант с охотой пояснил:
— Эти люди могут ничего не знать о господине лорде, да и я не ведаю, как они к нему относятся. Такой ответ позволит избежать ненужных осложнений. Я не хочу лишний раз рисковать, мне хочется лишь как можно скорее выполнить задачу по вашей охране и вернуться в поселок Морозных Листьев.
Мэнсю помедлил, смутно почувствовав какую-то нестыковку. Но раз уж они зашли так далеко, да и искренний вид Дуранта не вызывал сомнений, он в конце концов кивнул:
— Хорошо.
— Благодарю за понимание, — вежливо ответил Дурант.
Мэнсю тут же повернулся навстречу приближавшемуся человеку:
— Рад снова видеть тебя, Рейн, мой друг! Пусть свет Владыки Рассвета озаряет твой путь!
— А уж я-то как ждал тебя всю зиму, мой статный друг!
Мужчина по имени Рейн шагнул вперёд и заключил Мэнсю в такие крепкие объятия, что торговец мгновенно покраснел от нехватки воздуха.
Впрочем, Мэнсю не стал обижаться на диковатую пылкость Рейна, а лишь с неловкой улыбкой высвободился из его объятий.
Обменявшись пылкими приветствиями, Рейн перевёл взгляд на Дуранта:
— А ты быстр. Моя стрела ещё не долетела, а ты уже всё заметил.
Дурант ничего не ответил, молча разглядывая Рейна.
Это был мужчина примерно его лет, такой же крепкий и сложенный, как Гонлер. Он был одет в грубо сшитый кожаный доспех, за плечами висела меховая накидка и лук со стрелами, а на поясе покачивался короткий клинок – от него веяло ощутимой опасностью.
Дурант нутром чуял: этот Рейн и есть один из тех самых искусных охотников.
Рука рыцаря инстинктивно дёрнулась к эфесу меча – ему захотелось сразить опасного противника на месте.
Однако благоразумие всё же взяло верх.
— Ещё бы! На сей раз на охрану каравана я потратил немалую сумму, — нарушил затянувшееся молчание Мэнсю.
— Оно и видно, — кивнул Рейн и, отведя взгляд от Дуранта, обратился к Мэнсю:
— Пойдёмте, а не то опоздаем к ужину. Мы сегодня как раз завалили трёх оленей, надо скорее вернуться, чтобы их поджарили и как следует угостили вас.
Рейн пошёл впереди, указывая дорогу, и караван возобновил движение вверх по ущелью.
Однако проехать удалось недалеко: вскоре тропа в ущелье сузилась до двухметровой расщелины, через которую повозкам было не проехать.
Мэнсю предвидел подобное: он велел слугам разгрузить поклажу, часть людей оставить охранять лагерь на месте, а остальных задействовать на переноске товаров.
Не успел Мэнсю отдать распоряжения, как Дурант сам приказал своим бойцам забрать тюки и двигаться сквозь узкий горный проход.
Пройдя метров пятнадцать, они вышли на открытое пространство, и перед глазами Дуранта предстала деревня, укрывшаяся в горном распадке среди леса.
Как и поселок Морозных Листьев, поселение было огорожено двухметровым бревенчатым забором. В тусклых отблесках костров вырисовывалось несколько деревянных построек.
Больше всего выделялась пятиметровая двухъярусная сторожевая вышка. Остальные дома Дурант прикинул на глаз – их оказалось тринадцать.
Дымок струился над крышами одиннадцати из них.
Под предводительством Рейна Дурант с бойцами и поклажей беспрепятственно вошли на территорию деревни.
Под простыми навесами женщины в меховых безрукавках помешивали варево в котлах над очагами, а неподалёку несколько так же одетых мужчин разделывали туши диких оленей.
Здешние жители всё ещё вели полудикий, племенной образ жизни – куда более первобытный, чем в поселке Морозных Листьев.
Пока Дурант разглядывал убранство деревни, к ним навстречу вышла высокая, стройная девушка.
— Моя дочь Алайя, ты должен её помнить, — представил её Мэнсю Рейн.
У девушки были утончённые черты лица, от неё веяло какой-то чистой, первозданной свежестью – трудно было поверить, что она приходится дочерью суровому Рейну.
Мэнсю слегка поклонился и первым взял слово:
— Разумеется! Рад нашей новой встрече, прекрасная госпожа Алайя. Пусть свет Владыки Рассвета озаряет ваш путь!
— Добро пожаловать! Мы приготовили множество товаров для обмена, — обрадовалась Алайя и, таинственно понизив голос, добавила:
— И ты как раз вовремя: сегодня мне достались две невероятные вещицы!
— О как?
— И что же это за вещицы?
Любопытство Мэнсю разгорелось мгновенно.
Стоявший рядом Рейн лишь недоумённо нахмурился, не понимая, о каких таких диковинах твердит его дочь.
— Идите за мной, оба! — Не стала раскрывать секрет Алайя и повела их в глубь деревни.
Дуранта, естественно, никто не приглашал, так что идти следом он не мог.
Впрочем, это его вполне устраивало: он остался на месте, подмечая особенности окружения и старательно запечатлевая их в памяти.
К «сокровищам» Алайи Дурант был абсолютно равнодушен.
Его интересовало лишь одно: смогут ли он и его бойцы захватить эту деревню своими силами?
Тем временем Алайя привела Мэнсю и Рейна к стоящему в углу срубу, доверху забитому зерном. На стенах сушились связки грибов и вяленое мясо.
— Это ваш амбар? — С любопытством озираясь, спросил Мэнсю, полагая, что Алайя решила угостить его какими-то редкими плодами.
— Вот они, сокровища! — Алайя подошла к куче сухой травы и с размаху откинула её.
Перед взором троих предстали два овальных предмета размером чуть больше арбуза, покрытых тёмно-синей чешуёй.
— Это... — Мэнсю от удивления широко раскрыл глаза и осторожно наклонился:
— Настоящие драконьи яйца?!
— Ну о чём ты думаешь? Откуда тут взяться легендарным драконьим яйцам? — Алайя со вздохом закатила глаза и скучающим тоном пояснила:
— Это яйцо виверны.
— Замечательно! Виверна – тоже дракон, так что это действительно редчайшее сокровище! — Мэнсю не мог оторвать взгляда от находок.
Лишь Рейн стоял рядом с мрачным видом и вдруг громко и сурово спросил:
— Это яйца той виверны, что обосновалась в руднике?!

Комментарии

Загрузка...