— Погоди-ка. — Заметив, что синий луч преградил ему дорогу, Лю Цзяньмин ошарашенно уставился на Чжана Вэньда. — Ты чего удумал? В самый ответственный момент под руку лезешь!
Чжан Вэньда молчал. Когда на лице Лю Цзяньмина проступило раздражение и в глазах мелькнула настороженность, напарник наконец заговорил:
— Что с ним будет, если мы доставим его туда? Как с ним поступит Большое Кольцо?
Он всё-таки задал этот вопрос.
— Откуда мне знать? Деньги платят – мы делаем работу. Какого черта тебя это волнует?
Вспомнив солнце на том подземном заводе, Чжан Вэньда упрямо продолжил:
— Его что, запрут в каком-нибудь подвале и станут сутками напролет выжимать из него способность? Будут использовать как живой инструмент, пока он не сотрется в пыль? — Дыхание его участилось.
— Ты к чему клонишь? Говори прямо, завязать со мной удумал? — Лю Цзяньмин злобно сузил глаза, вперившись в напарника тяжелым взглядом.
Видя накаляющуюся обстановку, Со Юйго уже хотел было вмешаться и осадить упрямца, но Тетушка вовремя придержала его за рукав.
И пока Со Юйго гадал, не очередной ли припадок случился у этого паренька, Чжан Вэньда бросил быстрый взгляд на понурого пацана, перевел глаза на Лю Цзяньмина, глубоко вздохнул... и расплылся в широкой улыбке.
— Да ты что, какие разговоры! Я так, к слову спросил. Заодно напомнить хотел – будь осторожен, этот тип не из простых, с ним придется повозиться.
— Тьфу ты, я уж думал, тут переворот назревает, — сплюнул Лю Цзяньмин и, полностью пропустив мимо ушей предупреждение товарища, стрелой метнулся к ребенку.
Ван Даянь, забившийся в землю, даже не шелохнулся, продолжая беззвучно рыдать в три ручья.
Сделав обманный маневр в ходе короткой стычки, Лю Цзяньмин подгадал момент и от души заехал пареньку кулаком прямо по макушке.
Стоило голове мальчишки безвольно свеситься набок, как кружащие в небе самолетики мгновенно превратились в застывшие белые облачка, а странная аномальная ноосфера рассеялась без следа!
Не успела самодовольная улыбка расползтись по лицу Лю Цзяньмина, как за спиной раздался крик Чжана Вэньда:
— Старший товарищ, я помогу!
Тот резко обернулся и увидел мчащуюся на него троицу с воинственными воплями.
— А-а-а! Секретная техника: Кровавая бойня на восемь фронтов!
Вопя во всю глотку, Чжан Вэньда взмахнул своими ручными серпами и с размаху полоснул Тетушку по живому. Из расходящихся ран брызнула багровая кровь, сплошным потоком оросив лицо и одежду Лю Цзяньмина.
Увидев покрывающие его тело багровые брызги, Лю Цзяньмин застыл с расширенными от ужаса зрачками, а затем истошно завопил:
— А-а-а-а-а!
Паника черной волной накрыла его разум, и он, вереща от страха, взмыл в небо.
При виде того, как взлетевший Лю Цзяньмин сломя голову носится по округе в поисках водоема, Чжан Вэньда понял: расчет оправдался. Если тот и впрямь вампир, питающийся чесноком вместо крови, то насколько сильно он обожает чеснок, настолько же люто он должен ненавидеть саму кровь. В этом и заключалась главная слабость Лю Цзяньмина.
— Уходим! — Подбежав к бесчувственному мальчишке, Чжан Вэньда подхватил его на руки и припустил к окраине.
Он притворялся вовсе не для того, чтобы бросить начатое.
— Погоди, каков тройной план вообще? С какого перепугу ты набросился на своих? — Задыхаясь на бегу, выпалил ошарашенный Со Юйго.
— С каких пор он нам свой? Ты чем думаешь? Забыл, зачем мы сюда внедрились?
Чжан Вэньда бросил мрачный взгляд на прижатого к груди ребенка и отчеканил:
— Куда важнее узнать, кто изуродовал его до такого состояния! Неужели это подопечные Управления 507?!
— А если и так? — Прижимая рукой быстро затягивающуюся рану, догнала их Тетушка.
— Если так, нам придется пересмотреть отношения с Третьей линией.
Шаг Чжана Вэньда был широк и стремителен. Не встретив на пути преград, они быстро добрались до лесной опушки на окраине городка.
Убедившись, что Ху Маомао и Лю Цзяньмин не преследуют их, Чжан Вэньда остановился у небольшого лесного пруда.
Теперь он мог хорошенько рассмотреть мальчишку. Тот выглядел болезненно худым, с редкими желтоватыми волосами и бледной, изможденной кожей – сразу видно, что ребенок годами недоедал.
Даже во сне на его детском лице запечатлелась печать глубокого страха.
Чжан Вэньда протянул руку, желая коснуться его щеки, но, заметив грозно блеснувшие лезвия-серпы на собственных пальцах, с опаской отдернул ладонь. Он попытался зачерпнуть воды, но та беспрепятственно утекла сквозь дыру в ладони.
— Ты... аккуратней разбуди его, — бросил Чжан Вэньда Со Юйго, который как раз расстегивал куртку, испуганно заглядывая себе внутрь.
— Глядите! Я обратно превратился! А я же говорил, что я женщина!
Со Юйго, вне себя от восторга, демонстративно распахнул перед Чжаном Вэньда грудь, но тут же получил увесистую оплеуху от Тетушки, которая поспешно застегнула его обратно.
— Цыц! Веди себя приличнее, девица.
Глядя на эту парочку, существовавшую в какой-то своей параллельной реальности, Чжан Вэньда почувствовал, как у него начинает пульсировать в висках. — Сдалось мне на тебя пялиться, у тебя и задатков-то никаких нет. Лучше давай буди его живо!
По приказу командира Со Юйго зачерпнул пригоршню воды и плеснул малому прямо в грязное лицо.
Стоило Ван Даяню сонно приоткрыть глаза, как восторженный голос Со Юйго тут же сменился горьким разочарованием:
— Ай... опять мужик...
Заметив, что малец снова идет пятнами и глаза его наливаются слезами, Чжан Вэньда вспомнил разрушительную силу детского плача и, не раздумывая, сунул пареньку в рот леденец на палочке.
— Не реви, тихо! Мы свои! Мы не причиним тебе вреда! — И хотя устрашающий облик самого Чжана Вэньда мало вязался с образом доброжелателя, сладость во рту заставила Ван Даяня постепенно унять подступающие рыдания.
А когда Тетушка сунула ему в руки пушистый клубок из восьми мягких котят, чью шелковистую шерстку можно было бесконечно гладить, ребенок и вовсе окончательно успокоился.
Чжан Вэньда шумно выдохнул и постарался придать своему голосу максимально мягкие нотки:
— Малыш, как тебя зовут?
— Ван... Ван Даянь. — Мальчик постарался зарыться носом поглубже в кошачий мех, стараясь лишний раз не смотреть на страшного собеседника.
Поразмыслив над этим явно «паспортным» прозвищем, Чжан Вэньда снова заговорил:
— А откуда ты сбежал? Кто эти люди, что тебя поймали?
В глазах Ван Даяня мелькнуло сомнение, но стоило ему заметить, как Чжан Вэньда вытягивает из кармана еще одну конфету, как язык развязался:
— Из темного дома... Злые люди били меня там...
— А как звали тех людей, малыш?
— Плохие люди.
Поняв, что добиться конкретики не удастся, Чжан Вэньда подумал секунду, после чего извлек на свет свой фонарик. — А это? Знаешь такую штуку? У тех, кто тебя поймал, были такие?

Комментарии

Загрузка...