— То есть после экстренной медицины нельзя пройти дополнительную специализацию по неонатологии? Ха-ха...
Профессор Хван Джун бросил шутку с явным подтекстом.
Я спрятал холодный пот и изобразил на лице величайшее сожаление в мире.
— Ах, профессор! К огромному сожалению, специалисты по экстренной медицине обычно продолжают обучение в интенсивной терапии, а вот в неонатологию — субспециализацию педиатрии — насколько я знаю, попасть не могут! Правда! Просто трагедия всей жизни!
Слово «правда» я выделил особенно старательно.
Это закон. Правила.
Не я отказываюсь — система не пускает.
Поэтому, пожалуйста, сдавайтесь.
— Правда?
— Насколько мне известно, да.
«Всё равно вы меня не переманите. Сдавайтесь, профессор. Да здравствует современное разделение специальностей».
Но Хван Джун вдруг достал с полки толстый сборник.
[Правила сертификации субспециалистов Корейского общества педиатрии]
«Он реально собрался меня вербовать? Уже правила проверяет?»
Я был в ужасе.
Сон Чонун рядом смотрел с полуоткрытым ртом.
Пока профессор поправлял очки и листал страницы, мы с Чонуном переговаривались жестами, почти как на языке глухонемых.
Он широко раскрыл глаза и подбородком указал на профессора.
Я пожал плечами и губами сказал: «Не знаю».
Чонун покрутил пальцем у виска: «Он спятил?»
Хван Джун зашевелился — Чонун мгновенно спрятал руки за спину и сделал вид, что смотрит вдаль.
— Так... «Субспециалист по неонатологии — врач, получивший сертификат специалиста по педиатрии и затем...»
Профессор пробормотал ещё несколько строк.
— Эх. Жалко.
Он захлопнул книгу.
— Только педиатрам. Я на всякий случай проверил — вдруг есть обходной путь. Нет.
«Фу-у-ух».
Я мысленно выдохнул.
Так он правда собирался меня забрать?
— Да и у профессоров моего отделения наверняка были бы свои соображения. К тому же один удачный случай ещё ничего не значит.
Я изо всех сил прикинулся человеком без особых достоинств.
Опасно становиться слишком заметным.
— Но я всё равно дежурю на санитарной авиации. Если на вертолёте снова окажется ребёнок, конечно, постараюсь сделать всё возможное.
Обычная вежливая фраза для красивого завершения разговора.
— Вот как?
Глаза Хван Джуна мгновенно загорелись.
— Тогда, может, мне поговорить с директором Детской больницы и руководителем центра? Сделать протокол: если на вертолёте педиатрический пациент, пусть доктор Хан немного специализируется на таких вылетах?
?
Я сам наступил в собственную ловушку.
«Какого хрена я вообще заговорил о вертолёте?»
— Ха-ха... Если получится, буду благодарен. Для меня большая честь.
Ни капли не благодарен.
И совсем не честь.
— В любом случае мне очень жаль, что в педиатрии я, к сожалению, не смогу углубить наш профессиональный...
Я уже начал финальную фразу для побега.
— Но.
Хван Джун перебил.
— Насколько я знаю, есть одно исключение.
— Что?
— Детская экстренная медицина. Эту субспециализацию может получить специалист практически любой базовой области. Педиатрия, экстренная медицина — подходят обе.
— ...
— После получения квалификации по экстренной медицине можешь пройти дополнительную специализацию по детской экстренной медицине. Наш детский центр экстренной помощи как раз собираются расширять при переезде в Детскую больницу.
Профессор.
Зачем вы рушите мне спасительный выход?
Пожалуйста, отпустите.
Дети — это сложно. Жалобы родителей в десять раз страшнее взрослых, вену не найдёшь, дозы надо высчитывать по весу, учить гору отдельной физиологии.
Мне взрослых пациентов хватает с избытком.
— Вот как? Не знал. Ха-ха...
Я насильно поднял уголки губ.
— Обязательно подумаю.
— Ха-ха. Когда молодой человек говорит «подумаю», это обычно почти означает «не буду».
Хван Джун усмехнулся.
— Нет-нет! Я серьёзно рассмотрю.
— Ладно. Раз уж этот старый профессор тебя задержал, задам один вопрос.
Его лицо стало серьёзным.
— После получения сертификата специалиста что собираешься делать? Каким врачом хочешь стать? В частную практику? Или останешься в университете?
Каким врачом.
Мысли на секунду спутались.
— Всё ещё думаю. Пока сам не знаю.
Это был честный ответ.
— Правильно. На третьем году как раз время задумываться. В любом случае... я тебя поздно ночью слишком долго держу.
Профессор посмотрел на часы и поморщился.
— Ничего. Я и так уже был после смены.
— Вот именно потому и отнял время, глупый ты человек. После работы надо отдыхать.
Хван Джун махнул рукой.
— Иди. Хорошо поработал сегодня. Если с однокурсником Чонуном есть о чём поговорить — поговори и ступай.
— Спасибо! До свидания!
Я без лишних слов согнулся в поклоне и открыл дверь.
Хлоп.
Едва она закрылась, ноги стали ватными.
— Хёнджэ...
Сон Чонун вышел следом.
— Чего.
— В завещании обязательно напишу твоё имя. А теперь исчезни.
— Что за бред?
Он схватился за голову.
— Безумный врач экстренной медицины, который предложил прикончить резидентов педиатрии и врачей на дополнительной специализации по неонатологии! Уйди с глаз моих!
— Да ладно. Я вообще-то пришёл тебя угостить. Уже не надо?
Я достал кошелёк и потряс им.
Выражение лица Сон Чонуна мгновенно смягчилось.
Капитализм всегда работает.
— ...Тогда спокойно закажи кофе и уходи. И сэндвичи.
— Я и собирался.
Дешёвая плата за аренду оборудования.
...
— Работай. Я правда ухожу.
— Иди. И больше не приходи.
Чонун помахал рукой.
Раздав кофе, я наконец сбежал из больницы.
Ночной воздух показался особенно свежим.
Я шёл, засунув руки в карманы и потягивая айс-американо через трубочку.
До следующей смены меньше суток, но я не стал сразу ловить такси.
Хотелось пройтись.
Я вышел за главные ворота медицинского кампуса, где тесно стояли больница, медицинский, сестринский и другие медицинские факультеты, и оказался на более тихой улице.
Остановился и оглянулся.
Вдалеке светились большие корпуса.
— Даже ночью сияют как проклятые.
Я перевёл взгляд ниже, на яркую вывеску Центра экстренной помощи.
[Круглосуточная экстренная помощь]
[Региональный центр экстренной медицины Пусана]
[Национальный региональный травматологический центр]
— Хм...
Я снова пошёл в сторону своего офистеля.
Шаг.
Шаг.
...
«Мам, с моими баллами даже в небольшой сеульский медвуз тяжело, и в “три дракона” тоже. Но здесь, в Пусане, есть университет Чхонджин. У меня пять делений, могу пройти по дополнительному набору. В первую группу подам сюда. И больница у них большая».
...
«Так далеко едешь, точно справишься? Есть нормально будешь? Звони каждый день, чтобы мама не волновалась. И не пей там слишком много».
Матери было тревожно отправлять сына из Сеула в незнакомый город.
...
— PO SOJU QD! Перорально — соджу — раз в сутки! ПЕЙТЕЕЕ! Печень регенерирует!
...
— До экзамена три часа! Нам конец! Всех оставят на второй год! А-а-а!
— Хёнджэ, оставят только тебя.
— Заткнись, Чо Суён!
...
«Получая право заниматься врачебным делом, я торжественно клянусь посвятить жизнь служению человечеству...»
День выпуска.
Грудь действительно переполняло чувство, но слово «служение» тогда казалось слишком огромным и далёким.
Скорее я просто радовался, что дошёл до конца.
...
— Хёнджэ, у тебя тоже B? Ну и отлично. Главное, что не C-ротация. Держимся середины, середины!
— Именно. Быть обычным середняком — лучше всего.
Ничем не выдающиеся оценки.
Ничем не выдающаяся репутация.
Не гений и не двоечник.
...
— Мам, экстренная медицина не такая, как в телевизоре! Не все пациенты там умирают. Да, не самая популярная специальность, но и не ноль. Потом получу сертификат, уйду заведовать отделением в региональную общую больницу — и зарабатывать буду нормально...
Почему я выбрал специальность?
Высокая миссия?
Самопожертвование?
На деле — оценки были средние. Хотелось делать что-то, что выглядит по-настоящему врачебным и крутым, но одновременно хотелось нормально зарабатывать и нормально жить.
Компромисс.
...
— Я четыре года не выдержу. Серьёзно. Может, те, кто сбегает на первом году, и есть победители?
— Хёнджэ, ты не имеешь права сбегать. Ты сам затащил меня в EM вместе с собой...
...
А потом появилась странная связь.
Синее окно, которое внезапно начал видеть только я.
...
— Это отравление сигуатерой!
— Это не простуда! Снимем ещё V4R!
— Скальпель.
— Резиденту Хан Хёнджэ объявляется выговор и снижение заработной платы сроком на один месяц. Комиссия закрывает вопрос собственным решением без передачи в официальный дисциплинарный комитет.
Когда эта бумага с наказанием начала казаться мне орденом?
...
— По-моему, это расслоение аорты с вовлечением RCA.
— Надо проверить на тератому яичника. Похоже на анти-NMDA-рецепторный энцефалит.
Мошеннические способности.
Знания и опыт других людей накапливались у меня в голове и в руках.
«Гений».
«Двойная специализация».
«Монстр».
Я остановился посреди перехода.
Светофор мигал.
Шаг.
Слова Хван Джуна снова прозвучали в ушах.
«Что будешь делать после сертификата? Каким врачом хочешь стать?»
Я хотел жить удобно.
И всё же хотелось немного славы.
Хотелось признания.
А сейчас...
Не знаю.
Призраки будто держат меня за руки.
Может, я сам не заметил, как полюбил отделение экстренной помощи гораздо сильнее, чем думал.
А может, эти мёртвые ублюдки просто настолько меня загазлайтили, что рабство въелось в кости.
— Каким врачом я хочу быть?
Я посмотрел на ночное небо.
— Ну... для начала.
Бросил пустой стакан в урну.
Дзынь.
— Врачом, который завтра хотя бы не опоздает на работу.
***
Перевод выполнен командой «Дом Некроманта»

Комментарии

Загрузка...