Маленькая ручка молодой госпожи увлекла меня в самый центр зала.
Окружавшие нас студенты один за другим разбивались на пары, заполняя сцену.
— Арен, ты должен крепко держать меня за руку, хорошо? Не забывай, что я твоя партнёрша!
— Да, да.
Её розовые волосы взметнулись, когда подол платья изящно заколыхался.
От её недавнего обиженного вида не осталось и следа — теперь молодая госпожа с полной уверенностью сжимала мою ладонь.
— Но если серьёзно, то, что произошло раньше — это уж слишком. В конце концов, я твоя партнёрша!
— ...Молодая госпожа, я же говорил вам, что тогда ничего не мог поделать.
— Знаю. Я говорила о старшекласснице Вальштейн.
— У этой старшей и правда есть озорная жилка.
По крайней мере, среди всех, кого я встречал, она одна из немногих, кто так сильно выделяется в этом плане.
— Ну что ж, потанцуем?
— Давай.
Когда музыка заиграла вновь, молодая госпожа задвигалась на удивление искусно.
Зная её характер, я ожидал, что она разок-другой запнётся, вскрикнет: «А?» — и растянется на полу.
Если подумать, в поместье молодая госпожа прошла довольно строгое обучение в этой сфере.
Леди Камилла ко многим вещам относилась довольно легкомысленно, но, как ни странно, придерживалась крайне строгих правил, когда дело касалось церемоний, базового этикета и манер знати. До такой степени, что даже нанимала специальных учителей для регулярных занятий.
В то время я обычно наблюдал издалека или занимался отдельно, но прямо перед совершеннолетием меня почему-то на короткое время отправили учиться вместе с молодой госпожой.
Думаю, возможно, леди Камилла ещё тогда планировала отправить меня в академию вместе с ней. Иначе не было бы никаких причин заставлять простолюдина вроде меня обучаться дворянскому этикету.
— Это навевает воспоминания о жизни в поместье.
— Правда? Мне тоже. Эх, меня поначалу так сильно ругали за то, что я плохо танцевала...
Что ж, молодая госпожа физически довольно неуклюжа. Не то чтобы ей не хватало физических сил, но, скорее, у неё слегка притуплены рефлексы — когда она двигается, в её движениях сквозит какая-то странная угловатость.
— Но как тебе, Арен?
— Что именно?
— Я ведь лучше справляюсь? Со мной удобнее, чем со старшеклассницей Вальштейн?
— М-м... С вами мне определённо спокойнее, чем во время танца со старшей.
Я не мог в полной мере выразить это чувство, поэтому просто небрежно поделился своим впечатлением, и молодая госпожа удовлетворённо улыбнулась.
Если попытаться описать, то казалось, будто старшеклассница Сиэль ведёт меня за собой с некоторым напором. Молодая госпожа же словно подстраивалась под моё дыхание, и мы вели танец вместе.
Дело не в том, что старшая плохо танцует — скорее, она делает это слишком искусно, из-за чего новичку вроде меня приходится тяжело. Или, возможно, старшеклассница Сиэль танцует как обычно, а молодая госпожа просто хорошо подстраивается под мой темп.
— Годы, проведённые вместе, действительно дают о себе знать.
— Угу, правда ведь?! Кроме меня у тебя никого нет, верно?
— Конечно. Вы для меня лучшая, молодая госпожа.
— Хе-хе-хе.
От лёгкой лести лицо молодой госпожи тут же приняло самодовольный вид. Мне не показалось: я почувствовал, как её хватка на моей руке стала ещё крепче.
И всё же это такое странное чувство. Мы просто стоим друг напротив друга и танцуем, но почему-то это навевает сентиментальные мысли.
От мелких происшествий с молодой госпожой в прошлом до совсем недавних событий — всё пронеслось перед моими глазами, словно панорама. Сцены, которые я и представить себе не мог, когда только попал в этот мир — я вижу их все благодаря этому человеку.
— Молодая госпожа.
— Да?
Поддавшись этим мыслям, я сам того не замечая тихо позвал её. Я прекрасно знаю, что мне это несвойственно и что я не особо люблю говорить подобные вещи. Но сегодня я почувствовал, что должен, поэтому неловко улыбнулся и коротко обратился к ней:
— Спасибо. За то, что приютили меня.
— Ч-что, так внезапно...?!
— Да, внезапно. Просто пришло в голову.
Обычно я редко выражаю благодарность, поэтому решил, что стоит сказать об этом сейчас.
Молодая госпожа взволнованно забегала глазами в замешательстве, словно гадая, не умираю ли я, раз совершаю столь несвойственный мне поступок. Но вскоре она лучезарно улыбнулась и энергично кивнула.
— Нет, это я должна благодарить тебя. И впредь я тоже буду на тебя полагаться.
— Конечно.
Когда я ответил без колебаний, улыбка молодой госпожи стала ещё шире. Я был рад, что сказал это.
◇ ◇ ◇
— Угх, я умираю...
Стоило мне незаметно выскользнуть из зала и выйти на просторную террасу, как с моих губ сорвался стон.
Всё ещё было терпимо, когда я танцевал со старшеклассницей Сиэль, а затем с молодой госпожой. Но после того как я потанцевал ещё и с Сильвеной и Нериэль, моё затёкшее тело начало ныть и молить о пощаде.
Не то чтобы я мог отказаться от танца. Я во многом обязан Сильвене, к тому же она моя одноклассница. Да и Нериэль — я сам уговорил её прийти, так что тут мне и возразить было нечего.
Угх, и каждый раз, когда я рядом с Сильвеной, я чувствую себя именно так. Словно я превратился в героиню какого-то любовного романа.
Стоило во время танца возникнуть паузе, как она выдавала фразы вроде: «Не слишком ли быстро? Доверь мне своё тело» или «В этом зале ты сияешь ярче всех». Как и подобает Великой герцогине Севера, она при каждом удобном случае сыпала репликами, будто сошедшими со страниц любовного романа.
Но это звучало искренне, так что мне нечего было возразить. Полагаю, в этом мире это просто стандартные реплики для женщин.
— Фух, теперь можно вздохнуть спокойно.
Избавление от духоты и чужих взглядов принесло такое облегчение, будто на прохладном воздухе террасы у меня открылось второе дыхание. Переведу дух пару минут и вернусь: молодая госпожа, должно быть, уже ищет меня.
— Вид потрясающий.
Звёздный свет мягко рассыпался по ночному небу, а сад академии, казалось, тихо трепетал под доносившуюся из зала приглушённую музыку. Эта академия неоправданно роскошна, клянусь.
Пока я бормотал себе под нос, облокотившись на перила, сзади раздался насмешливый голос:
— Ба, кого мы здесь видим? Неужели это тот самый пресловутый мусор из простолюдинов?
— ...М-м?
Я повернулся и увидел стоящего там студента с золотой брошью, который уверенно расправил плечи. На его губах играла издевательская усмешка, а в руке он держал недопитый бокал вина.
Угх, неужели он не может снять эти рюши? Меня от одного их вида каждый раз тошнить начинает.
— Ранее ты, не зная своего места, взобрался на сцену по приглашению Её Высочества принцессы — это было то ещё зрелище. Полагаю, простолюдины даже не способны отличить, когда стоит выходить вперёд, а когда нет? Ну, наверное, поэтому они и простолюдины.
— ...Ого.
От столь стремительного и неприкрытого пренебрежения я почувствовал не столько неприязнь, сколько искреннее удивление. С тех пор как я поступил в академию, я впервые встретил кого-то, кто открыто унижал меня прямо в лицо только за то, что я простолюдин.
Хотя другие студенты Рыцарского отделения поначалу и держались на расстоянии из-за моего происхождения, почти никто из них не оскорблял меня так открыто. Что касается Нериэль, то она со всеми так себя ведёт, так что в этом нет ничего нового.
— Жалкое зрелище. Безродный выскочка, не знающий своего места, смеет осквернять этикет благородного общества. Ну да откуда знать об этом тому, кто бегал за своей госпожой, словно преданный щенок?
Но теперь, когда я выслушивал это лично, меня начало это раздражать. Он нашёл предлог и строит из себя невесть что. Откажись я тогда от приглашения старшеклассницы Сиэль под предлогом того, что это обременительно, он бы наверняка возмутился: «Как смеет простолюдин отвергать приглашение Её Высочества принцессы?».
И только я собирался сделать шаг вперёд, чтобы сбить с него спесь, как над террасой разнёсся спокойный, но леденящий душу голос:
— Этикет благородного общества... Интересно, кто же его создал.
Когда я перевёл взгляд на источник звука, то увидел, как мягко колышутся золотистые волосы, вобравшие в себя лунный свет. Это была старшеклассница Сиэль.
— В-Ваше Высочество принцесса...?!
Из-за внезапного появления виновницы торжества даже этот парень, должно быть, не на шутку испугался. Он поспешно согнулся в поклоне, чтобы поприветствовать её, но старшеклассница Сиэль остановила его жестом руки.
Обычно я бы предположил, что дело в её характерном непринуждённом поведении, из-за которого она не любит излишнюю вежливость. Но сегодня всё было иначе.
Жестикулируя, она слегка нахмурилась, словно испытывая отвращение даже от такого приветствия, и будто косвенно говорила: «Я не желаю принимать поклоны от подобных тебе».
— Прости, но я не принцесса — я старшеклассница Сиэль. О, разумеется, тебе не нужно звать меня по имени. Ведь те, от кого я хочу слышать своё имя — это студенты академии.
— Что? Что вы имеете в виду под...
Пытался ли он сказать, что тоже является студентом академии?
Старшеклассница Сиэль медленно подошла к парню, выражавшему недоумение. От недавней улыбки на сцене не осталось и следа — теперь её зелёные глаза излучали лишь холодное давление.
— Хм? Ну, правила гласят, что в стенах академии все ведут равную студенческую жизнь, независимо от того, простолюдин ты или дворянин. Не может же высокомерный, пустоголовый идиот, не знающий даже таких элементарных правил, быть студентом гордой Академии Телеос, верно?
— Э-это...!
Несмотря на то, что его осадили теми же словами, какими он только что сыпал в мой адрес — возможно, даже ещё жестче, — парень не смог вымолвить ни слова в оправдание. Он наверняка понимал умом, что подобные правила действительно существуют в академии и что их соблюдение — прямая обязанность президента студенческого совета.
Однако далеко не все строго следуют этим правилам. Наверняка не только этот парень, но и многие другие студенты втайне насмехаются над такими, как я и Тео, из-за нашего простого происхождения. Но не нашлось бы ни одного человека, который посмел бы ухмыльнуться перед ней и сказать: «Вы ведь знаете, что эти правила лишь для галочки, верно?».
Вот почему его так безжалостно отчитывали в одни ворота.
— А, у тебя есть какое-то оправдание, которое ты хочешь высказать? Если так, я выслушаю. В конце концов, даже такой мусор, как ты, номинально считается студентом академии. А я — президент студенческого совета.
К слову, я впервые видел эту старшую настолько разгневанной. Она всегда улыбалась и твердила: «Все студенты академии — мои люди». Возможно, именно потому, что она так сильно дорожит академией, она не может простить того, кто пытается разрушить её атмосферу.
— Н-нет. Это целиком и полностью моя вина. Пожалуйста, проявите милосердие...
— Странно. Разве ты не знаешь, как нужно извиняться? Ты только что разглагольствовал об этикете благородного общества, но у самого у тебя манер нет? Ты ошибся адресатом своих извинений.
— Ах...
Только тогда парень до крови закусил губу, слегка развернулся и посмотрел в мою сторону. Затем, согнувшись в поклоне и пряча руки от взгляда старшеклассницы Сиэль, он сжал кулаки с такой силой, словно собирался их сломать, и принёс мне неискренние извинения:
— Я... прошу прощения. Молодой господин Арен.
— ...Хорошо. Свободен.
— Кх..!
Когда я слегка махнул рукой, отпуская его, на его лице отразилось крайнее унижение, но он поспешно отступил назад.
Старшеклассница Сиэль подошла ко мне, даже не удостоив его взглядом. Не успел я опомниться, как на её губах снова заиграла та самая знакомая мне озорная улыбка.
— Ага, ну как? Я была похожа на настоящего президента студенческого совета?
— Да, до мурашек. Но стоило ли заходить так далеко?
— Ну и ладно. Мне вообще хотелось обрушить молнию на его голову, но я сдержалась.
— Пожалуйста, действительно воздержитесь от подобного.
Если только это не поединок под присмотром наблюдателя, вроде дуэли или тренировочного боя, использование смертоносной магии или настоящих мечей между студентами в стенах академии строго запрещено. Она тут распиналась о правилах, но какой в этом толк, если она сама не способна сдерживать себя в гневе?
Хотя, возможно, она сдержалась именно потому, что прекрасно это понимала. Я вновь подумал, что она действительно идеально подходит на роль президента студенческого совета.
— Но, старшая, вы действительно любите академию. Проявить такое презрение лишь из-за того, что кто-то слегка нарушил правила...
— Хм? Вообще-то, дело было вовсе не в нарушении правил.
— ...Что?
Когда я заговорил с чувством, похожим на восхищение, старшая лишь склонила голову набок. О чём это она? Разве она отчитала его не за то, что он нарушил правила? Тогда почему же она разозлилась?
— Это была просто месть за то, что он посмел задеть нашего будущего президента студенческого совета и моего драгоценного, особенного младшего.
— Опять вы за своё. Вам ещё не надоело?
Что ж, этот человек так просто не раскроет то, что действительно интересует других. Я покачал головой, глядя на старшую, которая улыбалась, словно маленький дьяволёнок. Как бы то ни было, она забавна, но шутить с ней точно не стоит.
◇ ◇ ◇
Переводил: Afmos
Редактировал: Afmos

Комментарии

Загрузка...