— Господин, вы же спасли княжну, с чего бы ей... — искренне не понимал Тяньюань.
— Да когда ей вообще требовалась моя помощь? — Го Даои грациозно поднялся, наблюдая, как слуга лихорадочно запихивает вещи в мешки. — Она отправилась в путь с жалкой горсткой охраны, специально используя себя как наживку. Пятый брат считает себя гением, но он совершенно не понимает характера этой девчонки...
Го Даои прервался и издал короткий смешок.
— А может, и понимает, просто ему плевать. Ох, с этими людьми лучше не шутить, они же совершенно безумны. Наш драгоценный батюшка-император даже не догадывается, что своими руками довёл одного из собственных сыновей до сумасшествия. Какая прелесть! Как же это всё забавно! Скорее в столицу, главное представление вот-вот начнётся, и я не могу его пропустить!
• • •
Именно поэтому, когда Шэнь Сихэ поднялась с первыми лучами солнца, она узнала, что господин Го и его слуга были до смерти напуганы змеёй и покинули деревню посреди ночи.
Напуганы змеёй?
Это он что, назвал её ядовитой змеёй?
Уголки губ Шэнь Сихэ медленно поползли вверх.
— Прекрасно.
Остаток пути прошёл без единого происшествия. Спустя девять дней Шэнь Сихэ вместе со своей ручной циветой въехала в область Шанчжоу. Отсюда до столицы оставалось всего пять дней пути.
Раны зверька полностью затянулись, и Шэнь Сихэ успела трижды собрать с него мускус. Проезжая мимо бескрайних густых лесов, девушка решила выпустить питомца на волю. Но маленький хищник явно не хотел уходить, то и дело оглядываясь на её экипаж.
— Ступай. Твоё место — в этих лесах.
Шэнь Сихэ любила возиться с растениями, но не с живыми существами. Они были слишком шумными. Более того, эти создания были рождены свободными. Она знала, что знатные столичные дамы в последние годы обожают заводить домашних кошек, но в глазах Шэнь Сихэ содержание зверей в золотых клетках было издевательством над их природой.
Но она никак не ожидала, что, покинув Шанчжоу, снова наткнётся на этого наглого пушистика. Два дня и две ночи он упорно брёл за её экипажем. Похоже, он твёрдо решил навязать ей своё общество.
Он крутился вокруг неё, глядя огромными влажными глазами. Шэнь Сихэ несколько раз прогоняла его, но он неизменно возвращался.
В последний раз он вернулся весь израненный, с глубоким, до самой кости, порезом на одной из лап.
Даже холодное сердце Шэнь Сихэ дрогнуло при виде такого упрямства.
— Ты сам на это напросился. Хочешь следовать за мной — следуй.
Взяв упрямую цивету с собой, она благополучно добралась до предместий столицы, где встретилась с Мо Юанем и остальными гвардейцами. Только увидев княжну живой и невредимой, Мо Юань наконец смог перевести дух.
— Княжна, княжна, а что это за кошка? — Хунъюй пришла в полный восторг от странного создания, похожего одновременно на лисицу и кошку в леопардовой шубке.
К сожалению, зверёк оказался невероятно высокомерным. Никому, кроме Шэнь Сихэ — даже суровой Моюй — он не позволял к себе приближаться, не говоря уже о том, чтобы погладить свою драгоценную шёрстку. Бедной Хунъюй оставалось лишь восхищённо пялиться на него издали.
— Дикая кошка, подобрала по дороге, — равнодушно бросила Шэнь Сихэ. — Прилипла и отказывалась уходить. Оставила её, чтобы вам было с кем поиграть.
— Княжна, вы уже придумали ей имя? — Биюй тоже обожала пушистых зверьков.
— Имя? — Шэнь Сихэ даже не задумывалась об этом. Раз уж зашёл разговор, она ласково почесала зверька за ушком. — Говорят, наследный принц вернулся в столицу?
— Да, день рождения Вдовствующей Императрицы уже не за горами, и Его Величество приказал подготовить для торжества сад Фужун. Наследный принц прибыл в столицу вместе с Её Величеством, а церемония его совершеннолетия состоится сразу после праздника, — почтительно доложила Биюй.
— Вот как, — задумчиво протянула Шэнь Сихэ. Её взгляд снова опустился на млеющую от её прикосновений цивету. — Назови его Нежилец.
— А?! — в один голос ахнули Хунъюй и Биюй.
Никто и никогда не давал своим домашним любимцам таких жутких имён! Служанки отчаянно гнали прочь крамольные мысли, но ситуация была слишком очевидной: почему госпожа сначала спросила о наследном принце, а в следующую секунду дала коту такое имя?!
Ведь «Нежилец» означало «Обречённый», «Короткий век»...
— Нежилец, — не обращая внимания на потрясённые лица служанок, тихо позвала Шэнь Сихэ.
Зверёк в ответ радостно тявкнул.
С этого момента он официально стал Нежильцом. Служанки благоразумно решили, что в тайные замыслы господ им лучше не лезть. Находчивая Биюй поспешила сменить тему.
— Княжна, обе лавки уже освобождены и отремонтированы согласно вашим указаниям. Чем именно вы планируете там торговать?
Шэнь Сихэ отправила их в столицу заранее со специальным заданием: освободить две лавки, которые достались ей в наследство от покойной матери. Одна находилась в квартале Аньи, прямо перед Восточным рынком, а другая — в квартале Хуайюань, перед Западным. Это были идеальные места для торговли.
— Откроем парфюмерную лавку, — Шэнь Сихэ была вполне довольна их расторопностью. — Мо Юань, отправь несколько толковых, умеющих вести переговоры людей в округ Наньхай, чтобы связаться с производителями благовоний. Там есть свои рынки. Пусть также съездят в округа Жинань и Чжуя. Выдай каждому по сто таэлей золота. Пусть скупают любые благовония в огромных количествах, независимо от их типа.
— Сто таэлей золота?! — Биюй, заведовавшая финансами госпожи, не смогла скрыть изумления. Для Шэнь Сихэ триста золотых не были критичной потерей, но на такие деньги можно было скупить целые горы благовоний!
— Сто таэлей, — спокойно кивнула Шэнь Сихэ.
— Слушаюсь. — Биюй покорно поклонилась и ушла отдавать распоряжения.
— Княжна, а как мы назовём нашу лавку? — спросила Хунъюй, отвечавшая за ремонт.
— Имя? — Шэнь Сихэ не любила придумывать названия, но ещё больше не любила, когда её собственность называли чужие люди.
Её пальцы продолжали медленно гладить мягкую шёрстку Нежильца. Девушка слегка приподняла изящные брови.
— Духо. Башня Духо.
— Д-духо? — Хунъюй застыла, хлопая глазами.
Она перевела взгляд на спящего на коленях госпожи Нежильца. Сначала «Обречённый», теперь «Одинокая жизнь»... это уже перебор!
— Княжна, но ведь «Духо» звучит как-то... зловеще, — Хунъюй искренне не понимала, почему её госпожа выбирает такие странные имена.
— Когда все цветы погибнут, лишь я останусь жить, — тёмные, словно драгоценный обсидиан, глаза Шэнь Сихэ блеснули. — Что же в этом зловещего?
— Э-э...
После таких слов Хунъюй внезапно ощутила невероятную скрытую мощь. От её госпожи повеяло ледяной аурой, похожей на ту, что окружала самого правителя Северо-Запада после триумфального возвращения с кровавой бойни. Хунъюй это безумно понравилось.
— Звучит красиво! Башня Духо — великолепное имя!
Раздав распоряжения, Биюй вернулась как раз в тот момент, когда Шэнь Сихэ произнесла свою фразу. Служанка закатила глаза, глядя на простоватую Хунъюй, и тихо спросила:
— Княжна, имя «Духо» весьма необычно. В будущем многие захотят узнать, что оно означает.
Нельзя же в самом деле рассказывать всем оригинальную фразу княжны! Это всё равно что плюнуть в лицо всей столичной знати!
— Ну и что с того? — равнодушно отозвалась Шэнь Сихэ.
Лицо Биюй вытянулось, и она чуть не расплакалась.
— Княжна...
— Ладно, не буду тебя пугать, — Шэнь Сихэ мягко улыбнулась, видя искреннее беспокойство служанки. — Корень травы духо в лекарствах исцеляет людей, а в парфюмерии — связывает воедино все ароматы.
Биюй облегчённо выдохнула.
— Княжна, когда нам доставить Линлун в поместье принца Кана?
Предательница Линлун уже была передана в руки Мо Юаня. По приказу Шэнь Сихэ её жестоко допросили, но оставили в живых.
— Сегодня ночью.
До этого момента Шэнь Сихэ не хотела привлекать к себе лишнего внимания, поэтому приказала придержать пленницу. Но теперь, когда она прибыла в столицу, самое время дать принцу Кану чёткий сигнал: она, Шэнь Сихэ, здесь.
— Вы войдёте в столицу завтра. Прикажете подготовить поместье вашей семьи или вашу личную резиденцию княжны? — уточнила Биюй.
В столице располагалось огромное поместье отца Шэнь Сихэ, правителя Северо-Запада, а также её собственная резиденция, лично дарованная ей Императором Юнином.
Но была одна проблема. В резиденции отца жила наложница, которую Император Юнин силой навязал Шэнь Юэшаню. И эта наложница была не кем иным, как законной дочерью принца Кана — двоюродной сестрой самого Императора.
【В эпоху Тан сто таэлей серебра равнялись по покупательной способности примерно четырёмстам тысячам современных юаней, так что сто таэлей золота — это астрономическая сумма.】

Комментарии

Загрузка...