Глава 8

Глава 8. Поражение на два фронта— Звездную болезнь? — непонимающе переспросил Рамальо, чуть подавшись вперед.— Хе-хе... — Лусио горько усмехнулся, а в его глазах промелькнула тень тяжелых воспоминаний. — Знаете, почему многие наши, бразильские самородки так и остаются подающими надежды? Их губит не отсутствие божьего дара. Главный враг таланта — это неспособность противостоять бесконечным соблазнам, которые обрушиваются на тебя вместе со славой и огромными деньгами.Тренер задумчиво кивнул, полностью разделяя философию ветерана. Однако, вспомнив восторженные отзывы стариков клуба о железной дисциплине Чэнь Анно, Рамальо решительно мотнул головой.— Я уверен, что этот парень выстоит перед любыми искушениями, — твердо заявил наставник. Затем он сделал драматичную паузу и с лукавой улыбкой посмотрел на собеседника. — А тебе, дружище, я бы настоятельно рекомендовал оглядываться по сторонам. Особенно, когда возвращаешься домой в темноте...— Э-э-э... — Лусио озадаченно почесал затылок. — К чему клоните?— Ты же сегодня всю тренировку измывался над пацаном, — расхохотался Рамальо. — Как бы он не подкараулил тебя в темной подворотне и не натянул на голову джутовый мешок.— Porra!! Блядь! — взревел Лусио, вскакивая с кресла. — Да вы же сами мне приказали играть с ним жестко!«Помнишь, ты клялся мне, что никогда не исчезнешь из виду... Но ты улетел так далеко, словно перелетная птица на юг... Наша любовь — как воздушный змей с оборванной нитью...» — надрывался из динамика мобильного телефона популярный рингтон, стоило только Чэнь Анно переступить порог своей скромной комнаты на базе.— Дядя... — с теплотой в голосе ответил юноша, нажав на кнопку приема.— Сяо Но! Мальчик мой, — из трубки мгновенно вырвался взволнованный голос Чэнь Шоуцина. По интонации было ясно, что старик изрядно нервничает. — Тут такое дело... Мне на банковскую карту внезапно упала огромная сумма. Это... это от тебя перевод?Родной голос мгновенно развеял всю накопившуюся за день усталость. На лице Чэнь Анно расцвела искренняя, светлая улыбка:— Выдыхай, дядя. Не переживай, это я перевел.— Ох, ну зачем?! — сокрушенно запричитал Чэнь Шоуцин. — Ты же один в чужой стране! Тебе каждая копейка нужна! Да и мы тут с голоду не пухнем. Зачем ты последние деньги пересылаешь?— Дядя! — мягко, но настойчиво перебил его футболист. — Я ведь подписал полноценный профессиональный контракт с клубом Сан-Паулу. У меня зарплата сто пятьдесят тысяч реалов в месяц! К тому же я живу на полном обеспечении в общежитии на клубной базе. Мне здесь просто не на что тратить такие деньжищи. Так что бери и ни о чем не беспокойся.— Да дело же не в этом... Ты же совсем пацан еще, как я могу брать деньги у племянника... — замялся родственник.— Дядя! — голос Чэнь Анно дрогнул, а к горлу подкатил предательский комок. — Вы же знаете... У меня больше нет ни отца, ни матери. Вы с тетей — моя единственная семья, мои самые близкие люди на всем белом свете. Если вы будете отказываться, значит, вы не считаете меня родным.— Всё-всё! Понял я, не ругайся! — торопливо согласился Чэнь Шоуцин, испугавшись, что задел племянника за живое. — Вырос наш Сяо Но, совсем взрослым стал. Спасибо, родной, я всё сберегу.— Вот и славно, — шмыгнул носом Чэнь Анно. — Тетя ведь как-то жаловалась, что хочет купить квартиру в хорошем районе, чтобы Сяолун смог поступить в приличную старшую школу? Покупайте смело. Теперь я буду каждый месяц переводить вам часть зарплаты.— Ладно, договорились. Только ты там на чужбине не экономь на себе, питайся нормально! — наказал дядя.На самом деле старик уже всё для себя решил: ни копейки из этих денег они не тронут. Откроют отдельный счет и будут копить племяннику на свадьбу. От этой мысли Чэнь Шоуцин тяжело вздохнул:— Да уж... Видать, в этой Бразилии футбол и впрямь на другом уровне. Неудивительно, что их сборная весь мир рвет на части. А у нас, сука... Ты здесь пуп рвал, а мы еще и приплачивать этим упырям должны были...Услышав гневную тираду дяди, Чэнь Анно лишь горько усмехнулся. Ему очень хотелось сказать, что в плане коррупции бразильские футбольные чиновники ничуть не уступают их отечественным коллегам. Вот только здесь вся пирамида была выстроена на невероятно прочном фундаменте низового футбола. В Бразилии мяч гоняли абсолютно все. Для миллионов семей из трущоб футбол был единственным социальным лифтом. А на родине? Там бал правил культ учебы, и обычные семьи свято верили, что зубрежка — единственный способ выбиться в люди. Бразильский футбол гнил с головы, но его корни были нерушимы, ведь вся система воспитания юношей жестко контролировалась самими клубами, куда жадные лапы федерации просто не дотягивались.— Ты что мелешь, старый пень?! При ребенке-то материться! — вдруг ворвался в трубку пронзительный крик тети Чжан Мэй.— Ай! Больно же! Отпусти ухо, мегера! Я с племянником разговариваю! — жалобно взвизгнул Чэнь Шоуцин.Воображение Чэнь Анно живо нарисовало картину: разъяренная тетя мертвой хваткой вцепилась в дядино ухо, а тот беспомощно извивается. От этой до боли родной сценки на душе стало совсем тепло и спокойно.

Глава 8. Поражение на два фронта

— Звездную болезнь? — непонимающе переспросил Рамальо, чуть подавшись вперед.

— Хе-хе... — Лусио горько усмехнулся, а в его глазах промелькнула тень тяжелых воспоминаний. — Знаете, почему многие наши, бразильские самородки так и остаются подающими надежды? Их губит не отсутствие божьего дара. Главный враг таланта — это неспособность противостоять бесконечным соблазнам, которые обрушиваются на тебя вместе со славой и огромными деньгами.

Тренер задумчиво кивнул, полностью разделяя философию ветерана. Однако, вспомнив восторженные отзывы стариков клуба о железной дисциплине Чэнь Анно, Рамальо решительно мотнул головой.

— Я уверен, что этот парень выстоит перед любыми искушениями, — твердо заявил наставник. Затем он сделал драматичную паузу и с лукавой улыбкой посмотрел на собеседника. — А тебе, дружище, я бы настоятельно рекомендовал оглядываться по сторонам. Особенно, когда возвращаешься домой в темноте...

— Э-э-э... — Лусио озадаченно почесал затылок. — К чему клоните?

— Ты же сегодня всю тренировку измывался над пацаном, — расхохотался Рамальо. — Как бы он не подкараулил тебя в темной подворотне и не натянул на голову джутовый мешок.

— Porra!! Блядь! — взревел Лусио, вскакивая с кресла. — Да вы же сами мне приказали играть с ним жестко!

«Помнишь, ты клялся мне, что никогда не исчезнешь из виду... Но ты улетел так далеко, словно перелетная птица на юг... Наша любовь — как воздушный змей с оборванной нитью...» — надрывался из динамика мобильного телефона популярный рингтон, стоило только Чэнь Анно переступить порог своей скромной комнаты на базе.

— Дядя... — с теплотой в голосе ответил юноша, нажав на кнопку приема.

— Сяо Но! Мальчик мой, — из трубки мгновенно вырвался взволнованный голос Чэнь Шоуцина. По интонации было ясно, что старик изрядно нервничает. — Тут такое дело... Мне на банковскую карту внезапно упала огромная сумма. Это... это от тебя перевод?

Родной голос мгновенно развеял всю накопившуюся за день усталость. На лице Чэнь Анно расцвела искренняя, светлая улыбка:

— Выдыхай, дядя. Не переживай, это я перевел.

— Ох, ну зачем?! — сокрушенно запричитал Чэнь Шоуцин. — Ты же один в чужой стране! Тебе каждая копейка нужна! Да и мы тут с голоду не пухнем. Зачем ты последние деньги пересылаешь?

— Дядя! — мягко, но настойчиво перебил его футболист. — Я ведь подписал полноценный профессиональный контракт с клубом Сан-Паулу. У меня зарплата сто пятьдесят тысяч реалов в месяц! К тому же я живу на полном обеспечении в общежитии на клубной базе. Мне здесь просто не на что тратить такие деньжищи. Так что бери и ни о чем не беспокойся.

— Да дело же не в этом... Ты же совсем пацан еще, как я могу брать деньги у племянника... — замялся родственник.

— Дядя! — голос Чэнь Анно дрогнул, а к горлу подкатил предательский комок. — Вы же знаете... У меня больше нет ни отца, ни матери. Вы с тетей — моя единственная семья, мои самые близкие люди на всем белом свете. Если вы будете отказываться, значит, вы не считаете меня родным.

— Всё-всё! Понял я, не ругайся! — торопливо согласился Чэнь Шоуцин, испугавшись, что задел племянника за живое. — Вырос наш Сяо Но, совсем взрослым стал. Спасибо, родной, я всё сберегу.

— Вот и славно, — шмыгнул носом Чэнь Анно. — Тетя ведь как-то жаловалась, что хочет купить квартиру в хорошем районе, чтобы Сяолун смог поступить в приличную старшую школу? Покупайте смело. Теперь я буду каждый месяц переводить вам часть зарплаты.

— Ладно, договорились. Только ты там на чужбине не экономь на себе, питайся нормально! — наказал дядя.

На самом деле старик уже всё для себя решил: ни копейки из этих денег они не тронут. Откроют отдельный счет и будут копить племяннику на свадьбу. От этой мысли Чэнь Шоуцин тяжело вздохнул:

— Да уж... Видать, в этой Бразилии футбол и впрямь на другом уровне. Неудивительно, что их сборная весь мир рвет на части. А у нас, сука... Ты здесь пуп рвал, а мы еще и приплачивать этим упырям должны были...

Услышав гневную тираду дяди, Чэнь Анно лишь горько усмехнулся. Ему очень хотелось сказать, что в плане коррупции бразильские футбольные чиновники ничуть не уступают их отечественным коллегам. Вот только здесь вся пирамида была выстроена на невероятно прочном фундаменте низового футбола. В Бразилии мяч гоняли абсолютно все. Для миллионов семей из трущоб футбол был единственным социальным лифтом. А на родине? Там бал правил культ учебы, и обычные семьи свято верили, что зубрежка — единственный способ выбиться в люди. Бразильский футбол гнил с головы, но его корни были нерушимы, ведь вся система воспитания юношей жестко контролировалась самими клубами, куда жадные лапы федерации просто не дотягивались.

— Ты что мелешь, старый пень?! При ребенке-то материться! — вдруг ворвался в трубку пронзительный крик тети Чжан Мэй.

— Ай! Больно же! Отпусти ухо, мегера! Я с племянником разговариваю! — жалобно взвизгнул Чэнь Шоуцин.

Воображение Чэнь Анно живо нарисовало картину: разъяренная тетя мертвой хваткой вцепилась в дядино ухо, а тот беспомощно извивается. От этой до боли родной сценки на душе стало совсем тепло и спокойно.