Девушка, с которой я танцевал, заметила приближение Рионе. Мельком глянув в её сторону, она слегка разомкнула наши пальцы — не забыв при этом с легким сожалением ласково провести пальцем по моей ладони, словно щекоча.
Затем взяла меня за руку и повела в дальний угол бального зала. Её шаги, уводящие меня прочь сквозь толпу, казались совсем невесомыми. Освободившееся место тут же заняли другие пары, а музыка всё так же продолжала литься. Хотя гости понемногу уходили, и по сравнению с самым началом в зале стало чуточку просторнее.
Вместе с девушкой мы вышли прогуляться по саду вокруг особняка. Мы молча разглядывали ночные цветы, время от времени перебирая пальцами в сцепленных ладонях и слегка пощекотывая друг друга.
— Похоже, нам пора ненадолго расстаться. Сегодня было очень весело.
— Уходить вовсе не обязательно только потому, что за нами увязался какой-то рыцарь. Оставайся со мной.
— Нет. Просто... мне кажется, сегодня лучше уйти одной. Сами понимаете, атмосфера соответствующая. Да и разговор у вас, похоже, затянется.
Я хотел было возразить, но она приложила пальцы к моим губам.
— Ну правда, вы ведь отдубасили собственного отца, как паршивую непослушную собаку. Вряд ли она пришла просто перекинуться парой слов.
— Ты уверена?
— Да что со мной случится? И всё же... позвольте мне хотя бы немного сохранить лицо.
Так мы довольно долго шли по саду, заходя всё глубже, туда, где вокруг не было ни души. В непроглядной ночной тьме ничего нельзя было разглядеть; слышны были лишь доносившиеся издалека звуки музыки да тихий хруст гравия под ногами. Свет из бального зала сюда уже не долетал.
Рионе шла за нами следом, естественно, даже не пытаясь скрыть своего присутствия.
Когда мы остановились, она замерла на месте, затем подошла ближе. Слегка отвернув голову в замешательстве, Рионе наконец набралась храбрости и тихо заговорила:
— Брат... Выдели мне немного времени.
Давно я не слышал от неё этого слова, произнесённого таким тоном. Кажется, в последний раз она звала меня так только перед самой смертью.
Не глядя на Рионе, я вместо ответа перевёл взгляд на девушку. Тогда девушка сама сделала шаг к Рионе.
— Что-то мы с вами слишком часто сталкиваемся.
— Я пришла говорить не с тобой.
— Вот как? Но ведь если я не уступлю, вы даже со своим братом поговорить не сможете.
— ...Тогда хватит нести чушь и прочь с дороги.
— Отойти-то я могу в любой момент, но вы всегда разговариваете в таком тоне?
— ...Ты, похоже, что-то путаешь. Думаешь, раз вертишься под боком у моего брата, так и сама стала Грайан?
Голос Рионе слегка дрожал; она говорила тихо, то и дело украдкой посматривая на меня. Выслушав её, девушка вздохнула. А затем посмотрела на Рионе с глубоким сочувствием к её глупости и тихо продолжила:
— С чего бы мне вообще сдалась ваша убогая семейка?
— Ты что сейчас...
— Командир... А, нет. Сегодня время Рихена принадлежало мне.
Девушка снова вздохнула. Она достала сигарету из тех, что забрала у меня, когда Розалин приходила ко мне в комнату, и зажала её в зубах. Рионе с перекошенным лицом наблюдала за тем, как та привычным движением прикуривает.
— Пусть всё и пошло наперекосяк из-за какой-то нелепой барышни и вашего папеньки... Но факт остается фактом.
— ...Следи за языком. Думаешь, раз брат тебя ценит, я буду...
— Хотите навредить мне — дерзайте. Хватит смелости пойти против Церкви?
Рионе сжала зубы до скрипа.
— Хм-ф, — ухмыльнулась девушка.
Дым медленно поплыл между ними.
— У вас, свиней, в столице полно времени, чтобы развлекаться на балах и вести пустые, хоть и приятные беседы. А для меня эти мгновения невероятно ценны, и у меня их совсем немного.
Девушка с улыбкой на лице и тихим голосом сделала шаг к Рионе.
— Так что... кем бы вы ни были и насколько бы высоко ни стояли... если хотите забрать у кого-то что-то ценное, стоит хотя бы вежливо попросить, верно?
Услышав это, Рионе метнула в мою сторону быстрый взгляд. Поняв, что помощи от меня не будет, она заговорила:
— ...Ладно. Извини, что отняла твоё время.
Девушка кивнула и с улыбкой бросила на землю недокуренную сигарету, затаптывая её подошвой.
— Вот видишь. Можешь ведь, когда захочешь.
После чего девушка удалилась.
◆ ◆ ◆
Даже когда девушка ушла, Рионе ещё какое-то время стояла неподвижно. Затем подошла ближе, встретилась со мной взглядом и тут же отвела глаза.
Это неловкое ощущение.
— Не знаю даже, с чего начать в такой ситуации.
— Говори что угодно. Выслушаю даже дурацкую шутку.
— Помнишь... тот раз? Когда ты ничего даже не сделал, а я ужасно испугалась и вся дрожала?
— Такое трудно забыть.
— ...
Рионе покраснела и снова слегка смущённо отвернулась. Неудивительно: в её возрасте нелегко признаваться, что обмочилась от страха.
— В тот день мне впервые приснился сон.
— Сон?
— Сон, в котором ты меня убиваешь. И с того самого дня... ты вдруг стал вести себя так, будто сменился другим человеком... А теперь я вижу: всё в точности как в том сне.
Рионе на мгновение замялась и подошла ко мне вплотную. Затем достала из-за пазухи кинжал и показала мне. Он был очень похож на тот, что я носил с собой раньше.
— Ты крепко обнимал меня и вонзал вот такой кинжал. И глаза, и то, как ты говорил, и вся атмосфера — всё точь-в-точь как сейчас.
Даже в темноте сада лезвие поймало лунный свет и блеснуло.
— А я ведь... думала, что мне просто показалось.
Воспоминание о том, как её тело трепетало у меня в руках, угасая... отозвалось лёгкой горечью. Она была такой тонкой, хрупкой. И когда эта хрупкость пару раз содрогнулась в моих руках, а потом обмякла и больше не шевельнулась... Как бы описать это чувство? Пожалуй, вязким.
И странное дело — я помнил, какой тёплой она была.
— Брат.
— Да.
— Ты даже не злишься, когда я зову тебя братом.
— Ты ведь и сама раньше терпеть не могла быть моей сестрой.
— Всё, что я наговорила раньше... уже не вернуть назад?
— Ты ведь всё равно говорила это не с намерением забрать свои слова обратно.
— Я просто не думала, что ты возненавидишь меня настолько, что захочешь убить.
— Я никогда особо тебя не ненавидел.
Мне просто казалось, что если я убью тебя... всё разрешится и я вернусь туда, откуда пришёл. Я верил: главное — дойти до финала, и тогда смогу сбежать отсюда.
Хотя сбежать, унося с собой такие воспоминания, — какое же это спасение?
Когда я вспоминал, что убил её не из ненависти, а просто чтобы убрать с пути... у меня не поднималась рука винить Рионе. Дело даже не в чувстве вины... Просто тогда для меня ничего больше не существовало.
И на миг мельком промчалась мысль: возможно, с Рионе происходило то же самое.
— ...Враньё.
Я молчал. Она шевельнула губами, но в итоге отвела взгляд. Повисла долгая тишина. Издалека снова донеслись звуки начинающейся мелодии. Там, внутри, ночь продолжала течь так, будто ничего не произошло.
— Впрочем, я задержала тебя не ради этих разговоров.
Пока Рионе говорила, я прикурил сигарету и ждал, удерживая дым во рту. А когда она закончила, со свистом выдохнул его.
— Говори, не тяни.
— Вернись в семью.
— С какой стати мне возвращаться в этот ваш убогий дом Грайанов?
— ...Если ты вернёшься, он перестанет быть убогим. К тому же ты сам своими руками превратил Грайанов в ничто.
— И что дальше?
— Что бы ни говорил отец и... что бы он ни задумал, тебе ведь на это теперь абсолютно плевать.
— Пожалуй.
— Я отдам тебе должность преемника, да всё что угодно... Только вернись.
— ...Почему? Ты ведь так дорожила этой должностью?
— ...И правда.
Возвращаться я не собирался, но мне не верилось, что эти слова произнесла Рионе — та, кто всю жизнь так трепетно берегла этот титул и так гордилась тем, что станет следующей главой. Ведь это казалось чем-то немыслимым. Ведь Рионе всегда полагалось смотреть на меня свысока, с надменной спесью, и изрыгать лишь желчь.
Возможно, мы даже могли бы наладить отношения. Просто спустить на тормозах всё, что Рионе сделала со мной раньше, будто ничего не бывало. А затем задвинуть в самый дальний угол памяти воспоминание о том, как я вонзил в неё лезвие, крепко прижимая к себе.
Вот только как называть то, что получилось бы в итоге? Может, и неплохо — сидеть рядышком, цепляясь за совершенно разные воспоминания, и разыгрывать брата и сестру?
Хотя со стороны мы точно не будем похожи на родных.
— Просто... если всё так и останется, мы с тобой навсегда останемся чужими. Я до сих пор помню тот взгляд, каким ты смотрел на меня, когда я упала с лошади.
— И какими — «такими»?
— Семьёй, которая и на семью не похожа. Чем-то словно ещё более далёким, чем посторонние люди... Поставь тебя перед выбором между той дерзкой волшебницей и мной, ты ведь без колебаний выберешь её.
— Так и есть.
— Хоть я и сестра... хоть мы и одной крови, я для тебя ничего не стою. Я и сама понимаю. От меня всё равно было больше вреда, чем пользы.
В голосе Рионе проскользнули слезливые нотки, но она сумела взять себя в руки и снова заговорила твёрдо и чётко.
— Стану я главой семьи или нет — я всё равно останусь одна. Навсегда.
Рионе продолжала говорить с отстранённым видом:
— Я даже представить не могу, чтобы кто-то... был рядом со мной. Наверняка я останусь одна. А ведь раньше у меня хотя бы был ты.
— Ты ведь не особо-то меня и любила.
— Но и не ненавидела. Когда ты был рядом... я принимала это как должное и думала, что так будет всегда, вот и обращалась с тобой как попало... Но когда ты ушёл, оказалось, что у меня ничего нет, чтобы удержать тебя. Вот я и решилась сказать. Ведь кроме этого, мне больше ничего не дорого.
— А ты понимаешь, что для меня всё это не имеет никакой ценности?
— Знаю. Просто... я не могу потерять вообще всё. Вот и подумала: если откажусь от одного, то, может быть, сумею вернуть то, что уже утратила.
— Детские рассуждения.
— Знаю... Понимаю и то, что ты не согласишься. Но я просто не хочу... чтобы мы навсегда остались хуже, чем чужие люди...
При этих словах я подошёл к Рионе и слегка потыкал пальцем ей в грудь, слегка отталкивая.
— Раз уж я стою тут и вообще поддерживаю с тобой разговор... значит, мы точно не хуже, чем чужие люди, разве нет?
— А стать кем-то большим мы сможем?
— ...Кто знает.
— Сейчас, если подумать... я, наверное, подсознательно воспринимала тебя просто как брата. Ведь каждый раз, когда ты возвращался от сестры, мне становилось так паршиво на душе.
*На Бусти залил продолжение(до 169), ссылка в комментах

Комментарии

Загрузка...