На следующее утро интернет взорвался от сенсационного заголовка в газете The Sun: «Шокирующее известие! Лидер „вишен“ Гудвин получил травму поясницы и может пропустить ключевой матч! „Борнмут“ рушится?»
Новость мгновенно разлетелась по сети, обрушив на руководство клуба и тренерский штаб колоссальное давление. Телефоны в офисах разрывались без умолку. Директор по связям с общественностью Марк Моррис метался как ужаленный:
— Эдди! Пресса сошла с ума, все требуют подробностей о состоянии Гудвина! Форумы болельщиков кипят! Мы обязаны немедленно выпустить официальное заявление, нельзя давать слухам расти!
Эдди Хау был мрачнее тучи. Следы бессонной ночи не могли скрыть тревогу и ярость в его глазах. Даже железный организм семнадцатилетнего вингера не выдержал откровенно грязного стыка с защитником «Мидлсбро». Перед тренером лежал подробный медицинский отчёт, подготовленный за ночь Бруксом, и каждая строчка в нём отзывалась тревогой.
— Публикуйте! — Хау со всей силы грохнул кулаком по столу. — Только подбирайте выражения с максимальной точностью! Подтвердите ушиб поясничного отдела: глубокое повреждение мышц с воспалительным отёком и лёгкое растяжение связок. Подчеркните, что игрок уже проходит курс активной терапии, но ради сохранения его здоровья он пропустит предстоящую встречу с «Ипсвич Таун». Напишите, что врачи клуба непрерывно контролируют динамику восстановления!
Едва официальное коммюнике вышло в свет, дискуссии в сети вспыхнули с новой силой. Преданные фанаты «Борнмута» впали в отчаяние: «Всё кончено! С Гудвином на поле у нас семь побед и одна ничья в восьми матчах! Как мы справимся без него?»
Болельщики «Ипсвича», напротив, ликовали: «Вали гиганта, пока лежит! „Трактористы“, вперёд! Выбивайте „вишен“ из первой тройки!»
Травмированный полузащитник «Брайтона» Хьюз, прочитав новости, не удержался от едкой насмешки в соцсетях: «Респект правому защитнику „Мидлсбро“! Кому-то прилетела карма! Ха-ха-ха...!»
В ответ на этот пост Хьюз за считанные минуты получил более тридцати тысяч крайне эмоциональных сообщений от болельщиков с подробными пожеланиями его матери и всей родне. Выходку не оценил даже его собственный одноклубник, капитан «Брайтона» Льюис Данк. Он прямо в командном чате поставил задиру на место:
— Заткнись! Это слишком низко. В футболе не должно быть места подобной желчи!
Известие о травме Гудвина докатилось до раздевалки на тренировочной базе, и настроение у всех мгновенно упало до нуля.
— Неужели... он правда не сыграет? — переспросил Уилсон, глядя в экран телефона. В его глазах читались растерянность и тревога. Парень, с которым они ещё вчера вместе сражались на поле, выбыл из строя?
Сурман в досаде запустил пальцы в шевелюру:
— Дьявол! Умеет же судьба подгадать момент!
Металлический шкафчик содрогнулся от глухого удара – Харри Артер со всей дури заехал по нему кулаком, заставив вздрогнуть сидевшего рядом Ранти, который как раз тайком разглядывал непристойные картинки в телефоне.
— Дерьмо! Без его рывков и постоянного давления атака кажется абсолютно пустой!
Артер выразил то, о чём молчали остальные. Гудвин был не просто лидером – он служил настоящим мотором и душой нападения. Игроки, привыкшие к его виртуозным передачам и способности разрывать чужую оборону, теперь чувствовали себя растерянными перед надвигающейся бурей.
Никос хмурил брови, но в глубине его глаз проскользнул едва заметный расчётливый огонёк.
— Как ты себя чувствуешь?
— Ужасно, — пробормотал Гудвин, подавленный травмой.
— Я видел официальное заявление клуба, — Никос присел на край койки, его голос зазвучал подчёркнуто наставнически. — Брукс прав! Ты ещё молод, твоя карьера только набирает высоту. Серьёзная травма требует полного восстановления. Выйдешь на поле через силу – рискуешь получить хроническую проблему, а это ударит по твоей стоимости и будущим достижениям.
Агент умело подменил понятия, противопоставив интересы команды личным интересам игрока.
— Но следующий матч слишком важен... — попытался возразить вингер.
— Важен? — перебил его Никос с искушающими интонациями. — Взгляни на это с другой стороны! Возможно, всё сложилось к лучшему.
— К лучшему? — изумился юноша.
— Именно! — Никос понизил голос. — Подумай сам: если в твоё отсутствие команда сможет дожать «Ипсвич» на домашней арене, о чём это скажет? О том, что «Борнмут» силён как коллектив и способен побеждать даже без тебя. Повредит ли это твоей ценности? Нисколько! Это лишь докажет, что ты выступаешь в качественной команде.
Агент сделал паузу, и в его взгляде блеснула холодная хитринка:
— А если... я говорю «если»... команда оступится или проиграет? Что тогда?
Гудвин вздрогнул. Никос наклонился ближе, шепча тихо, но отчеканивая каждое слово:
— Тогда абсолютно всем станет очевидно: без Гудвина этот «Борнмут» ни на что не способен! Ты – незаменимый лидер. Единственная истинная сила, способная вывести их в Премьер-лигу. Подумай, как это повлияет на новый контракт! На трансферную стоимость! На твои персональные условия!
Он похлопал юношу по плечу:
— Спокойно лечись. Дай ситуации созреть. Иногда временное отсутствие необходимо для ещё более громкого триумфа. Поверь, я пекусь исключительно о твоих долгосрочных интересах.
Слова агента, точно ядовитый шёпот, бьющий прямо в цель, подогревали скрытую гордость вингера и его жажду признания собственной значимости.
Вскоре после отъезда Никоса из Лондона примчалась Лора. Увидев массивный компресс со льдом на пояснице сына, мать расплакалась. Впрочем, парню удалось убедить её вернуться домой. Он прямо сказал ей: если она продолжит так убиваться, он просто перестанет делиться с ней проблемами – всё равно она не может помочь, а только лишается сна, да и ему самому от её слёз становится лишь тяжелее. Позвонил с расспросами и дедушка из Манчестера. Успокоив родных, Лора уехала.
Не прошло и пяти минут, как в двери квартиры постучали – Эдди Хау вместе с ключевыми ассистентами и доктором Бруксом пришёл навестить травмированного игрока.
Хау не стал тратить время на лишние слова и сразу встретился с юношей взглядом:
— Гудвин, я изучил отчёт. Заключение Брукса – это окончательное решение клуба. На следующий матч ты остаёшься вне состава. Без обсуждений.
В его тоне звучала непререкаемая авторитетность главнокомандующего. Вингер открыл было рот, но так ничего и не произнёс, лишь молча опустил голову. Против единого решения главного тренера и главы медслужбы он был бессилен.
— Но слушай меня внимательно! — Голос Хау резко взмыл вверх, оглушив присутствующих. — «Борнмут» – это не один лишь Гудвин! Мы – команда! Единый боевой коллектив!
Он обвёл взглядом помощников и снова посмотрел на игрока:
— Без тебя небо на землю не упадёт! Без тебя «вишни» точно так же выйдут на бой и разорвут «Ипсвич»! Мы докажем победой и тебе, и всем злопыхателям: «Борнмут» держится на каждом из нас!
Он резко повернулся к ассистенту Флетчеру:
— Срочно обзвони игроков! Дневной разбор тактики, все выходные отменяются. Мы покажем всему миру, как умеем побеждать без Гудвина!
В этом рыке слышалась непреклонная решимость сокрушить любые сомнения.
Послеполуденное теоретическое занятие прошло в атмосфере тяжёлого предгрозового молчания. На экране проектора крутилась запись матча, где «Ипсвич» переиграл «Уотфорд». Агрессивный высокий прессинг и стремительные контры соперника заставляли футболистов хмуриться.
Эдди Хау стоял у маркерной доски с разложенной схемой 4–4–2, его взгляд разил наповал.
— Всем взбодриться! — Голос тренера разрезал тишину. — «Ипсвич» рассчитывает воспользоваться нашей ситуацией и хозяйничать на нашем поле? Мечтать не вредно! Они играют 4–3–3. Прекрасно! Значит, мы навяжем им жесточайшую бойню в центре поля! Сурман, ты работаешь глубже всех: опорная зона, перехваты, организация первого паса. Харри Артер! — Он указал на жёсткого хавбека. — Твоя задача – уничтожение. Вцепись бешеным псом в их ключевого игрока Скуза! Ни секунды свободной жизни! Ритчи, правый фланг за тобой! Пью, паши слева, перекрывай их правое крыло и держи под контролем Люка Чамберса! Крайние защитники – Дэниэлс, Фрэнсис! Вперёд! Вы должны вспахать бровки вдоль и поперёк. В атаке работаете как крылья, в обороне – мгновенный откат назад! Элфик, Кук – свяжите по рукам и ногам их главного бомбардира Дэрила Мёрфи. Ни одного чистого удара!
Он перевёл взгляд на дуэт форвардов:
— Нападение! Уилсон, твоя скорость – наш главный козырь для рывков за спины. Керморган, ты – столб. Держи защитников на плечах, скидывай мячи Уилсону и набегающим из глубины! На стандартах твоя голова – наше главное оружие!
Тренер обвёл взглядом напряжённые лица игроков:
— Я знаю, о чём вы думаете: «Как строить атаку без Гудвина?» Я отвечу! Движением! Физическим давлением! Предельно прямой, силовой игрой! Командной мощью мы вкатаем их в газон! Быстрая доставка мяча вперёд, фланговые навесы, угловые – вскрывайте их ворота любыми средствами! Оставьте на поле всё до последней капли пота! Запомните, это матч не одного человека, это война всей команды «Борнмут»! За очки! За позиции в таблице! За то, чтобы доказать каждому: «вишни» не зависят от одного игрока! Мы – монолит! Мы – стальной кулак, способный раздавить любого соперника! У нас есть характер?!
— ДА! — Единым выдохом откликнулся зал.
Раздевалка взорвалась оглушительным рёвом. Слова наставника зажгли в сердцах футболистов спортивную злость. Назад пути не было – только бой.
Пока «Борнмут» готовился к битве, за двести пятьдесят восемь километров от них, в графстве Саффолк, главный тренер „Ипсвича“ Мик Маккарти давал интервью местной прессе:
— До появления Гудвина в первой команде „Борнмут“ не мог победить семь матчей подряд. Потеря ключевого мотора – колоссальный удар по ним. Ничья на выезде выпила из них немало сил, а мы, напротив, воодушевлены свежей победой. Стадион „Дин Корт“ станет замечательной ареной, чтобы показать наш класс. Мы едем туда исключительно за тремя очками.
Эти слова подлили масла в огонь. Британские таблоиды, уловив запах жареного, тут же подхватили тему. Газета The Sun вывела на первую полосу кричащий заголовок: „Подрезанные крылья „вишен“! Тренер „Ипсвича“ обещает добить раненого зверя!“, издание „Миррор“ задавалось вопросом: „Сможет ли „Борнмут“ сдержать голодных волков?“, а „Дейли мейл“ посвятила аналитический материал „синдрому Гудвинозависимости“. Пресса в один голос предрекала южанам неизбежный спад.
Гудвин лежал на кровати, листать статьи было физически больно – поясница отзывалась острой пульсацией. Однако на снимках в телефоне он видел эмоциональное выступление Хау на теоретическом занятии и кадры с тренировки, где партнёры выкладывались до седьмого пота. Обида, злость и беспокойство переплавились внутри него в глухую решимость.
Он набрал номер тренера.
— Босс... — проговорил Гудвин твёрдо. — Я не смогу выйти на поле, но я всем сердцем с парнями. Вышлите мне запись сегодняшней тренировки. А в день игры я хочу быть на скамейке запасных! Я хочу лично видеть, как наши рвут «Ипсвич»!
На том конце провода повисла пауза, после чего Хау отрезал:
— Исключено!
Трибуны «Дин Корт» были забиты до отказа и гудели. Гудвин, перехваченный плотным корсетом, не спускал глаз с экрана, где разворачивалась трансляция.
Уже на второй минуте стадион взорвался!
Фрэнсис выдал со своей половины поля хирургически точную диагональ, разрезавшую редуты гостей. Габаритный форвард Керморган по-танковому корпусом оттеснил защитника и, не давая мячу опуститься на газон, с лёта вколотил мяч под перекладину!
1:0!
У телевизора Гудвин едва не подпрыгнул от восторга, но резкая вспышка боли в пояснице заставила его судорожно глотнуть воздух. Пришлось ограничиться лишь победным взмахом кулака.
Фантастический старт зажёг надежду!
На семнадцатой минуте «Ипсвич» произвёл вынужденную замену: полузащитник Брю получил повреждение, и вместо него на поле вышел Бишоп.
Без Гудвина атака «Борнмута» лишилась мысли и остроты. Перепас в центре поля выглядел вязким и нерешительным, количество брака росло. Прессинг гостей сжимался удавкой, заставляя «вишен» бездумно выбивать мяч.
Перерыв зафиксировал счёт 1:0 в пользу хозяев, однако игровое преимущество полностью перешло к «Ипсвичу». Глядя на задыхающихся партнёров, с трудом уходящих в подтрибунное помещение, Гудвин сжимал зубы от досады.
Во втором тайме давление гостей увенчалось успехом. На пятидесятой минуте после затяжной суматохи в штрафной свежий Бишоп плотным ударом с отскоком пробил Боруца.
1:1!
«Дин Корт» затих с пугающей внезапностью. У бровки Эдди Хау в ярости грохнул бутылку с водой о землю – брызги разлетелись во все стороны.
Спустя всего четыре минуты хозяева ответили мощным ударом. На пятьдесят четвёртой минуте Уилсон включил невероятный рывок на правом фланге, на скорости обошёл защитника и от лицевой прострелил назад в штрафную. Набежавший Ритчи плотным ударом в касание вколотил мяч точно под опорную ногу вратарю!
2:1!
«Борнмут» снова повёл! Ритчи на эмоциях проехал коленями по газону, Уилсон мчался к угловому флажку с диким рёвом, а стадион вновь заходился в экстазе. Гудвин едва не сорвался с места, но острая боль в спине снова приковала его к дивану.
На шестьдесят второй минуте Хау провёл рокировку, выпустив реактивного Ранти вместо уставшего Уилсона, чтобы освежить фланговое давление. Тот активно включился в прессинг, однако уже на семьдесят первой минуте тренер сделал жест рукой – и заменил Ранти, отыгравшего всего девять минут, на опытного Бретта Питмана!
Камеры крупным планом запечатлели залившееся краской лицо Ранти и его ошеломлённый взгляд. Застыв на месте от неожиданности, вингер побрёл к скамейке. Опущенная голова, обида и публичное унижение – он даже не пожал руку выходящему Питману. Девять жестоких минут словно окатили его ледяной водой.
Гудвин, наблюдавший за этой драматичной сценой, прекрасно понимал мотивы тренера: в подобном матче компромиссам места не было.
Но удержать преимущество не удалось. На семьдесят шестой минуте «Ипсвич» подловил Пью на огрехе в обороне. Пошла выверенная подача в штрафную, где габаритный Дэрил Мёрфи переиграл Кука на втором этаже и вколотил мяч головой в сетку.
2:2!
Гости зашлись в победном угаре, Маккарти вскинул руки у бровки, а „Дин Корт“ погрузился в безмолвие. Гудвин у экрана зажмурился от досады. Будь он на поле, успел бы подстраховать фланг, сбить темп передачи... Но футболу неизвестно сослагательное наклонение.
В компенсированное время «вишни» устроили настоящий штурм, однако «Ипсвич» встал стеной. На девяносто восьмой минуте взвинченный Керморган за грубый фол в атаке схлопотал жёлтую карточку, а вскоре прозвучал финальный свисток.
2:2 — именно так.
Маккарти радостно обнимался со своими помощниками, будто выиграл трофей. Игроки «Борнмута» падали на газон в опустошении. Сурман со злостью пнул бутылку у скамейки:
— Дерьмо!
Эдди Хау молча прошёл мимо разочарованных футболистов, подошёл к планшету и размашисто перечеркнул фамилию Гудвина.
— Видели?! Без него вы обязаны ещё сильнее доказывать, что достойны Премьер-лиги! Эта ничья – жёсткий урок! И наш главный стимул!
Гудвин ещё долго не мог уснуть. Кадры матча, где товарищи отдавали все силы, но упустили победу, жгли душу. Обида, злость и подспудное осознание собственной значимости, посеянное словами Никоса, кипели в груди.
Глядя на ликующего Маккарти и табло с ничейным счётом, парень дал себе клятву: больше он не останется сторонним наблюдателем. В следующий раз он лично вернёт своё – с процентами.

Комментарии

Загрузка...