— Здесь не место для разговоров. Вот доберемся до моего пристанища, и там я все подробно вам объясню, господин Се, — вежливо произнес мужчина.
— Здесь не место для разговоров. Вот доберемся до моего пристанища, и там я все подробно вам объясню, господин Се, — вежливо произнес мужчина.
Се Вэньдун неопределенно пожал плечами и небрежно бросил:
Се Вэньдун неопределенно пожал плечами и небрежно бросил:
— Что ж, Крис, веди.
— Что ж, Крис, веди.
Выйдя из переулка, все четверо поймали такси. Крис велел водителю ехать на север.
Выйдя из переулка, все четверо поймали такси. Крис велел водителю ехать на север.
Минут через двадцать машина затормозила у входа в неприметную маленькую гостиницу. Выйдя из салона, Се Вэньдун огляделся. Место нельзя было назвать глухим, но от шумных кварталов оно лежало поодаль.
Минут через двадцать машина затормозила у входа в неприметную маленькую гостиницу. Выйдя из салона, Се Вэньдун огляделся. Место нельзя было назвать глухим, но от шумных кварталов оно лежало поодаль.
— И ты живешь здесь? — с сомнением спросил он.
— И ты живешь здесь? — с сомнением спросил он.
Крис усмехнулся:
Крис усмехнулся:
— А где, по-твоему, мне следовало остановиться, господин Се?
— А где, по-твоему, мне следовало остановиться, господин Се?
— В консульстве, — спокойно ответил Вэньдун.
— В консульстве, — спокойно ответил Вэньдун.
— Слишком много лишнего внимания, — Крис покачал головой и первым вошел внутрь.
— Слишком много лишнего внимания, — Крис покачал головой и первым вошел внутрь.
Гостиница оказалась крошечной и совершенно заурядной — как снаружи, так и внутри. За стойкой у входа сидел хозяин, сухощавый мужчина лет сорока с небольшим. Редкие волосы, землистый цвет лица и толстые очки в черной роговой оправе придавали ему болезненный вид. При виде Криса и Яс он заметно оживился и порывался было встать, но, заметив следовавших за ними Се Вэньдуна и Цзян Сэня, тут же опустился обратно на стул. Мужчина принялся с самым невозмутимым видом листать какой-то журнал, однако его настороженный взгляд так и следовал за вошедшими гостями.
Гостиница оказалась крошечной и совершенно заурядной — как снаружи, так и внутри. За стойкой у входа сидел хозяин, сухощавый мужчина лет сорока с небольшим. Редкие волосы, землистый цвет лица и толстые очки в черной роговой оправе придавали ему болезненный вид. При виде Криса и Яс он заметно оживился и порывался было встать, но, заметив следовавших за ними Се Вэньдуна и Цзян Сэня, тут же опустился обратно на стул. Мужчина принялся с самым невозмутимым видом листать какой-то журнал, однако его настороженный взгляд так и следовал за вошедшими гостями.
Цзян Сэнь, сообразив что к чему, загородил собой обзор хозяину заведения и негромко шепнул напарнику:
Цзян Сэнь, сообразив что к чему, загородил собой обзор хозяину заведения и негромко шепнул напарнику:
— Брат Дун, этот доходяга на ресепшене, похоже, заодно с Крисом.
— Брат Дун, этот доходяга на ресепшене, похоже, заодно с Крисом.
Се Вэньдун и сам давно приметил эту нервозность. Он лишь слегка прищурился и едва заметно усмехнулся:
Се Вэньдун и сам давно приметил эту нервозность. Он лишь слегка прищурился и едва заметно усмехнулся:
— Вижу. Не обращай внимания.
— Вижу. Не обращай внимания.
Из разговоров с Крисом становилось ясно: американец прибыл в Китай с секретной и крайне важной миссией. В таких делах наследить нельзя, а к выбору убежища подходят с особой тщательностью. Странное поведение болезненного администратора наводило на мысль, что перед ними — американский шпион. А судя по тому, сколько лет уже стояла эта гостиница, агент осел здесь очень давно.
Из разговоров с Крисом становилось ясно: американец прибыл в Китай с секретной и крайне важной миссией. В таких делах наследить нельзя, а к выбору убежища подходят с особой тщательностью. Странное поведение болезненного администратора наводило на мысль, что перед ними — американский шпион. А судя по тому, сколько лет уже стояла эта гостиница, агент осел здесь очень давно.
У Штатов денег куры не клюют, а предателей, готовых за звонкую монету продать хоть родную мать, везде хватает. Так что за личиной обычного соотечественника нередко скрывается прихвостень, сливающий информацию за границу и поливающий грязью собственную родину.
У Штатов денег куры не клюют, а предателей, готовых за звонкую монету продать хоть родную мать, везде хватает. Так что за личиной обычного соотечественника нередко скрывается прихвостень, сливающий информацию за границу и поливающий грязью собственную родину.
Крис не расслышал их шушуканья. Задержавшись у лестницы, он обернулся:
Крис не расслышал их шушуканья. Задержавшись у лестницы, он обернулся:
— Нам на второй этаж, господин Се.
— Нам на второй этаж, господин Се.
Се Вэньдун промолчал, лишь небрежным жестом велел ему идти вперед.
Се Вэньдун промолчал, лишь небрежным жестом велел ему идти вперед.
Крис опасался, как бы гость не заподозрил неладное, но, убедившись, что тот спокоен, отбросил лишние церемонии и уверенно поднялся по ступеням.
Крис опасался, как бы гость не заподозрил неладное, но, убедившись, что тот спокоен, отбросил лишние церемонии и уверенно поднялся по ступеням.
В глубине коридора второго этажа Крис отпер дверь углового номера. Но стоило Се Вэньдуну и Цзян Сэню переступить порог, как из темноты метнулись тени. В виски им обоим уперлись четыре холодных вороненых ствола.
В глубине коридора второго этажа Крис отпер дверь углового номера. Но стоило Се Вэньдуну и Цзян Сэню переступить порог, как из темноты метнулись тени. В виски им обоим уперлись четыре холодных вороненых ствола.
Се Вэньдун бесстрастно оглядел четверых громил. Все — иностранцы, крепкие, с резкими чертами лиц, которые для китайца сливались в одну безликую массу. Само их присутствие Вэньдуна не пугало, но вот прикосновение холодного металла к коже изрядно раздражало. Он прищурился и перевел взгляд на проводника:
Се Вэньдун бесстрастно оглядел четверых громил. Все — иностранцы, крепкие, с резкими чертами лиц, которые для китайца сливались в одну безликую массу. Само их присутствие Вэньдуна не пугало, но вот прикосновение холодного металла к коже изрядно раздражало. Он прищурился и перевел взгляд на проводника:
— И как это понимать, Крис?
— И как это понимать, Крис?
Тот примирительно улыбнулся:
Тот примирительно улыбнулся:
— Без обид, господин Се. В нашем деле осторожность превыше всего.
— Без обид, господин Се. В нашем деле осторожность превыше всего.
Он коротко кивнул своим людям.
Он коротко кивнул своим людям.
Двое опустили оружие и шагнули вперед, намереваясь обыскать гостей. Се Вэньдун даже не шелохнулся, но вот у Цзян Сэня терпение лопнуло. Резким движением головы он сбил нацеленный в висок ствол, мгновенно присел и с разворота всадил локоть прямо в солнечное сплетение ближайшего конвоира.
Двое опустили оружие и шагнули вперед, намереваясь обыскать гостей. Се Вэньдун даже не шелохнулся, но вот у Цзян Сэня терпение лопнуло. Резким движением головы он сбил нацеленный в висок ствол, мгновенно присел и с разворота всадил локоть прямо в солнечное сплетение ближайшего конвоира.
Удар вышел сокрушительным — такой легко прошиб бы и дубовую доску. Громила утробно охнул, согнулся пополам, покачнулся и мешком рухнул на пол, мгновенно потеряв сознание от болевого шока.
Удар вышел сокрушительным — такой легко прошиб бы и дубовую доску. Громила утробно охнул, согнулся пополам, покачнулся и мешком рухнул на пол, мгновенно потеряв сознание от болевого шока.
Второй американец, собиравшийся провести обыск, оцепенел от неожиданности. Опомнившись, он лихорадочно выхватил пистолет и наставил его на Цзян Сэня. Но тот среагировал быстрее молнии: перехватил чужое запястье, заломил его вверх и со всей дури боднул противника лбом в лицо.
Второй американец, собиравшийся провести обыск, оцепенел от неожиданности. Опомнившись, он лихорадочно выхватил пистолет и наставил его на Цзян Сэня. Но тот среагировал быстрее молнии: перехватил чужое запястье, заломил его вверх и со всей дури боднул противника лбом в лицо.
Раздался глухой стук. Из-за невысокого роста Цзян Сэню пришлось даже слегка подпрыгнуть, так что удар его макушки пришелся точнехонько в переносицу верзилы. Впрочем, этого хватило с лихвой.
Раздался глухой стук. Из-за невысокого роста Цзян Сэню пришлось даже слегка подпрыгнуть, так что удар его макушки пришелся точнехонько в переносицу верзилы. Впрочем, этого хватило с лихвой.
Из разбитого носа брызнула кровь. Вскрикнув от дикой боли, американец попятился, зажимая лицо руками, а его пистолет мгновенно оказался в руках Цзян Сэня.
Из разбитого носа брызнула кровь. Вскрикнув от дикой боли, американец попятился, зажимая лицо руками, а его пистолет мгновенно оказался в руках Цзян Сэня.
Цзян Сэнь небрежно взвесил трофейное оружие на ладони, злорадно усмехнулся и направил ствол прямо на остолбеневшего Криса.
Цзян Сэнь небрежно взвесил трофейное оружие на ладони, злорадно усмехнулся и направил ствол прямо на остолбеневшего Криса.
— Ну что, придурки, — ледяным тоном произнес он. — Размяться захотели? Я к вашим услугам!
— Ну что, придурки, — ледяным тоном произнес он. — Размяться захотели? Я к вашим услугам!
Крис опешил. Переводя взгляд с воинственного Цзян Сэня на абсолютно невозмутимого Се Вэньдуна, он сдавленно спросил:
Крис опешил. Переводя взгляд с воинственного Цзян Сэня на абсолютно невозмутимого Се Вэньдуна, он сдавленно спросил:
— Господин Се... Что это за выходки?
— Господин Се... Что это за выходки?
Вэньдун лишь улыбнулся и аккуратно, кончиком пальца, отвел в сторону ствол, все еще маячивший у его лица.
Вэньдун лишь улыбнулся и аккуратно, кончиком пальца, отвел в сторону ствол, все еще маячивший у его лица.
— Это я хотел спросить, Крис, что всё это значит? Неужто у вас, американцев, принято так встречать своих спасителей?
— Это я хотел спросить, Крис, что всё это значит? Неужто у вас, американцев, принято так встречать своих спасителей?
Крис заметно смутился и поспешил оправдаться:
Крис заметно смутился и поспешил оправдаться:
— Я... это вынужденная мера. Инструкция есть инструкция.
— Я... это вынужденная мера. Инструкция есть инструкция.
— К черту ваши инструкции! — Се Вэньдун резко оттолкнул двоих оставшихся охранников и под их ошеломленными взглядами прошествовал вглубь комнаты. Вальяжно опустившись на диван, он не спеша достал сигарету, щелкнул зажигалкой и, выпустив тонкую струйку сизого дыма, прищурился: — Не надо совать мне под нос свои дурацкие правила. Вы в Китае. А здесь правила устанавливаю я.
— К черту ваши инструкции! — Се Вэньдун резко оттолкнул двоих оставшихся охранников и под их ошеломленными взглядами прошествовал вглубь комнаты. Вальяжно опустившись на диван, он не спеша достал сигарету, щелкнул зажигалкой и, выпустив тонкую струйку сизого дыма, прищурился: — Не надо совать мне под нос свои дурацкие правила. Вы в Китае. А здесь правила устанавливаю я.
Не успел Крис вставить и слова, как вперед выступила разъяренная Яс.
Не успел Крис вставить и слова, как вперед выступила разъяренная Яс.
— Пусть твой цепной пес уберет пушку! — приказала она на английском. — Иначе пожалеешь!
— Пусть твой цепной пес уберет пушку! — приказала она на английском. — Иначе пожалеешь!
Она не понимала ни слова по-китайски, но издевательский тон Се Вэньдуна и, главное, его высокомерный, скользящий мимо взгляд больно ранили ее гордость. От обиды ее голос так и звенел от злости.
Она не понимала ни слова по-китайски, но издевательский тон Се Вэньдуна и, главное, его высокомерный, скользящий мимо взгляд больно ранили ее гордость. От обиды ее голос так и звенел от злости.
Вэньдун даже ухом не повел. Он продолжал молча, с легкой полуулыбкой, вертеть в пальцах дорогую зажигалку.
Вэньдун даже ухом не повел. Он продолжал молча, с легкой полуулыбкой, вертеть в пальцах дорогую зажигалку.
Такое демонстративное пренебрежение окончательно вывело девушку из себя. Высокомерная по натуре, она вспыхнула как порох:
Такое демонстративное пренебрежение окончательно вывело девушку из себя. Высокомерная по натуре, она вспыхнула как порох:
— Да как ты смеешь...
— Да как ты смеешь...
— Довольно, Яс, — Крис торопливо выставил ладонь, призывая напарницу к порядку. Несмотря на то что руководил операцией именно он, держался он с ней подчеркнуто уважительно. Сделав девушке незаметный знак успокоиться, Крис натянул дежурную улыбку и обратился к лидеру триады: — Господин Се, давайте опустим оружие. К чему эти сцены? Мы ведь можем все мирно обсудить.
— Довольно, Яс, — Крис торопливо выставил ладонь, призывая напарницу к порядку. Несмотря на то что руководил операцией именно он, держался он с ней подчеркнуто уважительно. Сделав девушке незаметный знак успокоиться, Крис натянул дежурную улыбку и обратился к лидеру триады: — Господин Се, давайте опустим оружие. К чему эти сцены? Мы ведь можем все мирно обсудить.
Он кивнул своим громилам. Те переглянулись и нехотя опустили пистолеты. Напарник пострадавшего помог тому подняться и уволок обмякшее тело в соседнюю комнату, чтобы уложить на кровать.
Он кивнул своим громилам. Те переглянулись и нехотя опустили пистолеты. Напарник пострадавшего помог тому подняться и уволок обмякшее тело в соседнюю комнату, чтобы уложить на кровать.
Се Вэньдун одобрительно кивнул Цзян Сэню. Тот все понял без слов, презрительно хмыкнул и ленивым взмахом руки отбросил отобранный ствол на стол.
Се Вэньдун одобрительно кивнул Цзян Сэню. Тот все понял без слов, презрительно хмыкнул и ленивым взмахом руки отбросил отобранный ствол на стол.
Когда накал страстей спал, Крис незаметно выдохнул. Как-никак, хоть они и были агентами ФБР, Се Вэньдун возглавлял мощнейшую группировку китайского криминала. На этой земле переходить ему дорогу было чистейшим самоубийством.
Когда накал страстей спал, Крис незаметно выдохнул. Как-никак, хоть они и были агентами ФБР, Се Вэньдун возглавлял мощнейшую группировку китайского криминала. На этой земле переходить ему дорогу было чистейшим самоубийством.
— Господин Се, прошу прощения, я должен отлучиться на минуту и проверить состояние своего человека, — Крис вежливо кивнул и удалился в спальню, плотно прикрыв за собой дверь.
— Господин Се, прошу прощения, я должен отлучиться на минуту и проверить состояние своего человека, — Крис вежливо кивнул и удалился в спальню, плотно прикрыв за собой дверь.
Разумеется, его подчиненный не получил серьезных увечий — обычный нокаут от точного удара в корпус. Крис ушел вовсе не за тем, чтобы оказывать первую помощь, а чтобы спешно связаться со штаб-квартирой ФБР в Штатах.
Разумеется, его подчиненный не получил серьезных увечий — обычный нокаут от точного удара в корпус. Крис ушел вовсе не за тем, чтобы оказывать первую помощь, а чтобы спешно связаться со штаб-квартирой ФБР в Штатах.
Минут через пять он вернулся. На его лице сияла еще более радушная улыбка. Подсев ближе к Се Вэньдуну, он вкрадчиво поинтересовался:
Минут через пять он вернулся. На его лице сияла еще более радушная улыбка. Подсев ближе к Се Вэньдуну, он вкрадчиво поинтересовался:
— Ну так что, господин Се? Вы обдумали наше предложение о сотрудничестве?
— Ну так что, господин Се? Вы обдумали наше предложение о сотрудничестве?
— Я впрочем уже сказал, — ровным голосом ответил тот. — Прежде чем соглашаться, я должен знать все детали.
— Я впрочем уже сказал, — ровным голосом ответил тот. — Прежде чем соглашаться, я должен знать все детали.
Американец на мгновение задумался, взвешивая все «за» и «против». Наконец он поднял глаза на собеседника:
Американец на мгновение задумался, взвешивая все «за» и «против». Наконец он поднял глаза на собеседника:
— Наша цель — Тони Виктор.
— Наша цель — Тони Виктор.
Се Вэньдун слегка откинулся на спинку дивана. Имя показалось смутно знакомым.
Се Вэньдун слегка откинулся на спинку дивана. Имя показалось смутно знакомым.
Цзян Сэнь тут же склонился к его уху:
Цзян Сэнь тут же склонился к его уху:
— Брат Дун, это Тони Виктор. Крупнейший наркобарон на юге Штатов.
— Брат Дун, это Тони Виктор. Крупнейший наркобарон на юге Штатов.
Лично Вэньдун с ним знаком не был, но когда-то Старина Гуй, просвещая его о тонкостях мирового наркотрафика, упоминал эту фигуру. Виктор держал под собой весь юг США и плотно сотрудничал с колумбийскими картелями. А поскольку Колумбия в каком-то смысле наступала на пятки Золотому треугольнику, Старина Гуй держал руку на пульсе.
Лично Вэньдун с ним знаком не был, но когда-то Старина Гуй, просвещая его о тонкостях мирового наркотрафика, упоминал эту фигуру. Виктор держал под собой весь юг США и плотно сотрудничал с колумбийскими картелями. А поскольку Колумбия в каком-то смысле наступала на пятки Золотому треугольнику, Старина Гуй держал руку на пульсе.
«Вот оно как»
«Вот оно как»
— И этот делец сейчас в Китае? — поинтересовался Се Вэньдун.
— И этот делец сейчас в Китае? — поинтересовался Се Вэньдун.
— Именно так, — подтвердил Крис. — Он прибыл сюда чуть больше недели назад.
— Именно так, — подтвердил Крис. — Он прибыл сюда чуть больше недели назад.
— И скрывается в Городе T?
— И скрывается в Городе T?
— Судя по агентурным данным, да, — со вздохом ответил американец.
— Судя по агентурным данным, да, — со вздохом ответил американец.
Вэньдун мысленно чертыхнулся.
Вэньдун мысленно чертыхнулся.
«В моих собственных владениях объявилась столь крупная рыба, а мои люди ни сном ни духом. С разведкой в Северном Хунмэне явно пора что-то решать»
«В моих собственных владениях объявилась столь крупная рыба, а мои люди ни сном ни духом. С разведкой в Северном Хунмэне явно пора что-то решать»
Однако внешне он не выказал и тени досады, вежливо улыбнувшись:
Однако внешне он не выказал и тени досады, вежливо улыбнувшись:
— Крис, ты упоминал, что у него при себе есть нечто ценное. О чем речь?
— Крис, ты упоминал, что у него при себе есть нечто ценное. О чем речь?
— Кое-какие секретные военные разработки, — уклончиво обронил Крис и тут же перевел тему: — Сейчас он залег на дно в Городе T. И нам очень нужна твоя помощь, чтобы выковырять его оттуда.
— Кое-какие секретные военные разработки, — уклончиво обронил Крис и тут же перевел тему: — Сейчас он залег на дно в Городе T. И нам очень нужна твоя помощь, чтобы выковырять его оттуда.
Се Вэньдун задумчиво потер подбородок, не торопясь с ответом. Проблемы ФБР с беглым наркобароном его не волновали — поймают они Виктора или нет, погоды ему не делало. А вот вскользь упомянутые военные секреты заставили его призадуматься. Крис преподнес это как пустяк, но Вэньдун прекрасно знал: американские военные технологии — самые передовые в мире. Если уж ради них ищейки из ФБР примчались на другой конец света, цена этой информации на черном рынке должна быть астрономической.
Се Вэньдун задумчиво потер подбородок, не торопясь с ответом. Проблемы ФБР с беглым наркобароном его не волновали — поймают они Виктора или нет, погоды ему не делало. А вот вскользь упомянутые военные секреты заставили его призадуматься. Крис преподнес это как пустяк, но Вэньдун прекрасно знал: американские военные технологии — самые передовые в мире. Если уж ради них ищейки из ФБР примчались на другой конец света, цена этой информации на черном рынке должна быть астрономической.
Негромко рассмеявшись, он произнес:
Негромко рассмеявшись, он произнес:
— Слушай, Крис, одного не пойму. Почему вы не прижали его еще в Штатах? Зачем было ждать, пока он сбежит в Китай, а потом устраивать эти шпионские игры?
— Слушай, Крис, одного не пойму. Почему вы не прижали его еще в Штатах? Зачем было ждать, пока он сбежит в Китай, а потом устраивать эти шпионские игры?
Да если бы они могли! Виктор оказался на редкость скользким типом и попросту обвел спецслужбы вокруг пальца. Разумеется, признавать собственное фиаско Крис не собирался из соображений престижа.
Да если бы они могли! Виктор оказался на редкость скользким типом и попросту обвел спецслужбы вокруг пальца. Разумеется, признавать собственное фиаско Крис не собирался из соображений престижа.
— Когда мы подготовили операцию по его задержанию, у него случилась утечка, — поморщился американец. — Он среагировал мгновенно и успел вылететь в Китай до того, как мы перекрыли границы.
— Когда мы подготовили операцию по его задержанию, у него случилась утечка, — поморщился американец. — Он среагировал мгновенно и успел вылететь в Китай до того, как мы перекрыли границы.
— И все же, — хмыкнул Се Вэньдун, — ваше правительство могло бы официально запросить помощь у Пекина. Зачем действовать втайне?
— И все же, — хмыкнул Се Вэньдун, — ваше правительство могло бы официально запросить помощь у Пекина. Зачем действовать втайне?
«Официально?» — Крис мысленно усмехнулся.
«Официально?» — Крис мысленно усмехнулся.
Если за дело возьмутся китайские спецслужбы и повяжут Виктора, то заветные военные секреты мгновенно окажутся в руках Пекина. Для Белого дома это был бы худший кошмар. Именно поэтому Вашингтон тайно задействовал ФБР, готовое пойти на любой риск. Более того, перед вылетом Крис получил четкую инструкцию: сам наркобарон американскому правосудию не так уж и нужен — живым или мертвым, неважно. Но вот данные, которые он украл, должны вернуться в Штаты в целости и сохранности.
Если за дело возьмутся китайские спецслужбы и повяжут Виктора, то заветные военные секреты мгновенно окажутся в руках Пекина. Для Белого дома это был бы худший кошмар. Именно поэтому Вашингтон тайно задействовал ФБР, готовое пойти на любой риск. Более того, перед вылетом Крис получил четкую инструкцию: сам наркобарон американскому правосудию не так уж и нужен — живым или мертвым, неважно. Но вот данные, которые он украл, должны вернуться в Штаты в целости и сохранности.
Вслух же Крис ответил уклончиво:
Вслух же Крис ответил уклончиво:
— На то была воля руководства. Нам мотивы не объясняют, наше дело — выполнять приказы.
— На то была воля руководства. Нам мотивы не объясняют, наше дело — выполнять приказы.
Се Вэньдун не нуждался в откровениях — он и без чужих подсказок все прекрасно понял. В его голове стремительно выстраивалась схема дальнейших действий. Спустя мгновение он вскинул голову и пристально посмотрел на Криса. В глубине его черных зрачков хищно блеснул ледяной огонек.
Се Вэньдун не нуждался в откровениях — он и без чужих подсказок все прекрасно понял. В его голове стремительно выстраивалась схема дальнейших действий. Спустя мгновение он вскинул голову и пристально посмотрел на Криса. В глубине его черных зрачков хищно блеснул ледяной огонек.

Комментарии

Загрузка...