Телефон звонил, отчаянно вибрируя.
Цяо Май взглянула на экран — это звонила Хао Мэй, и ей вдруг ужасно захотелось рухнуть на кровать и прикинуться мертвой. Само собой, та наверняка звонила ради очередных сплетен. Проклятый телефон трезвонил и вибрировал без остановки, словно требуя отдать приказ, и не собирался униматься, пока не добьется своего.
Цяо Май вздохнула и обреченно ответила на вызов. Едва она успела открыть рот, как в трубке затараторили:
— Послушай, Цяо Цяо, я ведь посмотрела результаты твоего повторного обследования. Ничего страшного, мы же с тобой договаривались, верно? Значит, просто изменим направление жизненных планов. Думаю, прямо сейчас ты можешь всерьез задуматься о том, чтобы сделать покорение Янь Яня своей главной задачей на данный момент. Кстати, ты его уже покорила? Еще нет? Так я и знала, какая у тебя выдержка! Подойди да набросься на него напрямую! И еще, знаешь что? Сегодня те девчонки-медсестры из сестринского поста спрашивали меня, не Янь Янь ли это. Я тогда загадочно так улыбнулась, ничего им не ответила, а сама в душе прямо-таки расцвела, ха-ха-ха! Вот увидишь, в будущем ваш кумир будет звать меня старшей сестрой, только подумай — аж дух захватывает! Ай-яй-яй, до чего же моя Цяо Цяо молодец! Больше десяти лет об этом не заикалась, стоило завести роман — и сразу такой ошеломляющий результат, ха-ха-ха... Эй, а чего это ты молчишь?
Цяо Май закатила глаза:
— Сестрица, я вообще-то собиралась сказать, но ты хоть дала мне шанс? Трындела тут без умолку, самой-то не надоело?
Хао Мэй на том конце провода с виноватым видом хихикнула:
— Просто я не могла сдержать эмоции.
— Ладно-ладно, что мне теперь, по-твоему, делать? — уныло спросила Цяо Май, тяжело вздохнув.
— Унываешь! Ты опять унываешь! Мы же договорились быть на позитиве! Делай, как я говорю: сначала заведи нормальный роман — такой, чтобы смеяться до упаду и реветь в три ручья, а потом можешь сдавать экзамен на госслужбу или поступать в магистратуру на управление общественным здравоохранением.
— Но я ведь больше никогда не смогу работать врачом без границ, которого так люблю.
Ее идеалы рухнули, и настроение Цяо Май упало ниже плинтуса.
— Цяо Цяо, ты ведь уже побывала врачом без границ, разве нет? Тут не о чем сожалеть. Когда речь заходит об идеалах, важна их ширина, а не длина, понимаешь?
— Угу.
Цяо Май пальцем потыкала в изображение Пеппы Пиг на чехле телефона и спросила:
— Хао Хао, у тебя есть учебные материалы по управлению общественным здравоохранением?
— Есть-есть!
Услышав, что Цяо Май повеселела, Хао Мэй перевела дыхание:
— Я тебе все перешлю. Пойти на управление общественным здравоохранением или продолжить борьбу за дело человеческой медицины и гигиены — это прекрасный выбор.
В два часа ночи Цяо Май проснулась от настойчивого трезвона телефона.
— У Сисэ отошли воды, зять отвез ее в больницу. Я сейчас заеду за тобой, веди себя тихо, не разбуди бабушку с дедушкой, не пугай их напрасно!
Едва она ответила на звонок, как в ушах зазвучал торопливый и четкий голос Цзян Бэя. Сначала Цяо Май слегка растерялась, пару секунд соображала, а осознав происходящее, в панике сбросила вызов и сломя голову соскочила с кровати.
Босиком покружившись по комнате в полном замешательстве, она схватила куртку, намереваясь выбежать пулей наружу, но вовремя вспомнила наказание Цзян Бэя, поэтому, когда правая нога коснулась пола, она постаралась ступать как можно мягче и тихонько побежала вниз по лестнице.
В шесть часов утра, после шести-семи часов непрерывных схваток, Цяо Сы решилась на кесарево сечение, и в шесть тридцать на свет появились два озорных и милых мальчика.
Цзян Бэй суетился, обзванивая родных и сообщая радостную весть. Глядя на него, можно было подумать, что это он сам только что родил ребенка, до того сильно тот волновался.
Вскоре один за другим подтянулись остальные члены семьи, и вся палата наполнилась радостным оживлением — рождение новой жизни действительно приносит счастье и праздник.
Стоило старшим прибыть, как Цяо Май и Цзян Бэя, этих сопляков, тут же прогнали домой досыпать.
Господин Цяо и Госпожа Цяо Тао отсутствовали дома — они отправились в храм благодарить богов за исполнение желаний. Цяо Май проспала до двух часов дня, а проснувшись, сразу позвонила Су Юю, чтобы узнать, не нужно ли чего.
Цяо Сы уже пообедала больничной едой для рожениц, а вот Су Юй еще ничего не ел, поэтому Цяо Май решила принести ему обед. Едва она закончила разговор, телефон пару раз мигнул и погас — села батарея.
Безысходно вздохнув, Цяо Май поставила телефон на зарядку, перевернула вверх дном все шкафы и наконец откопала старый кошелек, которым давно не пользовалась. Выпотрошив оттуда всю завалявшуюся мелочь и убедившись, что ее хватит на такси и еду, она успокоилась.
По правде говоря, мобильные платежи постепенно превращают людей в лентяев, а про такие вещи, как кошельки, все давно забыли. Стоит остаться без телефона — и в реальной жизни ступить шагу не сможешь.
Когда Цяо Май с едой добралась до больницы, Су Юй как раз целовал Цяо Сы в лоб.
— В палате никого, а ты, зять, совсем страх потерял! — с улыбкой поддразнила его Цяо Май. — А где мои племянники? Я хочу на них посмотреть.
— Все еще в отделении новорожденных.
— Понял-принял, — Цяо Май поднялась на ноги. — Вы двое продолжайте тут ворковать, а я пойду в детское отделение наведаюсь к своим дорогим племянникам.
Новорожденные малыши были розовыми-розовыми, сморщенными, с закрытыми глазками они смешно шлепали губами — до того умилительное зрелище, что у Цяо Май сердце растаяло и захлестнуло материнскими чувствами.
— Я твоя маленькая тетя, красивая тетя, — нежно проворковала она малышам в инкубаторе.
Не желая оставаться в палате и слушать, как А Цзе и Су Юй кормят окружающих собачьим кормом, Цяо Май попросила Су Юя позвонить Цзян Бэю, чтобы тот забрал ее, и в одиночку спустилась вниз ждать на улице.
Стоило признать, больница полностью оправдывала статус первоклассной по всей стране: озеленение было великолепным, ее территория больше напоминала уютный мини-парк с искусственным озером, берега которого по периметру были обсажены плакучими ивами.
Под одной из таких ив маленькая девочка в больничной пижаме с двумя косичками установила мольдер и занималась зарисовками с натуры. Время от времени она зажимала в руке карандаш, прицеливаясь им перед глазами, и выглядела вполне профессионально.
Цяо Май тоже училась академическому рисунку, хотя и на любительском уровне. Давно она не бралась за карандаш, и сейчас в ней проснулась ностальгия, поэтому она подошла, чтобы завязать разговор.
Пусть девочка набросала лишь грубый контур, но сразу угадывалось искусственное озеро, а струящиеся ветки ив, будто висящие над гладью воды, создавали поистине живописное настроение.
— Сестрица, а ты уметь рисовать? — по-детски наивным голосом спросила девочка.
— Эм... Кажется, я немного умею.
Цяо Май изначально собиралась просто поглазеть, но девочка тут же протянула ей карандаш:
— Сестрица, попробуй.
Цяо Май решила запечатлеть высотки на заднем плане. Зажав карандаш в пальцах и прикинув расстояние и пропорции на вытянутой руке, она принялась за набросок. Спустя столько времени она думала, что давно забыла правильную хватку, но стоило пальцам коснуться графита, как руки сами, без всяких раздумий, сделали то, что нужно.
Указательный и большой пальцы обхватили карандаш, мизинец уперся в бумагу, запястье осталось неподвижным, а движение кончику грифеля задавал изгиб локтя. Карандаш штрих за штрихом вырисовывал общие очертания высоток, застывших вдали.
Такая поза сильно утомляла — испытание для любого новичка в рисовании, что уж говорить о Цяо Май с ее поврежденным запястьем. Постепенно правая рука начала дрожать, линии на бумаге превратились в кривые и косые завитушки, а нажим стал неравномерным. Цяо Май уже хотела бросить это дело, но, заметив полный ожидания взгляд девочки, не смогла ее разочаровать. Стиснув зубы, она левой рукой прижала правую, пытаясь удержать ровную штриховку — получалось из рук вон плохо и с огромным трудом.
Раздалось удивленное детское «ой?», и ее правую руку перехватили.
— Цяо Цяо, не напрягай руку, я сам.
Услышав знакомый голос, Цяо Май скосила взгляд и обомлела: рядом с ней стоял Янь Янь и, охватив ее ладонь своей, выводил линии за нее.
Теплая рука Янь Яня полностью накрыла ее прохладную ладонь, а левую он завел за спину. Цяо Май больше не нужно было напрягаться — ведомая Янь Янем, она замеряла расстояние и уверенно вела линии: раз, два, три... Стоило положить несколько штрихов, как рисунок сразу приобрел узнаваемые черты...
Вот только внимание Цяо Май было приковано совсем к другому — ее заворожил сам Янь Янь, сосредоточенно выводивший линии. Они стояли так близко друг к другу, что Цяо Май отчетливо видела мягкий пушок на его щеках и пробивающуюся щетину...
Легкий ветерок шевелил листву, Янь Янь держал ее за руку, рисуя, а она смотрела на него исподлобья, и мысли ее путались от нахлынувших чувств.
К тому моменту, когда контуры здания наконец запечатлелись на бумаге, ладони Цяо Май успели вспотеть и стали совершенно мокрыми.
— Ты тот самый актер из фильма ХХ? — девочка уже не следила за рисунком и едва не подпрыгнула на месте от восторга.
— Да, это я, — мягко улыбнулся Янь Янь.
— Тогда эта сестрица — твоя девушка? — лицо девочки покраснело от волнения.
Янь Янь с улыбкой бросил взгляд на Цяо Май, повернулся к ребенку, потрепал ее по голове и ответил:
— Да, она самая.
Словно разорвавшаяся бомба — в груди Цяо Май что-то взорвалось. Радость и растерянность обрушились одновременно, смешавшись в нечто невыразимое, лишившее ее способности соображать.
— Но ты же еще не объявлял о своих отношениях публично.
— Именно поэтому, — Янь Янь перехватил руку Цяо Май и крепко сжал ее в своей, — мне и нужно твое молчание.
— Обязательно! — девочка вскинула обе руки вверх, будто принося клятву. — Я никому не скажу!
Его «спасибо», принесенное дуновением ветерка, прозвучало мягко и привычно, и Цяо Май едва не поверила, что все происходит наяву.
— Цяо Цяо, я...
— Я хочу домой. Учитель Янь, отвези меня домой, пожалуйста, — потупившись и пребывая в каком-то тумане, произнесла она.
Янь Янь бросил взгляд на испуганную Цяо Май и понял, что из-за собственной опрометчивости напугал ее. Бессильно улыбнувшись и коря себя за излишнюю поспешность, он лишь послушно ответил:
— Хорошо.
Уже выходя из машины, Цяо Май тихо бросила «спасибо» и попыталась как можно быстрее ретироваться, но не тут-то было — Янь Янь окликнул ее.
— Цяо Цяо.
Он перехватил ее за руку и прижал спиной к дверце автомобиля.
— Ты же слышала все, что я сказал той девочке. Цяо Цяо, каждое слово было правдой. Я больше не хочу ждать, ты понимаешь меня?
Янь Янь намеренно понизил голос, и в нем прозвучали те нотки чувственной хрипотцы, которые сводили с ума своей манящей властью.
— Я... я...
Из-за разницы в росте горячее дыхание Янь Яня овевало все ее лицо. До боли знакомый аромат окутал Цяо Май со всех сторон, замыкая круг и повергая в полнейшее замешательство.
— Дай... дай мне все как следует обдумать, — спустя долгое время с трудом вернув себе самообладание, выдавила она.
— Хорошо, Цяо Цяо, я дам тебе время на раздумья.
Янь Янь заправил за ее ухо выбившуюся прядку волос. Его горячие подушечки пальцев скользнули по ее уху, оставив после себя легкое ощущение нежности и тоски, отчего щеки Цяо Май вспыхнули еще ярче.
До сегодняшней встречи Янь Янь сделал больше десятка звонков, но никто не брал трубку. Он жутко переживал: вчера завершилось повторное обследование, и, зная ее паршивое настроение, он боялся, что она натворит глупостей.
Позвонив Цзян Бэю, он лишь тогда узнал, что сестра родила и Цяо Май укатила в больницу. Камень с души вроде бы свалился, но смутное чувство тревоги и опустошения осталось. А когда перезвонил Цзян Бэй и сообщил, что Цяо Май осталась без телефона и кошелька, и поинтересовался, не сможет ли он ее забрать, Янь Янь согласился без колебаний.
Ему хотелось увидеть ее, убедиться своими глазами, что с ней все в порядке, потому что мысль потерять ее, лишиться возможности видеть приводила в ужас. И когда та девчонка спросила, не его ли девушка Цяо Май, он эгоистично поддался зову сердца и ответил утвердительно.
В этот самый момент ему хотелось удержать ее, оставить рядом во что бы то ни стало.
Поймав твою руку, я и не думал ее отпускать.

Комментарии

Загрузка...