Мне казалось, до истины осталось совсем немного.
Странности, которые прежде никак не связывались друг с другом, наконец складывались в одну картину. Абраксас, чудовище, какого этот мир прежде не знал, отдал мне собственное тело не случайно. Это было не наследство и не жертва. Скорее заранее подготовленный ход.
В науке есть старое выражение: мы видим дальше, потому что стоим на плечах гигантов. Никто не поднимается к знанию в одиночку. Каждый начинает с того места, до которого успели дойти предшественники.
С Абраксасом происходило то же самое.
Его замысел дошел до меня через годы, и теперь очередь была за мной. Передавать эту задачу дальше я не собирался. Если все получится, на мне эта история и закончится.
Но в воспоминаниях Абраксаса оставалось кое-что тревожное.
Если память можно отделить от эмоций, то главной эмоцией в <Синхронизации> была тоска.
Узнав о существовании Короля демонов, Абраксас не испугался и не разозлился. Он впал в тяжелое, почти беспросветное уныние.
«Почему?»
Я попытался нырнуть в это чувство глубже — и тут голову пронзила такая боль, что пришлось присесть.
Перед глазами поплыло.
Похоже, мозг просто не справлялся с загрузкой чужой жизни. В голове пытался уложиться опыт целого человека, и расплачиваться за это приходилось мне.
«Хватит. Остальное потом».
Воспоминания все равно приходили кусками. Я мог помнить Ребекку и не помнить Бальмунга, хотя Абраксас встречал обоих. Чтобы собрать картину без пробелов, требовалось время.
А пока следовало вернуться к отбору в отряд Героя.
— Данте Хиакапо. Снова позвольте себя связать.
Тирианштайн, до этого наблюдавший со стороны, наконец подошел ближе.
Я посмотрел на него и понял, что оставаться больше незачем. Раньше плен мог что-то мне дать; теперь все нужное я уже узнал.
К тому же моим покровителем стал свет.
Поймать меня после такого было совсем не просто.
『Тайна небесной вспышки』
Тело растворилось в сиянии и стянулось в одну точку. Мир подо мной мгновенно провалился вниз.
Сначала целиком открылся Зал Семнадцати, потом здание Управления, затем центральный город Люмен. Я поднялся еще выше — и перед глазами уже лежала значительная часть империи.
Вот только голова болела все сильнее.
До Хиака я не дотянул.
На окраине империи пришлось уходить вниз. Посадку я тоже рассчитал паршиво: влетел в склон, перекувырнулся по земле и только после этого сумел подняться.
Прислонившись к дереву, я перевел дыхание.
День еще не закончился.
А значит, решающие схватки тоже могли идти прямо сейчас.
«Бальмунг и Ева дерутся с Матриархом».
С одной стороны — убийца и двурогая демоница, которая из-за внутреннего противоречия не способна использовать всю силу. С другой — Матриарх, способная выдать примерно вдвое больше мощности.
По чистой силе они ей уступали.
Зато к ним уже шла Ребекка — великий маг с чудовищным запасом силы. Ее присутствие могло выровнять разницу.
Другая пара беспокоила не меньше.
«Элизе и Глори с Гоатеном тоже будет тяжело».
Если Гоатен решит всерьез спрятаться, искать его можно до конца жизни. На вершине человеческого мастерства скрытность работает именно так: человек решает исчезнуть — и исчезает.
К счастью, об этом я подумал заранее.
И приготовил ему сюрприз.
Прямо сейчас к Гоатену двигалось мое секретное оружие.
* * *
После того как клинок Элизы прошил ему запястье, Гоатен долго ничего не делал. Только смотрел на дочь.
— Ты меня... ударила?
— Да.
В ее лице не было ни тени сомнения.
И винить в этом он мог только себя. Именно Гоатен с детства приучал дочь относиться к убийству как к игре. Тогда он не предполагал, что однажды воспитанная им девочка сама станет его соперницей.
— Хватит! — крикнул Глори. — Уходите, Гоатен!
Гоатен вытянул клинок из руки. Кровь сразу хлынула сильнее.
— Не могу.
Он устало выдохнул.
— Ты не представляешь, через что я прошел, чтобы добраться сюда. Сколько пришлось пережить. Сколько раз пришлось ползти, когда идти уже не получалось.
— И какое мне до этого дело?
— Должно быть.
Гоатен медленно поднял голову.
— Я слишком долго скрывал настоящую силу. Похоже, вы оба решили, что ее у меня нет.
Его силуэт снова начал растворяться в воздухе.
Это уже была [скрытность] высшего порядка.
— Тогда придется показать.
Пространство вокруг наполнилось густой магией.
『Тропа по морскому дну』
Мир окрасился в синий.
Глори едва не согнулся под внезапной тяжестью. На грудь словно положили огромный камень. Воздух проходил в легкие с трудом, каждое движение встречало вязкое сопротивление, словно обоих разом опустили на большую глубину.
В этой синеве пошла едва заметная рябь.
Элиза дернулась слишком поздно.
Хлесь!
Невидимый удар выбил оружие у нее из руки. Девушка инстинктивно отскочила — и этим спасла себе жизнь.
Гр-р-рохот!
Место, где она только что стояла, превратилось в кашу из земли, камня и щепок. Почву будто пропустили через гигантскую мясорубку.
Кх!
Даже голос вяз в окружающей магии, словно слова приходилось выталкивать через толщу воды.
Глори поднял мощность 「Вестника войны♠」 до предела.
— Элиза! Нужна кровь Гоатена!
— Да!
Прикрывая Элизу, Глори собрал кончиком демонического меча кровь Гоатена с тыльной стороны ладони. Для сил Звезды Проклятия♠ кровь была исходным материалом.
Почти сразу Глори почувствовал, где находится Гоатен.
«Есть».
— Значит, видишь меня, — донеслось из пустоты.
Голос звучал со всех сторон.
— И что дальше?
Вопрос был справедливым.
Мало знать, где находится противник, если собственное тело двигается как во сне.
Тра-та-та-та-та!
Щупальца с лезвиями на присосках разорвали воздух. Это были те самые отростки, которые Гоатен заранее пробудил словом активации.
Глори едва успел уйти метров на тридцать.
Когда он обернулся, от горной дороги осталась вспаханная полоса.
А-а-а-а!
Он сменил тактику.
『Проклятый удар』
Черная дуга высотой с дом разошлась сразу в нескольких направлениях.
Скрыться можно от глаз. Нельзя исчезнуть из пространства. Значит, следовало бить по всему пространству разом.
Тресь!
Один из отростков лопнул.
«Сработало».
След повреждения на миг обозначил траекторию. Элизе хватило запаха и инстинкта: она бросилась туда, не дожидаясь команды.
Еще секунда — и...
— Нет!!
Глори понял ловушку первым.
Гоатен нарочно подставил одно из двух важнейших хватательных щупалец. Это была приманка.
Элиза клюнула.
Она вогнала клинок в отросток, но отступить уже не успела.
А...
Все восемь обычных щупалец сомкнулись вокруг нее.
Грохот!!!
В следующую секунду навстречу им с острия меча Глори вырвался удар.
— Друг!!
Элиза ошеломленно подхватила его за пояс и отскочила вместе с ним.
Обе ноги Глори разорвало ниже колен.
Чтобы успеть, он пожертвовал половиной накопленной в 「Вестнике войны♠」 жажды убийства и проклятий. На короткий миг эта цена дала ему скорость выше, чем у убийцы. Отдача оказалась соответствующей: ноги не выдержали, а запас силы рухнул почти вдвое.
Они остановились примерно в сотне метров.
Гоатен тоже на время снял [скрытность], чтобы перевести дыхание. Четыре из восьми обычных щупалец были серьезно повреждены, однако уверенности на его лице меньше не стало.
— Что будем делать? — тихо спросила Элиза. — Так мы оба умрем.
Глори опустил взгляд на истекающие кровью обрубки, потом с усилием уперся ими в землю.
Бух!
— Справимся.
Он снова поднял 「Вестника войны♠」.
— Обязаны справиться.
— Вот со мной и справляйтесь.
Голос прозвучал совсем рядом.
Оба замерли.
Гоатен уже стоял перед ними — почти нечеловеческий, окутанный полупрозрачными щупальцами.
«Когда?!»
Ни Глори, ни Элиза еще не представляли, с какой скоростью способен действовать лучший убийца человечества. Они даже не поняли, что до этого Гоатен нарочно стоял на месте, готовя фамильную технику перемещения.
Клинок вошел Элизе в живот.
Хлюп!
Он прошел насквозь и вышел из спины.
— ЭЛИЗА!!!
Глори рванулся к ней.
— Поймала...
Элиза смотрела куда-то вниз, будто сама еще не до конца поняла, что произошло.
Тогда Глори увидел ее оружие.
Клинок пробил Гоатену лодыжку и ушел в землю. Элиза успела закрепить его магией.
Улыбка с лица Гоатена исчезла.
И Глори понял: второго такого шанса не будет.
Он стиснул зубы и вложил в удар остаток сил.
А-а-а-а-а-а!!
Черная 『Мечевая аура』 вытянулась на шесть метров.
Три щупальца метнулись наперерез — и одно за другим разлетелись клочьями. Лезвие шло прямо в шею Гоатену.
Кр-р-р-ск!
Гоатен выставил ладонь.
Аура рассекла пальцы, прорубила кисть и врезалась в запястье. Еще немного — и удар развалил бы его от плеча до ступни.
Но именно на запястье движение остановилось.
Дальше клинок не пустила мощная магия Гоатена.
Он сжал пальцы, перехватив клинок вместе с аурой. Острие успело войти в ткани у основания шеи всего на пару сантиметров.
Глори поднял глаза.
Во взгляде Гоатена читалась спокойная, непоколебимая уверенность в собственном превосходстве.
— Сначала поговорим отдельно. Без моей дочери.
Последнее хватательное щупальце распахнулось веером.
На нем блеснули тысячи крошечных лезвий.
Лезвия устремились к Элизе, чтобы перемолоть раненую девушку целиком.
И в этот момент далеко на склоне шевельнулись женские пальцы.
БАХ!
Нижняя половина тела Гоатена исчезла.
— Что?..
Остался только торс, тяжело рухнувший на землю.
Глори от неожиданности забыл о боли. Элиза, шатаясь, тоже повернула голову.
Примерно в восьмистах метрах, на высоком каменном выступе, стояла знакомая женщина. Каштановые волосы были аккуратно собраны, лицо оставалось совершенно спокойным, а пальцы складывались в магическую 『Печать』.
Адель.
Она применила проклятие No 96 — 『Проклятие мгновенной смерти』.
— Вы?! — выдохнул Глори.
Он несколько раз видел эту ассистентку в доме Данте.
Адель в ответ просто помахала рукой.
Даже если способность досталась ей из-за ошибки системы, равновесие ⧉ требовало платы. После великого проклятия из обеих ноздрей у Адель сразу пошла кровь.
— Да что ты еще за тварь такая...
Гоатен заговорил снова.
Глори похолодел.
Торс поднялся с земли, опираясь на единственное щупальце.
После такого человек должен был либо умереть, либо потерять сознание. Гоатен не сделал ни того ни другого.
— Убью...
Он исчез в [скрытности].
Через миг воздух взорвался.
Оставшийся торс Гоатена понесся к Адель, как выпущенная ракета. Вокруг грохотал ветер. Кожа на груди и спине рвалась от скорости и полученных ран, но он не замедлялся.
— Нет!
— Берегитесь!!
Элиза и Глори закричали почти одновременно.
Пальцы Адель вновь сложились в 『Печать』.
――――― .
Летящий Гоатен взорвался еще раз.
До Адель долетело уже нечто, в котором невозможно было узнать человека.

Комментарии

Загрузка...