Даже не смешно.
И надо же было так влипнуть.
Я смахнул руку Рионе, цеплявшуюся за мой воротник. Ослабевшие пальцы на мгновение замерли в воздухе.
— Тебе всегда так шла жизнь в поместье, братик.
— Так и оставила бы меня там дальше глушить выпивку.
— ...Наверное, так и стоило сделать.
— Сумасшедшая.
Рионе ничего не ответила. Держась за живот, она сидела, прислонившись к стене, и тяжело, прерывисто дышала.
Опустив голову, она какое-то время молчала, а затем заговорила:
— Почему ты так сражаешься?
Её взгляд медленно поднялся и замер на моей левой руке.
— Почему... почему ты подставляешь руку, заранее зная, что её рассекут?
Я подошёл к Рионе. Услышав приближающиеся шаги, она поспешно обняла себя руками за живот, сжалась ещё сильнее и уткнулась головой в колени. Похоже, думала, что я снова её пну. Сказать, что у меня не было такого желания, было бы соврать, но...
— Потому что мог.
— Ты ведь не был таким. — Рионе подняла голову. — Всегда, всегда! Даже когда я едва взмахивала мечом, ты не мог толком заблокировать удар и только крепко зажмуривался...
Её голос сорвался:
— Ты... ты не должен был так измениться.
Я какое-то время молча смотрел на неё сверху вниз. Я не знал, что ответить. Да и были ли вообще слова, которые стоило сказать?
Я сильно надавил ладонями на глаза, развернулся и вышел из профессорского кабинета.
Я долго шёл по коридору, пока в голове не началось лёгкое головокружение. Напомнила о себе левая рука — с неё всё ещё сочилась кровь.
Если я сейчас умру, к какому моменту вернусь? Была мысль, что отмотает назад — к моменту, когда Рионе обрушивала меч сверху вниз... Но снова прижимать сестру к стене и бить мне совсем не хотелось, поэтому я сменил направление и направился туда, где располагались академические жрецы. В каком-то смысле это место заменяло медкабинет. Учитывая специфику академии, травмированных здесь всегда хватало.
Когда я открыл дверь и вошёл, жрец, перебиравший травы в глубине помещения, поднял голову. Его невнимательный взгляд скользнул по мне, зацепился за мою левую руку, и глаза широко раскрылись.
— Боги, что за...
Жрец почти швырнул травы, что держал в руках, и подскочил ко мне.
— Кто посмел сотворить такое с человеком, которого направил Его Святейшество?! Неужели студенты из списка напали на вас, профессор?!
— Успокойтесь и просто обработайте рану.
— Но...!
— Это просто семейные дела, не берите в голову.
Жрец замолчал. Он тут же ушёл вглубь комнаты и вернулся с небольшим пузырьком и бинтами. Жестом пригласив меня сесть, он закатал мой рукав и осмотрел ранение.
— Будет немного щипать.
С этими словами он откупорил флакон и без предупреждения вылил зелье прямо на рану. А ведь на передовой эта штука была такой ценностью, что её наносили капля за каплей через тряпочку.
Раздалось шипение, словно плоть прижигали, и поднялся белый пар. Измазанная алой кровью рана постепенно очистилась. Хотя это не означало, что она исцелилась или из неё стало меньше течь.
Прикрыв глаза, жрец прошептал короткую молитву, достал бинт и принялся обматывать руку. Едва он завязал узел, я поднялся. Жрец явно хотел удержать меня и сказать что-то ещё, но когда я встал, лишь осенил себя святым знамением и молча отступил.
Из-за Рионе я потерял кучу времени, но... в конце концов, я ведь выходил из кабинета, чтобы найти Арин.
Я попытался перебрать в голове возможные места, но ничего конкретного на ум не приходило. И тут до меня дошло: мне вовсе не нужно бегать и шарить по всему городу в её поисках. Ведь Арин направили из Гильдии авантюристов. Если прийти туда, наверняка можно узнать, где она.
Я сразу покинул территорию академии, поймал экипаж и направился к гильдии.
Здание гильдии оказалось крупнее, чем я думал. Одна часть отвекалась под постоялый двор, в другой продавали выпивку и еду. По центру располагалась стойка регистрации и доска с объявлениями о поручениях. Зонирование присутствовало, но сплошных стен не было. Запах перегара, стряпни и пропотевшей кожи сбивался в густую вонь, бившую в нос.
Зайдя внутрь, я огляделся. Регистратура, доска поручений, столики по углам... Балаган.
Выходит, Арин работала и жила в подобном месте? После той тихой, мирной деревеньки — и сразу сюда?
— Глядите-ка, благородный барчук заблудился? — пока я озирался, кто-то громко крикнул в мою сторону. — Эй, сопляк, ты адресом ошибся! Мужских проституток у нас тут не держат!
За ближайшим столиком раздался хохот.
— Ого, да его хоть сейчас в женское платье наряжай. Интересно, какова из себя его маменька?
Несколько авантюристов с бокалами в руках гнусно загыгыкали, разглядывая меня.
Я хотел пройти мимо, не обращая внимания, но остановился. Раз они позволяют себе так орать и вести себя по-хозяйски прямо посреди гильдии... должно быть, люди в своих кругах известные. Качество их душонки — вопрос другой. Впрочем, по сравнению с солдатами, гниющими на передовой... эти ещё вполне приличные.
Я направился к ним. Здоровяк, который хохотал громче всех, поставил кружку.
— Чё надо?
Он поднялся из-за стола. Скрипнув по полу, стул отъехал назад. Авантюрист вытащил из-за пояса короткую булаву и вскинул её на плечо.
— Сказать что хотел?
Я молча уставился на него. Тот насмешливо фыркнул и тыкнул навершием булавы мне в грудь.
Окажись этот тип на передовой, он и тридцати минут не продержался бы. Дело даже не в навыках — уж больно туша велика. Слишком заметная мишень.
Как бы то ни было, отшатнувшись на шаг от толчка булавы, я одновременно обнажил меч. Острием слегка ткнул его в живот, а затем по диагонали снизу вверх полоснул по плечу, в котором он держал оружие.
Кровь брызнула не фонтаном. Лишь из рассечённой раны стекала ровная струйка. Я точным движением подрезал мышцы, так что хватка мужлана ослабла, и булава с грохотом свалилась на пол.
Бум.
Здоровяк схватился за плечо и рухнул на задницу. Гоготавшие секунду назад авантюристы как по команде заткнулись.
Однако тишина длилась недолго. Один за другим раздались скрипы сдвигаемых стульев. Сидевшие за столом стали подниматься и отступать от меня, увеличивая дистанцию. Обнажив мечи, топоры и кинжалы, они тревожно переглядывались.
— Оружие... лучше бы вам опустить.
Разумеется, никто и не подумал послушаться. За спиной послышалось едва уловимое движение. И я заметил, как авантюристы перевели взгляды мне за спину.
Поэтому я не стал оборачиваться. Я просто слушал, как крадущийся за спиной делает осторожные шаги, затаив дыхание и перехватывая оружие.
Затем раздался резкий толчок о пол. Я лёгким движением смахнул меч назад.
— А-а-а-а-х!
Нападавший сзади авантюрист схватился за лицо и повалился на землю. Рана была неглубокой, глаза я ему не задел, так что останется лишь небольшой шрам. Не умрёт, да и жить дальше это ему особо не помешает. Наглость, конечно, редкая, но устраивать кровавую бойню незнакомцам я не собирался.
Как бы то ни было, атмосфера окончательно переломилась в мою пользу. Обнажившие было оружие авантюристы начали несмело опускать клинки.
Я подошёл к сидевшему на полу здоровяку и приставил кончик меча к его горлу.
— Я ищу ассистентку по имени Арин... Её отправили от вашей гильдии.
Лицо того побледнело.
— Знаешь такую?
— Я... мы лично не знакомы, но я знаю, о ком речь! — Пытаясь отстранить подбородок от острия, парень торопливо заговорил: — Эта дрянь чем-то провинилась перед господином?!
— Провинилась. И зашла слишком далеко.
Мужчина судорожно сглотнул.
— Так или иначе, знаешь, где она?
— Скорее всего, она сейчас на базе Бруно!
— Говори понятнее.
— Хоть она и состоит в гильдии, но когда нет заказов, здесь не появляется. Её база — таверна у восточной крепостной стены!
— Таверна возле восточной стены, говоришь?
— Да! Если идти по главной улице к восточным воротам, увидите самое большое здание с красной крышей!
Я убрал меч в ножны и повернулся. Позади раздался чей-то облегчённый вздох. Я остановился, снова оглянулся на здоровяка, вытащил пачку купюр и бросил ему под ноги.
— Постарайся подлечиться поскорее.
— Да, да!
— И тому приятелю тоже помоги.
Оставив кивавшего с чуть ли не слезами на глазах здоровяка, я вышел из гильдии и снова поймал экипаж.
Кажется, я весь день только и делаю, что метаюсь из стороны в сторону. Стоит вознамериться куда-то пойти, как на пути встаёт преграда; а едва забрезжит путь — снова препятствие.
Тем временем улицы стемнели настолько, что без фонарей уже ничего было не разглядеть.
Красная крыша... красная крыша.
То ли из-за темноты, то ли ещё почему, но цвет крыши разглядеть непросто. Зато в глаза бросается довольно внушительное заведение с зажжёнными огнями.
Почему ты не понимаешь: скажи ты мне сейчас, что всё ещё любишь меня, я ведь поверю тебе, посчитаю это правдой?
Я понимаю, каково это — бежать, не веря самому себе... Но с чего бы мне отталкивать тебя?
Я ведь только и пытался, что зацепиться за тебя, быть рядом.
А когда не смог удержаться подле тебя, мне пришлось вздёрнуться под потолком.
*На Бусти залил главы до онгоинга(104), ссылка в комментах

Комментарии

Загрузка...