Когда церемония распределения подошла к концу, Дамблдор, лучезарно улыбаясь, хлопнул в ладоши.
В тот же миг пустые до этого золотые блюда на столах до краев наполнились едой.
У Лайлы от удивления широко раскрылись глаза.
Ростбиф, жареные куриные ножки, свиные отбивные, сочные сосиски, бекон, стейки... Рядом возвышались горы йоркширского пудинга и всевозможных овощей, а в соусниках исходила паром густая подливка.
Кроме того, на столе красовались горы картофеля фри, запеченный картофель, нежный горошек, морковь, мясные пироги и даже огромное блюдо с чем-то, напоминающим «Звездный пирог», только рыбьи головы в нем выглядели не так устрашающе, как в оригинале.
— Круто! — Фред присвистнул и тут же потянулся за куриной ножкой.
Джодж взял чистую тарелку и первым делом протянул её Лайле.
— Бери всё, что захочешь, не стесняйся, — подбодрил он её.
Лайла смотрела на это изобилие, не зная, с чего начать. Некоторые блюда были ей знакомы, но другие выглядели по-настоящему магически — например, то блюдо с подрагивающим желе, которое, казалось, само извивалось на тарелке, или миска с бурлящим фиолетовым супом.
Фред, уже вовсю уплетая курицу, заметил замешательство Лайлы и отложил свою косточку.
— Никогда такого не видела?
Лайла покачала головой.
— В мире маглов тоже едят жареную курицу, — тихо ответила она, — но чтобы в таком... разнообразии...
Фред широко ухмыльнулся.
— Тогда пробуй всё подряд! — Он взял пустую тарелку и принялся накладывать в неё еду для Лайлы. Сначала отправил туда сочный кусок ростбифа, с которого стекал сок, затем добавил йоркширский пудинг, горсть картофеля фри и ложку зеленого горошка.
— Вот это очень вкусно, — сказал он, добавляя кусок самого обычного на вид яблочного пирога. — Моя мама часто такой печет, правда, здесь начинки побольше.
Джордж, наблюдавший за братом, дождался, пока тот закончит, и указал на миску с фиолетовым супом.
— А вот это лучше не трогай, — прошептал он заговорщицким тоном. — Это «Пузырчатый бобовый суп». На вкус — как будто мыльную воду пьешь.
Лайла присмотрелась: поверхность супа и впрямь покрывалась крупными пузырями, которые с тихим хлюпаньем лопались.
— А то желе? — Она указала на извивающуюся зеленую массу.
— Дрожащее желе, — пояснил Джордж. — Вкус нормальный, но оно начинает прыгать прямо во рту, от этого становится ужасно щекотно.
Фред пододвинул гору еды к Лайле.
— Сначала съешь это, тут всё привычное, — сказал он. — А странные штуки оставим на потом, будем пробовать постепенно.
Лайла приняла тарелку и поблагодарила его.
Она взяла вилку и первым делом попробовала ростбиф. Мясо оказалось невероятно нежным, а подливка придавала ему вкус, который превосходил всё, что она пробовала раньше. Йоркширский пудинг был хрустящим снаружи и мягким внутри — в сочетании с мясным соком это было просто божественно.
Джордж тоже наполнил свою тарелку и кивком указал на преподавательский стол.
— Вон та — профессор Макгонагалл, — негромко произнес он. — Декан нашего факультета, преподает Трансфигурацию. Она очень строгая, но на самом деле мировая женщина.
Лайла подняла взгляд.
Профессор Макгонагалл сидела по правую руку от Дамблдора. Она держала спину идеально прямо и с очень серьезным видом ела маленькими кусочками. Её волосы были собраны в безупречный узел, а мантия не имела ни единой лишней складки.
— На уроках у неё спуску не жди, — добавил Фред с набитым ртом. — Чарли говорил, что она почти никогда не улыбается.
— Зато учит на совесть, — вставил Джордж. — Билл считает её лучшим учителем Трансфигурации.
Лайла кивнула, стараясь запомнить эту информацию.
Затем она перевела взгляд на Дамблдора. Старый директор с доброй улыбкой лакомился лимонным шербетом, изредка перебрасываясь парой слов с коллегами. Он выглядел на редкость добродушным — точь-в-точь как дедушка, который всегда готов угостить внуков конфетой.
— Директор Дамблдор обожает сладости, — заметил Джордж, проследив за её взглядом. — Особенно лимонный шербет и тараканьи гроздья.
— Тараканьи гроздья? — Лайла вспомнила их разговор в поезде.
— Ага, те самые конфеты в виде тараканов, — Фред скорчил гримасу. — Джорджа от одного их вида воротит.
Джордж не стал спорить, а вместо этого указал на соседа Макгонагалл с другой стороны.
— А это профессор Снейп, ведет Зельеварение.
Лайла посмотрела в ту сторону. Профессор Снейп был облачен в черную мантию, его волосы казались сальными, а лицо — болезненно-бледным и мрачным. Он медленно и методично резал стейк, его движения были точными, почти хирургическими, а на лице не отражалось ни единой эмоции.
— Он терпеть не может Гриффиндор, — понизил голос Фред. — Прямо-таки ненавидит. Чарли рассказывал, что он вечно придирается к нашим на уроках и снимает баллы по любому поводу.
Джордж согласно кивнул.
— Перси тоже предупреждал: на его занятиях нужно быть тише воды ниже травы и не допускать ни единой ошибки.
Глядя на угрюмое лицо Снейпа, Лайла сделала для себя мысленную пометку: на Зельеварении нужно проявлять предельную осторожность.
— Но остальные профессора вполне нормальные, — Фред взял еще одну куриную ножку. — Профессор Флитвик, который ведет Заклинания, совсем крошечный. Ему приходится стоять на стопке книг, чтобы видеть класс из-за кафедры, но он очень забавный.
— А профессор Стебль преподает Травологию, — продолжил Джордж. — Она почти всё время проводит в теплицах, поэтому от неё вечно пахнет землей, но она просто обожает растения.
Лайла слушала их рассказы, продолжая ужинать и внимательно изучая преподавательский состав. Картофель фри был отменно хрустящим, мясной пирог — ароматным, а яблочный пирог оказался в меру сладким и совсем не приторным.
Вокруг стоял невообразимый шум: сотни голосов, взрывы смеха, звон ножей и вилок о тарелки.
Старшекурсники громко обсуждали летние каникулы, своих домашних сов и предстоящие матчи по Квиддичу.
Первокурсники же, подобно Лайле, в основном ели, с любопытством озираясь по сторонам. Рыжеволосый парень постарше помахал Фреду и Джорджу через стол.
— Это Перси, — пояснил Джордж. — Наш третий брат.
Перси сидел, выпрямившись как струна, и с крайне серьезным видом что-то втолковывал соседу.
— Перси — ходячее воплощение серьезности, — Фред закатил глаза. — У него слово «правила» с языка не сходит.
— Зато учится лучше всех, — заметил Джордж.
— Этого не отнимешь, — признал Фред и тут же расплылся в улыбке. — Но теперь он нам не указ, мы ведь тоже полноправные студенты Хогвартса!
Слушая их перепалку, Лайла чувствовала, как внутри разливается приятное тепло.
Слева от неё Фред с аппетитом уплетал ужин, успевая здороваться с проходящими мимо ребятами. Справа — Джордж, который ел более спокойно и время от времени советовал ей, какое блюдо стоит попробовать.
Постепенно еда на тарелках начала исчезать.
Лайла доела последний кусочек яблочного пирога и отложила вилку.
— Наелась? — спросил Фред.
Лайла кивнула.
— Сейчас подадут десерт, — пообещал Джордж.
И действительно, стоило ему договорить, как грязные тарелки мгновенно исчезли. На их месте тут же возникли новые блюда, доверху наполненные сладостями.
Мороженое всех сортов, пудинги, торты, пирожные, желе и еще куча всего, чему Лайла даже не знала названия.
— О, вот это! — Глаза Фреда азартно блеснули, и он указал на шоколадный торт. — Это нечто потрясающее. Мама такой делала, но этот выглядит куда изысканнее.
Он отрезал внушительный кусок и положил его на тарелку Лайле. Джордж тем временем пододвинул к ней вазочку с клубничным пудингом.
— Он не слишком сладкий, тебе должен понравиться, — сказал он.
Лайла откусила кусочек шоколадного торта. Бисквит был нежнейшим, с насыщенным вкусом какао, а внутри скрывалась жидкая шоколадная начинка.
— Очень вкусно, — искренне произнесла она.
Фред самодовольно усмехнулся:
— А я что говорил!
Джордж тоже улыбнулся и принялся за кусок тыквенного пирога.
Наслаждаясь десертом, Лайла продолжала рассматривать Большой зал. Свечи, парящие под потолком, заливали всё вокруг мягким золотистым светом, отражаясь в радостных лицах учеников. За всеми четырьмя столами кипела жизнь.
Она заметила за столом Рейвенкло ту самую каштановолосую девочку из лодки — та внимательно слушала кого-то из старших.
За столом Хаффлпаффа царила на редкость дружелюбная атмосфера: ребята охотно делились друг с другом сладостями.
Слизеринцы, чей стол стоял с самого края, вели себя более сдержанно, сидели подчеркнуто прямо и разговаривали вполголоса.
Но веселее всего было в Гриффиндоре.
Кто-то травил анекдоты, от которых соседи покатывались со смеху. Кто-то спорил, кто быстрее съест пирожное, набив рот так, что щеки раздулись. Перси пытался призвать всех к порядку, но его никто не слушал. Фред уже вовсю хвастался кому-то из соседей, как он почти поймал садового гнома у себя дома.
Джордж спокойно доедал свой пудинг, изредка вставляя меткие замечания. Лайла сидела между ними, слушая, наблюдая и наслаждаясь едой.
Она невольно вспомнила свою прошлую жизнь. Те моменты, когда ей приходилось обедать в полном одиночестве. Дома всегда было тихо, лишь телевизор бормотал что-то на заднем плане. В школьной столовой она тоже обычно сидела одна, стараясь поесть как можно быстрее и уйти. Никогда раньше она не чувствовала ничего подобного. Вокруг было столько людей, столько голосов, столько тепла и искренних улыбок.
— Что-то не так? — Джордж заметил, что она на мгновение задумалась.
Лайла покачала головой.
— Просто... здесь очень хорошо, — ответила она.
Фред повернулся к ней, не переставая жевать торт.
— Еще бы, — невнятно пробормотал он. — Хогвартс — лучшее место на свете.
В этот момент Дамблдор снова поднялся со своего места.
В Большом зале постепенно воцарилась тишина.
— Прежде чем вы отправитесь отдыхать в свои спальни, я хотел бы сделать несколько объявлений, — произнес он со своей неизменной доброй улыбкой. — Первокурсникам следует помнить, что вход в Запретный лес, расположенный к западу от замка, категорически воспрещен. Также мистер Филч, наш завхоз, просил напомнить, что в коридорах запрещено колдовать. Отборочные испытания по Квиддичу начнутся на второй неделе семестра. Все желающие могут обратиться к мадам Трюк.
Он сделал паузу, и его глаза за стеклами очков-половинок лукаво блеснули.
— А теперь — всем доброй ночи!

Комментарии

Загрузка...