Если бы у него были пилюли, он бы быстро себя исцелил, но их не было, оставалось пользоваться этим дурацким способом.
Хотя до настоящего культивирования еще пройдет какое-то время, Цзян Фань не переживал: он ждал восемьнадцать лет, неужели ему трудно подождать еще немного?
Ранним утром следующего дня Цзян Фань проверил рукой спину – наконец-то всё зажило. В этой тайной комнате он пробыл слишком долго, а поскольку сейчас он все еще смертный, неплохо бы выйти и приготовить поесть.
«Дзинь-дзинь!» – вовремя раздался звон колокольчика снаружи.
«М? Разве я не помню правило, что Павильон общих дел не может выдавать ученику-разнорабочему два задания подряд в течение одной недели?»
В это скромное жилище Цзян Фаня обычно никто не захаживал. Если бы он не захотел брать задания, то, пожалуй, не получал бы ни одного за целый год. Что же случилось? Вчера он взял задание, и вот появилось еще одно.
У Цзян Фаня не было никаких друзей, поэтому он подсознательно подумал, что снаружи стоит ученик, разносящий задания.
«Ладно, чем гадать здесь впустую, лучше выйти и посмотреть», – подумал Цзян Фань и вышел из тайной комнаты.
Стоило ему только покинуть тайную комнату, как звон колокольчика снаружи прекратился.
«М? В чем дело?» Сам не зная почему, Цзян Фань почувствовал легкую тревогу. Даже при выдаче заданий обычно дожидаются того, кто их принимает, совсем как вчера, так почему же он вдруг перестал звенеть?
Цзян Фань ускорил шаг, распахнул дверь и не увидел вчерашнего пухлого мальчика – на земле лежал лишь черный лист бумаги, прижатый камнем.
«Что такое!» Черная бумага – это было последнее, что Цзян Фань хотел бы увидеть. Он даже не успел закрыть дверь, как поспешно бросился вперед, убрал камень и поднял листок.
Сердце Цзян Фаня заколотилось быстро-быстро, но руки двигались еще быстрее. Он поднял черный листок, и на нем действительно белела надпись: «Задание провалено».
«Проклятье!» Если бы он не понял и теперь, мозги Цзян Фаня можно было бы отдать на съедение бродячим собакам – тут явно кто-то плел интриги!
Цзян Фань не знал, кому он перешел дорогу, но понимал, что единственный человек, с которым он мог соприкоснуться и кто был способен выдавать задания, – это вчерашняя глава секты Пэй Юйхань. Однако Пэй Юйхань, будучи Белой мечницей, люто ненавидела подобные грязные, исподтишка творимые пакости.
Значит, не Пэй Юйхань.
Тогда... Цзян Фань перевел взгляд и тут же вспомнил вчерашнего ученика стадии Создания Основы.
Сначала тот громко закричал, заставив всех в усадьбе уставиться на него, потом полил его соленой водой, а после заявил, будто хочет помочь, но в итоге резко толкнул ветром. Каждое из этих действий было намеренным причинением вреда.
Шаг за шагом от психологической травмы переходить к физической – какой же у него злобный и ядовитый ум.
Цзян Фаня аж пробрало на смех. Хоть он и не понимал, почему этот человек решил над ним так издеваться и вредить ему, он вовсе не собирался утираться и молчать.
Мысленно припомнив вчерашнюю физиономию, от которой так и везло заехать по ней кулаком, Цзян Фань крепко запечатлел ее в памяти.
Сейчас у него не было сил, так что стерпеть было не страшно – в конце концов, когда он сам достигнет стадии Создания Основы, он обязательно потребует с этого типа отчета!
Не теряя времени, он сразу же прихватил черный листок вместе с вчерашней желтой бумагой и направился в Павильон общих дел подавать жалобу. Хотя он знал, что шансы на успех в этом деле крайне малы, оно стоило того, чтобы попытаться.
Иначе как потом подавать жалобы, если таких проваленных заданий накопится слишком много? Его просто выгонят из секты Сюаньтянь.
Думая об этом ублюдке в самых злобных выражениях, он уже заранее был уверен, что тот продолжит чинить ему препятствия.
У Цзян Фаня все же оставалась закалка с прошлых времен: пусть двигался он не так быстро, как раньше, но всё же успел добраться до Павильона общих дел до того, как там появились другие посетители.
─ Старший брат, разве нет ошибки в том, что это задание считается проваленным? Я ведь вчера честно доставил медовый терновник в гостевой двор, ─ заискивающе глядя на сидевшего в кресле ученика стадии Создания Основы, произнес Цзян Фань, не выказывая ни малейшего пренебрежения.
─ М? Понятия не имею. Раз заказчик говорит, что ты провалил задание, значит, провалил. Встань и не мешай мне спать. ─ К сожалению, ученик стадии Создания Основы слушать Цзян Фаня вовсе не пожелал и даже велел ему убираться.
Разве дела какого-то ученика стадии Очищения Ци чего-то стоили? Курам на смех!
─ Но... старший брат, я ведь... ─ Цзян Фань сжал зубы и хотел было сказать что-то еще, но ученик стадии Создания Основы его перебил:
─ Можешь раздобыть свидетеля со стороны заказчика – тогда я смогу всё отменить. А нет – так и не мечтай! ─ Ученик стадии Создания Основы поковырял в ухе и лениво приоткрыл глаза, бросив на Цзян Фаня взгляд.
Очередной невезучий ученик-разнорабочий. Он прекрасно знал, что это кто-то из братьев по секте на стадии Создания Основы просто забавляется. Он вполне мог аннулировать черную бумагу, но зачем ему это?
Позволить ученику-разнорабочему тревожить его покой – это уже проявление его собственной доброты. Дежурь тут другой адепт Создания Основы, хм-м...
Да и даже если бы ученики стадии Создания Основы никого не выгоняли, многие разнорабочие уходили сами: в конце концов, разнорабочих каждый год прибывало в избытке, а дефицита людей здесь отродясь не было.
Ученик стадии Создания Основы перевернулся на другой бок, чтобы на него не падало солнце, иначе от жары и духоты спать становилось невыносимо.
«...» Цзян Фань молча посмотрел на него. Если бы он мог заставить того ублюдка выступить свидетелем, стал бы он вообще являться с жалобой? Что за чертовщина, а не правила!
Скомкав в пальцах черную бумагу, Цзян Фань собрался уходить. Услышав шаги разворачивающегося Цзян Фаня, ученик стадии Создания Основы скривил губы в легкой усмешке.
Вот так-то оно и верно: жить в полумраке и покорности – какое же это блаженство, не надо вечно спорить о том, кто прав, а кто виноват.
Это ведь так утомительно.
─ Стоять! ─ разнесся по главному залу звонкий и приятный голос. Цзян Фань и ученик стадии Создания Основы одновременно обернулись на звук.
Оттуда неспешно вышла девушка в розовой вуали – статная, изящная, настоящее воплощение красоты.
─ Я могу подтвердить его слова, я тоже тогда присутствовала. ─ Девушка бросила на стол перед учеником стадии Создания Основы жетон. Увидев вырезанное на нем слово «Шофэн», ученик едва не наложил в штаны от страха.
Он тут же уставился на Цзян Фаня: сказал бы раньше! Сказал бы ты сразу, что у тебя такая опора, я бы и не думал тебя притеснять. И ушел бы ты пораньше – ну почему нельзя было сказать сразу, почему ты сразу не сказал?!
Ученик мысленно матерился на все лады, а на лицо нацелил самую лучезарную улыбку. Он тут же выхватил черную бумагу из рук Цзян Фаня, и не успел он даже толком сделать движение рукой, как вспыхнул язычок пламени, и черный листок мгновенно сгорел дотла.
В тот же миг в недрах Павильона общих дел точно так же тлел и растворялся в небытии другой лист черной бумаги.
─ Ха-ха, недоразумение, чистое недоразумение! Младший братец, на самом деле у меня только что было помрачение рассудка, вот я тебя и не расслышал. Но стоило старшей сестре прийти, как мне сразу полегчало, и вот я уже всё уладил для младшего братца. ─ Ученик попытался было достать из кармана флягу с чаем, но девушка его остановила.
─ Всё, ты здесь больше не нужен. ─ Девушка вышла из зала и посмотрела на Цзян Фаня.
─ А? Я? ─ Судя по манерам этой девушки, Цзян Фань сразу понял, что она находится на стадии Создания Основы. Но с чего бы это адепту Создания Основы знать его?
Уж не Пэй Юйхань ли всё подстроила? Цзян Фань чувствовал себя неуверенно, но послушно последовал за ней в безлюдное место.
─ Это я, Фань-гэ. ─ Девушка сняла вуаль, и Цзян Фань, всмотревшись, понял, что это...

Комментарии

Загрузка...