─ Это ты, сестрица Муцин! ─ на лице Цзян Фаня появилась улыбка, и он сделал несколько шагов навстречу Муцин.
Когда он только попал в этот мир, он был переполнен добротой и очень заботился об этой младшей сестрице, которая вместе с ним поступила в секту. Позже до него донеслись слухи, что старейшина стадии Зарождающейся Души взял ее в ученицы и она больше не жила на пике разнорабочих.
Тогда он еще радовался за нее – мол, какая у нее высокая сила и хорошая удача. Кто бы мог подумать, что она сможет спасти ему жизнь в такой момент? Он даже не знал, как отблагодарить ее за это.
─ Фань-гэ, выслушай меня. ─ Сунь Муцин подняла руку и отступила на полшага, преграждая Цзян Фаню путь.
Цзян Фань с недоумением посмотрел на ее жест, решив, что Сунь Муцин просто не любит, когда к ней близко подходят мужчины, и потому не стал продвигаться дальше.
─ Фань-гэ, раз уж на этот раз я тебе помогла, то, пожалуйста, забудь меня.
Мы в конце концов из разных миров – бессмертные и смертные. Все эти годы я тебя не видела и никак не ожидала, что при новой встрече ты окажешься простым смертным.
Вот, я немного накопила золота и серебра. Возьми их, спустись с горы, женись на простой смертной и заведи потомство – разве это плохо?
Сунь Муцин говорила очень складно, но лицо Цзян Фаня от этого стало чернее тучи.
Его черты окаменели. Он не обращал внимания на слова Сунь Муцин и не брал предложенное ею золото с серебром, а лишь пристально смотрел на нее. Неужели культивация и впрямь способна настолько изменить человека?
Он-то помнил, что раньше Сунь Муцин была совсем другой.
─ Фань-гэ, это последний раз, когда я называю тебя Фань-гэ. Я не знаю, как ты умудрился получить то задание.
Но я не хочу, чтобы ты брался за такое впредь. Не нужно брать подобные унизительные для себя поручения только ради того, чтобы приблизиться ко мне. Мы с тобой в конце концов принадлежим к разным слоям общества.
Сунь Муцин смотрела на Цзян Фаня, плотно сжав губы.
Цзян Фань не взял ни золота, ни серебра, не стал произносить и слов отказа.
Он лишь потянул за уголок собственной одежды и с твердым взглядом уставился на Сунь Муцин.
─ Мы провели вместе не один год, и ты прекрасно знаешь мой нрав. Если бы я и впрямь питал к тебе какие-то чувства или пытался сблизиться с какими-то задними мыслями, я бы давно уже действовал, а не вел себя так, как сейчас...
С треском порвав ткань, Цзян Фань оторвал лоскут от собственного одеяния и швырнул его на землю.
─ Я не знаю, что с тобой стало, и знать больше не хочу. Сунь Муцин, я, Цзян Фань, клянусь: отныне все наши узы оборваны, словно эта порванная ткань, и при новой встрече мы – чужие друг другу люди!
Не обращая внимания на Сунь Муцин и не говоря больше ни слова, Цзян Фань быстрыми шагами побежал вниз по горе. Ему нужно было культивировать! Культивировать!
Сунь Муцин ошеломленно смотрела на валявшийся на земле обломок ткани и лишь спустя долгое время медленно подняла его.
─ Разве я не права? ─ Сунь Муцин не понимала.
Стоит отметить, что нарубленный Цзян Фанем медовый терновник ученики и старшие братья использовать не стали – на нем осталось слишком много плоти и крови Цзян Фаня, и все сошлись на мнении, что медовый терновник испорчен его нечистой ци.
Поэтому терновник просто выбросили.
Выходит, Вэй Цинлань был прав, говоря, что Цзян Фань не выполнил задание.
А она сама умолчала об этом лишь затем, чтобы сберечь хоть капельку самоуважения Цзян Фаня.
─ Значит, я ни в чем не виновата.
Разобравшись во всем, Сунь Муцин холодно блеснула глазами, в ее руке вспыхнуло пламя, обратив лоскут ткани в пепел.
Разжав ладонь и позволив пеплу развеяться по ветру, Сунь Муцин ступила на летающий меч и полетела в сторону пика Шофэн.
─ Ха-ха-ха, ученица, видишь? Разве Муцин поступила не абсолютно верно? О чем ты вообще переживаешь? Запомни на будущее: не позволяй какому-то смертному мешать твоему культивированию. ─ Цинъя взмахнул рукой, и маскировавшая его и Вэй Цинланя формация рассеялась. Поглаживая бороду, он перевел взгляд с Вэй Цинланя на направление, куда улетела Сунь Муцин, крайне довольный увиденным.
Пусть Сунь Муцин была недостаточно безжалостна, Вэй Цинлань прекрасно компенсировал этот изъян – недаром он лично подыскал Вэй Цинланю такую пару.
Характеры у них как раз дополняли друг друга.
─ Да, учитель, я тут же пойду и найду младшую сестру. ─ На лице Вэй Цинланя отразилась радость, и он уже было хотел сорваться с места, но Цинъя его остановил.
─ Не спеши, сегодня я отведу тебя в одно местечко раздобыть кое-какие полезные вещи.
...
─ Ха! ─ Цзян Фань распахнул глаза. Наступил первый день после его возвращения из Павильона общих дел, а также первый день его возвращения на первую ступень Очищения Ци.
─ Хрусь-хрусь. ─ Сжав обеими руками кулаки, Цзян Фань глубоко вдохнул.
─ Так вот оно какое, ощущение возвращенной силы? ─ Цзян Фань предавался легкой ностальгии. Неудивительно, что обретение уровня практики – пусть даже это всего лишь первая ступень Очищения Ци – делает тебя совершенно чуждым для мира смертных.
Если выражаться языком его прежней жизни, создавалось ощущение, что между двумя этими видами людей пролегла репродуктивная изоляция.
Не позволяя себе расслабляться, Цзян Фань продолжил культивацию – никто не мог помешать ему культивировать, никто!
Очищение Ци, Очищение Ци... Практика Очищения Ци сводится к управлению потоком ци. Ощущая, как по его груди блуждает теплая волна – одновременно чуть щекотная и невероятно приятная, – Цзян Фань открыл глаза.
Первые три ступени Очищения Ци – это лишь медитация и выравнивание дыхания, а начиная с четвертой уже можно будет направлять ци по меридианам.
Ощущая слегка зашевелившуюся теплую волну, Цзян Фань не стал продолжать упражнения. Он всего лишь заново прошел тот путь, по которому некогда шагал неправильно.
Опыта прорыва на четвертую ступень Очищения Ци у него пока не было, так что сначала стоило разобраться с голодом.
Поглаживая урчащий живот, Цзян Фань распахнул двери тайной комнаты и вышел наружу, собираясь раздобыть чего-нибудь поесть.
Достижения стадии Создания Основы ему еще не покорились, а значит, врождённой способности обходиться без еды у него не было – чувство голода смертного все еще давало о себе знать.
Впрочем, по сравнению с прошлой жизнью, у мира бессмертников было одно прекрасное преимущество: мелкие животные здесь росли с невероятной скоростью. Даже на этом его крошечном пике водилось немало всякой живности вроде зайцев и пятнистых оленей.
Невзначай подобрав с земли мелкий камешек, он пробил им голову пробегавшему мимо пятнистому оленю. Цзян Фань выпил свежей оленьей крови, после чего свежевал тушу, порубил мясо на куски и водрузил их жариться над костром.
Правда, зиры здесь не водилось, так что пришлось обойтись лишь собственноручно заготовленными приправами – солености было в самый раз, но не более.
Цзян Фань особо не привередничал: приправив мясо этой скромной щепоткой соли, он умял целых пол-оленя, прежде чем остановиться.
─ Фух~ Можно снова садиться за практику. ─ Цзян Фань взглянул на луну в небе и с легким шагом направился обратно к тайной комнате.
Тут же прибежал пухлый мальчик.
На самом деле бежать сюда ему совсем не хотелось. Он думал о том, что в крайнем случае мог бы и взбунтоваться против приказа ученика стадии Создания Основы, но перед ним стоял вовсе не какой-то рядовой адепт вроде Вэй Цинланя, а сам наставник последнего – старейшина Цинъя!
Стоило старейшине Зарождающейся Души отдать ему приказ, как пухлый мальчик почувствовал, что бежит еще недостаточно быстро.
─ Фух... фух! ─ Тяжело дыша, пухлый мальчик добрался до входа в усадьбу Цзян Фаня и, не дожидаясь, пока ударит в колокольчик, увидел уже собравшегося уходить Цзян Фаня.
─ Цзян Фань, Цзян Фань, постой! ─ Пухлый мальчик протянул Цзян Фаню желтый листок. ─ Это задание из Павильона общих дел, не забудь сразу же взглянуть.
С этими словами пухлый мальчик снова со всех ног пустился бечь. Глядя на его подпрыгивающие при беге жировые складки, Цзян Фань не преминул злорадно усмехнуться.
Именно из-за того, как быстро бежал мальчик, он даже не заметил, что Цзян Фань уже перешел на третью ступень Очищения Ци.
─ Что на этот раз за задание? ─ Цзян Фань развернул желтую бумагу и вгляделся в текст.

Комментарии

Загрузка...