День не задался с самого утра. Небо хмурилось, обещая дождь.
Лю Маньцзы бесцельно бродил по улицам, когда нос к носу столкнулся со знакомым. Он кивнул, напустив на себя важный вид, и небрежно бросил приветствие. Встречный тоже был практиком и по совместительству вторым управляющим местного банка — фигура в городе известная.
Раньше Лю Маньцзы при встрече с ним кланялся в пояс и лебезил, но теперь, окрыленный славой «героя Тэнчуна», он держался гордо, заложив руки за спину.
— Тьфу! — смачно плюнул ему вслед управляющий. — Вот же гнида... выбился в люди.
Лю Маньцзы, не замечая плевка, напевал под нос веселый мотивчик:
— Эх, хороша чарка вина...
Он кожей чувствовал, как изменились взгляды окружающих, и это грело его тщеславную душу. А тут еще и намечающаяся сделка с тем простаком в синей рубахе. Жизнь определенно налаживалась.
Вдруг с крыши сорвались две тени.
Один нападающий метил кулаком в лицо, другой заходил с тыла с длинным шестом.
— Что за?!
Лю Маньцзы шарахнулся в сторону. От кулака он увернуться успел — опыт бродячей жизни сказывался, — но вот шест с глухим стуком врезался ему поперек поясницы.
— Ай-яй-яй! — взвыл «герой», кулем повалившись в грязь.
Удар был такой силы, что искры из глаз посыпались. Он скорчился, хватаясь за ушибленную спину.
— Получай!
Нападавшие оказались совсем юнцами, лица скрывали маски. Проведя удачную атаку, они не стали добивать, а тут же дали деру. Прохожие замерли в недоумении. Второй управляющий банка, ставший невольным свидетелем позора, злорадно ухмыльнулся.
Для местных практиков ситуация была ясна как день. В цзянху полно горячих голов — новичков, желающих прославиться. Самый быстрый путь — побить кого-то известного. Победишь — слава, проиграешь — не беда, мэтр вряд ли станет всерьез мстить сопляку. Из-за баек о Тэнчуне Лю Маньцзы стал идеальной мишенью.
Теперь его дутая репутация трещала по швам. Прихрамывая и держась за поясницу, он поплелся в харчевню.
Там уже всё знали. Вести разлетаются быстрее ветра. Завсегдатаи прятали улыбки в чашах с вином. Лю Маньцзы кипел от ярости, громогласно обещая содрать шкуру с наглецов.
— Даос Лю, а сильны ли были эти юнцы? — ехидно поинтересовался кто-то.
— ...Ну, так, средненько. Я просто расслабился, потерял бдительность, — буркнул Лю.
— Ничего! Завтра позовешь своего названого брата Ли Пинъаня, он за тебя отомстит! — раздался смешок.
— Пф! Из-за такой мелочи беспокоить брата? — скривился Лю, массируя ушибленный бок. — У него дел по горло, я и сам справлюсь.
Зал наполнился сдавленным хихиканьем.
— А если не справишься, зови Императрицу Великой Суй!
— Или Гу Сичжоу, девятого ранга!
— Ага, всех зови!
Насмешки сыпались со всех сторон. Вчерашний ореол героя испарился, оставив после себя лишь запах перегара и вранья.
В этот момент со второго этажа спустился Ли Пинъань. Лю Маньцзы, увидев его, встрепенулся, как утопающий при виде соломинки. Хоть здесь его авторитет еще работал!
— Даос, что с вами приключилось? — удивился Ли Пинъань, заметив, как того перекосило.
— Пустяки, дело житейское. Пилюли готовы?
— Разумеется.
— Тогда идем.
Они поднялись на второй этаж. На середине лестницы Лю вдруг остановился:
— Дай-ка глянуть товар.
Ли Пинъань достал из рукава простую шкатулку. Лю открыл крышку. Внутри лежало около тридцати пилюль: десяток четвертого ранга, остальные третьего.
Вот только качество...
Лю Маньцзы нахмурился. Сам он в алхимии разбирался постольку-поскольку, но даже его скромных познаний хватало, чтобы понять: эти пилюли выглядят... странно. Четвертый ранг не дотягивал даже до стандартов третьего. Кривые, тусклые.
«Такой же недоучка, как и я», — подумал Лю. Ему показалось странным, что от пилюль пахло жаром, будто их только что достали из печи, но он отмахнулся от этой мысли.
— Качество, прямо скажем... не очень, — протянул он.
— Изъянов многовато, прошу простить, — развел руками Ли Пинъань.
— Много не дадут, сразу предупреждаю.
— Не беда. Главное, чтобы хватило на первое время.
Они вошли в ломбард. Помещение перегораживала огромная ширма — дань традиции. Люди, приходящие закладывать вещи, обычно стеснялись своей нужды, и ширма давала им иллюзию приватности. За ней возвышался прилавок — такой высокий, что просителю приходилось поднимать руки вверх, как молящемуся, чтобы передать товар. Это создавало психологическое давление: продавец смотрел сверху вниз, покупатель чувствовал себя ничтожеством, и сбить цену было проще простого.
— О, Маньцзы! — прищурился мужчина в шапочке, сидевший за прилавком. — Давно не видел. Слышал, ты теперь большая шишка после Тэнчуна?
— Скажешь тоже, брат Чжан, какая шишка? Люди болтают, а я человек маленький, — заискивающе улыбнулся Лю, передавая шкатулку. — Вот, брат Чжан, оцени товар.
Мужчина в шапочке лениво глянул на пилюли, потом перевел взгляд на Ли Пинъаня. Лю Маньцзы снизу отчаянно подмигивал оценщику.
— Мусор. Качество ниже плинтуса. Семьсот нижних духовных камней за всё. Не нравится — забирай.
Лю Маньцзы ликовал. Реальная цена была не меньше двух тысяч. Разницу они попилят, и ему, как посреднику, перепадет камней триста, а то и больше.
— Семьсот? — переспросил он, изображая сомнение.
— Идет, — спокойно кивнул Ли Пинъань.
Он прекрасно понимал, что его надувают, но ему было все равно. Торговаться с жуликами из-за мелочи? Как говорится: «Спорь с равными, не трать время на дураков».
— Сделка!
Получив деньги, Ли Пинъань тут же разменял часть камней на обычное серебро и золото. Выйдя на улицу, он первым делом купил три жареных свиных копыта и кучу всякой уличной еды. Для него эти семьсот камней были просто карманными расходами на закуски.
Вернувшись в комнату, он уселся у окна, грызя копыто и глядя на реку.
— Му-у~.
Старый Бык положил копыто ему на плечо и ухмыльнулся во всю морду.
Хороший ты мужик, хоть и простофиля.
Ли Пинъань рассмеялся. Жизнь удивительна. В ней всегда есть место новым знакомствам, красивым видам и маленьким приключениям.
Доев, он вдруг вспомнил про рыбалку. Река под боком, а он еще ни разу не забросил удочку! Для настоящего рыбака водоем — это вызов.
Он достал бамбуковую удочку, нашел тихое местечко на берегу и замер в ожидании поклевки. Старый Бык прилег рядом, положив голову на траву. Ли Пинъань, привалившись к теплому боку товарища, насвистывал мелодию, одновременно практикуя технику «Небесного Барабана» в своем внутреннем мире, восстанавливая поврежденный в битве секрет Сюаньцюань.
Незаметно для себя он задремал.
Проснулся, когда солнце уже стояло высоко.
«Кто познал радость сна под полуденным солнцем? Только я, бессмертный», — подумал он, потягиваясь.
Рыбы не было. Садок был пуст. Уходить с пустыми руками — позор для рыбака!
— Что, не клюет? — раздался голос.
К нему подошел местный заклинатель по имени Ли Совэй. Он тоже слышал вчерашние россказни Лю Маньцзы и видел, как тот обчистил новичка. Ли Совэй решил, что такой шанс упускать нельзя.
— Если хочешь реально порыбачить, я знаю место, — вкрадчиво сказал он. — В этой реке рыбы мало, зря время тратишь. Иди в восточное предместье, на реку Юндин. Вот там клев бешеный.
— Восточное предместье? — оживился Ли Пинъань. — Благодарю за совет!
Он тут же смотал удочки, растолкал Быка и, не теряя времени, направился на восток.
Ли Совэй ухмыльнулся. Так просто! На реке Юндин недавно завелся речной монстр — сом-людоед. Награда за его голову висит уже полмесяца, но никто не может его поймать, одни трупы. Он надеялся, что чужак нарвется на чудовище, а он, Ли Совэй, подберет то, что останется от бедолаги.
Он не учел только одного: никогда не стоит недооценивать одержимость рыбака.
...

Комментарии

Загрузка...