От его пронзительного, цепкого взгляда Крис и его люди невольно вздрогнули. Едва разрядившаяся обстановка в комнате вновь мгновенно накалилась.
От его пронзительного, цепкого взгляда Крис и его люди невольно вздрогнули. Едва разрядившаяся обстановка в комнате вновь мгновенно накалилась.
В конце концов Се Вэньдун мысленно покачал головой. Сейчас не стоило ссориться с высокопоставленными американцами ради сиюминутной выгоды. К тому же он еще в глаза не видел то, о чем толковал Крис. Кто знает, может, все это чистой воды выдумка?
В конце концов Се Вэньдун мысленно покачал головой. Сейчас не стоило ссориться с высокопоставленными американцами ради сиюминутной выгоды. К тому же он еще в глаза не видел то, о чем толковал Крис. Кто знает, может, все это чистой воды выдумка?
Се Вэньдун весело рассмеялся и спросил:
Се Вэньдун весело рассмеялся и спросил:
— Хорошо, допустим. Но если я помогу вам, что я с этого получу?
— Хорошо, допустим. Но если я помогу вам, что я с этого получу?
Услышав это, Крис наконец облегченно перевел дух. Напряжение, сковавшее его тело, отпустило. Он широко улыбнулся:
Услышав это, Крис наконец облегченно перевел дух. Напряжение, сковавшее его тело, отпустило. Он широко улыбнулся:
— Господин Се, вы можете выдвигать любые условия. Если это в наших силах, мы выполним все без колебаний.
— Господин Се, вы можете выдвигать любые условия. Если это в наших силах, мы выполним все без колебаний.
Вэньдун задумался. Раз уж правительство Штатов задействовало ФБР для поимки Тони Виктора, значит, дело серьезное и сил они не жалели. Но если все так, зачем им помощь со стороны? Ответ напрашивался сам собой: крупный наркобарон — крепкий орешек. Три иностранных киллера в баре наглядно это доказали.
Вэньдун задумался. Раз уж правительство Штатов задействовало ФБР для поимки Тони Виктора, значит, дело серьезное и сил они не жалели. Но если все так, зачем им помощь со стороны? Ответ напрашивался сам собой: крупный наркобарон — крепкий орешек. Три иностранных киллера в баре наглядно это доказали.
Придав лицу максимально безразличное выражение, Вэньдун поинтересовался:
Придав лицу максимально безразличное выражение, Вэньдун поинтересовался:
— Полагаю, Тони Виктора охраняет целая армия телохранителей и наемников?
— Полагаю, Тони Виктора охраняет целая армия телохранителей и наемников?
Крис забегал глазами:
Крис забегал глазами:
— Кое-какие люди у него есть. Но я уверен, что при вашем влиянии в Китае, господин Се, устранить его не составит никакого труда.
— Кое-какие люди у него есть. Но я уверен, что при вашем влиянии в Китае, господин Се, устранить его не составит никакого труда.
На словах все выглядело гладко, но на деле, прибыв в Китай, Крис быстро осознал: у Тони Виктора под рукой была не просто горстка преданных людей, а десятки обученных бойцов. И это только те, кто крутился на виду, а сколько еще пряталось в тени — оставалось лишь догадываться. Наркобарон не поскупился и нанял троих первоклассных киллеров мирового уровня, которые не отходили от него ни на шаг. Услуги таких специалистов стоили баснословных денег с почасовой оплатой, но для человека, годами ворочавшего миллиардами в наркобизнесе, это были сущие пустяки.
На словах все выглядело гладко, но на деле, прибыв в Китай, Крис быстро осознал: у Тони Виктора под рукой была не просто горстка преданных людей, а десятки обученных бойцов. И это только те, кто крутился на виду, а сколько еще пряталось в тени — оставалось лишь догадываться. Наркобарон не поскупился и нанял троих первоклассных киллеров мирового уровня, которые не отходили от него ни на шаг. Услуги таких специалистов стоили баснословных денег с почасовой оплатой, но для человека, годами ворочавшего миллиардами в наркобизнесе, это были сущие пустяки.
Спецагенты ФБР под руководством Криса прибыли в страну тайно, но не успели они даже составить план захвата, как Виктор уже вычислил их. Именно поэтому киллеры и устроили засаду на Криса и Яс в баре. Стало очевидно: силами горстки федералов задачу не решить, не говоря уже о том, чтобы забрать у наркобарона заветные документы.
Спецагенты ФБР под руководством Криса прибыли в страну тайно, но не успели они даже составить план захвата, как Виктор уже вычислил их. Именно поэтому киллеры и устроили засаду на Криса и Яс в баре. Стало очевидно: силами горстки федералов задачу не решить, не говоря уже о том, чтобы забрать у наркобарона заветные документы.
Се Вэньдун стал для Криса спасительной соломинкой. В нем американец увидел реальный шанс на успех. Буквально несколько минут назад, когда Крис делал вид, будто осматривает раны своего напарника, он успел незаметно связаться с руководством. Обрисовав ситуацию, он получил четкое указание: объединить усилия с китайским мафиози, ликвидировать Тони Виктора и во что бы то ни стало вернуть секретные файлы.
Се Вэньдун стал для Криса спасительной соломинкой. В нем американец увидел реальный шанс на успех. Буквально несколько минут назад, когда Крис делал вид, будто осматривает раны своего напарника, он успел незаметно связаться с руководством. Обрисовав ситуацию, он получил четкое указание: объединить усилия с китайским мафиози, ликвидировать Тони Виктора и во что бы то ни стало вернуть секретные файлы.
Эти документы, о которых туманно упомянул Крис, содержали чертежи новейших военных разработок. Тони Виктор выкупил их у ведущего инженера-ракетчика. Для обывателя эти бумаги были не более чем бесполезной макулатурой, но для любого государства они представляли колоссальную ценность. Наркобарон планировал перепродать технологии одной из ближневосточных стран за астрономическую сумму. Он надеялся провернуть сделку в строжайшей тайне, но произошла утечка. Получив эти сведения, Белый дом забил тревогу: допустить, чтобы секретные разработки попали в руки потенциального противника, было нельзя. Приказ на арест Виктора выписали незамедлительно.
Эти документы, о которых туманно упомянул Крис, содержали чертежи новейших военных разработок. Тони Виктор выкупил их у ведущего инженера-ракетчика. Для обывателя эти бумаги были не более чем бесполезной макулатурой, но для любого государства они представляли колоссальную ценность. Наркобарон планировал перепродать технологии одной из ближневосточных стран за астрономическую сумму. Он надеялся провернуть сделку в строжайшей тайне, но произошла утечка. Получив эти сведения, Белый дом забил тревогу: допустить, чтобы секретные разработки попали в руки потенциального противника, было нельзя. Приказ на арест Виктора выписали незамедлительно.
Однако Виктор, за долгие годы наркоторговли обросший связями среди коррумпированных чиновников самого высокого ранга, узнал об облаве до того, как за ним пришли. Понимая, что прямой рейс на Ближний Восток — это верная ловушка, он сменил личину, раздобыл фальшивые документы и улетел в Китай.
Однако Виктор, за долгие годы наркоторговли обросший связями среди коррумпированных чиновников самого высокого ранга, узнал об облаве до того, как за ним пришли. Понимая, что прямой рейс на Ближний Восток — это верная ловушка, он сменил личину, раздобыл фальшивые документы и улетел в Китай.
Сложные дипломатические отношения между Пекином и Вашингтоном лишали американские спецслужбы возможности действовать в Китае открыто. Просить помощи у китайского правительства они тоже не решались, опасаясь огласки. Просчитав все эти риски, Тони Виктор решил на время залечь на дно в Поднебесной, а заодно перенес место сделки с ближневосточными покупателями прямо сюда.
Сложные дипломатические отношения между Пекином и Вашингтоном лишали американские спецслужбы возможности действовать в Китае открыто. Просить помощи у китайского правительства они тоже не решались, опасаясь огласки. Просчитав все эти риски, Тони Виктор решил на время залечь на дно в Поднебесной, а заодно перенес место сделки с ближневосточными покупателями прямо сюда.
Город Т подходил для этого идеально. Расположенный неподалеку от столицы, он не подвергался столь же жесткому контролю за иностранцами, как Пекин. Для наркобарона это место стало идеальным убежищем.
Город Т подходил для этого идеально. Расположенный неподалеку от столицы, он не подвергался столь же жесткому контролю за иностранцами, как Пекин. Для наркобарона это место стало идеальным убежищем.
— Капитан Крис, вы, кажется, забываете одну деталь, — Се Вэньдун снисходительно усмехнулся. — Я ведь еще не дал своего согласия.
— Капитан Крис, вы, кажется, забываете одну деталь, — Се Вэньдун снисходительно усмехнулся. — Я ведь еще не дал своего согласия.
— Полноте, господин Се! — рассмеялся американец. — Разве у вас остались какие-то сомнения?
— Полноте, господин Се! — рассмеялся американец. — Разве у вас остались какие-то сомнения?
— Если этот человек оказался не по зубам даже вам, — парировал Вэньдун, — то мне определенно стоит взвесить все за и против.
— Если этот человек оказался не по зубам даже вам, — парировал Вэньдун, — то мне определенно стоит взвесить все за и против.
— Ну бросьте. С вашим влиянием в Китае, и особенно здесь, в городе Т, приструнить какого-то залетного наркоторговца — сущий пустяк, разве нет?
— Ну бросьте. С вашим влиянием в Китае, и особенно здесь, в городе Т, приструнить какого-то залетного наркоторговца — сущий пустяк, разве нет?
Для Се Вэньдуна это и впрямь не представляло сложности. Но делать что-то бескорыстно шло вразрез с его принципами. Прищурившись, он с мягкой улыбкой возразил:
Для Се Вэньдуна это и впрямь не представляло сложности. Но делать что-то бескорыстно шло вразрез с его принципами. Прищурившись, он с мягкой улыбкой возразил:
— Тони Виктор — фигура мировой величины в криминальных кругах. Если я помогу вам его скрутить, кто поручится, что его преданные псы потом не придут за моей головой?
— Тони Виктор — фигура мировой величины в криминальных кругах. Если я помогу вам его скрутить, кто поручится, что его преданные псы потом не придут за моей головой?
Крис был не глуп и сразу раскусил этот маневр. Молодой мафиози просто набивал себе цену, выбивая наиболее выгодные условия. Крис весело осклабился:
Крис был не глуп и сразу раскусил этот маневр. Молодой мафиози просто набивал себе цену, выбивая наиболее выгодные условия. Крис весело осклабился:
— Ваша осторожность вполне оправданна, господин Се. Но уверяю вас: Соединенные Штаты умеют быть благодарными. Если вы поможете нам, награда превзойдет все ваши ожидания.
— Ваша осторожность вполне оправданна, господин Се. Но уверяю вас: Соединенные Штаты умеют быть благодарными. Если вы поможете нам, награда превзойдет все ваши ожидания.
Се Вэньдун лениво опустил взгляд, разглядывая свои ногти, и небрежно щелкнул по одному из них:
Се Вэньдун лениво опустил взгляд, разглядывая свои ногти, и небрежно щелкнул по одному из них:
— И на что же я могу рассчитывать?
— И на что же я могу рассчитывать?
Крис ненадолго задумался, взвешивая слова:
Крис ненадолго задумался, взвешивая слова:
— Американское гражданство. И, разумеется, доллары.
— Американское гражданство. И, разумеется, доллары.
Вэньдун насмешливо вскинул бровь:
Вэньдун насмешливо вскинул бровь:
— Вид на жительство и один доллар?
— Вид на жительство и один доллар?
— Ну что вы, конечно нет! — замахал руками Крис. — Зеленая карта и один миллион долларов наличными.
— Ну что вы, конечно нет! — замахал руками Крис. — Зеленая карта и один миллион долларов наличными.
— О, целый миллион! — Се Вэньдун понимающе закивал и растянул губы в улыбке. — Что ж, американское правительство и впрямь не скупится на щедрость.
— О, целый миллион! — Се Вэньдун понимающе закивал и растянул губы в улыбке. — Что ж, американское правительство и впрямь не скупится на щедрость.
Крис, совершенно не уловив ядовитого сарказма в его голосе, довольно закивал:
Крис, совершенно не уловив ядовитого сарказма в его голосе, довольно закивал:
— Разумеется! Стоит вам согласиться, господин Се, и мы станем верными союзниками...
— Разумеется! Стоит вам согласиться, господин Се, и мы станем верными союзниками...
Договорить он не успел. Раздался резкий, звонкий хлопок — Се Вэньдун с размаху опустил зажигалку на журнальный столик. Крис осекся на полуслове и замер, ошарашенно уставившись на собеседника.
Договорить он не успел. Раздался резкий, звонкий хлопок — Се Вэньдун с размаху опустил зажигалку на журнальный столик. Крис осекся на полуслове и замер, ошарашенно уставившись на собеседника.
Глаза Се Вэньдуна превратились в две холодные щелки.
Глаза Се Вэньдуна превратились в две холодные щелки.
— Ты держишь меня за идиота или за нищего? — процедил он с ледяной усмешкой. — Миллион долларов? Решил пошутить со мной? Да я на северо-востоке за один день зарабатываю больше!
— Ты держишь меня за идиота или за нищего? — процедил он с ледяной усмешкой. — Миллион долларов? Решил пошутить со мной? Да я на северо-востоке за один день зарабатываю больше!
Вэньдун резко поднялся со своего места и направился к выходу. Напоследок он бросил через плечо презрительное:
Вэньдун резко поднялся со своего места и направился к выходу. Напоследок он бросил через плечо презрительное:
— Иногда мне кажется, что вам, американцам, хирурги по ошибке пересадили мозги прямиком в задницу.
— Иногда мне кажется, что вам, американцам, хирурги по ошибке пересадили мозги прямиком в задницу.
Лицо Криса пошло багровыми пятнами, губы мелко задрожали от ярости. Будь они в Штатах, он бы уже давно впечатал кулак в эту высокомерную физиономию. Но они находились в Китае, на чужой территории, в самом сердце подконтрольного Вэньдуну города Т. Силы были неравны. Крис прекрасно понимал: этому худощавому парню достаточно шевельнуть пальцем, и никто из американских агентов не вернется домой живым.
Лицо Криса пошло багровыми пятнами, губы мелко задрожали от ярости. Будь они в Штатах, он бы уже давно впечатал кулак в эту высокомерную физиономию. Но они находились в Китае, на чужой территории, в самом сердце подконтрольного Вэньдуну города Т. Силы были неравны. Крис прекрасно понимал: этому худощавому парню достаточно шевельнуть пальцем, и никто из американских агентов не вернется домой живым.
Подавив гнев, Крис глубоко вдохнул, поднялся и примиряюще вскинул руки:
Подавив гнев, Крис глубоко вдохнул, поднялся и примиряюще вскинул руки:
— Господин Се, постойте! Не нужно пороть горячку. Давайте сядем и все спокойно обсудим. Любые условия можно пересмотреть.
— Господин Се, постойте! Не нужно пороть горячку. Давайте сядем и все спокойно обсудим. Любые условия можно пересмотреть.
Се Вэньдун небрежно отмахнулся:
Се Вэньдун небрежно отмахнулся:
— Мне нечего с вами обсуждать. Ваша зеленая карта мне даром не сдалась. Моя цена — пятьдесят миллионов. И точка.
— Мне нечего с вами обсуждать. Ваша зеленая карта мне даром не сдалась. Моя цена — пятьдесят миллионов. И точка.
У Криса едва глаза на лоб не полезли.
У Криса едва глаза на лоб не полезли.
— Пя... пятьдесят миллионов долларов?! — выдавил он пересохшими губами.
— Пя... пятьдесят миллионов долларов?! — выдавил он пересохшими губами.
— Разумеется, — невозмутимо подтвердил Вэньдун. — Если готовы платить — нам есть о чем говорить. Если нет — разговор окончен.
— Разумеется, — невозмутимо подтвердил Вэньдун. — Если готовы платить — нам есть о чем говорить. Если нет — разговор окончен.
Он взялся за дверную ручку, но перед тем как выйти, обернулся:
Он взялся за дверную ручку, но перед тем как выйти, обернулся:
— Даю вам время подумать. Немного. Жду ответа завтра до восьми утра.
— Даю вам время подумать. Немного. Жду ответа завтра до восьми утра.
Се Вэньдун вытащил из кармана визитку и легким щелчком пальцев запустил ее в воздух. Картонный прямоугольник, описав изящную дугу, опустился точно на стеклянную поверхность журнального столика.
Се Вэньдун вытащил из кармана визитку и легким щелчком пальцев запустил ее в воздух. Картонный прямоугольник, описав изящную дугу, опустился точно на стеклянную поверхность журнального столика.
Се Вэньдун в сопровождении Цзян Сэня вышел, даже не обернувшись. Крис так и остался стоять посреди номера, онемев от подобной наглости.
Се Вэньдун в сопровождении Цзян Сэня вышел, даже не обернувшись. Крис так и остался стоять посреди номера, онемев от подобной наглости.
Яс не понимала китайского, но по изменившемуся лицу напарника догадалась, что переговоры зашли в тупик. Она подошла ближе и спросила по-английски:
Яс не понимала китайского, но по изменившемуся лицу напарника догадалась, что переговоры зашли в тупик. Она подошла ближе и спросила по-английски:
— Капитан Крис, Се Вэньдун отказался помогать?
— Капитан Крис, Се Вэньдун отказался помогать?
Придя в себя, Крис устало посмотрел на девушку и покачал головой:
Придя в себя, Крис устало посмотрел на девушку и покачал головой:
— Нет, он согласен. Но его аппетиты непомерны. Я не уполномочен принимать такие решения.
— Нет, он согласен. Но его аппетиты непомерны. Я не уполномочен принимать такие решения.
С этими словами он достал мобильный и скрылся в спальне, чтобы связаться с руководством.
С этими словами он достал мобильный и скрылся в спальне, чтобы связаться с руководством.
Пятьдесят миллионов долларов — Се Вэньдун действительно затребовал баснословную сумму. Даже за головы самых разыскиваемых международных террористов Белый дом предлагал от силы пару сотен миллионов. Сам Тони Виктор, как преступник, не стоил и десятой части этой суммы. Однако секретные чертежи, которые он прихватил с собой, были бесценны. Именно поэтому Крис не посмел с ходу отвергнуть столь наглое требование.
Пятьдесят миллионов долларов — Се Вэньдун действительно затребовал баснословную сумму. Даже за головы самых разыскиваемых международных террористов Белый дом предлагал от силы пару сотен миллионов. Сам Тони Виктор, как преступник, не стоил и десятой части этой суммы. Однако секретные чертежи, которые он прихватил с собой, были бесценны. Именно поэтому Крис не посмел с ходу отвергнуть столь наглое требование.
Выйдя из отеля, Се Вэньдун взглянул на хмурое небо и бросил:
Выйдя из отеля, Се Вэньдун взглянул на хмурое небо и бросил:
— Ну что, старина Сэнь, возвращаемся в штаб.
— Ну что, старина Сэнь, возвращаемся в штаб.
У Цзян Сэня все это время сердце уходило в пятки. Он жутко нервничал с самой первой минуты, как они переступили порог гостиницы, так что спорить, разумеется, не стал и лишь с облегчением закивал.
У Цзян Сэня все это время сердце уходило в пятки. Он жутко нервничал с самой первой минуты, как они переступили порог гостиницы, так что спорить, разумеется, не стал и лишь с облегчением закивал.
Они поймали такси у обочины. Лишь когда машина затормозила неподалеку от штаб-квартиры Северного Хунмэня, Цзян Сэнь наконец-то смог выдохнуть и расслабить одеревеневшие плечи. Вести дела с ФБР — все равно что играть с тигром: один неверный шаг, и тебя сожрут.
Они поймали такси у обочины. Лишь когда машина затормозила неподалеку от штаб-квартиры Северного Хунмэня, Цзян Сэнь наконец-то смог выдохнуть и расслабить одеревеневшие плечи. Вести дела с ФБР — все равно что играть с тигром: один неверный шаг, и тебя сожрут.
Выйдя из салона, он поспешил за боссом:
Выйдя из салона, он поспешил за боссом:
— Брат Дун, мы действительно собираемся помогать этим федералам ловить Тони Виктора?
— Брат Дун, мы действительно собираемся помогать этим федералам ловить Тони Виктора?
Се Вэньдун легкомысленно усмехнулся:
Се Вэньдун легкомысленно усмехнулся:
— Нам предлагают легкие и очень большие деньги. Работа плевая, выгода колоссальная. Зачем отказываться?
— Нам предлагают легкие и очень большие деньги. Работа плевая, выгода колоссальная. Зачем отказываться?
— Оно-то так, — замялся Цзян Сэнь, — но мне эти американцы доверия не внушают. Скользкие они.
— Оно-то так, — замялся Цзян Сэнь, — но мне эти американцы доверия не внушают. Скользкие они.
Се Вэньдун весело, раскатисто расхохотался:
Се Вэньдун весело, раскатисто расхохотался:
— Американцы, может, и скользкие ребята, старина Сэнь. Но мы-то с тобой еще хуже!
— Американцы, может, и скользкие ребята, старина Сэнь. Но мы-то с тобой еще хуже!
Цзян Сэнь растерянно моргнул, не до конца уловив суть шутки, и уставился на босса недоуменным взглядом.
Цзян Сэнь растерянно моргнул, не до конца уловив суть шутки, и уставился на босса недоуменным взглядом.
Се Вэньдун вдаваться в объяснения не стал и перевел тему:
Се Вэньдун вдаваться в объяснения не стал и перевел тему:
— Ладно, сейчас главное — выяснить, где затаился этот Тони Виктор.
— Ладно, сейчас главное — выяснить, где затаился этот Тони Виктор.
— Понял, Брат Дун. Я немедленно отправлю ребят из «Кровавых Убийц» на поиски.
— Понял, Брат Дун. Я немедленно отправлю ребят из «Кровавых Убийц» на поиски.
— Хорошо, — кивнул Вэньдун и строго добавил: — Но предупреди парней, чтобы действовали тише воды, ниже травы. Тони Виктор — зверь опасный. Если он почует слежку, мы не просто упустим его, ребята могут лишиться голов.
— Хорошо, — кивнул Вэньдун и строго добавил: — Но предупреди парней, чтобы действовали тише воды, ниже травы. Тони Виктор — зверь опасный. Если он почует слежку, мы не просто упустим его, ребята могут лишиться голов.
— Слушаюсь, — почтительно отозвался Цзян Сэнь. — Не беспокойтесь, Брат Дун, я все сделаю в лучшем виде.
— Слушаюсь, — почтительно отозвался Цзян Сэнь. — Не беспокойтесь, Брат Дун, я все сделаю в лучшем виде.
На этом разговор завершился. Вэньдун направился к себе в кабинет, а Цзян Сэнь поспешил созвать доверенных людей, чтобы запустить тайные поиски американского беглеца.
На этом разговор завершился. Вэньдун направился к себе в кабинет, а Цзян Сэнь поспешил созвать доверенных людей, чтобы запустить тайные поиски американского беглеца.
Стоило Се Вэньдуну опуститься в рабочее кресло, как в дверь негромко постучали. В кабинет вошли Дун Синьлэй и Братья Пяти Стихий.
Стоило Се Вэньдуну опуститься в рабочее кресло, как в дверь негромко постучали. В кабинет вошли Дун Синьлэй и Братья Пяти Стихий.
— Брат Дун, куда ты пропал? — с порога спросил Синьлэй.
— Брат Дун, куда ты пропал? — с порога спросил Синьлэй.
Вэньдун мягко улыбнулся:
Вэньдун мягко улыбнулся:
— Да так, прошвырнулись со стариной Сэнем по городу. Что-то стряслось?
— Да так, прошвырнулись со стариной Сэнем по городу. Что-то стряслось?
— Брат Дун, времена сейчас неспокойные, — покачал головой Дун Синьлэй. — Если соберешься уходить, хоть нас предупреждай. А то мало ли что... Вдруг беда?
— Брат Дун, времена сейчас неспокойные, — покачал головой Дун Синьлэй. — Если соберешься уходить, хоть нас предупреждай. А то мало ли что... Вдруг беда?
Вэньдун оценил заботу верного соратника. Он примирительно вскинул ладони и с улыбкой произнес:
Вэньдун оценил заботу верного соратника. Он примирительно вскинул ладони и с улыбкой произнес:
— Ладно-ладно, буду иметь в виду.
— Ладно-ладно, буду иметь в виду.
Немного помолчав, он посерьезнел и спросил:
Немного помолчав, он посерьезнел и спросил:
— Послушай, старина Лэй, а кто у нас сейчас курирует сбор информации в банде?
— Послушай, старина Лэй, а кто у нас сейчас курирует сбор информации в банде?

Комментарии

Загрузка...