— Если я подпишу официальный контракт с Администрацией Эры...
— Ты подписал?
— Еще нет, но собираюсь.
— Что тебе сказал Комиссар?
— Нет, это мое собственное решение.
До того как метеорит из «Тюрьмы Икс» упал, во время разговора с Хан Го Ёном на крыше, Квак Хан Мук нутром чувствовал подвох.
Он ощущал, что на Хан Го Ёна в той или иной форме надавил комиссар Чан Сок Юн.
Он слишком хорошо знал Чан Сок Юна.
Чан Сок Юн идеально подходил на роль главы национального ведомства.
Он принадлежал к числу людей, которые искренне верили, будто жертва отдельного человека ради государства и несчастье Совместимого ради противодействия Испытаниям — дело неизбежное.
Он вполне был способен сотворить с Хан Го Ёном какую-нибудь настоящую гадость.
Квак Хан Мук знал это лучше кого бы то ни было, поскольку испытал на собственной шкуре.
Квак Хан Мук ведь тоже остался в Администрации ТРА из-за Чан Сок Юна.
Разумеется, окончательный выбор он сделал сам, но оставался фактом тот одиозный момент, что Чан Сок Юн оказал на него огромное влияние.
Если тот проделал нечто подобное с Хан Го Ёном...
«Черт возьми».
Квак Хан Мук проглотил глухое раздражение.
Пареньку было всего двадцать четыре.
Он даже слышал, что тот после достижения совершеннолетия на четыре года заперся у себя дома.
Что касалось социального опыта, за плечами имелся лишь год в роли про-геймера в несовершеннолетнем возрасте.
Мальчишка просто физически не мог противостоять кому-то столь искушенному, как Чан Сок Юн.
Не будь вокруг «Тюрьмы Икс», он бы схватил Хан Го Ёна за шкирку и устроил допрос с пристрастием...
Но поскольку на первом месте стояло прохождение Испытания, пока что пришлось стерпеть.
Подавляя нарастающее раздражение, Квак Хан Мук задумался о другом.
— Эм, капитан Квак. Если я завербуюсь в Администрацию ТРА... вы не перестанете быть со мной... в одной команде?
В тот момент он едва совладал со своим выражением лица.
С самой первой встречи его странным образом беспокоил Хан Го Ён.
После того как парень зарегистрировался в «Триклин» и укрылся под золотой вуалью, этот интерес стал еще сильнее.
Причина, по которой он давным-давно не сбросил оковы «Отряда спецназначения», навязанного Чан Сок Юном, во многом заключалась именно в Хан Го Ёне.
Что это была за тоска, охватившая его в ту секунду, когда он надел вуаль?
Уж точно не эмоция, навязанная кем-то со стороны.
Когда он надел вуаль во второй раз в «Эс-Ту-Пи», он вновь испытал ту же самую тоску.
Квак Хан Мук даже зашел так далеко, что на всякий случай тщательно проверил, не было ли у них с Хан Го Ёном каких-то пересечений в прошлом.
Разумеется, ничего не нашлось.
Они находились на таком уровне, что никогда бы случайно не пересеклись в жизни, не будь на то Администрации ТРА.
Наконец, так и не разгадав эту тайну, он вошел в «Тюрьму Икс».
Пока что Квак Хан Мук усердно действовал по плану Хан Го Ёна.
Он переместил Существо No 1, собрал информацию у охраны, взломал камеры наблюдения и всё в таком духе.
Вкалывая изо всех сил, он отправился на поиски Вон Тэ Бома.
Чтобы расспросить, не знает ли тот чего-нибудь о местонахождении Чхе Хён О.
Однако в итоге узнал совсем другое.
Что именно сотворил Чан Сок Юн, чтобы принудить Хан Го Ёна к подписанию контракта.
—...Со стажером? — переспросил он.
Переспросил, не веря услышанному, хотя расслышал всё отчетливо.
Вон Тэ Бом ответил с привычным бесстрастным лицом:
— Всё верно.
— Ха, блять.
Квак Хан Мук, сидевший вкривь и вкось на скамье в молельной комнате, тут же выругался.
Он грубо провел рукой по волосам, но гнев от этого не утих.
Состояние Мо Хэ Ин было тайной Администрации ТРА.
Вон Тэ Бом знал об этом, поскольку заменял заместителя руководителя 2-го отряда в отсутствие Мо Хэ Ин, однако в остальном это оставалось секретом, известным лишь высшим чиновникам.
И подумать только, он продемонстрировал это стажеру.
Умысел, стоявший за этой уловкой, был настолько очевиден, что от него подташнивало.
— Наш комиссар Чан... привычки не меняет.
Бормоча себе под нос и скрежеща зубами, стоявший напротив него Вон Тэ Бом спросил:
— Вы отговорите стажера Хана от подписания контракта?
— Само собой.
В таких обстоятельствах тому не стоило подписывать никаких контрактов.
Поскольку Хан Го Ён был совершеннолетним, Квак Хан Мук старался не лезть на рожон, чтобы не показаться слишком назойливым, но теперь он чувствовал, что больше не может оставаться в стороне.
Если оставить всё как есть, паренек наверняка с легкостью шлепнет свою подпись под каким-нибудь пожизненным соглашением с Администрацией ТРА.
— Администрации ТРА нужен стажер Хан.
Квак Хан Мук, раздумывавший, не устроить ли ему разборки с Чан Сеок Юном, замер, услышав эти слова.
Он медленно перевел взгляд на Вон Тэ Бома.
И молча уставился на него.
Вон Тэ Бом не отвёл глаз. Смотря прямо на него, он заговорил снова:
— Прошу, сделайте так, чтобы стажер Хан смог заключить контракт с Администрацией Эры.
Квак Хан Мук бесстрастно осведомился:
— Ты сейчас какую-то хуйню несешь, не находишь?
— Стажер Хан сейчас — единственное существо, способное закрыть Испытание. Если подобный человек будет принадлежать частной компании, а не государству...
— Лейтенант Вон.
—...Возникнут самые разные проблемы. К тому же Администрация РА — именно то место, где способности стажера Хана могут раскрыться на максимум. Хотя я и не могу утверждать, что методы комиссара Чана верны...
Вон Тэ Бом окончательно перешел черту.
— Я считаю это необходимым шагом.
Трах!
Квак Хан Мук резко вскочил.
Скамья, на которой он сидел, с громким стухом опрокинулась назад.
Хлёсь!
Точный удар заставил голову Вон Тэ Бома резко мотнуться вбок.
— Блять, ты еще хочешь поболтать?
Вон Тэ Бом медленно выпрямил голову. Он в упор посмотрел на Квак Хан Мука.
— Это официальное дело, капитан Квак. Прошу исключить личные чувства.
— Исключить? Да я в рот ебал их исключать.
Издав пустой смешок, он уже замахнулся кулаком снова, как вдруг...
— Капитан Квак!!
Услышав резкий окрик, Квак Хан Мук замер с рукой на весу.
Он увидел Хан Го Ёна, распахнувшего дверь в молельную комнату.
Парень выглядел ошеломленным, его и без того большие глаза стали еще шире.
Надо же было так вляпаться — его застукали за избиением младшего по званию.
Мысленно выругавшись, Квак Хан Мук широко разжал сжатый кулак и улыбнулся:
— О, Каштан, ты здесь.
Я уже много раз видел, как Квак Хан Мук лупит НПС или монстров во время Испытаний, но впервые заметил, чтобы он поднял руку на кого-то из Администрации ТРА.
К тому же, он не ограничился одним ударом и собирался тут же врезать снова.
— Капитан Квак!!
К счастью, на мой окрик Квак Хан Мук остановил руку и поприветствовал меня с ухмылкой, словно ничего не произошло.
Я поспешно приблизился к ним.
— Что здесь происходит? Почему вы ударили лейтенанта Вона?
Одна из щек Вон Тэ Бома ярко покраснела и распухла.
Его губа казалась слегка рассеченной, из-за чего я испугался, не выбили ли ему зуб.
Пока я таращился на них во все глаза, Вон Тэ Бом заговорил первым.
— Ничего страшного.
Получить удар в лицо в армии теперь считается «ничего страшного»?
Его тон был настолько спокойным, что эта мысль действительно промелькнула у меня в голове.
Я бросил взгляд на Квак Хан Мука.
Пристроившись на опрокинутой скамье, Квак Хан Мук небрежно обронил:
— Ой, рука соскользнула. Наверное, из-за того, что у моря высокая влажность.
И всё же Квак Хан Мук не относился к тем людям, кто станет бить подчиненного без всякой причины.
Похоже, Вон Тэ Бом совершил какую-то серьезную ошибку, но...
«Но лейтенант Вон не из тех, кто лезет в драку первым».
Как бы я ни ломал голову, ответа найти не удавалось.
Пока я переводил взгляд с одного на другого, Вон Тэ Бом снова заговорил первым.
— Капитан ввел меня в курс текущей ситуации. Местонахождение подполковника Чхе мне тоже неизвестно.
...Разве ему не больно?
Я не решался спросить вслух, но про себя не переставал удивляться.
Мне безумно хотелось узнать, из-за чего вообще произошел этот односторонний обмен ударами.
Однако ни Квак Хан Мук, ни Вон Тэ Бом не принадлежали к числу людей, способных дать простой
ответ.
Я просто сдался и перешел к стратегии.
— Лейтенант Вон, во время выполнения задания Исправительного духовенства не было ли каких-нибудь других странных находок? Пожалуйста, расскажите мне всё, что связано с теми деревянными резными штуками в виде щупалец осьминога.
— Вы знаете о религиозных трансляциях, которые показывают по телевизорам заключенных?
— Знаю.
Я смотрел их, когда играл роль заключенного в игре.
Единственным каналом на черно-белых телевизорах была как раз эта религиозная передача.
Даже тогда ее крутили не каждый день; ее удавалось увидеть лишь раз в несколько дней.
Там четко красовался символ креста, но содержание самой религиозной передачи выглядело очень странно.
Ее суть заключалась в следующем:
Пароход, плывущий по морю черных волн, внезапно попадает в яростный шторм и идет ко дну.
Затем на экране крупным планом появляется гигантский глаз, совсем не похожий на человеческий и заполняющий собой всё пространство.
Играла музыка, напоминающая звучание искаженного органа, а гимн сопровождался гудением, словно под водой бормотали десятки людей.
— Хвала! Поклонение! О Великий Владыка Пучины! Протянутые Им щупальца спасения приведут нас к вечному покою!
— Отбросьте свой несовершенный разум и примите божественное безумие, сотрясающее мозг! В глубокой черной бездне, где нет ни боли, ни греха, наконец насладитесь своим покоем!
Слова начисто лишены всякого смысла.
Однако они звучали настолько жутко, что я сразу понял: это никакая не обычная религиозная передача.
Стоило трансляции включиться, как заключенные принимались пялиться в телевизор, будто зачарованные.
Тогда как я просто безучастно наблюдал за ними.
— Заключенные, посмотревшие эту передачу, около суток остаются послушными.
— А, та самая передача?
В разговор вмешался Квак Хан Мук.
— В те дни, когда они ее смотрели, заключенные усердно трудились.
Это означало, что производительность труда во время ежедневных работ заметно возрастала.
Неужели через эту трансляцию происходило какое-то промывание мозгов?
Если так, то почему ее не запускали ежедневно?
«Может, всё дело в том, что она вызывает перегрузку мозга... или что-то в этом роде».
Раз уж это было действие, наносящее ментальный урон.
Вскоре я раздобыл у Квак Хан Мука информацию об охране и услышал про генерального директора Ча.
Судя по всему, тот преуспел в установлении абсолютной власти над стражниками.
— Начальник охраны не из тех, кто станет сидеть сложа руки.
Меня до сих пор бросало в дрожь при воспоминании о том, как сильно я ненавидел цепкость Начальника охраны, когда сам играл роль Тюремного надзирателя.
Собрав разрозненные кусочки информации, мне следовало бы... покинуть молельную комнату.
Ни Квак Хан Мук, ни Вон Тэ Бом еще не завершили свои сегодняшние задания.
Мне предстояло отыскать Чхе Хён О самостоятельно, но я сомневался, можно ли оставлять их одних.
Я переживал, что без меня они снова примутся лупить друг друга.
Прочитав мои мысли по взгляду, Квак Хан Мук тут же подал голос:
— С меня на сегодня хватит тумаков.
— Да... пожалуйста, по возможности обходитесь словами...
Даже выходя из молельной комнаты, я продолжал с треворой оглядываться.
Тогда Квак Хан Мук подошел ко мне с лукавой ухмылкой.
— Хочешь, провожу?
Я ничего подобного не говорил.
Но всё равно ответил: «Да».
Пройдя какое-то время бок о бок по коридору, Квак Хан Мук непринужденно бросил:
— Ничего страшного, не переживай, Каштан.
Однако текущий статус Квак Хан Мука в окне состояния всё еще значился как «Раздражен!».
«Хотел бы я, чтобы он просто рассказал мне всё прямо».
Мне очень хотелось расспросить его, но, поскольку я даже не состоял в команде, лезть в душу казалось неуместным.
Я просто решил раздобыть для него каких-нибудь сладостей попозже.
— Капитан Квак, пожалуйста, не переусердствуйте.
усмехнулся в ответ Квак Хан Мук и хлопнул меня по спине.
— Дай знать, когда найдешь подполковника Чхе.
— Есть!
Я попрощался с ним и всерьез принялся за поиски Чхе Хён О.
Хотя тюрьма располагалась на уединенном острове, её территория оказалась довольно большой, а планировка — сложной.
«Пытаться отыскать здесь Чхе Хён О без единой зацепки — уже звучит пугающе».
Я проверил окно статуса Чхе Хён О, и его текущее состояние по-прежнему отображалось как «Отчаяние!».
Мысленно я отчитал системное окно:
«Сделай же что-нибудь».
[Вам следует как можно скорее задействовать свои способности юного божества.]
Нет, не это. Подскажи лучше, в какой стороне находится подполковник Чхе, или что-то в таком духе.
По мере моего развития как божества я, пожалуй, смог бы узнать текущее местонахождение своих Сородичей, но разве это не дело будущего?
Помощь требовалась мне прямо сейчас.
Системное окно хранило молчание. Стоило мне подумать, что не стоило ничего ждать, как перед глазами всплыло квадратное окошко.
[Вы поражены невероятной мощью системного окна.]
В тот же миг передо мной появилась золотая стрелка.
Точно такая же, какие указывают путь новичкам в видеоиграх.
«Полезно. Хорошая работа».
Отпустив скупаю похвалу, я зашагал в направлении, куда указывала стрелка.
Мне то и дело приходилось петлять, потому что некоторые проходы преграждали стены, но с указателем пути стало намного проще.
По мере приближения к Чхе Хён О меня охватывало всё большее беспокойство.
Всё дело в том, что статус «Отчаяния» никак не выходил у меня из головы.
И наконец я нашел его.
На самом краю прибрежного утеса стояла черная фигура.
Он двигался настолько мало, что на первый взгляд казался статуей, установленной на обрыве.
Заняв опасное место, где он выглядел так, будто мог сорваться вниз в любую секунду, Чхе Хён О смотрел в небо.
Я осторожно приблизился к нему.
Хотя он наверняка чувствовал мое присутствие, он не шелохнулся.
Его защитные очки тоже были темными.
С некоторым опозданием я заметил, что с него капает морская вода.
Он выглядел так, будто только что вынырнул из океана.
Чем он вообще занимался...
Ощутив легкое беспокойство, я окликнул его:
— Подполковник Чхе.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...